![Оборотни. Мир Сумерек](/covers_330/68954274.jpg)
Полная версия
Оборотни. Мир Сумерек
![](/img/68954274/cover.jpg)
Наталья Карпова
Оборотни. Мир Сумерек
Часть 1
Пролог
Тихонько позванивала сбруя, закат дробился в остриях пик и шлемах воинов. Низко, низко ползли косматые, как дым, тучи.
Ребёнок покачивался в седле, чувствуя сзади крепкое тело бабки, цепкий взгляд чёрных глаз изучал бурую равнину, по которой вот уже третий день шёл верховой отряд.
Дневная звезда, всегда такая тусклая и далёкая, прощальным теплом коснулась маленького носа юного оборотня.
– Бабушка Львица, скоро будет лагерь? Я так хочу посмотреть скачки! И стрельбу из лука! И метание копья!
– Успокойся, Киска. Ты будущий воин, а значит, должна учиться терпению.
– А я хочу! – в голосе ребёнка играл норов.
Каприз или упрямство двигали девчонкой, однако бабка за хмурой миной прятала улыбку. «Не ожидала я, малышка, что ты будешь… такой!» – невольно в душе оборотня рождалась гордость за внучку.
– Госпожа! – рядом с вороным конём Львицы поравнялся молодой воин на пегой кобылке.
– Наши дозорные донесли о приближении отряда лунных. Они движутся нам навстречу.
– Не думаю, что их цель – мы, – княгиня зорко вглядывалась в далёкий горизонт.
– К тому же лунные придерживаются давнего соглашения о соблюдении нейтралитета. С чего нам боятся наблюдателей? Да и разве пристало бояться кого-либо оборотням?! А, мальчик? Возвращайся в строй. Благодарю за службу.
В рыжей высокой траве тонко и пронзительно запела ночная птица. В опускающихся сумерках роились тучи мелких насекомых.
Отряд подходил к лагерю Клана Диких Кошек. До цели перехода оставались считаные километры. Ребёнок затих, набравшись терпения перед последним броском. А воины, повинуясь наползающей ночи, затянули песню. Девчонка обратилась вслух. Песня-легенда будоражила юный разум, разжигала любопытство:
В суровых далях, где вода
С небес на мир не льётся,
Лишь бури, смерчи иногда,
Да жар степного солнца
Народ наш жил и процветал
Благословеньем Бога.
Ослабила златой оскал
Звезда, чьё око строго
Следило за его игрой,
А он всё пел, учился,
И стала жизнь совсем иной,
Наш край грозой умылся,
Великим словом от Творца
Владеем мы по праву,
Веленьем светлым от Отца,
И тем снискали славу.
Так будет вечным наш народ,
Чей путь и прям и долог.
Наш враг, раздавленный падёт,
Как лжи напрасной морок.
С последним лучом солнца закончилась и песня. Отряд, миновав небольшую рощицу, вышел на равнину, где был разбит палаточный городок. Горели костры, меж ними то и дело появлялись и исчезали фигуры воинов.
Отряд по знаку княгини спешился. Чьи-то сильные руки приняли юную княжну и мягко опустили на землю. Киса жадно оглядывалась по сторонам. Как же здесь всё интересно! Вон там, у костра, сторожевой пост. Сегодня за порядок в лагере отвечают Ирбис и Ягуар. Хорошие ребята! Когда бабке было не до неё, эти двое юных воинов заменяли девочке нянек, и оружие было самой интересной игрушкой.
Оружие…Киса любила трогать рукояти тяжёлых боевых мечей, её завораживал блеск стали. А как мастерски владел клинком Ягуар! На это стоило посмотреть.
Сейчас в лагере не до игр, Киса прекрасно понимала. Её бабка, как только прибыли на место, тут же вызвала к себе военачальников и удалилась на срочное совещание, напрочь забыв о ребёнке. Киса бродила среди костров, стражи её не окликали, зная, кто она.
Маленький оборотень набрала охапку сухой травы и кинула в огонь. Девчонка с восторгом наблюдала, как огромное облако дыма взметнулось в ночное небо. И тотчас с другой стороны костра раздался чей-то чих.
– Эй, кто там?!– окликнула Киса.
– А-апчхи! Кто-кто? – откликнулся недовольный мальчишеский голос. – И что вы такое едкое в костёр бросаете?
На свет от огня вышел мальчик лет пяти-шести, светловолосый, конопатый.
– Ты кто такой?! Здесь военный лагерь, сюда чужих не пускают, – взвилась Киса.
Мальчишка презрительно шмыгнул носом и подсел к костру.
– Ладно, ладно! Не ерепенься так! Небось не зря я тут появился.
Девочка ждала продолжения. Чужак самодовольно посмотрел на неё.
– Мой отец сейчас беседует с твоей бабкой. Ты ведь оборотень?
– Откуда узнал? – Киса задохнулась от наглости незнакомого пацана.
– Да у тебя же на лбу написано!
Киса не знала, злиться ей или не стоит. Да, она гордилась своим происхождением – Прирождённый оборотень. Принадлежность к народу Богоизбранных – величайший дар Всевышнего, но этот юный нахал произнёс «оборотень» как будто тяжкое оскорбление.
– А ты, конечно, из плебейского племени людей, – постаравшись в своём голосе излить весь яд, сказала Киса.
– Да, и горжусь этим, – мальчишка тряхнул вихрастой головой.
– Хм, нашёл чем, – презрительно дёрнула плечом Киса и бросила охапку сушняка в костёр.
Огонь полыхнул, став выше и яростней от очередной подачки. Его жаркие щупальца, казалось, хотели дотянуться до ночного неба, где неуверенно вставала Луна. «Ведь по легендам она пришла в Мир Сумерек вместе со своим народом, Хранителей Тайн», – внезапно вспомнила Киса. Они сами, как и их ночное светило оставались вечной загадкой для всех живущих.
– И всё-таки, как ты понял – кто я? – прервала молчание Киса.
– Ну… Я подслушал. Ты со стражем заговорила, он к тебе обратился «юная княжна». Так что всё было ясней ясного.
– Понятно, – его объяснение вполне удовлетворило любопытство Кисы. – Тебя как звать?
– Рэн. Я из деревушки Весёлой, что за лесом. Между прочим, мой отец – один из самых уважаемых людей в округе, а дед – глава Совета Старейшин.
Киса повторила издевательский смешок, который, однако, прозвучал уже не так убедительно.
– А тебя как звать? – Рэн явно равнял себя с ней, если не ставил выше.
– Никак, – ответила Киса. – Ты не думай, я не из вредности не говорю. Просто мне всего пять лет, а Посвящение я пройду и получу имя лишь в двенадцать, так что пока я просто Киса. Это детское имя, ненастоящее.
Рэн кивнул, принимая такое положение вещей.
– Глянь, что у меня есть! Ты умеешь стрелять из лука? – быстро сменил тему
мальчишка, извлекая из-за спины самодельный лук и стрелы.
– Конечно, умею. – Кисе ужасно захотелось сделать что-то, чтоб показать, насколько она искуснее человеческого отпрыска.
Дети ушли во тьму, в поисках мишени.
– Ты видишь на том суку на сосне – деревянная миска? – Киса указала рукой.
– Да, вижу.
Девчонка недоверчиво покосилась на нового знакомого.
– Странно. У вас, людей, зрение как у кротов. Гляди, как я сейчас пробью миску прямо посредине! – Киса вложила стрелу, натянула тетиву.
Короткий свистящий звук и стук дерева о дерево возвестили о победе маленького оборотня.
– Что, не веришь, что я попала? Пошли, посмотрим! – дети наперегонки припустили к миске-мишени.
– Ого! – с уважением протянул Рэн и потрогал древко, торчащее из днища пробитой посудины. Рядом с тем местом, куда угодила стрела, прошла трещина.
– Ничего! Я ещё лучше смогу. Хочешь, я попаду рядом с твоей?
Они вернулись на исходную позицию. За их спинами горел костёр. Дерево с «мишенью» высилось в двадцати шагах от стрелков.
Однако, стоило Рэну поднять лук, как чьи-то неясные тени закрыли от него дерево с пробитой стрелою миской. Где-то рядом остановился конный отряд.
– Лунные! – вскрикнула Киса и невзначай толкнула Рэна. Тонкая стрела соскользнула с тетивы и ушла вбок.
– Нечистый тебя забери! – Рэн зло сплюнул.
– Фу-ты, ну-ты! Прям как взрослый! – на оборотня его манеры не произвели впечатления. – А, ну тебя! Я пойду на лунных посмотрю.
Из-за туч вышли Сэлла и Блэй, второй и третий спутники Сумеречного мира. Киса бежала по жёлтым лучам родных, не приблудных лун, горя желанием взглянуть на легендарный народ, приведший в незапамятные времена своё ночное светило на их небосвод.
Из большой серебристой палатки вышла Львица, высокая, стройная, как стрела, пепельные волосы забраны назад, в серых глазах – спокойная мудрость правителя, на плечах которого – мир. Киса отметила про себя, что бабушке безумно идёт походная форма гвардейцев Клана Диких Кошек. Рядом с бабкой встал крепкий, широкий в плечах мужчина, в котором Киса без труда угадала отца Рэна.
– Нил, помни о своей миссии, что бы ни произошло. Нам нужен мир любой ценой. Тайные вылазки, карательные операции по-прежнему имеют место?!
– Да. Иногда. Сейчас среди людей упрочилось понимание, что противостоять оборотням не имеет смысла. А мы всегда действуем осторожно. И если появляется такая необходимость – прибегаем к крайним мерам. Благо нас никто из населения не заподозрит. Мы настолько слились с ними, что стали единым народом, да простит меня госпожа. Я помню, кто я по праву рождения.
– Прекрасно. Нил, не забывай присылать свои сообщения по нашему каналу. Я знаю, что ты – мой самый лучший шпион и всегда готова отплатить тебе за добрую службу.
С этими словами Львица одарила Нила самым пылким поцелуем, какого, возможно, не получал от неё ни один мужчина с тех пор, как погиб её муж.
О чём говорила бабка с человеком, Киса не поняла, а вот поцелуй её порядком озадачил. Она только отметила для себя, что ей, пожалуй, стоит быть помягче с человеческим ребёнком.
– Госпожа! Прибыл дозорный отряд лунных. Их Предводитель желает говорить с Вами, – юноша, почти мальчишка, стоял перед княгиней, смиренно склонив голову, в ожидании высочайшего решения.
Княгиня чуть улыбнулась. Её рука резко взлохматила рыжие кудри юного воина.
– Мальчик мой, не надо так официально. Мы в поле, а не среди придворных.
Киса прыснула в ладошку.
– Передай Лунному, что я ожидаю его в своей палатке. Тебя, Нил, я прошу остаться. Кто знает, как обернётся разговор, вдруг твоё присутствие будет необходимо. А ты, Лев, поищи Кису, она где-то здесь бродит по лагерю. Пусть её накормят и уложат спать. Скоро утро.
Юный воин с поклоном шагнул во тьму, куда не доставал свет факела, горевшего у входа в княжескую палатку.
– Ах ты, безобразница! Подслушиваешь! – Лев схватил в охапку притихшего в сторонке ребёнка.
Киса завизжала от восторга, хотя её кольнула лёгкая обида оттого, что кто-то смог застать её врасплох.
– Всё. Идём спать. Так бабушка сказала, – категорично произнёс Лев, возвращая девчонку на землю.
– Нет, нет! – запротестовала она. – Ещё рано! Лев, миленький! Отпусти меня, а? А княгине, соври, что я уже седьмой сон вижу. Уж тебя-то она послушает. – Лев присел рядом с девчонкой.
– Может быть. Хотя мать не так просто провести. Ладно, ужасный, капризный ребенок! Я что-нибудь придумаю. Ты главное – не попадайся ей на глаза, иначе нагоняй получим оба.
– Хорошо! – радостно согласилась Киса и в благодарность чмокнула Льва в щеку.
Тот встал, посмотрел ей вслед, вздохнул. Единственный ребёнок его брата, погибшего пять лет назад, был Льву особенно дорог. Эта шустрая, живая, проказливая девчонка заставляла его забывать обо всём на свете. Лев проводил взглядом Кису и отправился к Лунным, передать повеление княгини.
Киса, удостоверившись, что её никто не преследует, желая привлечь к порядку, осторожно вернулась к своему прежнему убежищу под разлапистым кустом поблизости от палатки.
– Тш-ш-ш! Тихо! – оказалось, что Рэн уже занял её место наблюдателя. Он схватил маленького оборотня за руку и втянул под сень густой листвы.
Киса дёрнулась, желая дать затрещину мальчишке, однако нахал сумел переключить её внимание на иной предмет.
– Во! Гляди! – горячо зашептал он ей на ухо.
Киса замерла, чуть приоткрыв ротик от потрясения. Лунные… Они действительно были ИНЫМИ в буквальном смысле слова. Киса, не отрываясь, смотрела, как к серебристой княжеской палатке подошли трое… человек? Внешне они ничем не отличались от людей или оборотней, если бы не одно обстоятельство. Взошла Луна и в её лучах тела воинов стали излучать свет. Подобные живым молниям в облаке небесном, они приближались к временной обители госпожи оборотней. Киса ничего более не смогла разглядеть, до того неожиданным было превращение людей в туманные фигуры с фосфоресцирующей подсветкой.
– Бр-р-р! – Киса потрясла головой.
– А ещё говорят – они обалденно красивы… – задумчиво выдала она.
Лунные вошли в палатку княгини.
– Ну, сейчас не поймёшь. Надо будет днём к ним присмотреться, – мудро рассудил Рэн и уже собрался выползти из укрытия, как его поймала за руку Киса.
– Постой! – она видела, как от трёх сияющих фигур отделилась одна маленькая, – ребёнок?
Скромное облачко тихо дрейфовало к огромному костру, у которого несла вахту стража.
– Теперь пошли, – оборотень быстро выскользнул из-под куста.
Рэн бесшумно последовал за ней. Когда надо, и он мог становиться тенью. Киса поравнялась с «облачком» на границе света и тьмы. На земле играли отблески костра, чёрными силуэтами вырисовывались фигуры стражей.
– Куда ты?! – окликнула Киса, сама удивляясь собственной робости.
Лунный обернулся. Красивый мальчик, удовлетворённо отметила Киса. Значит, всё, что о них говорят – правда.
– Мой отец… – начал Лунный.
– Знаю, – бесцеремонно перебила Киса. – Сейчас разговаривает с моей бабкой.
Рядом засмеялся Рэн. Лунный смутился, не понимая, что так рассмешило незнакомого мальчишку.
– Заткнись уж, – одёрнула его Киса. – Смотри, как ты его напугал! – и к незнакомцу:
– У меня имени нет пока. Зови меня Киса. А этот развесёлый болван – Рэн, сын человека из деревни за лесом.
– Я – как и ты, без имени.
– У вас тоже есть обряд Посвящения? – удивилась Киса.
Прекрасное «облачко» кивнуло.
– Для чужих – мы просто Лунные. Воины проходят особый ритуал Обезличивания. Я тоже буду воином как мой отец, король Лунных – последние слова были произнесены не без гордости. Мальчик не упомянул, что и у них есть свои личные имена, вот только доверить их можно самому узкому кругу.
– Тогда мы будем звать тебя Лунным, – заключила Киса и взяла его за руку.
Она на удивление показалась ей тёплой, как будто принадлежность к древнему народу диктовала для нового приятеля иные законы физиологии.
Благодаря пустой и задорной болтовне Рэна, и спокойной уверенности Кисы Лунный наконец-то оттаял, улыбнулся и позволил себя увлечь к костру, у которого совсем недавно маленький оборотень и мальчишка из деревни соревновались в стрельбе из лука. Они сидели у огня, перешучиваясь, бросали ветки в пламя. Киса заметила, что в присутствии сияющего, как свеча, мальчишки совсем не хочется выделывать немыслимые акробатические упражнения, искать приключений на свою голову, а лучше вот так сидеть, смотреть в его синие, как море, глаза и грезить… О чём? Нужна игра, какая-то забава.
– А ты знаешь какие-нибудь легенды своего народа? – спросила Киса у Лунного.
– Конечно.
– Я, я знаю! – дурашливо вылез вперёд Рэн, и, не дожидаясь, пока его прервут, выдал следующее:
В старом, диком королевстве
Где всегда гуляет ветер,
Терпко, терпко, чуть медвяно
Расцветает чудный цвет
Он тернистый, словно роза,
Он лиловый, словно вечер,
И похож на звёзды неба
И сияние планет.
Киса недовольно нахмурилась.
– Это что за восхитительная чушь?
– И вовсе нет, – запротестовал Рэн.
– У нас пели что-то похожее, – сказал Лунный, наблюдая, как огонь пожирает тонкую веточку, зажатую в его руке.
– Храмовые Старейшины говорят, что с этой песенкой связано древнее сказание. Но суть его известна лишь Посвящённым. Да и то мой дед рассказывал: многие тайны, и Лунные, и наши, сокрыты от людей в глубинах прапамяти и способны открыться лишь в один день тысячелетия, под особой Луной и звёздами. Правда, я почти ничего не понял из его слов. Может, когда стану воином, раскрою все тайны мира.
– Слышали бы вы наших деревенских сказителей! Вот что любо-дорого. Старые все, бородатые, сядут на скамеечку, а как возьмут в руки лиры – заслушаешься! И голоса чистые звонкие, как у мальчишек, или низкие такие, будто над землёю шмель гудит – бархатистый, пушистый. Ух, красота! – Рэн от избытка чувств закинул руки за голову и опрокинулся на землю.
– В деревне, – Киса прислушалась. Где-то тихо звенела ночная птица. В травах стоял немолчный стрекот цикад.
– В замке музыка получше будет, – уверенным тоном заявила она. – У нас есть одна придворная певица. Вы видели когда-нибудь поющих призраков? Она такие звуки выводит! Древние баллады словно реки медовые льются. Моя бабка всегда её вызывает, когда в замке дорогие гости.
– Лу, а ты что скажешь? – Киса посчитала возможным сократить «имя» нового знакомого.
– Я рассказывать не буду. Лучше спою, – и Лунный, окинув взглядом друзей, будто призывая их сплотиться для приобщения к таинству, запел.
Рэн и Киса забыли дышать. У их приятеля оказался красивый голос, который завораживал, втягивал в водоворот звуков и образов. Огромная ночная бабочка села ему на плечо, притворившись сухим цветком. Сама Луна замерла в зените, внимая юному отпрыску своего народа.
Красоту минуты нарушило появление чьей-то тени у костра.
– Эй, ребятня! А ну, прекратите шум. Это всё-таки военный лагерь, а не светская вечеринка.
– Лев! – подскочила Киса. – Дай нам немножко развлечься! Иди, иди по своим делам и сделай вид, что нас не видишь.
– Зато слышу. – отпарировал он. – Ладно. Притихните, как мыши и ждите моего возвращения. Меня вызывает княгиня.
С этими словами Лев ушёл, оставив детей в неловком молчании.
***
– Я не потерплю, если кто-либо нарушит однажды достигнутое соглашение. – Княгиня голосом подчеркнула важность произнесённых слов.
Полог серебристой палатки с лёгким шорохом отъехал в сторону, впуская юного воина с огненной шевелюрой.
– Лев, тебе важно услышать всё, что излагают наши гости. Ты – мой наследник и во многом гарант сохранения мира. – Взяла быка за рога Львица.
– Прошу. – Она рукой указала на табурет у стола.
Лев опустился на него и попытался вникнуть в суть разговора. Лунные, трое рослых воинов с лицами, словно вылепленными искусным скульптором, не спускали глаз с княгини. Нил, человек из деревни, крутил в руках мягкую шапочку трудяги-земледельца.
– Госпожа, – встал один из лунных, видимо, глава миссии, златокудрый и синеокий. – Мы искали встречи с Вами лишь потому, что желали убедиться в вашей честности. Народ Луны всегда придерживался нейтралитета, однако могут возникнуть обстоятельства, когда и мы забудем о давних клятвах. Люди пользуются нашим покровительством, а вы, оборотни, притесняете их…
– Если подозреваете нас в обмане, тогда спросите присутствующего здесь человека, приходилось ли людям в последнее время терпеть бесчинства со стороны Богоизбранных, – Княгиня чуть заметно усмехнулась.
Лунный обернулся к Нилу, на лице которого боролись две эмоции: страх и обожание.
– Я, милостивый государь, не последний человек в своей деревушке. Так вот, могу прямо сказать: мы народ мирный, никого не трогаем, нас никто не трогает. Если что – сразу к вашему дозору обращаемся. Ведь так?
– Да, верно, – согласился Лунный.
– Что-то не нравиться мне гладкая сказка. Княгиня, что в твоём лагере делает человек?
– Лунный, война закончилась пять лет назад. Да, я потеряла в той жуткой бойне сына, невестку и мужа. И людей было перебито немало. Но всё в прошлом. Нам нужен мир! Вот и люди порой забывают старую ненависть и идут к оборотням, когда им нужна наша помощь.
– Точно! Истина, самая что ни на есть! – закивал головой Нил.
Лунный сделал вид, будто поверил, однако княгиня кожей чувствовала его сомнения. Они витали в воздухе подобно липкому пуху с тополей.
– Я готов согласиться с тобой, оборотень, но что скажешь ты на три странные смерти людей, произошедшие неделю назад? Женщина в селении у Великого Озера, ребёнок в полях Привражья и – лунный бросил взгляд в сторону Нила. – Мужчина из деревушки у леса.
– Да, было такое, – с мрачной физиономией произнёс сельский житель. – так ведь то всё зверьё бесчинствует! Бабу, я слышал – тигр загрыз, мальчонку, который в поле скот пас, волки разорвали, а нашего мельника – медведь поломал.
– Слишком много несчастных случаев, не правда ли? – обратился лунный к своим соплеменникам. Те согласно кивнули ему.
– У нас есть все основания заподозрить злой умысел. Что скажешь, княгиня? Как теперь замаскируешь свои грязные происки? Я всегда не доверял оборотням. У вас лживый, изворотливый язык, и тело, что вторит другой натуре. – в голосе Лунного брызнуло презрение.
– Будучи Главой Дозора, я имею право принимать решения, к которым прислушаются Храмовые Старейшины, а значит, и наш народ. – Лунный скромно умолчал о том, что его статус равен королевскому.
– Ты дерзок. Во-первых, я не имею ни малейшего желания оправдываться перед тобой. Во-вторых, выдуманные тобой преступления не могут замарать нашего честного имени. Да и, если бы и так, неужели ты взял бы на себя бремя нарушения давнего Договора? – княгиня чуть изогнула бровь, а губ Львицы коснулась усмешка, которая всё ставила на свои места. Госпожа, от чьего слова зависела судьба мира, стыдила вероломных соседей, указывая им их угол, как слепому котёнку.
Лунный подался назад, как от удара. Руки в серебряных перчатках невольно сжались в кулаки, раскрывая обуревавшие им чувства. Казалось, ещё миг, и Глава Лунного Дозора взорвётся, но нет. Вовремя взяв себя в руки, он глубоко вздохнул, склонил голову, как вассал, признающий первенство своего господина.
– Прости, княгиня, если задета твоя честь, – с нажимом произнёс Глава Дозора. – Нет, я не беру своих слов назад. Мы будем ждать, когда вы первые допустите ошибку. Ты, княгиня, опасаешься нас. Лунные для оборотней – враги. Когда-то нас по рукам и ногам связывал древний Договор, заключённый на заре истории. Вы превратили его в ничто, напав на королевство людей. До сего времени мы оставались всего лишь бесстрастными наблюдателями, но всему приходит конец. И нашему терпению тоже. Однажды вы, оборотни, оступитесь и взорвёте шаткий мир. Тогда мы начнём игру.
– Долго же вам ждать придётся… – княгиня сочувственно смотрела на собеседника.
– Лунный, неужели тебе хватает наглости угрожать на чужой территории её хозяевам? – вступил в разговор Лев. – Я готов хоть сейчас развеять твои сомнения, – рука рыжего оборотня сжала навершие меча.
– Что?! Поединок? – Лунный открыто рассмеялся. – Вступить в драку с тобой, мальчик, и доказать твоей матери, что я был прав?! Берегись! Как бы эта горячность ни погубила тебя.
– Нет, нет, Лев! Прочь оружие! Лунный верно говорит.
– Наконец-то мы с вами достигли взаимопонимания. Итак, госпожа, я доношу до све́дения Храмовых Старейшин, что княгиня Львица отныне будет осторожней, дабы не дать в руки народа Луны оружие против себя.
– Да будет так! – княгиня поднялась с кресла, давая знать, что аудиенция окончена.
Лунные встали, поклонились Главе рода Диких Кошек и всех оборотней мира, с чем вышли из палатки.
Отряд Лунных легко снялся с места и вскоре покинул лагерь оборотней. Киса долго смотрела вослед сияющим всадникам, пока они не скрылись из вида.
Нил уволок за собой упирающегося сына, Рэн ни в какую не хотел возвращаться домой, заявив, что желает ближе знать врага, и за это получил подзатыльник.
Лев, потихоньку от матери, увёл Кису в палатку, уговорив девчонку хотя бы притвориться спящей. Княгиня не любила неповиновения, особенно со стороны домашних. Киса была так возбуждена, что долго не могла уснуть. За этот вечер она обрела гораздо больше друзей, чем рассчитывала. Ведь у неё никогда не было сверстников, товарищей по проказам и забавам. Няньки – солдаты княгини, игрушки – мечи и стрелы. В юную жизнь ворвалось новое, и оно было иным, чем мир, столь привычный ей. Мальчишки, дети других народов, а стали ей… друзьями, братьями? Киса засыпа́ла с затаённой мечтой хоть раз ещё встретиться с ними. В её голове роились планы совместного времяпрепровождения: у лагеря есть небольшая рощица. Можно проверить, кто из них бесстрашней и сможет выше других забраться на дерево. А потом – игра в гвардейцев и разбойников, а затем…– Киса уснула с улыбкой на губах, предвкушая новые встречи и забавы.
***
Дни и ночи, ночи и дни. Мир менялся. В прошлом остались ребячьи забавы Кисы, юного Лунного и человеческого мальчишки Рэна. Троица встречалась ещё несколько раз, прекрасно проводя время в обществе друг друга. Но, постепенно всё ушло, у взрослых свои проблемы! Поэтому быстротечная пора игр канула в прошлое.
Всё неспокойней становилось на дальних рубежах, люди поднимают голову, пытаясь найти защиту от захватчиков в древней легенде, кланы оборотней предчувствуют возможную войну. И всюду – костры пожарищ, бойни и кровь.