Сирийский марафон Под сенью Южного Креста

Гуаль, присев на корточки, о чем-то тихо разговаривал с сержантом. Тот, сидя на коленях, ещё держал в руке шприц-тюбик. Дослушав, Алехандро отрешенно вздохнул и, выпрямившись в рост, подошёл к подполковнику:

- Командир! Они сами идти не смогут. Я знаю правила разведки. Всё сделаю сам и догоню.

- Дурак ты, капитан-лейтенант, - устало посмотрел на него Кайда, продолжая сидеть на стволе дерева. – И правила у тебя дурацкие. У нас, у русских, правило одно: своих не бросаем!

- Командир! - Еремеев, баюкая снайперскую винтовку, присел рядом. – Глянь, какой «лялькой» от Remington обзавелся. Эм двадцать четыре! Мечта идиота!

- Поздравляю, сбылась, - Александр равнодушно мазнул взглядом трофей. – Раз все в сборе, слушай приказ.

Он развернул порядком измятый пластик карты.

- Погода нам на руку, так? – мрачный teniente de Navio так и стоял столбом, правда, слегка покосившимся. – Ни авиацию, ни БПЛА колумбийцы поднять не смогут. Надо уходить. Срочно.

- Согласен с тобой на все сто, compañero de armas, - подполковник, привычно морща нос, изучал карту. – И противник наш также полагает. Наверняка.

- Но мы пойдем другим путем, товарищ, - по-ленински картавя, вставил фразу Носорог, легонько постукивая пальцами по телескопическому прикладу винтовки.

Александр укоризненно зыркнул на офицера:

- Сделаем так: «двухсотого» и «трехсотых» заберет наш авангард. Чупа-Чупс уже в курсе. Мы же - ноги в руки и марш-марш назад.

- Куда? – обомлел венесуэлец. – В лагерь? Так ведь там…

- Вижу, сообразил, - довольно хмыкнул Кайда и, вернув карту в поясничный карман, встал. – Идем туда, где нас не ждут. Кстати, тоже правило русской разведки.

- Куда идём мы с Пятачком большой - большой секрет, - фальшиво пропел Николай и, встав в полный рост, на манер лесоруба закинул «американца» на плечо.

- За это могут посадить всего на пятьдесят лет, - в тон пропел Чупа-Чупс, выходя на поляну со стороны реки.

«Тот же лес, тот же воздух и та же вода, только он не вернулся из боя», - уже полчаса заигранной пластинкой крутилась строка в голове. Он в очередной раз посмотрел вверх. Шопен с прогнозом не ошибся. Синюю акварель буквально на глазах заливала черная гуашь, наглючим Чубайсом вырубая небесную иллюминацию:

- Мда, маэстро, кажется ливень будет знатный.

- Как заказывали, командир, - Шестаков, перешагнув через очередную корягу, умудрился поднырнуть под ветку, что подлым образом вознамерилась стегануть по лицу. – Зато ни тебе вертушек, ни беспилотников. Красота!

-Тук, тук, тук, - трудягой-дятлом проснулся наушник уоки-токи. Кайда, продолжая двигаться, обернулся и поймал взглядом Алехандро. Тот, держась в середине цепочки навьюченных снаряжением коммандос, поднял глаза. Понимающе кивнул и, стараясь не нарушать ниточку следов, догнал подполковника:

- Новости?

- Головной вышел к долине. Командуй своим привал, а мы глянем что и как.

- Рекогносцировка?

- И она тоже, - Александр, скинув рюкзак, извлек из-под верхнего клапана «костюм лешего». Венесуэлец последовал его примеру:

- БэКа дополнительный берем?

- Запас карман не тянет, - Кайда в карманчики разгрузки рассовал осовремененные «лимонки». Подумав, добавил к четырем ещё пару снаряженных магазинов к «Калашникову». – Народная примета. Флот к короткому забегу на длинную дистанцию готов? Вот и славно. Двинули, перекрестясь.

Дождь, напрочь забыв про все приличия, наяривал «собачий вальс». Они, лежа под термонакидками, старались не обращать внимания на лужи под животом.

- Господа офицеры! Пора сделать выбор, - тоном прожжённого маклера напомнил о себе Носорог. – Перед вами два экспоната. Тот, что справа - Sikorsky UH-60 Black Hawk. Обращаю внимание на пассажировместимость. Одиннадцать рыл плюс 3 чела экипаж. Второй - Bell UH-1. Он же «Ирокез». Вертушка больше для огневой поддержки, но восемь обормотов запихнуть можно, в довесок экипаж в две штуки. Зато НУРСов, как у дурака махорки… Аж два блока по 19 пистонов. Жуть.

- Выбирать, говоришь? - поцокав, подыграл ему подполковник, продолжая разглядывать лежащий внизу полевой лагерь. Хотя правильнее сказать, что от того осталось. Вертолётная площадка, небольшой ангарчик огневой налёт пережили. Там и, по словам капитана Еремеева, и прятались от дождя летуны с охраной. Остальным домам-строениям повезло не так. Точнее, совсем не повезло. Бунгало сложило, что карточные домики после шалостей торнадо. Про палатки-навесы смешно и говорить. Как Фома хреном… Техника с кислым видом, где набекрень, а где и в полной раскоряке темнела сквозь частые сети дождя. – Что мыслит об этом, синьор Teniente de Navio?

Гуаль, стараясь не шмыгнуть, ответил вкрадчиво:

- Black Hawk.

- Понятно, - вздохнул Кайда, немного поерзав. – Логика на поверхности. Так понимаю, с «Сикорски» знаком. Управлять сможешь?

- За высший пилотаж не ручаюсь, но от точки до точки - почему нет? – уверенно кивнул венесуэлец. – Правда, в такую непогодь…

- С небесами договоримся, - подмигнул Александр. – Гулять так гулять. Полетим с комфортом. Господин продавец! Заверните оба. Кстати, о скидке не забудьте! Опт как никак. Хотя дождешься от тебя.

- Вот это бизнес! – просиял Еремеев. – От всей широты русской души. В качестве бонуса, командир, лично прокачу с ветерком. От точки А до точки Б.

- Сговорились. Ты тут бди, а мы скоренько. Одна нога здесь, а вторая

А ливень всё никак не унимался. Правда, над вершинами сопок начинало светлеть. Гуаль, не особо и осторожничая, вернулся перебежками:

- Все на позициях.

- Ключ на старт? – вопросительно посмотрел Носорог. Подполковник ещё раз глянул на небо и прислушался к шуму дождя:

- Через полчаса, полагаю, тучи протянет. Вон просветы намечаются.

- Ага, Илья-пророк, походу, умаялся, - Шопен сидел под плащ-палаткой на манер известного Кощея. Тот сказочный чах над златом, наш же берег «вверенное казенное». Электроника - вещь капризная, даже в милитаристическом варианте. – Кстати, в эфире, кроме треска электрических разрядов, покой и благолепие.

Они зашли к ангарчику с глухой стороны. Хотя, надо признать, из четырех только одну и можно было признать не глухой, да и то номинально. Наличие откатных ворот, пусть и без окон, давало такое право. Конечно, сооружение слепили не для казармы, а тем более несения караульной службы. Капа скупыми жестами распределил роли в предстоящем. Язык жестов в спецназе интернационален, хотя есть нюансы. Обошлось. Оба венесуэльца понятливо кивнули и, держа «Калашниковы» удлиненные глушителями наизготовку, двинулись вдоль стены, намереваясь обогнуть склад. Поправив слегка сползший с плеча ремень «Вала», Капелев мешкать не стал. Повернув за угол, направился к торцу с воротами.

- Минутная готовность! Начинаем по команде «зеро»! – в частом бисере дождя очертания слегка плыли. Александр, в три приема скатав накидку в рулон, сунул под верхний клапан рюкзака. Тропический дождь - штука переменчивая, что девица на выданье. Хлоп - и закончился. Будто в небесах водопроводчик по причине похмельной ретивости барашку крана прикрутил. – Твою колумбийскую маму… Носорог! Выход на контроль! Не ровен час…

Ворота перегруженной вагонеткой поползли по направляющей. Скрипа, от которого мороз по коже, подполковник не услышал. Расстояние всё-таки. Вот мурашки… Наверняка, рудимент. Но шерсть у наших предков была. Определенно.