Отброс аристократического общества

Альтер Драконис

Отброс аристократического общества

Пролог

Для меня, как попаданца, эта история началась достаточно шаблонно: меня убило мангой.

Ну, если честно, то не совсем мангой, а ранобэ, но сути это не меняет. Убило качественно, наповал. Вся эта макулатура весила гораздо больше, чем «Капитал» Маркса, так что удивляться тут особо нечему.

Начну с того, что личностью я был весьма заурядной. Моё имя… какой теперь в нём смысл? Оно было такое же заурядное, как и я сам. Жизнь моя, серая и обычная, сложилась довольно по-дурацки. Я был сиротой, мои родители погибли в автокатастрофе, когда я ещё ходил в школу, так что загребли мою бренную тушку и интернат. Житуха в нём была совсем не сахар, но я как-то ухитрился дожить до совершеннолетия, и когда меня выкинули на волю пинком под зад, целиком окунулся в нашу наипрекраснейшую действительность.

Мою двушку-хрущёвку, доставшуюся в наследство от родителей, по программе реновации отобрали, а мне сунули в зубы задрипанную квартиру-студию в самой заднице Москвы, размером чуть больше стандартного захоронения.

Прекрасный старт, не правда ли?

В общем, с высшим образованием у меня не сложилось, денег не было, надо было хоть как-то выживать, и, помыкавшись по биржам труда, я устроился работать курьером.

Охрененно весёлый и радостный труд, скажу я вам. Сарказм, если вдруг кто не понял. Рассекаешь по улице в зелёной униформе с огромным зелёным баулом за спиной, в который напихано разной жратвы. Для окружающих людей ты просто человек-невидимка, или предмет мебели, «зелёных человечков» никто не видит в упор. Заказчики зачастую хамят, если опоздал с доставкой на пять минут, а руководство видит в тебе просто очередной человеческий мусор, который можно и на улицу выкинуть, ежели оно станет возмущаться.

Тоска…

Кто другой пристрастился бы к выпивке, но я с головой ушёл в эскапизм, подсев на чтение героического фэнтези, совершенно неважно в каком формате, книга, манга, ранобэ… Вот именно это самое ранобэ и сыграло со мной злую шутку.

Как-то раз, ища на «Авито» очередные подержанные книги (знаете, сколько стоят новые?), я наткнулся на продавца, сдававшего оптом этот злополучный литературный шедевр, причём по цене макулатуры. Естественно, тут же был установлен контакт, перечислены деньги, и вот передо мной лежит здоровенная коробка с вожделенными томами, которые я аккуратно расставил на стеллаже, и так уже изрядно забитом похожими литературными произведениями.

Читал я запоем, благо на завтра с утра у меня не было заказов, и, одолев пятый том ранобэ, не глядя потянулся за шестым.

Вот на этом самом месте я и сковырнул этот грёбаный стеллаж вместе с десятками килограмм разнообразной писанины, которые рухнули на мою несчастную голову.

Мораль же сей басни такова: надо было прикручивать стеллаж к стенке.

Глава 1. Отброс аристократического общества

Первое что я почувствовал – это осторожное похлопывание меня любимого по плечу.

- Молодой господин, - произнёс старческий голос, - проснитесь, молодой господин. Старший господин желает вас видеть.

Я аккуратно приоткрыл один глаз и огляделся. Лежал я на роскошной двуспальной кровати, сквозь широкое окно в просторную комнату лился тёплый солнечный свет, отражаясь на шикарной лысине будившего меня старика.

- Удивительно, что вы так быстро проснулись, молодой хозяин, - со скрытой издевкой произнёс нахал, - учитывая, сколько вы вчера выпили.

Я вчера бухал? Да, я вчера бухал. В голове всплыли уже привычные образы меня, размахивающего бутылкой в «Шакальей норе», самом злачном притоне трущоб. Странное дело, голова совсем не болела, и ни следа похмелья, а ведь я погулял знатно.

Так, стоп.

Мне же буквально только что прилетело в лоб железным стеллажом. Помню яркую вспышку и темноту. Или не только? Я прижал руки к вискам и тихонько застонал. Сейчас во мне сплетались в клубок две совершенно разные жизни в двух совершенно разных мирах.

- Молодой господин Кайл, – укоризненно произнёс старик с плохо скрываемой издёвкой. – Я всё понимаю. Похмелье – страшная вещь. Ничего страшного, я приготовил для вас лимонад. Подождите, я его сейчас принесу.

Я открыл глаза и сел на кровати. Ну да, моя комната. Вон моё зеркало на стене, а в нём отражаюсь я, Кайл Ханитьюз, старший сын графа Деруса, известный вестернский пьяница, отброс и ничтожество.

По крайней мере так про меня говорят.

А ещё, я второстепенный персонаж ранобэ «Рождение героя», той самой корейской хрени, которую я только что читал. Или не я, тот прошлый я, который сейчас лежит в московской квартире с размозжённой головой.

Опять накатило головокружение, но я унял его усилием воли. Ладно, всё совсем неплохо. Не знаю как, но я теперь совершенно новая личность, синтез двух совершенно разных душ, а ещё я знаю, что должно случиться наперёд, правда, в пределах пяти прочитанных томов.

Я подошёл к зеркалу и внимательно осмотрел своё отражение. Вот он я, красавчик. Лет мне семнадцать, морда лица смазливая, мышцы есть и даже слегка подкачаны. Живот хоть и не кубиками, но и фартуком не свисает. В принципе, всё нормально, даже продолжительные загулы пока что никак не отразились на лице. Но главная моя гордость – это шевелюра. Она была даже не рыжей, а огненно-красной. Я немного покрутился перед зеркалом. Красота.

Дверь отворилась и в спальню вошёл тот самый надоедливый старик.

Рон. Рон Молан. Наш семейный дворецкий. Беглый профессиональный убийца, некогда поклявшийся отцу в верности. Старая сволочь.

- Вот ваш лимонад, - он протянул мне стакан, до краёв наполненный прохладной жёлтой жидкостью. – Против похмелья самое лучшее средство.

Знает же сволочь, что тот, старый я, ненавидел лимонад. Но ничего. После моего перерождения мои вкусы изменились. Как и я сам.

- Спасибо, - произнёс я, выхлебав весь стакан. – И правда, самое то.

Старик несказанно удивился, но виду не подал. Я отобрал у него кувшин с напитком и налил себе ещё одну порцию. Правый глаз поганца задёргался, видя, что провокация не удалась.

- Молодой хозяин, Кайл Ханитьюз, - в тоне старика начали проскакивать раздражённые нотки, - господин вас ждёт. Семейный завтрак, знаете ли…

- Спасибо, что напомнил, - мило улыбнулся я.

Это выбило Рона из колеи окончательно. Не сказав ни слова, старый засранец вылетел из спальни пулей. Это моя улыбка его доконала? Ничего, я ему ещё устрою похохотать.

Улыбайтесь чаще, как говорится, это всех раздражает.

Когда старый пень удалился, я отправился в ванную и занялся утренней почисткой зубов, одновременно размышляя. Итак, что мы имеем? Да, я Кайл Ханитьюз, один из персонажей новеллы «Рождение героя», аристократ, причём отпрыск высшей аристократии, бывший виконт, но лишённый права майората из-за непрекращающихся пьянок и непристойного поведения.

Виконт, кстати, теперь Басен, мой сводный брат. Есть ещё Лили, моя сестра, тоже сводная. После того, как умерла мать, отец вновь женился, приведя в семью мачеху и этих двоих. В принципе, ничего худого я про своих новых родственников сказать не могу, ведь я с ними, считай, не общаюсь.

Ладно, будем строить отношения с нуля.

Я вновь осмотрел себя в зеркало. Что ж, сойдёт. Надо пойти позавтракать, а то в желудке пусто, заодно погляжу на свою старую-новую семью трезвым, так сказать, взглядом.

А после завтрака надо срочно действовать. Время не ждёт, часики тикают. Не знаю, где сейчас главный герой ранобе, некий прохвост Чхве Хан, это надо выяснить в первую очередь.

Зачем? А затем. В новелле этот перец набил морду некоему дворянчику, которого звали Кайл Ханитьюз.

Знакомое имя, смекаете?

Дверь вновь отворилась, но на сей раз появился не Рон, а обычный слуга.

- Что сегодня желаете надеть, молодой господин? – поинтересовался он.

- Что-нибудь попроще, - решил я, - у меня сегодня рабочее настроение. И никаких пьянок!

На меня посмотрели, как на сумасшедшего. Ничего, ничего. Смотри.

Пока мы топали в столовую, я вспоминал события ранобэ. Итак, Главный Герой, естественно кореец, с именем, как я уже говорил, Чхве Хан, совершает стандартную для сёнен-манги эволюцию: от простого попаданца без особых талантов до Великого Героя и мастера боевых искусств. Довольно обычный сценарий, если подумать, даже не знаю, почему эта история вызвала такой фурор. Автор сего славного произведения литературным талантом явно не блистал, судя по обилию штампов. С Чхве происходили довольно стандартные для подобных нетленок сюжетные выверты. Попал в другой мир, прямо в Лес Тьмы (очень оригинальное название), где долгое время скитался, колотя местных монстров. В процессе тренировок в главгерое проснулись Неведомые Силы, то ли Силы Дракона, то ли ещё какая хрень, но они ему даровавшие ему практически бессмертие.

Долго ли, коротко ли, но вышел наш герой к людям, в деревню Харис, где и прижился. И вот, в один не очень прекрасный момент, когда Чхве отлучился по делам на деревню напал отряд злобных ассасинов, помножив население на ноль. Главгерой, увидев это безобразие, естественно впал в боевое безумие, поубивав вторженцев голыми руками.

Лошара. Надо было хотя бы парочку живьём взять, так что теперь Чхве терялся в догадках, за каким хреном эти парни устроили резню. Не зная, что делать дальше, он направился в город Вестерн, наше владение, где и столкнулся с пропойцей Ханитьюзом. Слово за слово, и когда пьяный Ханитьюз неудачно пошутил про погибших жителей деревни, Великий Герой сделал из Кайла отбивную.

Хорошую такую, с кровью.

Итак, что же мне делать дальше? Простейшее решение, просто не встречаться с этим буйнопомешанным, но нет. Не выйдет. Дело в том, что Чхве (ни и имя блин, как чих) повстречает старого хрыча Рона и его сынулю Бикроса, завербует их в свой отряд, и отбудет в неизвестном направлении, приключаться.

Вот именно этого мне и надо. Если честно, задолбали меня эти двое. Рон, язва старая, утомил со своими подколками, а Бикрос хоть и был отменным шеф-поваром, косился на меня с явно нехорошими намерениями. Не, не то, что вы подумали. В сексуальном плане он совершенно нормален, просто не любил Кайла этот мускулистый дядька. Уж больно характерными движениями он начинал точить ножи в моём присутствии.

Итак, план прост. Сводим вместе эту троицу, а дальше, как в том мемасике из интернета, когда кот катит деревянную лошадку на колёсиках, на которой сидит щенок, со словами: «Езжай отсюда нахрен!».

Пусть едут отсюда нахрен.

А вот и он, наш обеденный зал. Помпезные интерьеры, длинный стол с позолоченной резьбой и кудлатыми завитушками, такие же массивные и пафосные кресла на которых восседала моя семья, плюс толпа угодливых слуг рядом. Я прошествовал мимо этого великолепия, и плюхнулся на моё личное, не менее помпезное сиденье.

- Ты опоздал, - с укором произнёс граф Дерус, мой отец.

С папенькой мы, в общем, неплохо ладили. Папенька закрывал глаза на мои шалости, давал денег и не лез в личную жизнь, а я, в свою очередь, не лез в его личные дела. С остальной семейкой было чуть иначе, я бы назвал это «вооружённым нейтралитетом».

- Дела, дела, - мило улыбнулся я. – Ты же знаешь, весь день в заботах.

Папенька странно на меня посмотрел. Тот Кайл сарказмом и язвительностью не отличался, но ничего. Пусть привыкают к новому Кайлу.

Принесли еду. От одного запаха у меня потекли слюни. Бифштекс, настоящий! Твою ж мать, это вам не сраный доширак. Я отрезал ломоть и отправил в рот. О, божественно.

- Божественно, - констатировал я.

- Вечно ты ругаешь еду, - начал граф, - хотя Бикрос так старается… Погоди, что ты сказал?

Ну вот, получилось, как в том анекдоте про поручика Ржевского. Вышел Ржевский поутру на крыльцо и с душой произносит:

- Красота-то какая!

- …мать, …мать, …мать, - привычно отозвалось эхо.

- Божественно, - снова произнёс я. – Путь Бикросу выразят от меня благодарность.

Младшенький, Басен, чуть не подавился вилкой, но вовремя икнул, и столовый прибор со звяком упал на пол. Подбежавший слуга подобрал вилку и тут же положил взамен новую. Сеструха и мачеха глядели на меня словно на привидение. Ну как же, крокодил сказал доброе слово. Небывальщина.

Я начал поглощать угощение. Не спеша, аккуратно, отрезая ломтик за ломтиком. Семья даже позабыла про трапезу, наблюдая, как я ем, ведь Кайл обычно не утруждал себя этикетом. В себя они пришли лишь тогда, когда я положил столовый прибор на стол.

- Папенька, - ласково улыбнулся я, - ты случаем не одолжишь мне денег?

- А… кхм… да, - пришёл в себя граф. – Сколько ты хочешь?

- А сколько не жалко, - честно ответил я. – И чуток сверху.

Вот этому уже никто не удивился. Наглость Кайла была известна всем.

- Да-да, конечно, - кивнул головой граф, - казначея сюда.

Подскочил казначей и скоро у меня в руках оказался увесистый мешочек. Я заглянул внутрь. Ага, золотые монеты, плюс несколько золотых табличек по полмиллиона галонов. Ну что, неплохо так. Повезло мне с богатой семьёй.

Галоны – местная валюта.

- Премного благодарен, - произнёс я и, откланявшись, покинул обеденный зал.

Услужливые слуги распахнули передо мной двери, и за спиной нарисовался надоедливый Рон.

- Чего изволит ваша милость? – пряча ехидную ухмылку поинтересовался он.

- Наша милость изволит пройти в свой кабинет, - отрезал я.

- Но, кхм, там не прибрано, - заметил старик.

- Неважно, - повёл рукой я.

- Боюсь, мне придётся настаивать, - покачал головой тот, - после того как ваша милость изволили устроить там оргию с распитием спиртных напитков и… общением со служанками… там такой бардак. Я отдам распоряжение, чтобы слуги навели порядок.

- Будь так любезен, - уступил я. – И пусть принесут попить. День будет жарким.

Старик удалился, а я погрузился в раздумья. Проблема с Чху… Чхве, будь он неладен, не самая страшная. Если верить этому ранобэ (а не верить ему у меня нет оснований), то скоро в этом мире полыхнёт война, причём весьма жестокая и глобальных масштабов. Королевство Роан, и особенно западная провинция, губернатором которой являлся граф Дерус, окажутся в самом эпицентре событий. Городу Вестерн, где я сейчас находился, придётся несладко, а значит, несладко придётся и мне.

Это проблема номер раз. Проблема номер два – это почти поголовное увлечение местных жителей всяческими боевыми искусствами. Нет, «увлечение» это мягко сказано. Они на них просто повёрнуты. Здесь даже простой сапожник может оказаться мастером-синоби, владеющим тайной техникой Боевого Шила, а каждый второй хлебопёк (не считая каждого первого) мастер стиля Летающей Скалки, массово поражающей врагов на расстоянии.

«… он шёл мимо трупов поверженных противников, и лишь обрывки дратвы на шеях врагов выдавали в нём Боевого Башмачника…»

Так. Стоп. Воображение надо слегка притормозить.

Во время войны эти увлечения сыграют с жителями злую шутку. Решив, что раз они мастера боевых искусств, то победить армию вторжения им раз плюнуть, но реальность оказалась совсем не такой радужной. Северяне просто растерзали эту неуправляемую толпу. С этим тоже придётся что-то делать.

- Вот ваш напиток, молодой хозяин, - раздался голос Рона.

Стервец, вместо того чтобы принести воды, заморочился и вновь соорудил лимонад. Что, дурень старый, решил, если в первый раз не прокатило, прокатит во второй?

- О, как я вижу, ты постарался ради меня, - ласково улыбнулся я. – Твоя забота так греет мою душу, Рон. В этом паскудном мире так сложно найти хороших слуг…

Я принял из его рук стакан и осушил мелкими глотками, хитро поглядывая на престарелого поганца. Зараза, а ведь действительно неплохо. Это вам не химия из моего старого мира, тут самый настоящий натюрпродукт. На Земле этот напиток стоил бы каких-нибудь безумных денег! Совсем не для курьерской зарплаты.

- Отлично, - похвалил я. – Благодарю за службу. Кабинет уже отмыли?

Рон скривился, будто сожрал цедру с тех самых лимонов, из которых состряпал лимонад.

- Сейчас закончат, молодой хозяин, - проквакал он.

Я прошествовал в свой кабинет. Врал паразит, всё было не так уж ужасно. Я выгнал слуг и заперся. Надо обдумать мой гениальный план.

Значит так. Чтобы уцелеть в грядущей бойне мне потребуется сила. Чисто теоретически я мог бы занять боевыми искусствами или той же магией, но у этого варианта есть ряд существенных минусов. Искусство мордобоя чревато тем же самым мордобоем в процессе обучения, а получать по харе я очень не люблю. Да и поздновато уже записываться в ученики. Староват я для этого, это надо было начинать лет эдак с пяти. К тому же время поджимает.

С магией тоже самое. Те же самые ограничения, плюс отсутствие у меня подходящих талантов.

Но ведь мне мало уцелеть самому, надо ещё город спасти, а случится как у Шарикова из «Собачьего сердца»: «Где же я столоваться буду?».

Однако есть третий путь, о котором в этом мире если и вспоминают, то нечасто. Это так называемые «древние силы». Известно про них немного, говорят, что это стихийная энергия, сконцентрировавшаяся в определённом месте при определённых условиях. Если знать, как её получить и удержать, можно обрести нехилое такое могущество. Так, вот от этой печки мы и будем плясать.

Я извлёк из верхнего ящика стола листок бумаги и принялся рисовать блок-схему с известными мне личностями, явлениями и факторами. Получилось прямо как в каком-нибудь фильме, эдакие игры разума, с кружочками, стрелочками и переходами. Убив несколько часов, я оглядел моё творение, запомнил, и спалил нафиг, чтобы не спалиться самому.

Каламбур, однако. Отперев дверь, я выглянул наружу.

- Рон! Эй, Рон! Ты тут? – крикнул я.

- Что случилось, молодой хозяин? – передо мной возник Ганс, его заместитель.

Интересное место этот мир. Вот я, к примеру, на морду – обычный европеец, не считая красных волос, конечно. Ганс тоже, немчура хренова. А Чхве Хан и попаданец из Кореи, и сам морда сто процентов корейская. И всё это, прошу заметить, в одном королевстве. Более того, данный факт никого совершенно не удивляет! Впрочем, чего это я. В той же «Дюне» Фрэнка Герберта русско-финский альянс (Владимир Харконен) воевал против американо-греческого (Пол Атридес) и это тоже никого не удивляло.

- Какое сегодня число? – поинтересовался я.

- Двадцать девятое число месяца Первого зерна, год 781, - ответил Ганс. – А вы что, забыли?

Не договорил, наглец, хоть и подразумевал: «забыли счёт дням в запое»?

- Счастливые часов не наблюдают, - буркнул я и ушёл.

Так-так-так. Значит 29 число. По сюжету Мистер Чих должен явиться в город именно сегодня и именно сегодня он схлестнётся с ублюдком-старшим, то есть со мной. Пожалуй, надо занять наблюдательный пункт и полюбоваться на торжественный вход Главного Героя в город Вестерн. Я как раз знаю нужное местечко.

- Я в город, - распорядился я. – Пусть приготовят карету.

Карету подали вместе с вездесущим пронырой Роном. Вот же неугомонный старикан! Я отдал распоряжение, и карета покатила. Некоторое время мы бесцельно кружили по городу, специально чтобы сбить с толку Рона, пока, наконец, экипаж не поравнялся с чайханой «Розовый куст».

- Тормози! – велел я и карета остановилась. Я вылез наружу и потянулся.

- Вы… туда? – удивлённо воззрился на меня Рон. Бедолагу шокировало, что перед ним не кабак, а пристойная чайная.

- Туда. Знаешь, - доверительно прошептал я, — иногда стоит поступать вопреки устоявшимся стереотипам.

Старик даже не нашёл что ответить и я, воспользовавшись его замешательством, гордо вошёл в чайную.

- Добро пожа…а…а…ловать, - увидев меня трактирщик поперхнулся словами.

Последнее «…ловать» прозвучало почти как «твою мать».

Посетители, узрев мою фигуру, моментально сникли. «Будет дебош, мордобой и насилие», читалось на их лицах. Я одарил посетителей лучезарной улыбкой и подошёл к хозяину. Тот пытался выдавить улыбку на своей гримасе обречённости. Получалось плохо. Словно зомби на детском утреннике, пытающийся выглядеть мило и дружелюбно.

- Мне, пожалуйста, чайничек чего-нибудь романтического, на ваш выбор, - любезно произнёс я, - и вон тот томик поэзии, почитать. У меня сегодня лирическое настроение.

Посетители перепугались не на шутку. Пьяным меня уже видели, а вот романтичным – нет. Самый нестойкий уже ползком пробирался к выходу. Под другим, трясущимся в углу, расползалась предательская жёлтая лужа.

- Отдыхать желаю на втором этаже, - продолжил я, - у окна с видом на центральные ворота. И да, - я повернулся к залу, - если есть желающие поговорить о талесинской поэзии, я буду только рад.

Отсыпав монет всё ещё не пришедшему в себя хозяину, я прошествовал мимо, на второй этаж. Да, репутация - страшная сила. Она летит впереди тебя, а народ, не дожидаясь, уже падает штабелями или разбегается в стороны.

Может оно и к лучшему. По крайней мере, мне никто не будет мешать. Принесли чайку, фарфоровую чашку и каких-то тонюсеньких печенек. Я сделал маленький глоток. О, а ничего чаёк, нормальный. Из серии травяных, я как раз такие люблю. Так что, устроившись поудобнее, я раскрыл для вида томик поэзии и принялся наблюдать за воротами.

Ждать пришлось не очень долго. В проёме ворот показался одетый в чёрную хламиду оборванец, в котором я с трудом узнал Чхве Хана, всё же иллюстрация в новелле и настоящий человек – вещи немного разные. Дальше всё пошло согласно сюжету. Стража потребовала подорожную, которой у оборванца, естественно, не оказалось. Помявшись у ворот и бросив злобный взгляд на грозно глядящих представителей закона, Чхве ретировался, скрывшись в придорожных кустах. Что ж, теперь мой выход. Я допил чай, спустился вниз, прихватив коробку с печеньем. На лестнице на меня чуть не налетела какая-то девушка из посетителей, и, узнав во мне мажора-дебошира, с писком забилась в дальний угол. Я подошел к ней и, глядя в расширившиеся от ужаса глаза произнёс:

- Возьми печеньку, красавица.

Та, совершенно на автопилоте протянула руку и взяла сладость.

- Здесь хорошая кондитерка, - продолжал я. - Ты кушай, кушай, Федора Егоровна.

Этого девица уже не вынесла и со сдавленным воплем вылетела наружу, даже не поинтересовавшись, что такое «Федора Егоровна». Или может она решила, что это такое изощрённое ругательство? Я пожал плечами, вежливо поблагодарил хозяина заведения, и отбыл. Сейчас Великий Герой должен забраться на стену и при спуске неудачно упасть, повредив ногу. Тут-то я его и заграбастаю. Где бы он мог приземлиться? А вон же он! Фигура в балахоне, прижимаясь к краю крепостной стены, оглядела улицу, и, перемахнув через зубец, начала медленно ползти вниз. Где-то на середине его нога сорвалась, и Чхве мешком рухнул в тёмный проулок. Отлично. Не придётся искать по всему городу.

Я мимоходом сграбастал с лотка торговца копчёную курицу (уж больно вкусно пахла зараза) и, кинув продавцу золотой (сильно переплатил), свернул к месту приземления объекта моего пристального интереса. Так, и где же он?

Никого. Пустой переулок. Лишь что-то зашуршало под соломенной крышей соседней развалюхи. Я остановился и почесал в затылке.

- Мяу! – раздался требовательный кошачий крик. – Мяу. Мурмя!

Я посмотрел вниз и увидел пару котят, рыжего с золотистыми глазами и серого-полосатого, но с голубыми. Рыжий подошёл поближе, и, встав на задние лапы, начал требовательно скрести мою штанину когтями.

- Мряу! – потребовал он.

Ну, всё с тобой ясно. Курица. Я присел на корточки и начал сдирать с аппетитно пахнущей куриной тушки запечённую золотистую кожу.

- На, кушай. И ты тоже, - я протянул котятам два куска шкуры.

Те подошли ближе, выхватили из моих рук куски куряки и урчанием отпрыгнули в стороны. Я не двигался. Котята поглядели на меня и тоже не стали удирать, в надежде на новую порцию.

- Что, ещё хотите? – поинтересовался я. – Ну на. Забирай.

Так мы просидели минут десять, я кормил котов, периодически отправляя в рот аппетитные кусочки грудинки. Пахло обалденно. Под соломой зашуршало сильнее и, наконец, я услышал то, на что рассчитывал. Сдавленное урчание, переходящее в рык.

Ага, тут он, родимый. Никуда не делся. Пустой желудок выдал главного героя, даже покачанный уровень маскировки не спас. Заскрипели доски, и в тёмном проходе появилась мрачная фигура. Чхве уставился на меня, не зная, что сказать.

Так-так. Главного Героя поймали на копчёную курицу. Неплохо. Я сделал вид, что только что его заметил.

- Ты кормишь котят? – задал идиотский вопрос он.

- Ну да, - я встал и повернулся на голос. – А ты что, тоже голоден?

Заурчало сильнее.

- Всё, вопрос снимаю, - я махнул рукой. – Прости, но от курицы остался один скелет.

Я с сожаление посмотрел на костяк и зашвырнул его подальше. Котята прыжками ускакали в сторону улетевший в последний полёт курятины.