Выйти замуж за шейха

Родить ему сына должна другая женщина. И шейх Халим эль Хамад знал её имя.

А потом прозвучал звонок, и он услышал её плач. Знал, что это она. Почувствовал. И в ярость пришёл, когда услышал, что на Райхану снова покушались. Что какой-то мужчина касался её. Что её снова пытались забрать у него. Озверел в то же мгновение. Ярость была такой силы, что он едва сдержался, чтобы не разнести всё вокруг.

— Вон! — рявкнул на Давию так, что она отпрянула, потеряв равновесие, и едва не упала, схватившись за край стола.

Она устремила на него испуганный взгляд.

— Мой эмир... — выдохнула, полные губы задрожали, а глаза наполнились слезами.

Нет, это не она. Она бы не стала так рисковать. Давия хитра и изворотлива, но не глупа. К тому же она не могла знать, что Халим решил взять себе вторую жену.

ГЛАВА 9

Сегодня она отдавалась ему, ведомая страхом и адреналином. Халим чувствовал, что за этим кроется лишь желание не оставаться одной, и это злило. Почему с этой женщиной всё иначе? Почему она не станет покорной? Зачем каждый раз биться о стену, расшибая сердце в кровь?

Он никогда не понимал русских. Импульсивны, резки, упрямы. Красивы и сокрушительны, как ураган. В Райхане, казалось, собрались все эти черты.

И сейчас, ощущая её податливость и глядя, как в немом вздохе приоткрывается её рот, он хотел одного — окончательно подчинить её себе. Сломить это упрямство, даже если сам потом потеряет к ней интерес. Халим прижал её к себе, полностью растворяясь в этой близости, и захватил её губы в плен, выпивая каждый стон.

Райхана обняла его за шею, притягивая ближе. В это мгновение гнев отступил, сгорая в лихорадочном жаре их тел.

— Ты заберёшь меня отсюда? — прошептала она ему в губы. Её голос дрожал, а взгляд был затуманен.

Халим сжал челюсти. Движения стали жестче, требовательнее. Он вел эту игру сам, заставляя её забыть обо всём, кроме него.

— Торгуешься со мной? — выдохнул он. Каждый толчок был наполнен властью, заставляя её запрокидывать голову и прерывисто дышать.

Ей шло быть его. Такой жадной до его ласк, как в эту секунду, когда она начинала двигаться ему навстречу. Умопомрачительно. Остро. Только с ней, этой русской девушкой, он чувствовал себя по-настоящему живым.

— Я просто боюсь… — со стоном выдохнула она, сама потянулась за поцелуем. — Пожалуйста, Халим. Защити меня от них.

Это было последнее, что он расслышал перед тем, как окончательно потерять контроль. Он вжал её хрупкое тело в постель, отвечая на её мольбу всей своей страстью. В этом порыве было всё: желание обладать, потребность защитить и первобытная жажда оставить на ней свой след. Он довел её до изнеможения, до того самого момента, когда её крик утонул в его собственном хриплом выдохе. Халим прижал её к себе, отдавая всего себя, до последней капли.

Лежа на его груди, Райхана тихо плакала. Горячие слезы падали на его кожу, и Халиму казалось, что они прожигают его насквозь, оставляя невидимые шрамы. Он крепко сжимал её в своих объятиях, не отпускал и не останавливал. Дал ей время.

Женщины после такого эмоционального потрясения особенно чувствительны. После того, что она пережила этой ночью, ей необходимо было выплеснуть боль. И ему это было нужно, чтобы окончательно признать: её слёзы ранят его сердце, которое он давно считал омертвевшим. Оно вдруг отозвалось и забилось в грудной клетке так быстро, что бросило в жар. Это было похоже на мощный выброс адреналина, только в сотни раз сильнее.

Сцепив зубы, он медленно выдохнул. Она доверчиво всхлипывала, не пытаясь отстраниться. И эта беззащитная преданность радовала искушённого шейха, словно ребенка. В последний раз он испытывал подобный восторг в далеком детстве, когда отец объявил, что именно он взойдёт на трон.

Эта маленькая женщина умеет дарить радость. Умеет доставлять ему удовольствие одним своим прикосновением. Своим доверием. Теплом своего тела. И смешно, но он готов пойти на уступки. Готов сделать шаг ей навстречу. Это лучше, чем ломать её и каждый раз видеть эти слёзы, чувствовать, как они разъедают тело и душу, словно кислота.

- Хорошо, Райхана. Я заберу тебя отсюда.

Она застыла, замолчала. Подняла голову, вглядываясь заплаканными, но всё ещё безумно красивыми глазами в его лицо.

- Куда?

- Во дворец. В твой дворец. Ты ведь туда хотела? – усмехнулся. Саадат. Эта хитрая женщина уже успела проникнуть в голову к девчонке. И это хорошо. Райхана должна научиться выживать в его мире.

- Я хочу к водопаду. К озеру. Помнишь? – прошептала, коснувшись его груди тонкими пальцами.

Заправил непослушную прядь волос ей за ухо, коснулся пальцами белоснежной кожи, нетронутой загаром. Райхана прикрыла глаза, отдаваясь его ласке. Даже если она сейчас лжёт ему, даже если что-то задумала. Он уже её прощает за это. Потому что ложь, слетающая с её губ, безумно сладкая.

- Хочешь сейчас?

- Да, - открыла глаза, а в них надежда. И хитринка. Коварная женщина.

- Тогда не забудь надеть хиджаб, - она попыталась встать, но Халим, не желая терять эти мгновения, притянул её к себе. На красивом лице остались следы от ушибов. Разбит нос и по обе стороны переносицы расползлись синяки. Но её красоты это не умаляет. – Не забудь о том, что я тебе говорил. Не совершай глупых, необдуманных поступков. Я могу подарить тебе весь мир, а могу лишить всего. Ты поняла меня, Райхана?

- Да, Халим.

Её неожиданная покорность настораживала и радовала одновременно. Подкупала. Ему нравилось видеть её такой. Хотя и понимал, что это лишь игра.

- Собирайся. Саадат проводит тебя.

- А ты?

- Мне нужно поговорить с охраной. Они поймали того, кто на тебя напал.

ГЛАВА 10

Халим знал: теперь ей грозит смертельная опасность. Женщины шейха Мохаммеда не ведали жалости — они травили друг друга, резали и жгли. Обливали соперниц кислотой, и многих не удавалось спасти. Как и их детей.

Брата и сестру он потерял еще в детстве. Сестра погибла в утробе вместе с матерью — третью жену шейха Мохаммеда кто-то отравил. А с братом они стали соперниками, едва научившись ходить. Трон предназначался старшему сыну, и младшего вместе с его матерью это не устраивало. Халим рос в этом мире и видел всё своими глазами. И всё же он до последнего не верил, что кто-то из его собственных женщин способен на подобное. Отец никогда не наказывал жен за покушения друг на друга — его это забавляло, превратившись в жестокую привычку в бесконечной борьбе за будущее.

— Кто ты такой? — Халим вгляделся в лицо убийцы.

Изуродовано шрамами, один глаз отсутствует. Мужчина был немолод, его бил сильный озноб, а взгляд блуждал, словно он не до конца осознавал реальность.

— Кто тебя прислал в этот дом?

— Я Али. Я не знаю заказчика, — прохрипел тот. — Со мной связались по телефону. Деньги оставили в тайнике на улице.

— Ты знаешь, кто я?

— Знаю, мой эмир, — мужчина судорожно сглотнул. — Но я не знал, что этот дом принадлежит вам. Иначе ни за что не вошел бы. Мне сказали, что цель любовница богатого господина. Что её смерти желает его жена. Заплатили за то, чтобы я её задушил... чтобы она мучилась.

Убийца не смел поднять взгляд, но Халим чувствовал — он не лжет.

— Али, ты хочешь жить? — спросил шейх тихо, и нападавший вздрогнул всем телом.

— Да, мой эмир. Я сделаю всё, что прикажете.

Халим поднялся и кивнул охране на человека, стоявшего перед ним на коленях.

— Передайте Саадат, пусть немедленно ведет Райхану. Али посадите в другую машину.

*****

- Мы возвращаемся во дворец, да? Почему Саадат с нами не поехала? – Райхана заметно нервничала, ощущая исходящую от него опасность. И это Халиму тоже нравилось. Девушка его чувствует. Почему-то раньше его не интересовало душевное единение с женщинами, которых имел. Эта же каким-то непостижимым образом заставляла хотеть себя и на ментальном уровне. Не только тело. Иметь её полностью. Всю без остатка.

- Саадат приедет во дворец завтра. Сейчас у нас с тобой есть одно незавершенное дело. - тёмные брови на бледном лице сдвинулись, и Халим мягко ей улыбнулся. – Верь мне. Я бываю жесток, но только тогда, когда это требуется. Теперь ты в моём мире. И должна научиться защищать себя и детей, которых ты родишь.

В её больших, бездонных глазах застыл немой вопрос. Но спрашивать ни о чём Райхана не стала. Лишь с тревогой глянула в окно, на пролетающие мимо пейзажи. А спустя время всё же прозвучал тихий вопрос:

- Мне нужно бояться?

— Нет. Тебе ничего не угрожает, — ответил он, скользнув тяжёлым взглядом по её щеке, где чётко проступала ссадина.

У дома Айше, как обычно, дежурила охрана. Халим кивнул, и массивные ворота распахнулись. Когда-то он приставил людей к своей любовнице, чтобы уберечь её. Как же он был слеп. Айше была красавицей: нежная, ласковая, податливая. Она годами ждала его, и он считал её преданной. Айше была последней, от кого Халим ожидал удара в спину.

Сегодня она встречала его во дворе. Улыбка, ласковый голос, радостный взгляд.

— Мой эмир… Я так долго тебя не видела, — она прильнула к его груди, не замечая Райхану. Но когда та вышла из-за его спины, Айше отпрянула. — Ты не один?

Райхана перевела взгляд с Айше на Халима. Он мог бы поклясться, что в этот момент она всё поняла. Халим не смог сдержать мимолетной улыбки, заметив вспышку чувств в её глазах. Поняла всё и Айше. Осознала, что раскрыта, и попятилась. Когда её перехватили под руки, она вскрикнула, теряя самообладание.

— Нет! Пустите! Я ничего не сделала! Эмир, ты не поступишь так со мной! Ты ведь знаешь, как я тебя люблю! — она замолчала, прочитав окончательный приговор в его холодном взгляде.

— Ты подняла руку на мою невесту. Обвинила в этом мою жену. Ты ударила меня в спину, прислав в мой дом убийцу. На что ты рассчитывала, Айше?

Он почувствовал, как напряглась Райхана, как впились в его руку её дрожащие пальцы.

— Я не делала этого… — Айше испуганно обернулась на человека, вставшего за её спиной.

— Халим, не надо! Нет! — крик Райханы разрезал тишину двора.

Она бросилась вперед, пытаясь вмешаться, остановить неизбежное, но охрана мягко, но твердо преградила ей путь. Халим лишь слегка кивнул, и всё закончилось в считанные мгновения. Тишина, воцарившаяся во дворе, стала оглушительной.

Райхана замерла, не в силах отвести взгляд от неподвижной фигуры на траве. В её глазах застыл ужас, смешанный с осознанием того, в какой мир она попала. Она медленно опустилась на землю, закрывая лицо руками, пытаясь отгородиться от реальности, где милосердие и месть идут рука об руку.

— Теперь его очередь, — Халим кивнул на Али.

Тот, выпустив верёвку из рук, бросился бежать, но выстрел одного из охранников всё закончил. Шейх сделал шаг к Райхане, присел рядом, пытаясь поймать её взгляд. Она закрыла лицо руками и вздрогнула, когда его ладонь легла ей на плечо.

— Не стоит сожалеть о них, моя красавица. Это они пытались тебя убить. И они получили по заслугам. Поверь, они бы не проливали слёз из-за тебя.