Счастливчик Ген

– У нас говорят, что мечтать не вредно, – тоже засмеялся я. – Спускайся с небес на землю, и давай подумаем о другом. Нам срочно нужна служанка. Вы сами не сможете даже одеться. Мне тоже нужен слуга. В доме только две свободные комнаты, поэтому лучше нанять тех, кто живёт неподалёку. Клара должна хорошо знать всех соседей.

Утром я быстро позавтракал, поблагодарил Ларду, чмокнул в щёчки своих женщин и побежал на занятия получать очередную порцию плюх. Моё появление в тренировочном зале вызвало оживление среди учеников. Первым ко мне подошёл Ник.

– Извини, – сказал он. – Я не смог быть на твоей свадьбе. Дядя не пустил, сказал, что мне там не место. Возьми подарок.

Он протянул мне золотой перстень с огранённым тёмно-зелёным камнем размером с горошину.

– Твой дядя прав, – сказал я. – Хоть мне и жаль, что ты не приехал, но там была настоящая пьянка. Я сам еле высидел. С помощью Маркуса показал им герб, чтобы разбежались, а то пришлось бы терпеть до вечера. Видишь, какая польза от моего герба, а тебе он тогда не понравился.

– Он мне и сейчас не нравится, – хмуро ответил мальчишка. – К нам утром приехал офицер, который не хочет жить в замке дяди и квартирует в городе. Так вот, он рассказал, что твой герб и то, как ты пугал им гостей, сейчас самая обсуждаемая новость в городе. И говорить об этом будут долго. Ты этого добивался?

– Если не ошибаюсь, кто-то не так давно говорил, что если не можешь стать незаметным, надо стать самым заметным и сильным. С заметностью у меня всё в порядке, а за силой я прихожу сюда. Ты лучше скажи, с тебя не сдерут шкуру за этот перстень?

– Если не содрали за ларшу... А перстень – подарок принцессы, и кому его дарить – это только моё дело.

– Привет, Ген! – поздоровался Сален. – Что вы учудили на свадьбе со своим гербом? Об этом со вчерашнего дня гудит весь город.

– А что не так?

– Ваш маг перестарался, говорят, что кто-то даже обмочился. А по поводу герба... Вы разве не знаете? Ах да, вы же из Коларии. У нас есть легенда об одном дворянине, которого Алхом избрал своим орудием и поместил на его герб свой символ. Этот дворянин со змеёй на гербе по воле бога праведной мести совершил много хорошего и немало дурного. Если верить легенде, королевство долго лихорадило. Вот сейчас и судачат, может то была не выдумка, а самая настоящая быль?

– Здравствуйте, Ген, – подошёл Лен. – Интересные у вас были предки. Выбрать себе такой герб! Вы сейчас самый известный человек в городе, а когда узнают, кто придумал Игру королей, станете самым известным в королевстве. А я буду ходить и хвастаться тем, что имел честь обучаться вместе с вами!

– Дался вам мой герб! – начал сердиться я. – Если хотите знать, королевская кобра очень миролюбивая змея. Она и человека предупреждает, прежде чем напасть.

– Королевская? – спросил Лен.

– Так её называют из-за размеров. Это самая крупная из ядовитых змей.

К нам подошли остальные ученики, но появился Лонар и всех разогнал заниматься делом.

– А ты иди за мной, – сказал он мне.

Мы прошли в одну из комнат учителя, где он указал мне рукой на стул и сел сам.

– Поздравляю с браком. Со свадьбой поздравлять не буду, – он ухмыльнулся. – Видел, какая у тебя была физиономия на этом сборище денежных мешков. Меня надолго не хватило, а сейчас жалею, что не остался и не досмотрел до конца. Жена у тебя замечательная и красавица, каких поискать. Такое богатство нужно уметь защищать. Я постараюсь дать тебе всё, что смогу и успею, а пока даю в подарок вот это.

Он взял со стола длинный свёрток и развернул ткань. На свет появился меч в простых ножнах и с тоже ничем не украшенной рукояткой. Но когда Лонар наполовину вытащил его из ножен, я ахнул: струящийся по голубоватому металлу клинка узор не оставлял сомнений в том, что это была лучшая сталь этого мира, и стоил такой меч баснословно дорого.

– Бери и владей, – сказал он, видя мою нерешительность. – И не сильно переживай: я его не покупал. Этот клинок достался мне как трофей, и я подарил его своему сыну.

– А почему теперь передариваете мне?

– Сын погиб вместе с женой и дочерью. Их подло убили друзья и родственники тех заговорщиков, от которых мы спасли семью короля. Так они отомстили мне и ещё кое-кому из наших. Бери, думаю, что он будет в хороших руках. Мне не о ком заботиться и не для чего жить, так почему бы не помочь тебе?

Я взял в руки довольно лёгкий, заточенный до остроты бритвы клинок, и для пробы взмахнул им несколько раз. Меч казался продолжением руки и просто покорил меня своей хищной красотой.

– Оставь пока здесь, после занятий заберёшь. Я не хочу, чтобы ученики разболтали об этом подарке. Ты ведь у нас теперь известная личность. Пошли, будем вправлять тебе мозги, пока ничего не мешает.

На этом занятии я пропустил меньше ударов и дважды достал учителя.

– Ты быстро учишься, – заметил он в конце занятий. – Из всей группы тебе сможет противостоять только Сален. Сейчас тебя обработает Корис, и до завтра можешь быть свободным. Да, не забудь подарок. Замотай его обратно в ткань и так неси. Ткань завтра можешь вернуть.

После того как со мной повозился маг, я стёр с тела остатки мази, переоделся и отправился за подарком. Потом пришлось подождать Сажа, которого почему-то задержал учитель. Я хотел поговорить с Ником, да и у него был ко мне разговор, как я понял по взглядам. Освободившись, мальчишка вылетел из школы как ошпаренный и, не заметив меня, припустил по улице в направлении нашего дома. Пришлось его окликнуть.

– К чему такая спешка? – насмешливо сказал я, когда Ник вернулся.

– Я думал, что ты ушёл один, – смущённо ответил он. – Послушай, Ген, знаешь, из-за чего я за тобой бежал?

– Я не маг, чтобы читать мысли.

– Мне стало интересно, ты головой думаешь или другим местом?

– А что я сделал не так?

– Ты всё сделал не так! Для чего ты ляпнул ученикам, что кобра на твоём гербе королевская?

– А что в этом такого? Мы так называем её из-за размеров.

– Это для тебя в этом нет ничего особенного, а тот же Хенк не упустит случая пустить слух, что ты выдаёшь себя за пропавшего принца Глая – сына свергнутого десять лет назад короля Коларии. Ему должно быть лет восемнадцать, так что по возрасту подходишь.

– Мне только пятнадцать!

– Врёшь!

– Для чего мне врать?

– Заткнись и слушай. Никто не должен знать, что ты ещё несовершеннолетний. Тебе шестнадцать лет, так всем и говори, тем более что по виду дадут больше. Иначе получишь кучу неприятностей. Пока ты гость короны и не попадаешь под действие наших законов о совершеннолетии, но ещё год не сможешь принести присягу королю. Твои родители могли бы объявить тебя совершеннолетним в пятнадцать лет, но их нет в живых, а приёмная мать не имеет такого права. Всё понял?

– Всё, кроме того, при чём здесь принц.

– Змея – символ мщения, а название «королевская» говорит само за себя. Дальше объяснять?

– Это просто совпадение.

– И ты будешь ходить по городу и каждому это объяснять? Или наймёшь глашатаев?

– Ладно, я понял. Скажи, чего стоит ожидать от твоего дяди.

– Дядя не верит слухам, хотя должен учитывать их воздействие на обывателей. Он пригласит тебя в ближайшие два дня через Гарта.

– Ты к нам зайдёшь?

– С радостью зашёл бы, но дядя запретил задерживаться и приказал это же Гарту. Поговорить он не помешает, но если я...

– Понятно. Ну что же, тогда прощай. Надеюсь, что после разговора со мной твой дядя снимет с тебя подобные ограничения, а то Алина по тебе соскучилась.

Лицо Ника осветила радостная улыбка, и он побежал к лошадям.

Степень своей популярности я смог оценить при подходе к дому. Обычно в это время соседи сидели в своих домах, и встретить кого-нибудь из них можно было только случайно. Теперь передо мной была довольно оживлённая улица, по которой фланировали взад и вперёд самые разные люди. Почти в каждом палисаднике изображал работу кто-то из соседей. Все вежливо здоровались и провожали взглядом. Некоторые даже набирались смелости завязать разговор, но я пресекал эти попытки, оправдываясь усталостью после занятий, и быстро добрался до дома.

– Мы уже наняли конюха, – обрадовала меня с порога Алина. – Он успел купить корм. Пойдём со мной, кое-что покажу.

Кое-чем оказался мой Зверь, стоявший в одиночестве в новой конюшне. Мне он обрадовался и стал требовать внимания, всячески хулиганя. Я уже знал, что конь не злой и не будет кусать по-настоящему, только пугает. Но чтобы сделать ему приятное, в притворном испуге отдёрнул руку, когда он так же притворно собрался меня цапнуть. Зверь пришёл в прекрасное расположение духа, показав нам оскаленные зубы.

– Смотри, он смеётся, – удивилась жена. – Или мне это кажется?

– Ничего не кажется, – я обнял коня и прижался лицом к тёплой бархатной коже. – Его надо было назвать не Зверем, а Весельчаком.

Словно возражая против такого несерьёзного имени, конь протестующе замотал головой, а когда я отстранился, положил мне её на плечо и тяжело вздохнул.

– Откуда он здесь?

– Маркус привёл. Я сговорилась с ним съездить завтра за конём. Ты не против?

– А почему я должен быть против, если сам это предлагал? Пока не забыл, запомни, что мне не пятнадцать, а шестнадцать лет. Если кто-нибудь узнает, что по местным законам я несовершеннолетний, могут быть неприятности.

О том же самом я поговорил и с Кларой, затронув и другой вопрос.

– Мам, а банк Креджей далеко?

– Не очень, пешком можно дойти. А что?

– Надо переделать чек. Если он попадёт в чужие руки, мы потеряем золото. А у нас скоро появятся слуги. Сходим? Или всё-таки закажем экипаж?

– Если без каблуков, лучше сходить.

Так мы и сделали. Минут за двадцать добрались до банкирского дома и переписали чек на моё имя. По моему требованию туда же было вписано, что я доверяю Алине и Кларе снимать с моего счёта любые суммы вплоть до полной его ликвидации.

Когда мы вернулись домой, Алина сидела на кровати и рассматривала подаренный Лонаром меч.

– Откуда такое чудо? – спросила она.

– Подарок учителя.

– Для чего ему делать тебе такие дорогие подарки?

– Я тоже задал этот вопрос. Знаешь, что он ответил? Меч взят как трофей в бою и подарен сыну, а сын, как и вся семья, погиб от рук заговорщиков. У него нет большого интереса в жизни, вот и решил подарить оружие, которое вызывает тяжёлые воспоминания, хорошему человеку, то есть мне.

– И ты в это веришь? Лонар мог выручить за него полсотни золотых, а то и больше. Он не набивался тебе в отцы?

– Зря ты так, – обиделся я за учителя.

– Я только пытаюсь понять, что же в тебе такого, что помогают самые разные люди, и часто себе в ущерб.

Глава 11

Следующий день начался как обычно, если не считать того, что вечером Алина ушла в свою комнату, чтобы мы оба смогли нормально выспаться. Поэтому утром я проснулся на супружеском ложе в одиночестве. Жена приоткрыла дверь в нашу спальню, увидела, что я уже встал с кровати, и пошла к себе досыпать. Завтрак теперь был не её заботой, а Маркус должен был заехать ещё нескоро.

Я пришёл позже остальных, и Лонар уже начал занятия. Наскоро переодевшись, взял меч и начал тренироваться в паре с Саленом. Я победил в трёх схватках из пяти, что очень удивило моего противника, считавшегося в группе самым сильным. Лонар объявил перерыв, и я смог услышать от других учеников последние новости о себе.

– Я же тебе говорил, что кто-нибудь из них пустит этот слух, – сказал подошедший первым Ник. – Теперь ты у нас уже принц, хоть и непризнанный. Больше половины считает, что ты – это пропавший Глай, есть ещё сторонники того, что ты внебрачный сын нашего Игнара. Но о таком стараются говорить тихо, на ухо соседу. Интересно, до чего додумаются завтра.

– Что вы на меня уставились? – зло спросил Хенк. – Очень мне надо распускать слухи!

– Какая разница, кто пустил слух, – сказал Лен. – Главное, что горожанам будет о чём поговорить.

– А если это выйдет Гену боком? – повернулся к нему Ник. – Может, это ты разболтал, весельчак?

– Очень мне надо, – оскорбился Лен. – Здесь и без меня хватает болтунов.

– Перестаньте ссориться, – сказал я. – Какая мне разница? Я не подумал, кто-то растрезвонил, а горожане и рады: такая тема для пересудов!

– Слишком много болтаете, значит, не устали, – подвёл черту под спором Лонар. – Всем заниматься! Ген – в пару со мной.

И понеслось. Мы тоже провели пять схваток, и, к моему удивлению, одну из них я выиграл чисто, а в ещё одной было сложно определить победителя: Лонар взломал мою защиту и нанёс удар, но и сам немного раскрылся. Мне этого хватило, и оба удара были нанесены практически одновременно.

– У тебя есть возможность стать мастером, – сказал учитель. – Ты меня удивил. Магия только сокращает время на обучение, мастерство каждый зарабатывает себе сам. Но я никогда не видел, чтобы человек, впервые взявшийся за меч, так быстро обучался. Теперь попробуем поставить тебя против группы. Так, Лен, Колиш и Хенк против Гена. И постарайтесь не переломать друг другу кости.

Что можно сказать об этой схватке? Я выбил всех троих. Первым попал под удар Лен и отошёл в сторону, потирая ушибленное плечо. Вторым был откровенно слабый Колиш. Хенк держался дольше других, но и он пропустил сначала удар в бок, а потом и в грудь.

– Замечательно! – хлопнул в ладони Лонар. – На сегодня на этом всё. Ушибленные становятся в очередь на обработку к Корису, остальные могут быть свободными.

Я поставил меч в стойку и собрался идти переодеваться.

– А ты разве не воспользуешься услугами мага? – удивился учитель. – Я два раз чувствительно тебя задел, без магии не сможешь завтра заниматься.

– Я должен встретиться с Маркусом, он подлечит.

– Тогда до завтра.

Из дверей школы мы вышли вместе с Ником.

– Дядя сказал, чтобы завтра ты был готов с ним встретиться, – сообщил мне Ник. – Ты сейчас домой или к Маркусу?

– Домой, маг должен быть у нас.

Моим планам не суждено было сбыться. Рядом со школой нас перехватил здоровенный по местным меркам мужчина, одетый как попугай. Малинового цвета льняная рубашка была заправлена в кожаные штаны, крашенные в тёмно-жёлтый цвет. Поверх рубашки был неизменный колет с огромных размеров воротником, обильно подшитым кружевами. На запястьях здоровяка красовались широкие серебряные браслеты, демонстрируя каждому, что они имеют дело с полноправным бароном. Шляпа на его голове была под стать остальному – большая и крашенная в светло-зелёный цвет.

– Ген Делафер? – осведомился он у нас обоих.

Меня он определённо не знал и вопрос задал наобум первым, кто вышел из школы.

– Это я, – отозвался я. – Чем обязан?

– Я имею желание вызвать вас на бой до смерти. Барон Солинджер, к вашим услугам!

– А причина дуэли? – Я был растерян и в первую минуту не сумел этого скрыть.

– А разве нужна причина, чтобы подраться? – ухмыльнулся он. – Впрочем, есть и причина. Я терпеть не могу самозванцев, тем более если их называют принцами!

– Я не присваивал себе никаких титулов, – возразил я, – а если меня так называл кто-то из горожан...

– Теперь не будут, – успокоил он меня.

Гарт увидел, что у нас проблемы и подъехал ближе.

– В чём дело? – осведомился он. – Гарт Деларей, лейтенант короны.

– Обычное дело между дворянами, лейтенант, – ответил барон. – Оно не касается наместника.

Из школы толпой вышли остальные ученики и поспешили к нам, предвкушая развлечение. Кто-то из них раньше других сообразил, в чём дело, и побежал в школу за Лонаром.

– Вы неправомочны вызывать этого господина, барон, – возразил Гарт, – а он не имеет права принимать ваш вызов без согласия наместника. А такого согласия наверняка нет. Он гость короны, а вы должны знать закон.

Из школы быстро вышел Лонар в сопровождении Лена и направился к нам.

– Я знаю закон, – не согласился барон. – Если один из дворян согласен взять на себя ответственность перед короной, то второй уже не имеет законных поводов для отказа. И я беру такую ответственность на себя!

– Что здесь происходит? – спросил подошедший учитель. – На каком основании ты останавливаешь моих учеников, Солинджер?

– А, Лонар. Хочешь посмотреть, как я выпущу кишки этому самозванцу? Что же, если ты его учил, значит, он что-то умеет.

– Нужно драться, Ген, – сказал Ник. – У тебя нет законных поводов отклонить вызов. В противном случае тебя ославят так, что придётся уезжать из королевства.

– Ген, – обратился ко мне Лонар. – Хочу предупредить. Ты и сам должен знать, но всё же... Ни в коем случае не вздумай пользоваться ускорением. Это будет убийство, и тебя осудят.

– Не буду я им пользоваться, Лонар. Скажи, если вызов насмерть, я могу не убивать этого придурка?

– Это я-то придурок! – взревел услышавший мои слова барон. – Да я тебя, сморчок, за такие слова буду нарезать ломтиками!

Я этого и добивался, оскорбляя его прилюдно, потому что гнев в бою плохой советчик. Но он тут же уровнял наши шансы.

– Мало того что сам самозванец, так ещё и тянет в благородные свою купеческую подстилку!

Никогда до этого момента я не испытывал такой всепоглощающей ненависти. Руки сами перешли на ускорение, сорвали с пояса увесистый кошель и без размаха, но сильно запустили его наглецу в физиономию. Удар пришёлся по зубам и разбил лицо.

Барон выплюнул на брусчатку зуб вместе с кровью, улыбнулся и достал меч, который был больше и тяжелее моего. Я тут же отстегнул свой и отбросил ножны, чтобы не мешали двигаться. Все раздались в разные стороны, образуя круг. Понимая, что нужно срочно успокоиться, я воспользовался советами Маркуса и сосредоточил внимание на лобной части головы, повторяя гортанное слово, которое он дал для подобного случая. Времени было немного, но, когда барон бросился на меня, метя перерубить ноги, я был готов. Я подпрыгнул, пропуская лезвие под собой и, пока барон восстанавливал равновесие, успел ранить его в руку. На лице Солинджера появилось удивлённое выражение. Кровь не было видно из-за цвета ткани, только ниже плеча на рубашке появились разрез и тёмное пятно, которое начало увеличиваться в размерах. Я не обольщался: чтобы свалить этого быка, ему надо было нанести два десятка таких ран. Но первый успех придал уверенности. Барон понимал, что моё преимущество в подвижности, и вознамерился прижать к ограде одного из домов. Я не мог долго играть с ним в догонялки, для этого было слишком мало места. Страха почему-то не было, была злость на этого вырядившегося болвана. Маркус вложил в меня знание боя, и там были не только те приёмы, которые мы отрабатывали у Лонара. Я сразу вспомнил нужное. Это было чертовски рискованно, но я не видел другого способа покончить с бароном. Он был неплохим бойцом и теперь относился ко мне с должной осторожностью, так что первый успех так и остался последним. Солинджеру почти удалось прижать меня к забору. Парни за моей спиной разбежались, чтобы не попасть под удар. Ещё два шага...

Я бросился прямо на меч барона. Его недоумение успело смениться радостью, когда он нанёс короткий горизонтальный удар, собираясь смахнуть мне голову. Солинджер не успел самую малость. Я упал на колени со всей возможной скоростью, на которую был способен, не прибегая к ускорению, и завалился на левый бок, одновременно выбрасывая руку с мечом вверх. Мой меч вошёл в барона снизу вверх, чуть выше паха, и разрезал ему живот до ремённой пряжки. Я выпустил его из рук и откатился влево. Мой противник несколько мгновений стоял, с изумлением глядя на вываливающиеся из разреза в штанах синеватые кишки, а потом заорал так, что у меня заложило уши. Он попытался сделать ко мне шаг и достать мечом, но ноги подогнулись, меч выпал из рук и зазвенел по камням, а сам барон упал на мостовую.

Я поднялся, отряхнул штаны и рубашку и подобрал сбитую ударом меча шляпу. Она была безнадёжно испорчена, потому что меч барона разрубил тулью. Пришлось надеть такую, чтобы не позориться, идя домой простоволосым. После этого я подобрал свой меч, стряхнул с него кровь и всякую гадость, отёр о штаны барона и вложил в ножны, которые принёс бледный Ник. Видимо, меч не только вспорол брюшину, но и разрезал кишки, так как в воздухе запахло дерьмом.

– Выживший в поединке должен оплатить уборку мостовой, – сказал мне Лонар, едва не вызвав приступ истерического смеха. – Надо заплатить хозяевам этого дома, они всё сделают. В кошеле, которым ты выбил зуб барону, серебро?

– Да, – ответил я, принял у одного из учеников свой кошель и с трудом его развязал. – Сколько нужно?

– Хватит десяти монет. Давай их мне, а вы с Ником идите.

Никто, кроме Лонара, так ничего и не сказал, все молча смотрели на меня, кто с уважением, а кто и со страхом. Гарт отъехал на обычную дистанцию, и мы продолжили свой путь, прерванный любившим подраться бароном.

– Я не нарушил каких-то правил? – спросил я Ника. – Остальные как-то странно себя вели.

– Нарушения не было, – успокоил меня Ник. – Барон не оговорил условий поединка, кроме того, что он будет до смерти. В этом случае допускаются любые приёмы. А то, как отреагировали... Тебя уже похоронили все, за исключением Лонара и Салена. Я сам за тебя испугался, потому что барон опытный боец. До моего появления он числился в Расвеле первым оригиналом. Но я мальчишка и для Солинджера не в счёт, а тут весь город начал судачить о тебе, вот он и не выдержал. У барона в столице есть влиятельная родня, поэтому он и рискнул взять на себя ответственность за нарушение закона. Сейчас Гарт погонит меня домой. Пока не забыл, хочу напомнить, что на аудиенции у тебя на пряжке ремня или где-то на одежде должен быть герб. У вас в Коларии могут не придерживаться правил, но у нас с этим строго.

На подходе к дому меня остановил один из обывателей, которые всё ещё в значительном числе гуляли в его окрестностях.

– Извините, милорд, – сказал он, догоняя меня. – Это, конечно, не моё дело, но у вас грязь на спине. Вы не против, если я помогу очистить?

– Буду благодарен, – ответил я. – Упал во время поединка, а зрители не удосужились сказать.

Я не стал скрывать происшествие возле школы. И без меня о нашем поединке уже сегодня узнает полгорода, а завтра он будет основной темой разговора горожан. Сосед осторожно отряхнул мне пыль со спины, и я, поблагодарив за услугу, вошёл в дом в нормальном виде, если не считать испорченной шляпы, которую сразу снял. Но мой вид не обманул сидевшего в компании женщин Маркуса.

– Рассказывай, что случилось! – потребовал он.

– Ничего особенного, – небрежно ответил я. – Ну вызвал меня на поединок какой-то придурок, ну испортил шляпу – подумаешь, событие!

– Какой поединок? – всполошилась Клара. – Ты хоть не ранен?

Алина ничего не сказала, только сильно побледнела и прижала руки к груди.

– Вот надо вам, Маркус, быть таким наблюдательным? – с досадой сказал я. – Только перепугали женщин. Успокойтесь, видите же, что жив и здоров. Лучше уберите последствия тренировки. Я не стал ждать, когда освободится Корис, в расчёте на вашу помощь.

– Кто это был? – спросил маг, поднимаясь со стула и растирая руки, как всегда делал перед лечением.

– Некто барон Солинджер. Вы должны его знать. Ему было трудно пережить, что вместо него местной достопримечательностью стал я. Он и не пережил.

– Знаю, – подтвердил Маркус. – Пустой человек, но неплохой боец. Как же тебе удалось победить?

– А я теперь не без вашей помощи почти мастер меча. Из пяти схваток у Лонара получилось победить только в трёх. А этого борова я уложил одним из ваших приёмчиков, которые не отрабатывают в школе.

– Свободный бой без всяких условий? И ответственность за вызов он тоже взял на себя?