Дар случайный. Поэтические произведения разных лет

Мешок грехов

Счастье не скрывал, не утаивал… Всё, что было, даровал, да раздаривал — и остался почти нагишом! Нет, вру, имелся грешок, да и не один, а целый мешок! Жить нагишом, не смог, зачах и помер бы… И пошёл пешком с мешком на плечах по миру! Я грехами по пути обрастал, но мешок волок — не бросал, и пропал, попал на базар! «Эй, подходите, чай не слепы, не глухи… Продаю ни чай, ни грибы, ни духи, а грехи!» Простоял с полдня, а может и боле, но не подходят до меня — боязно! Что ли нагишом петь-куковать? Что ли мне с мешком век вековать? Бросил-скинул я грехи в море… Стало жить мне без грехов скучно. Пусть я маялся-страдал… В горе я друзей-врагов познал… Тучи набежали — дождь полил изобильный. Я пошёл шалить-грешить — сил нет! Загрущу-завою песнь подчас я… неужели это есть — моё счастье? Январь-февраль 1988

Путь в Рим

Чему так часто и впустую говорим, яко имеем право выбирать? Куда нейди — ведут дороги в Рим, как не живи — придётся умирать. Но нет причин не доверять словам. Сто раз правы мы, говоря: «Все в Рим идут…» — но по своим делам! «И смерть одна…» — у каждого своя. 10 февраля 1988

Быстрорастущие мысли

Были мысли мои шаловливы, игривы как дети… Стрекотали, мечтали — вращалась Земля. И я вскоре случайно, печально заметил, что растут мои мысли, и также взрослеют, как я. Окрылялся, менялся, нуждался в еде и одежде, Я совсем повзрослел — моё детство погибло, его не спасти… Я давно не расту, но, а мысли, а мысли, как прежде… продолжают расти… Выпускают бутоны, как князьки-сорняки ни ярки, ни благовонны, отрешённы и беспардонны начинают цвести! 22 марта 1988

Девичье

День, целый день в ожиданье прошёл. Впустую? Нет, нет… протестую! Познала я истину и не простую: «Я — дура, и мне хорошо». Год, целый год в ожиданье прошёл. Я осознала потерю не сразу, я затвердила случайную фразу: «Я — дура, и мне хорошо»… Век, целый век в ожиданье прошёл. Друг мой вернулся, нарёк королевой… А я улыбаюсь направо, налево: «Я — дура! И мне… хорошо?» 24 марта 1988

Жизнь — се сплошные лишения

Если из книги моей непрописанной жизни вырвать страницы, в которых есть ты — жизнь, без сомнений, лишится самых правдивых и добрых страниц. Если в архиве, по имени Память, вдруг, затеряют хоть строчку любви — жизнь, к сожалению, станет невыносимей и горше стократ… Если из сердца калённым железом выжжет разлука и имя твоё — жизнь невозвратно утратит самое ценное качество — СМЫСЛ! 3—6 апреля 1988

Полёты во сне и наяву

Летать умеет каждый, но не хочет! Юродивой душе, увы, не воспарить, рассветом новый день не озарить, метаться и молить о нескончаньи ночи… И всё ж! Летает каждый, наяву ль, во сне… Лишь ночь наступит, смежит солнце очи — и ты взлетишь… свободно и легко, безбожно высоко — и полетишь сквозь сумрак и туман и проскользишь над садом, в переулок, в залив, а там и в океан… И воспаришь, как птица в вышине, и поспешишь… (как сладок мой самообман) да только не ко мне, да… только не ко мне… 20 июня 1988, 5 мая 2018

Безсвязанное

Пьянчушка день из кабака к ночлежке уж, было, лыжи навострил, да ночь его достала на пороге и… Стих обречён, не в силах мне помочь, он на костёр вознёс слова свои. Так принято — встречают по одёжке… Любовь моя, что беглый арестант, ютиться на развалинах души, дрожа от каждого порыва ветра… Малюет сон цветные миражи, и серый ум мой, одурев от цвета, ломая фразы, требует талант… 1 июля 1988

Сравнения глупы, аки и Аз

Есть женщины краше, стройнее тебя — случайной красою земной их любуюсь. Есть женщины старше, умнее тебя — божественной мудрости их повинуюсь. Есть женщины тише, скромнее тебя — я молча на их отрешённость взираю. Есть женщины чище, честнее тебя — их вечную правильность я презираю. Есть женщины даже сильнее тебя — пред женскою силой по-рабски слабею. Есть женщины слабже, больнее тебя — единою болью я с ними болею. Есть женщины… Есть! Но пора иметь честь… Реестр всех и всяческих дев — что может глупей быть, дурней и нелепей?! Всё, в целом закончен запев — мне давно всё равно… Ведь звёзд тоже много на небе — а Солнце, что светит и греет, одно! 14—15 июля 1988

Суета Сует

Любовь отчасти, да, — игра и суетня! А вот игра в любовь совсем дурное дело — грозит разлукой и похмелием… Маня обилием, дела уводят за пределы мирка уютного под званием «семья». В чужом миру вдали от милого порога — лишён любви, уюта, ласки и огня — подругу кличу, расставание браня… Но рядом никого… ни чёрта нет, ни Бога! 15 июля 1988, 8 мая 2018

Ювелирная ложь

Ложь в твоих незлобивых устах — ювелирной работы деталь… В глубине подсознанья рождается страх, и терзает сомнения сталь… Как всегда, неповинен — пощады прошу, лгу бесстыже, да что там, — безбожно брешу. Ты ж — богиня, мой ангел, кумир… Я — мужчина, какой я к чертям ювелир. 24 июля 1988, 8 мая 2018

Лжесвидетельство

Лжесвидетельств моей нелюбви не ищи — юридически я в этом смертном грехе неповинен! На меня не ропщи — нафуфырен, пронафталинен — я и денно хорош, я и жарок в нощи, я и штопать могу, я и хлебы пеку, и готовлю борщи… Я и добр, и любезен, и благочинен! Даже, если я в мыслях пытался тебе изменить — был я болен, слегка недолюблен, чуть-чуть недоволен… Если я и хотел бы кого ублажить, то тебя — твоё тело изучено, будто затейливый глобус. Всё известно, однако, прекрасно, занятно и ново… Замолкаю, такой фокус-покус, ибо в рифму ложится скабрёзное слово… что созвучно со словом «любя»! 25 июля 1988, 8 мая 2018

К***

Ты — есть мой Бог, ты — есть моё блаженство. Ты — право слово — русская княжна… При всех талантах ты мне не нужна — я презираю совершенство. Другая есть — простая, из земных. Тебе молясь, молитвы ей слагаю. И этот мой слепой, корявый стих налогом равнодушья облагаю… Пойми — я кубок твой не пригублю. Тобой любуясь, лишь её люблю! 23 августа 1988

Солдатам … -го года

Нас посылали грудью на штыки, нас приучали к повседневной муке, но выживали мы, разлуке вопреки, разлуке с жизнью — сладостной разлуке… Нас поливали огненным дождём, окопы заглушали наши стоны. Смерть впереди, а мы чего-то ждём и ценим не минуты, а патроны. И вот приказ: «Всех рассуждений без костями лечь, изобразив беспечность…» Встаю с винтовкою наперевес и, так уверено, шагаю в бесконечность. Не слышу и не вижу ничего… Кто впереди? кто позади? — не знаю. Вы думаете умирать легко? А я не думаю, я умираю… «…очнись, голубчик, ты — живой… живой!» — поёт мне ангел полевого лазарета. И я встаю, чтоб завтра снова в бой, а за окном покойно дремлет лето… 26 августа 1988

Параноид

Безголосому жаждется петь; зреть незрячему; слышать глухому; неимущему что-то иметь; а бездомный скучает по дому… Сердцем в небо стремится бескрылый; потерявшийся ищет себя; ослабевший мечтает о силе — но, а Мне не хватает Тебя! Утомлённый боится заснуть; обманувшийся пробует верить; честный бьёт в неприкрытую грудь; запирает доверчивый двери… Исцеленья не ждёт обречённый; а трусливый торопится в бой; дураку потакает учёный — я боюсь повстречаться с тобой! 2—3 декабря 1988

Год Змеи

(стихотворения 1989 года)

Надуманное пророчество

Я вновь заскучал, занемог одиночеством… Открылись вчерашние раны мои. Как хочется верить в надуманное пророчество, что счастье своё обрету в год Змеи. Как жалит змея, что пригрел на груди, и яд тишины не несёт облегченья. Как хочется верить в моё исцеление… Год начался! — Кто меня ждёт впереди?! 4—5 января 1989

Песенка о лете

(Светкина песня)

Мне беспечная зима — будто вечная тюрьма. Я дрожу от холода, я схожу с ума… Говорит мне Света: — Скоро будет лето, погоди немножко, мой дурачок Серёжка! Мне и жизнь недорога, печь не греет ни фига… А на чистый, снег искристый я гляжу, как на врага!