30 дней моей мести

Ответ пришел ещё где-то через четверть часа, когда они тормознули возле столичного ресторана, занимавшего в отремонтированном дореволюционном доме аж два этажа.

Уже по вывеске было понятно, что заведение это для тех, кого не пугает обилие нулей в счёте. В таких местах и вода из крана стоит как слиток серебра. Нищим студентам вход точно запрещён.

– Выходим, – велел Кирилл.

– Собираешься меня накормить? – удивилась Матвеева. Уж больно неожиданная остановка.

– Не дай бог. А то опять разжиреешь.

Та уязвлённо дёрнулась одновременно с тем, как хлопнула водительская дверца. Урод. Как это подло – тыкать в больное место. Ничего святого.

По стеклу требовательно постучали.

Да идёт она, идёт.

В ресторане оказалось свежо и помпезно. Высокие потолки, большие окна, романтический полумрак. Всё вокруг блестящее, позолоченное и дорогое. Страшно просто находиться тут, не то что трапезничать. Соусом пятно на обивке диванчика поставишь, потом до пенсии не рассчитаешься.

Кометов, идущий впереди, целенаправленно повёл их к дальнему столику, где сидело пять человек, развлекающие себя кальяном и закусками.

Три парня при виде Кометова поднялись с мест, обмениваясь с пришедшим рукопожатием. Оставшиеся девушки вставать не торопились, лишь выжидающе подставили щеки для приветственного поцелуя. Все друг друга знали, это факт.

А вот Ульяна из присутствующих узнала только двоих: коротко стриженного парня с забитыми тату рукавами и сидящую рядом с ним блондинку с каре и чёлкой-пони.

Музыкальный дуэт, в последние пару лет находящийся на волне популярности. «Compromise». Они ещё вроде, как и в жизни встречаются. Нет, женаты, судя по обручальным кольцам.

Музыканты? Певцы? Кирилл, что, в отместку привёл её знакомить со своими коллегами по цеху?

Это что-то новенькое.

– Ты вроде говорил, что занят сегодня, – поинтересовался у Кирилла какой-то парень с длинными волосами, убранными в пучок, от чего открывались выбритые виски.

– Планы поменялись, – ответил тот, присаживаясь рядом с ним на длинном угловом вельветовом диване. – Поеду на студию во второй половине дня.

– У тебя выходные-то вообще есть, занятая ты наша суперстар?

– Есть, правда немного. В августе планируется гастрольный тур, а это очередной геморрой с подготовкой.

Ульяна с досадой прикусила внутреннюю сторону щеки. Внимания на неё никто не обращал, будто она пустое место. Только блондинка с чёлкой приветливо ей помахала. Кометов же вообще не вспоминал о присутствии своей «девушки». Полный игнор.

Логика яснее не бывает, но так не пойдёт. Неуверенно мять юбки, словно ей снова шестнадцать и это её первое свидание она не собиралась.

Матвеева развернула к себе свободный стул и демонстративно оседлала его спинкой вперёд, чем, наконец, заставила себя заметить.

– Типа, всем привет, – дёрнула подбородком она. – Я с этим… – «это» досадливо скривилось. – Может, представишь, клоун? Или манеры вместе с мозгами отшибло?

– Ты и сама неплохо справляешься, – вынимая из пачки очередную сигарету отозвался Кометов.

– А есть выбор? Если ты ни рыба, ни мясо приходится самой крутиться.

– Ты его новая девушка? – поинтересовалась блондинка. – Та, о которой столько в последнее время говорят?

– Каюсь, – воруя из тарелки с нарезкой бастурму, призналась Ульяна. – Есть грешок.

– Как-то вы совсем не смотритесь влюблённой парой.

– Могу запрыгнуть ему на колени и засунуть язык в его рот. Так будет заметно?

– И что, хочешь сказать, – шатенка с длиннющими ногтями оценивающе просканировала её взглядом-рентгеном, – У вас… любовь?

– Да он меня обожает. Души не чает. Целует асфальт, по которому я ходила.

– Верится с трудом, – шатенка непонимающе уставилась на Кирилла, хлопая искусственными ресницами. – Не знала, что такие… в твоём вкусе. Стареешь. Предыдущая и то лучше была. Как её там звали?

– Видимо, не так уж и лучше, раз «как её там звали», стала предыдущей, – парируя, резонно заметила Матвеева.

Третий парень, самый внешне презентабельный, в белой рубашке с расстёгнутым воротом и дорогими часами на запястье одобряюще хмыкнул.

– Сильно не радуйся, милочка, – отозвалась шатенка, затягиваясь от кальяна и выдыхая в сторону низко висящей люстры-чаши облако дыма, пахнущего виноградом. – Ты тоже надолго не задержишься.

В кармане Ульяны негромко пиликнуло, уведомляя о новом сообщении.

– Это уже только мне решать, – ответила она, не поднимая головы, полностью поглощённая в написание ответа девчонкам с работы.

Прикрыть её не получалось, начальство сегодня было на месте. Правильно, пятница. Самый аврал. Так что опаздывать на работу нельзя. А время тикало. Надо поскорее сваливать из этой обители мажоров.

– Тебе?

– Ну не ему же. Правда, Кирюш?

Хмурый «Кирюша» ничего не ответил. Лишь жестом подозвал официанта и заказал кофе. От предложенного ему виски он отказался. За рулём не пьёт – уже хорошо. Хоть где-то мозги работают.

– Ого, – шатенка оживилась. – Это что-то новенькое. Кометов, с каких пор ты позволяешь собой помыкать?

– Давай не будем лишать девочку радости почувствовать свою значимость, – отмахнулся тот, делая глубокую никотиновую затяжку и ловя дзен.

Хотя на самом деле его руки так и чесались сомкнуться на женском горле. Он уже пожалел, что притащил Матвееву сюда.

Кто ж знал, что эту девчонку ничего не пробивает? Видимо, её если и перед президентом поставить, она и там не растеряется: не моргнув, предложит первому лицу государства в подкидного сыграть. Та ещё затычка в каждой бочке.

– Откуда ты знаешь Кирилла? – блондинка придвинула к Ульяне блюдо с ещё пока горячим шашлыком, как бы говоря: угощайся. Вроде приветливая. Не снобка. В отличие от другой.

– Она бегала за мной ещё в школе, – опередил её с ответом Кометов. – Каталась колобочком, если точнее. Пухлым, весьма несимпатичным колобочком… Что? А, это был секрет? Извини, – заметив злобный взгляд ухмыльнулся он. Ну а что? Не ей одной устраивать словесные пикировки.

– А. Так ты всего лишь фанатка? Добилась внимания кумира и теперь купаешься в лучах славы? – из шатенки так и сочилось ехидство.

– Именно так, – согласно закивала Матвеева, набирая очередное сообщение. На этот раз лаконичное и короткое: «Хорошо. Спасибо». – Барахтаюсь в этой вонючей грязи и делаю руками ангелочка. Мочалки ни у кого с собой нет? А то я не захватила.

– Языкастая. Тебе палец в рот не клади.

– А ты и не клади. Зачем совать свою нестерильную клешню мне в рот? Ты озабоченная?

Девица оскорблённо побледнела, а парень с выбритыми висками заржал в голос.

– Детка, оставайся с нами. Ты мне нравишься.

– Посмотрим на его поведение, – кивнула та на Кирилла.

– Сразу предупреждаю: он будет себя очень плохо вести. Тебе достался тот ещё фрукт.

– С червоточиной. Да, чувствую запашок. Гнилью издалека смердит.

Шатенка опасно прищурилась, от чего её кожа на лице через чур натянулась, а толстый слой тонального крема начал трескаться. Кто-то явно переборщил с косметикой.

– И зачем тогда таскаешься за ним, раз он тебе так противен?

– А кто сказал, что это я за ним таскаюсь? Может, наоборот?

– Кометов не бегает за девчонками.

– Бегает, если от этого зависит его карьера, – Ульяна многозначительно поиграла бровями, коварно поглядывая на Кирилла. – Ну что, показать им твой маленький компроматик?

Спина певца напряглась.

– Ты говорила, что его нет в твоём телефоне.

– Боже, ты такой наивный, – хихикнула она. – Тебя облапошить проще, чем пустышку у младенца отобрать. Так что, – это уже было обращено ко всем собравшимся. – Хотите посмотреть? Уверена, вам понравится. Несите пиво и сушёную рыбку.

Почти докуренная сигарета вмялась в пепельницу. Кометов вцепился Матвеевой в руку мёртвой хваткой.

– Мы уезжаем.

– Что, уже? – наигранно удивилась та. – Мы же только приехали.

– А ну пошли, – чуть ли не за шкирман он сорвал её с места и поволок к выходу.

– Ну вот, а я только начала входить во вкус. Пока-пока, ребятки, – с улыбкой психопата со стажем помахала всем на прощание Ульяна, но едва они скрылись из виду, с досадой вырвалась. – Хватит меня лапать, пиявка.

– Как же хочется отлупить тебя. От души так, чтоб ты потом садиться несколько дней не смогла.

– А мне тебе по лицу хочется дать, дальше что?

Кирилл с хрипом выдохнул.

– Ты головная боль, а не человек.

– Нет, я как раз человек. А вот кто ты? Нарцисс, эгоист, лицемер? Может просто козёл?

– Это не я решил устроить весь этот цирк с шантажом из-за детской обиды.

– О, да. Зато ты у нас ведёшь себя как истинный взрослый! Сплетничаешь, рукоприкладствуешь, закатываешь истерики, притащил в свою дурную компашку, надеясь, что меня так «тепло» примут, что я убегу от вас в слезах. Настоящий мужчина.

– Сплетничаю? – офигел тот.

– А, то есть остальное не смущает, да?

К этому моменту они уже стояли друг напротив друга, отгороженные спорткаром и переругивались на повышенных тонах, привлекая внимание прохожих.

– Я плачу тебе той же монетой! Кто только что собирался показать то, что обещал держать при себе?

– Сказал тот, кто меньше, чем за час успел всем растрепать, что я была, видите ли, толстая. Договор был бы действителен при условии соблюдения единственного несложного правила, помнишь? Ты его нарушил, вломившись в мою квартиру. Так что теперь я могу делать с этим видео что угодно. Хоть прямо сейчас выложить в сеть.

Кометов взбешенно сплюнул себе под ноги.

– Да выкладывай. Задрала запугивать. Мне лично класть на это видео, это пускай мои агенты потом на себе волосы рвут.

– Вот и прекрасно.

– Фантастика. Теперь ты отвалишь от меня?

Ульяна, демонстративно развернувшись на сто восемьдесят градусов, почесала в сторону пешеходного перехода, не забыв отвесить на прощание средний палец.

– И что это должно значить? – крикнули ей Кирилл, без особого восторга замечая, как несколько человек, притормозив, навострили локаторы, пытаясь не пропустить ни слова.

– Что дальше я пешком. На сегодня мой лимит терпения при виде твоей рожи исчерпан, – бросила она ему на прощание, сливаясь с толпой, рванувшей по зебре.

Толпа целенаправленно стекалась к большой красной букве «М», скрывая из виду Матвееву и унося её с собой в пещерное жерло метро.

Кометов же нырнул в машину, в сердцах долбанув по рулю. Безумная девица. Да с ней тоже самое, что по минному полю ходить!

Ну и к чёрту её, пошла нахрен.

Оживший спорткар, заревев, вклинился в плотный автомобильный поток. Студию никто не отменял, хотя куда сильнее ему сейчас хотелось вернуться в ресторан и хорошенько надраться.

Забытая же всеми сумка грустно подскочила на заднем сидении, махнув на прощание повисшей лямкой.

Ей хотелось домой, к хозяйке.

Глава четвёртая. Pole Dance

– Говоришь, всё под контролем? – пиар-менеджер рассерженно швырнул на стол распечатанные страницы. «Первая ссора звёздной пары. Кажется, этот союз окажется не таким уж долговечным», – гласил заголовок статьи из электронной версии глянцевого журнала. В углу фото с парковки возле ресторана, где Кирилл с Ульяной орали друг на друга. Вот же… и когда успели? – Плохо контролируешь.

– Подумаешь, поцапались, – пожал плечами Кометов.

Особой трагедии он в этом не видел. Куда больше его заботил ожидаемый слушок с нарушением у него «эректильных функций». Это тоже уже успели обмусолить.

– Подумаешь?! Девчонка вертит тобой, как хочет. Знаешь, как это воспримет пресса, когда пронюхает? «Известный певец волочится за женской юбкой». «Кумира молодёжи держат в ежовых рукавицах». «Пан или пропал: как скоро популярная звезда погаснет на небосводе эстрады?». Продолжать?

– Не надо.

– Мы столько лет создавали тебе репутацию бунтаря. Обаятельного паршивца, который никогда не упадёт до того, что им будет манипулировать какая-то девка. Сколько поклонниц разочаруется в своём идеале, когда узнает, что ты тряпка, а не мужик?

– А вот переходить на личности не надо!

– Это сделал не я. Сколько раз тебе говорили, что нужно обзавестись охраной?

– Она у меня есть.

– На постоянной основе. А не только на время публичных мероприятий.

– Секьюрити спасёт от психопатки с ножом, а не от болтливого языка и красивых глазок. Не хватало только, чтобы за мной таскался двухметровый бугай. Даже слушать об этом не хочу.

– Ладно, тогда остается единственный вариант.

– Какой?

– Избавиться от твоей подружки уже так просто не получится, слишком глубоко она пустила свои когти в прессу. Так что теперь она должна в тебя влюбиться.

– Влюбиться? – недоверчивая усмешка заиграла на лице Кирилла.

– Как кошка, чтобы даже на фотографиях СМИ было видно, кто в паре лидер.

– Зачем?

– Чтобы потом громко и прилюдно расстаться. И, разумеется, разрыв должен произойти по твоей инициативе. А там найдём какую-нибудь неболтливую модель и переключим внимание на новый роман.

– Зачем так заморочено?

– Чтобы твоя репутация не пострадала, балбес. Короче, делай что хочешь, но эта девица должна втрескаться в тебя до беспамятства. И как можно быстрее.

– Да не вопрос, – Кометов, засунув незажжённую сигарету в зубы, достал из заднего кармана смартфон, набирая Матвеевой сообщение.

Чего откладывать неизбежное в долгий ящик? Тем более, что особой проблемы в поставленной задаче он не видел. Была влюблена раз, влюбится и второй.

***

Наушники, кошелёк, паспорт, конспекты, замаранная дипломная работа – всё осталось в машине Кометова. Это Ульяна поняла только когда спустилась в метро и попыталась нащупать в пустоте карту «Тройку».

Пришлось возвращаться к ресторану, но, разумеется, нужная машина уже исчезла. Класс. Просто великолепно.

Спасибо двадцать первому веку, добрым людям и денежному переводу онлайн. Удалось купить проездной. Правда домой Ульяна уже не поехала, не стала терять время. Бар открывался в шесть, а приехала она туда впритык, едва успев переодеться в форменный прикид.

«Форменный» – это, конечно, громко сказано. Строго дресс-кода у них не было, но приветствовались обтягивающие топики и короткие шорты. Почти как в стриптиз-клубе. Только что без приватов.

Что поделать: их место, косящее под западные бары с музыкой в стиле кантри, работало в большинстве на мужскую аудиторию. А что может быть привлекательнее, чем сексуальная девушка, с улыбкой наливающая тебе выпивку? Улыбка была, кстати, прописана в трудовом договоре отдельным пунктом.

Пятница, самое неудачное время для рабочей смены. Народ расслаблялся после долгой недели, снимая с себя все запреты, так что ночка выдаётся изматывающей.

Не обходится, разумеется, и без дебоширства. Куда уж без него, когда в меню значились такие акции, как «10 шотов за 1000» и «6 виски-кола по цене одного в счастливые часы». Не удивительно, что некоторые особо надравшиеся начинали распускать руки.

Короче, домой Матвеева вернулась лишь под утро: уставшая и выжатая, как лимон. Не раздеваясь, завалилась на постель и проспала едва ли не до обеда.

Понятно, что в таком режиме суббота прошла комкано и на автопилоте. Только к вечеру получилось разгуляться. Хотя, вероятно, этому поспособствовало старое-доброе винцо. Пашка, муж Кристины, заблаговременно прикупил пару бутылок к камерному девичнику.

Он любил такие моменты: девчонки занимались своими делами, он же в это время мог спокойно торчать в своих танках, и никто не капал ему на мозги. Ради такого и ящик пива согласился бы переть из магазина на своём горбу.

В последнее время алкоголь, разумеется, весь доставался Матвеевой. Беременная девятым месяцем подруга, удобно развалившись на её кровати бокал только нюхала, зато без ложки высасывала из жестяной банки сгущёнку, заедая её фруктами.

Болтали сегодня они не особо активно, всё женское внимание приковал к себе Кристиан Бейл, скачущий по экрану в костюме летучей мыши.

– Кто сказал создателям комиксов, что обряжаться в обтягивающее трико – это сексуально? – скривилась Кристина, поглаживая разбушевавшийся от угощений живот. Малыш рос с характером, потому что последние несколько недель запинывал мамочку до смерти и сводил с ума изжогой. – Ладно Бэтмен, ему хоть идёт. Но Супермен же выглядит просто убого в этих своих лосинах на три размера меньше положенного. Ещё и с трусами поверх.

– Бэтмен тоже по первой так ходил, – заметила Ульяна, не отрываясь от подсвечивающего монитора ноутбука. – Это потом ему чуть переделали прикид.

– Зачем?

– Чтоб смотрелось интереснее. Акценты и всякое такое.

– Ну не знаю. Как по мне, нелепо, – пожала плечами Селезнёва и моментально забыла и о трусах, и о костюмах из спандекса, переключаясь на подругу. – Как продвигается?

– Абсолютно никак. Зато от души.

– Читай вслух.

– «Здравствуйте. Меня зовут Ульяна, и я начинающий алкоголик. Вы просто обязаны взять меня на работу, потому что я шило в любой заднице и могу проскользнуть куда угодно без мыла. А ещё я трудолюбива, если нужно буду ночевать на коврике под дверью, но получу заветное интервью. В общем, я лучшая, а вы идиоты, если профукаете такое солнышко, как я!» – Матвеева легонько встряхнула остатки вина в бокале. – Не, Кристин. Нельзя писать резюме после двух бутылок красного.

– Ну не зна-а-аю, – протяжно отозвалась та. – Мужа, во всяком случае, я себе так и заполучила.

– Никуда меня не возьмут без опыта работы. А куда возьмут, туда я не хочу, – Ульяна невесело закрыла ноутбук. – Замкнутый круг. Может, вообще пока не рыпаться?

– И дальше работать в этом своём рассаднике похоти и разврата?

– Вот не надо гнать. У нас более-менее цивильно.

– Ага, и у вас не танцуют на барных стойках.

– Ну… иногда.

В эту секунду очень вовремя пиликает телефон, прерывая сомнительную и достаточно щекотливую тему.

«Ищу, но никак не могу найти в сети ни одного видео с моим обнажённым телом».

Ого. Какие люди. Ещё и без смирительной рубашки. Это чего это он про неё вспомнил? Сотряс где-то словил?

Матвеева наскоро набрала ответ. Даже хорошо, что он написал. Теперь хоть есть его номер.

«Моя сумка осталась в машине»

Меньше, чем через минуту экран телефона снова призывно моргает.

«Да. Заложник здесь. Ведёт себя на удивление тихо. Сфотографировать с сегодняшней газетой, чтобы ты поверила, что он цел, невредим и не порезан?»

«Ха-ха. Смешно. Сумка мне нужна. Там конспекты»

«Да не вопрос. Я мог бы, конечно, сейчас придумать что-нибудь в твоём духе, например, начать шантажировать, но не буду. Раз надо, забирай»

Точно сотряс. Больно добрый.

«Куда подъехать?»

«Давай я завезу. Могу прямо сейчас»

«Нет. Сейчас я занята»

«Чем?»

«Не твоё дело»

«Жаль. А то бы составил тебе компанию. Ладно. Завтра всё равно буду в твоих краях. Где-то часам к десяти утра пойдёт?»

«Пойдёт»

Минута, две, три. Телефон в очередной раз моргнул.

Кирилл оказался настойчив.

«И это всё? Хоть спокойной ночи пожелала бы»

Ульяна принципиально не ответила. Как и на последующее сообщение, с лаконичным «Ну ты чего, уснула там что ли?».

Не дождавшись взаимных любезностей Кометов, наконец, отстал, обозвав её на прощание «хмурой букой».

Странный какой… С какого это боку ему поговорить вдруг приспичило? Впрочем, пофиг. Куда важнее, что её вещи к ней вернутся.

Завтра, значит, можно будет сесть за исправления, а то в понедельник опять выходить в ночную смену, правда в укороченную.

В будние дни проще с наплывом, да и начальство идёт на уступки. У него ж большая часть сотрудниц такие вот студентки с плавающим графиком.

Матвеева рано радовалась. В обещанные десять часов никто в дверь к ним не ломился и странные посылки на коврике не оставлял.

Только где-то минут через сорок занятая медийная личность сподобилась написать, что задерживается, а насколько – непонятно.

Спасибо хоть предупредил, но ждать у моря-погоды уже не собирались. Она не Ассоль, а он не грёбаный Грей. У людей вообще-то и своя жизнь есть.

***

Кирилл бросил быстрый взгляд на адрес, который ему скинули в сообщении, сверяя с навигатором. Улица и дом те. Высокое двухэтажное здание с множеством рекламных вывесок. Видимо, сюда.

Ульяна написала, чтобы он поднялся наверх и отдал сумку администратору. И с того момента на звонки больше не отвечала.

Бросив Феррари у входа, Кометов послушно поднялся по металлической лестнице, оказываясь в большой спортивной студии, разбитой на направления: фитнес-зал, пилатес, секция бокса, что-то ещё.

А вот и приветливая девушка на входе. Узнала его и чуть не рухнула от восторга со своего крутящегося стула.

– З-здравствуйте, – засуетилась она, поправляя залаченные локоны. – Чем могу помочь?

– Привет, красавица, – Кирилл облокотился на стойку, слепя обезоруживающей улыбкой, которая ещё ни разу его не подводила. – Помоги найти Матвееву Ульяну. Она где-то тут сейчас.

– Я не уверена, что могу разглашать эту информацию…

– Даже мне? Брось, – беглый взгляд на именной бейджик. – Катерина. Я же не банковские реквизиты её прошу. Наоборот, как раз их и собираюсь вернуть. Она тут у меня свои вещички забыла после бурной и очень горячей ночи…

Уламывать администратора пришлось недолго. Проси об этом кто-то другой, может, ничего бы и не получилось, но сейчас просил сам Кирилл Кометов, так что через пару минут он уже тихо приоткрывал дверь одного из многочисленных залов.

Негромкая музыка с готовностью вырвалась в общий коридор. Белоснежные стены с мягкой розовой подсветкой, зеркала вдоль стены, шесты по всему залу – студия для занятий танцев. Которая сейчас была пуста.

Почти.

Ульяна крутилась на пилоне, удерживаясь в подвешенном состоянии одними руками… рукой… и даже просто сгибом локтя. Так изящно и так плавно двигаясь в такт музыке, что своими акробатическими трюками создавался настоящий танец.

Короткий спортивный топ и велосипедки, из-под которых выглядывало знакомое тату, выставляли напоказ женственные формы, обладающие удивительной пластичностью. В совокупности с отточенными движениями выходило… впечатляюще.

Пол-дэнсом Матвеева занималась уже больше трёх лет. Причём, выбор именно на это направление пал чисто случайно. В то время она испробовала много секций: от бассейна, йоги и скалодрома до обычного спортзала, но всё, так или иначе, не находило отклика в душе и бросалось спустя пару месяцев.

Мимо зала Тамары, её нынешнего тренера, она тогда и вовсе едва не прошла мимо, но тормознула, залюбовавшись тем, как красиво девушки кружились на пилонах в умопомрачительных па. Это было настолько впечатляюще, что Тамара заметила её восторг и предложила попробовать.

Одно занятие, второе, третье и понеслось…

А теперь они вот настолько с ней подружились, что тренер разрешала ей заниматься одной в любое свободное время, когда зал был пуст.

Групповые занятия Ульяна не очень любила, предпочитая уединение. Танцы на пилоне стали страстью и лучшим антистрессом. Чтобы не происходило в жизни и какое бы паршивое настроение у неё не было, в этом помещении всё оставалось по ту сторону стен.

Выделывая в воздухе тот или иной элемент, а их разнообразиям впору было удивиться, она словно погружалась в другой мир. Внутренний мир, где господствовали только эмоции. В эти моменты была лишь музыка, что ловила её настроение, она сама и её потаённые желания.

Вот и сейчас, благодаря многолетней практике, руки скользили по пилону, а тело, подчиняясь приказам хозяйки, послушно принимало нужные позы, умело переключаясь с одного трюка на другой.

Сосредоточенная, Матвеева ничего и никого вокруг не замечала, так что то, что за ней наблюдают обнаружила лишь через несколько минут, при очередной смене поз, бросив случайный взгляд на зеркальную стену.

О том, чтобы продолжать, разумеется, речи уже не шло. Её приватность самым подлым образом была нарушена.

Прокружившись и мягко соскользнув вниз, она без особого восторга выключила музыку на телефоне, подсоединённом к колонкам, и направилась к Кириллу, который к тому моменту уже удобно расположился возле окна, на одном из многочисленных низких подоконников. Рядом лежала знакомая сумка.

Кометов громко зааплодировал, от чего по пустому залу разнеслось затянувшееся эхо.

– Я впечатлён. Правда. Это зрелище теперь никогда не сотрётся из моей памяти.

– Не льсти себе. С памятью как раз-таки у тебя и проблемы, – она тщательно изучила содержимое сумки. Вроде всё на месте и так же, как лежало. – Что, неужели даже не рылся?