Алексей Дубнов
Что с нами случилось? Сборник рассказов

Что с нами случилось? Сборник рассказов
Алексей Дубнов

Сборник рассказов о надежде, терпении, прощении, вере и любви. Сюжеты основаны на реальных событиях. Некоторые имена и фамилии изменены.

Что с нами случилось?

Сборник рассказов

Алексей Дубнов

© Алексей Дубнов, 2021

ISBN 978-5-0053-8389-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

СЛИШКОМ ДОБРЫЙ, СЛИШКОМ САМООТВЕРЖЕННЫЙ

Памяти алтарника храма Всемилостивого Спаса в Митине Георгия Великанова.

Рассказ основан на реальных событиях. Некоторые имена и фамилии изменены.

***

– О, ещё одна. – Кунфырь сделал движение к предмету своего копеечного промысла. Наклонился за лежавшей на краю платформы пустой пивной банкой. За каждую, если сдать, в приёмке шестьдесят копеек дадут, однако. Скрытая под снегом ледяная корка стала причиной трагедии. Ноги предательски разъехались. Не удержав равновесия, бомж впечатал свою пятую точку в край платформы. Спина не нашла опоры. Хватая руками воздух, Кунфырь рухнул на рельсы как мешок с мукой.

Электричка, повизгивая сиплым гудком, заглатывая рельсы и шпалы, неумолимо приближалась к платформе. Через несколько секунд железные челюсти спойлера проглотят несчастного бомжа Мишку-Кунфыря, а стальные резаки колёс прокрутят тело на фарш. Будь Мишка трезвый, успел бы сам юркнуть в подплатформенное пространство.

Пассажиры с ужасом наблюдали за надвигающейся катастрофой. Отчаянный крик какой-то женщины резанул по ушам.

И тут, на глазах у всех, мужчина, стоявший рядом с местом, откуда свалился Кунфырь, спрыгнул на рельсы.

***

В то зимнее морозное утро бомжовское счастье улыбнулось Михаилу Степановичу Шелестову, сорока семи лет отроду, давно потерявшему семью, работу, квартиру и ставшему, как пишут в официальных отчётах, асоциальным элементом. Отлепившись от подвальной батареи, он продрал глаза и пошёл сдавать собранные накануне пустые алюминиевые банки. Получил немножко монеток. Но самая большая за последние две недели удача ждала его в мусорном баке – в одном из полиэтиленовых пакетов вместе с обрывками бумаг обнаружил целую тысячу. «Попёрло», – подумал Мишка и попёр в магазин за «кунфыриком» (так он называл ёмкости со спиртным, за что и получил соответствующее прозвище от собутыльников) и за нехитрой закуской. На завтра ещё деньжат останется. Делиться сегодня ни с кем он не собирался, да и разбежались все дружки-бомжи на промысел. Кто банки собирать, кто милостыню клянчить, кто помойки обследовать. По случаю находки Кунфырь решил устроить себе праздник, а заодно и выходной от дел бомжовских.

Устроился в запримеченной неподалёку от железнодорожной станции недостроенной ещё в советские времена больнице. Принял на грудь первый стакан. С удовольствием крякнул. Закусил. По внутренностям прокатилась тёплая волна. Закурил. Жизнь налаживалась. Теперь можно ещё раз спокойно в тепле обследовать остальную добычу, обретённую в «счастливом» мусорном баке, подарившем «штуку». Вдруг ещё какой-нибудь подарок судьбы обнаружится, раз уж ему сегодня везёт?

Тщательно просматривая содержимое пакета, он неожиданно увидел иконку Божьей Матери – небольшую бумажную карточку. На обратной стороне было написано: «Икона Богоматери «Единая надежда отчаянных». «Ильинская». Далее шла защитительная молитва, обращённая к заступнице.

Михаил Степанович Шелестов был крещён в детстве и даже сейчас носил крестик – единственное, что осталось от прошлой жизни. Но в Бога почти не верил. Если бы существовал он, Бог этот самый, думал Мишка, не допустил бы его до такого скотства. Да, отчасти Михаил сам виноват в нынешнем своём положении, но подлость родственников и других гадов, доведших до потери всего в жизни, не вязалась с утверждением, что Бог есть любовь. А любовь к ближнему, с которой носятся христиане, вообще из области фантастики…. Ну, не верил Михаил в доброту и бескорыстие людей. Каждый норовит урвать для себя и обскакать ближнего.

На этой невесёлой мысли Кунфырь налил второй стакан и оглушил залпом.

Прислонившись к стенке, закрыл глаза. Перед внутренним взором медленно всплыл лик Богоматери, изображённый на иконке. Что за…? Разлепил веки, поднёс карточку к глазам. Взгляд Богородицы не был осуждающим. Он был печальным.

Мишка перевернул образок и ещё пока незамутнённым взором заскользил по строчкам:

«О, Пресвятая Госпоже, Владычице моя Богородице, небесная Царице, спаси и помилуй мя, грешнаго раба твоего, от напрасным клеветы, от всякия беды и напасти и внезапныя смерти…»

Опустив иконку и опять откинувшись к стене, Мишка подумал: «Это вряд ли кто спасёт меня от напрасной клеветы. Ага, спасли один раз так, что без жилья остался. «…От всякия беды и напасти…»? Ну-ну. В моей нынешней жизни только они и случаются. А от внезапной смерти кто ж убережёт? Вот, к примеру, хряпну третий стакан, засну и не проснусь. Кто ж спасёт? Ерунда всё это». Кунфырь отшвырнул иконку в сторону и заглотил третий стакан. Через полчаса он действительно провалился в сон.

***

– «Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душою твоею и всем разумением твоим», – алтарник храма Всемилостивого Спаса в Митине Георгий Великанов поднял глаза от «Православного Катехизиса» и посмотрел на готовящихся к крещению. Взгляд его светился теплом и доброжелательностью.

– Друзья мои, из прошлых занятий мы знаем, что цель жизни падшего человека – достижение спасения души. А для этого необходимо познать истинного Бога. Но что значит познать Бога? Об этом мы с вами поговорим на следующей встрече. Приходите завтра в это же время.

Настроение у Гоши, как называли Георгия близкие и друзья, было приподнятое. Ему нравилось вести катехизацию, то есть готовить людей к принятию крещения, вести беседы о Боге и вере, разъяснять суть православного учения. Но самое приятное должно произойти уже на следующей неделе: его рукоположат в диаконы. Он ждал этого шесть лет, и вот скоро заветное свершиться.

Сегодня ещё перед вечерней литургией будут его любимые занятия в хоре. Репетиция. Ему так нравится петь! А пока надо помочь убраться в алтаре, подготовить кадила, облачение батюшек и подлить, если надо, маслица в лампады. Но это его не тяготило. Напротив. Георгий всегда всё в храме делал с радостью. Во время литургии, когда по просьбе настоятеля выпадала возможность читать вслух Евангелие, душа пела. В те моменты готов был любить весь мир, всех людей на Земле. А во время обряда принятия евхаристии испытывал особый трепет, подавая причащающимся специальный платок для отирания уст. Быть сопричастным к такому таинству! Пройдёт какое-то время, он станет священником, и сам будет причащать.

***

Когда сознание Кунфыря частично выплыло из алкогольного тумана, на улице смеркалось. Он изрядно замёрз. Морозец всё ж таки на дворе. Надо как-то согреться. В «кунфыре» водки оставалось на донышке. Уничтожил одним глотком. Согреет, но ненадолго. Надо ночлег потеплее найти.

Взвалив клетчатую сумку-«мечту оккупанта» на плечо, Мишка направился к железнодорожной станции. Нужно проехать пару остановок на электричке. Он знает дом, в котором можно попасть в тёплый подвал. Там даже своего рода комфорт: матрацы, стол и табуретки есть. Правда, подвал закрыт на замок, но добрый дворник втихаря пускает. Не за так, конечно. А у Мишки ещё деньги на «кунфырик» имеются. Это самый лучший пропуск.

На станцию просто так не пустят, надо брать билет. На две остановки стоит не так дорого, но жаба душит – для бомжа любая копейка на счету. Ладно уж, сегодня Кунфырь при деньгах. Не замерзать же. Да и в комфорте переночевать хочется. В кои-то веки.

Как белый человек Мишка купил билет и, гордо смотря в глаза недоверчиво и брезгливо оглядывавшему его охраннику-контролёру, вступил на платформу. Да, давненько он не ездил в электричках с тех пор, как ввели турникеты.

Шаркая по занесённому снегом перрону, Кунфырь по привычке заглядывал в урны. В некоторых, к его радости, попадались пустые алюминиевые банки. А вот эта лежала почти у самого края платформы.

– О, ещё одна. – Кунфырь сделал движение к предмету своего копеечного промысла.

***

Закончилась вечерняя литургия в Церкви Покрова Пресвятой Богородицы в Митине. Гоша помог прибираться в храме и вышел на улицу. С удовольствием вдохнул свежий морозный воздух. Он был счастлив! Георгий чувствовал подъём. Как будто душа стала чище! Такое он ощущал всякий раз после литургии. К тому же окрыляла мысль о скором рукоположении в диаконы. Мягкие снежинки падали на лицо, приятно охлаждая лоб и щёки. Как же хорошо! Дома ждёт жена Наташа, вкусный ужин, горячий душ и мягкая постель. Слава Богу, и спасибо за всё, Господи!

Гоша направился к станции.

***

Электричка должна была вот-вот подойти. Час пик уже наступил, и поэтому на платформе скопилось много народу. Занятый своими радостными мыслями Георгий не заметил, как на рельсы упал человек. Только когда услышал женский пронзительный крик и возгласы из толпы, понял, что именно случилось. Он находился как раз напротив этого места. Люди стояли, кричали, жестикулировали, но никто ничего не предпринимал. Георгий растолкал толпу и без раздумий спрыгнул с платформы.

Электропоезд, зашедшись визгом гудка и тормозов, многотонным снарядом рвал пространство уже у противоположного края платформы.

– Быстро, браток! – закричал Георгий.

Электричка уже на середине. Георгий в отчаянном усилии поднял бомжа под мышки. Толкнул под платформу. Сейчас он отпрянет в противоположную сторону, и день закончится так же хорошо, как и начинался. Но нога предательски поскользнулась на рельсе, покрытом мягкими снежинками…

***

Фрагменты тела Гоши собирали по частям.

***

Ошалев от ужаса, Кунфырь, видевший всё, вдруг до мозга костей, до самой глубины сознания понял, что это из-за него! Хмель улетучился быстрее, чем пар от выдоха на морозе. Мишка несколько секунд смотрел на то, что осталось от человека. Его охватил ужас. Представил себя на месте своего спасителя. Содержимое желудка вырвалось наружу. Потом, не помня себя, он кинулся из-под платформы в овражек, отделявший насыпь от забора. Кое-как вылез к бетонному ограждению. Где-то должна быть лазейка, выход. Где же выход?
this