Николай Александрович Метельский
Без масок

* * *

Дом Цуцуи находился на севере района Эдогава не так уж и далеко от моего особняка. Удобненько. Территория дома располагалась на краю парка, но в его состав не входила. Вообще козырное место. Да, простые люди спокойно шастали рядом, но мало кто мог похвастаться жилищем, вокруг которого нет других строений. Правда, территория дома была небольшой, меньше, чем у меня, например, из-за чего перед Цуцуи стоял вопрос – либо один большой дом, либо два маленьких. Собственно, они выбрали второе, построив еще и додзе.

Калитку рядом с воротами открыл сам глава рода.

– Аматэру-кун, – улыбнулся он и, отойдя чуть в сторону, махнул рукой. – Проходи.

– Добрый день, Цуцуи-сан, – поклонился я первым делом.

– Ты же сам говорил, что это наше личное дело, так что давай без этого официоза, – произнес он.

– Как скажете, сэнсэй, – улыбнулся я.

Территория дома утопала в зелени, в основном из-за малых размеров этой самой территории. Так-то здесь не очень много деревьев. Правда, они большие и старые. Плюс декоративные кусты.

– Харуюки готовит нам легкий перекус, так что пошли на веранду, – предложил Цуцуи.

– Харуюки? – спросил я, просто чтобы не молчать.

– Мой личный слуга, – пояснил он. – Ко мне его еще отец приставил, когда я ребенком был, так что мы с ним уже… хм, пятьдесят пять лет вместе.

– Вы тут только вдвоем? – поинтересовался я.

– Да, – ответил он. – Жилой дом, как видишь, небольшой, и слишком много людей сюда не поселишь. Да и в целом далековато для Цуцуи расположен. Красиво, благостно, но неудобно.

– Прошу прощения, сэнсэй, из-за меня вы…

– Стоп, стоп, стоп, – поднял он руку. – Место обучения выбирал я, так что ты тут ни при чем. Поэтому забудь. К тому же лично меня здесь все устраивает. Поверь, если бы я чувствовал какой-нибудь дискомфорт, нас бы тут не было.

Веранда, о которой говорил старик, оказалась обычной энгавой – наружной частью японского дома, на которой стояли два стула и небольшой столик. Выходила энгава во двор, открывая вид на небольшое строение, которое и было тем самым додзе, в котором меня будут учить пути меча. Но это чуть позже, сначала – разговоры ни о чем, чай и гёза, или, в нашем случае – якигёза, они же японские пельмени, только обжаренные.

– Ну что, – произнес Цуцуи, когда все было съедено и выпито. – Пойдем посмотрим, на что ты способен?

– С удовольствием, сэнсэй, – ответил я.

Следующие почти три часа Цуцуи Ген загружал меня различными заданиями. Повторить это движение мечом – а деревянный меч он мне дал – десять раз. Повторить это еще десять. И это. И это. И это. Потом брал в руки другой меч, показывал, как он атакует, и как надо защищаться, отходил в сторону, после чего я несколько раз повторял и то, и другое. В общем, этакий мини-бой с тенью проводил. Много раз.

– Ну что ж, – подвел он, постукивая мечом себе по плечу. – В целом понятно. Сразу скажу – Мастером тебе не стать, но крепкого профессионала я из тебя сделаю.

– И в чем моя проблема? – спросил я, укладывая боккен на специальную стойку.

– Ты, скажем так, слишком механизирован, – ответил он, усмехнувшись. – Отлично все запоминаешь, но ситуацию не… Не можешь прочувствовать ситуацию. Как робот.

– Странно, – нахмурился я. – Импровизировать я умею.

– Уверен, что умеешь, но я сейчас несколько о другом, – произнес он с улыбкой. – Впрочем… Это первое занятие, и я не знаю тебя настолько, чтобы давать оценку, кем ты станешь. Направление твоего обучения я увидел, пока что этого достаточно. Может, и с твоим воображением что-нибудь сделаем.

– Ну а сделать меч продолжением моей руки вы сможете? – спросил я. – Это вообще возможно?

– А без этого ты и мечником-то не станешь, – усмехнулся он. – Не то что профессионалом. Не волнуйся, у меня богатый опыт вбивания в тела молодежи нужных рефлексов. Так что готовься, будет больно, жестко, но интересно.

Глава 2

В кабинете помимо меня находились еще три человека. Сегодня я собирался решить важное дело, точнее, начать его решать, и для этого мне были нужны эти трое. Первым был Нэмото Таро, мой мастер на все руки. Пока еще мастер на все руки. Вторым – Икеда Бенжиро, личный секретарь Атарашики и глава секретариата Аматэру. Ну а третьим немного нервный парень двадцати одного года по имени Ёсида Хиротцугу. До этого мы встречались с ним всего один раз, когда Атарашики представляла новому главе рода его слуг. Но это была традиционная, почти ритуальная встреча, а сейчас он здесь по делу, отчего и нервничал. Не в последнюю очередь потому, что просто был не в курсе, чего я от него хочу. Собственно, я и не знал, что это будет он, просто попросил Икеду привести с собой человека, которого он планирует сделать своим преемником. Повезло, если честно. Далеко не факт, что у него вообще оказался бы такой человек. Икеде всего шестьдесят шесть лет, и в вопросе наследования он мог только присматриваться к своим подчиненным. Все-таки преемник – это большая ответственность, и по щелчку пальцев его не найти. На это годы можно потратить. И да, Ёсида знать не знает о планах Икеды, так что сюда его вызвали в качестве обычного сотрудника секретариата. Во всяком случае, он так думает.

К слову, не могу не упомянуть внешность собравшихся. Точнее, даже не внешность, а образы, которые они поддерживают. С Нэмото все понятно, он как был блондинистым раздолбаем, который умеет шутить, в том числе и над собой, так им и остался. А вот Ёсида – полная его противоположность. Я в обеих жизнях не раз сталкивался с подобными людьми, представителями так называемой элиты. Отучившийся в хорошем университете высокий черноволосый красавец с потрясающими перспективами, любимец женщин, опора начальства – такие люди нередко еще в молодости забираются на самый верх. Оттого наблюдать, как он нервничает, довольно весело. И, кстати, стереотип в его случае тоже работает – Ёсида об этом еще не знает, но его действительно скоро ждет повышение. И плотное сотрудничество с Нэмото. Это будет забавная парочка, раздолбай и педант.

– Итак, – произнес я, окинув троицу взглядом. – Начну с наименее важного. Безногий, ты переселяешься сюда.

У Нэмото от неожиданности брови взлетели.

– Не могу не заметить, шеф, то есть господин, что этот дом находится в довольно удаленном месте, – сказал он. – У меня и так времени вечно нет, а если я еще и сюда перееду…

Икеду слова Нэмото не затронули, а вот Ёсида даже нервничать перестал, неодобрительно покосившись на Безногого.

– Это не обсуждается, – отмахнулся я, шаря взглядом по столу. Где, блин, моя кружка с водой? Наклонившись вбок, нашел искомые предметы за спиной Нэмото на столе посреди кабинета. – Ёсида, будь добр… – обратился я к нему как к самому младшему по положению и возрасту из присутствующих слуг.

Атарашики, засранка старая. Она вообще хоть что-то может на свое место вернуть? Ладно у себя в кабинете бардак наводит – так теперь и у меня начала?

– Господин, – откликнулся он и с легким поклоном поставил кружку и бутылку с газировкой мне на стол.

Не, ну а что, не хлебать же чай постоянно?

– Благодарю, – кивнул я, налил воды в кружку, сделал пару глотков и продолжил: – Вернемся к нашим баранам. Первое и главное, что мне хотелось бы до вас донести, – это то, что я подзадолбался заниматься делами, которые вполне можно спихнуть на других. Проблема в том, что людей для этого у меня под рукой нет. Да и заняты они, – кивнул я на Нэмото. – Заняты тем, что, кстати, тоже могли бы спихнуть на других. А, Безногий? У тебя же вроде есть заместитель, так какого фига ты сам всем занимаешься? И ладно – я, у меня действительно дела, которые я могу доверить только самым близким. И где они? Так у меня хотя бы здоровье есть, а Атарашики-сан? Она ведь тоже зашивается. И теперь ты говоришь мне о какой-то там удаленности? Какого демона ты до сих пор не оптимизировал процесс работы?

– Я… – растерялся Нэмото, не зная, что ответить. – Виноват, господин, все сделаю.

– Поздно, Нэмото, – покачал я головой, отчего занервничал не только Ёсида, но и мой мастер на все руки. – Теперь тебе придется заниматься другими вещами. С завтрашнего дня мы начинаем процесс полной реструктуризации и оптимизации рабочего процесса вашего любимого начальника. И начнем мы с того, что ты, Безногий, переходишь в подчинение к Икеда-сану. С завтрашнего дня ты его официальный заместитель. Готовься, именно тебе предстоит в будущем занять должность главы секретариата.

– Э-мм-у-у… – выдал нечто невразумительное Нэмото. – Как прикажете, господин…

Сам Икеда на мои слова и бровью не повел. С ним я еще вчера общался. И позавчера. В общем, с личным секретарем Атарашики все уже обговорено.

– Не пугайся раньше времени, – улыбнулся я. – Конкретно для тебя поясню: секретариат Аматэру уже давно не только секретариат. Там половина сотрудников занимаются… Боги, да чем они только не занимаются. Фактически туда годами переводили людей, занимавшихся чем-то нестандартным, для которых создавать собственный отдел – это плодить сущности. Если бы не это, у нас бы сейчас было десятка два отделов, в которых сидело бы по одному, два, край – пять человек. Вот их и спихивали в секретариат. Там сидят и пиарщики, и айтишники, и художники, и переводчики, и боги еще знают кто.

– Кхм, кхм, – подал голос Икеда.

Ой, и правда.

– Боги, и глава секретариата, конечно, – поправился я. – Возвращаясь к теме разговора. На самом деле перестановки нам предстоят довольно серьезные, и, чтобы не запутаться, вы должны кое-что понять. Основа моей затеи – это две должности: мастер на все руки и правая рука. Ты ведь понимаешь, что это такое? – поинтересовался я, глядя я на Ёсиду.

– Конечно, господин, – чуть поклонился он, не вставая со стула.

– Так вот, – продолжил я, переведя взгляд обратно на Нэмото. – С завтрашнего дня ты перестаешь быть мастером на все руки и становишься правой рукой. Это другие обязанности, Нэмото. Больше никакого вороха мелких дел, только самое важное. То есть по факту дел у тебя тоже будет немало, но прежде всего это будут дела рода. И чтобы ты стал хорошей правой рукой, ты переходишь под начало Икеда-сана. Я не знаю человека более компетентного в этом вопросе. Именно он будет твоим учителем.

Я и правда не знал другого такого профи. Умом понимаю, что они есть, но лично не знаком. В конце концов, Икеда десятилетиями был и правой рукой, и мастером на все руки одновременно. Причем – у фактической главы рода.

– Я не подведу, господин, – пообещал Нэмото, поднявшись со стула и поклонившись.

this