Ангел с человеческим сердцем

— Элизабет… — голос Роба заставил меня пробудиться, — Ты хорошо себя чувствуешь?

Я кивнула.

— Тогда иди к нам…

Я села на свободное место, отчаянно жуя, чтоб удержать в себе пламенные речи, рвущиеся наружу.

«Что происходит? Лорен что, тоже из их числа? Не может этого быть… Она ведь совершенно не рассчитывала, что я ее услышу!!!».

Держать все в себе, уже не было сил, поэтому решила рассказать Лорен, хотя бы то, что касалось ее, и частично свалить на нее страх за свое нарушенное душевное здравие.

За завтраком было решено, что днем на пляж не сунемся, иначе за неделю просто сгорим (Родина не вынесет такой потери), и что купаться пойдем после четырех, а день потратим на экскурсии, походы по магазинам и кафе.

Все были одеты к прогулке, кроме меня, все еще разгуливающей по номеру в халате. Я позвала с собой Лорен и взяла вещи, направляясь в номер парней переодеться.

— Какая муха тебя укусила? Что с тобой, Элизабет? — шипела Лорен, когда я рассерженно поворачивала ключ в замке.

— Ты мне так просто не поверишь… — ответила я, уже в номере, натягивая купальник, купленный с ней еще в Логане, и хватаясь за черные, коротенькие шорты.

Подруга, в изумлении подняла бровь, наблюдая за моими нервными движениями.

— Спроси меня что-нибудь, но только мысленно. Не произноси вслух… — без подготовки выдала я.

Лорен открыла рот и ее брови сошлись на переносице, после чего нервно облизала губы и села.

— Давай же, Лорен, времени нет. Роберт и без того меня подозревает. Только обращайся мысленно именно ко мне, желательно по имени… — попросила ее, уже не веря, что этот финт можно повторить.

Через мгновение в моей голове прозвучал четкий вопрос, как будто подруга произнесла его вслух, но рта она так и не открыла:

«Подозревает в чем? И вообще, почему ты все время буравишь Роба взглядом и относишься к нему, как к врагу?»

— Я просто не знаю, как к нему относиться, и уверена, что он причастен к нашей с тобой проблеме. Но это еще не проверенная информация…

Она шумно выдохнула и произнесла что-то не сильно внятное, но смысл ругательства был ясен. Оставив ее наедине с пожирающими мыслями, я со спокойной совестью продолжила одеваться. Через минуту до меня донеслось:

— И что, ты слышишь всех?

— Могла бы не утруждаться и спросить мысленно, — подначивала я, — Нет, не всех, только тебя и Роба. Не задавай никаких вопросов — сама еще ничего не знаю, и успокойся, тебя я слышу, только когда ты обращаешься именно ко мне. Как пару минут назад, когда ты спросила: «Боже мой, что ты так смотришь на него, Элизабет!?» — немного перебарщивая, попыталась скопировать голос подруги.

Закончив одеваться, взяла ее за руки.

— Не пугайся, это не самое страшное! Главное, чтоб у меня получилось остановить эти приступы. Я верю, что найду способ… И ты верь, хорошо?

Она, удивленно хлопая ресницами, кивнула и немедленно спросила:

— А Роба ты тоже слышишь, когда он обращается к тебе?

— Нет, там все сложнее… Времени нет, пойдем!

Схватив с кровати ключ, потащила ее, все еще ошеломленную, к выходу.

Ребята уже закрывали номер, и, шумно разговаривая, мы направились к выходу. Я старалась быть на их волне и поменьше думать про Роба. Слишком громкие мысли подруги не давали сосредоточиться, и я с трудом удерживалась, чтоб не отвечать на них вслух.

На очередной ее вопрос только прикусила нижнюю губу и сжала руку Лорен так сильно, что та пискнула, мысленно огрызаясь. Я осталась довольна, что ребята не заметили нашей перепалки.

«Элизабет, было бы классно, если бы я тоже тебя слышала, тогда можно было бы просто смотреть друг на друга и перемывать всем косточки».