Александр Дмитриевич Прозоров
Духи реки

Духи реки
Александр Дмитриевич Прозоров

Быль каменного века #1
«Быль каменного века» рассказывает о приключениях двух подростков из племени Мудрого Бобра, которых однажды, сто тысяч лет назад, унесло течением от родного поселка на далекие дикие берега огромного озера, ныне называемого Ладожским. Чтобы вернуться домой живыми, сытыми и невредимыми, Пыхтуну и Снежане предстоит немало постараться и пережить множество испытаний.

Книга также выходила под названием «Лесные духи».

Александр Прозоров

Духи реки

Повесть первая

Пыхтун

Это случилось летом. Случилось в чудесный жаркий летний день на берегу прекрасной реки Свирь.

Впрочем, в те далекие, незапамятные времена, когда все это произошло, Свирь еще не носила своего привычного русского имени. Племя Мудрого Бобра, что жило на этих берегах, называло ее просто Большая Река – по той причине, что не ведало иных столь широких и полноводных рек. Озеро, из которого Большая Река вытекала, люди племени звали Водами Рассвета, а то, в которое впадала – Водами Заката. Эти бескрайние озера казались им пределами обитаемого мира. Люди племени Мудрого Бобра даже думали, что все живое – подобно Солнцу и Большой Реке – приходит в мир из-за Вод Рассвета, где пребывает до рождения, дабы потом уйти за Воды Заката, куда уходит все, что провело на земле отведенный судьбою срок.

Этого знания людям племени вполне хватало для понимания сути и смысла существования, а потому прочими мелочами они уже не заморачивались и не вели никакого счета ни дням, ни неделям, ни месяцам, ни даже годам, что текли в их мире, а потому ныне совершенно невозможно точно определить дату, когда началась эта история. Может быть – девяносто тысяч лет назад. Может быть – всего семьдесят. А может даже – целых сто тысяч лет назад. Но совершенно точно – это случилось летом, в жаркий солнечный день, когда дети, скинув незамысловатую одежку, с громкими криками и визгами плескались в воде, вздымая тучи искрящихся брызг.

Поначалу день тянулся обыденно и привычно. На краю широкого песчаного пляжа молодые женщины Серая Лань и Звонкая Иволга выполаскивали проквашенные для мягкости шкуры, заодно приглядывая за малышней. На взгорке, у края деревни, возле священной ивы, сидел на валуне одетый в замшевые штаны с подшитыми к ним сапожками, в оленью безрукавку и накидку из лосиной шкуры плечистый Хромой Зубр, который на время отложил свои инструменты и не без зависти наблюдал за весельем в прохладной реке. Пожалуй, он и сам не прочь был забраться в воду, хоть ненадолго спрятаться от полуденного зноя – но сегодня он оставался в стойбище единственным мужчиной и не мог покинуть своего поста. Мало ли появится поблизости крупный зверь или волчья стая? Пускай отогнать угрозу пожилой мужчина и не способен – но зато сможет вовремя поднять тревогу, и женщины с детьми успеют скрыться в жилищах или уйти от опасности на отмель.

Темная тень, мелькнувшая в воде, заставила Хромого Зубра привстать – а вдруг из глубины поднялся Хозяин Вод? Сомы, получившие в племени такое уважительное прозвище, нередко вырастали размером вдвое больше взрослого воина и вполне могли утащить маленького ребенка. Только зазевайся – и даже вскрика бедолаги не услышишь!

Но нет – видение появилось и исчезло. Старый мастер углядел лишь, как на воде закачалась, высоко вздыбив мокрые ветки, могучая липа, плывущая со стороны Вод Рассвета. Похоже, ее обширная крона уходила довольно глубоко и цеплялась за дно, не давая дереву разогнаться по течению. Двигаясь рывками, оно добралось до какой-то ямы, проплыло три десятка шагов и снова застряло, дергаясь, словно в мучительных судорогах.

– Вернутся завтра охотники, – сдернув с головы ремешок, пригладил длинные, с проседью, волосы Хромой Зубр, – обязательно искупаюсь. Или сегодня мальчишек ненадолго на страже оставить?

От дальней опушки как раз шли двое ребят, тяжело груженных охапками хвороста. Старый мастер, даже не глядя в их сторону, отлично знал, кто это. Тот, что моложе, с большими, вечно красными ушами, с ожерельем из птичьих перьев и в тунике из оленьей кожи – Клест, сын охотника из большой хижины Быстрого Оленя и круглолицей красавицы Звонкой Иволги. Он родился всего десять зим назад, но уже сейчас мало уступал силой иному взрослому. Второй носил тунику из волчьей шкуры, но это мало помогало мальчишке. Совсем маленьким ребенок Ломаного Клыка и Чистой Капли получил прозвище Пыхтун – за привычку забавно и громко отдуваться во сне. Рос он слабым, с тонкими руками и узким лицом – совсем не удивительно при таком жалком имени. К счастью для бедолаги, мучиться со старым именем ему оставалось совсем недолго. Он стал почти взрослым, пережив уже двенадцатую зиму, и будущей осенью должен был пройти посвящение в мужчины.

– Может, хотя бы новое имя принесет ему удачу? – вслух подумал Хромой Зубр, наблюдая, как мальчики сбрасывают свой груз площадке возле общего очага. Несмотря на разницу в возрасте, оба принесли одинаковые охапки. – Трудно будет такому слабаку среди охотников. Столкнется на дальней тропе с клыкастым Большим Котом или медведем – тут его век и закончится. Даже ожерелья, мыслю, собрать не успеет.

По обычаю племени, только сильный и смелый охотник, собравший ожерелье из зубов волка, медведя или иного сильного зверя, имел право построить собственный дом, выбрать и привести туда жену. Далеко не всем мужчинам удавалось исполнить в своей жизни это требование.

– Дядя Зубр, дядя Зубр! – избавившись от ноши, кинулись к старому мастеру мальчишки. – Дядя Зубр, можно мы искупаемся?!

Старый мастер поднялся, оперся на копье с тяжелым каменным наконечником, глянул на припасы возле очага. Летом в хижинах было тепло, а потому племя Мудрого Бобра готовило пищу на общем огне. И для него требовалось много дров, сухих и жарких.

– Вы слишком мало принесли, – покачал головой Хромой Зубр. – Этого не хватит даже на вечер.

– Мы принесем еще, дядя! – клятвенно ударил себя кулаком в грудь красноухий Клест.

– Мы только чуток обмакнемся, дядя Зубр, – взмолился Пыхтун. – Совсем чуть-чуть! И сразу побежим за новыми дровами.

– Очень жарко, дядя!

– Жарко!

– Бездельники, – укоризненно покачал головой старый мастер. – Что с вами сделаешь? Ладно… Но только недолго! И потом сразу в лес, за хворостом!

Издав радостный вопль, мальчишки побросали свои короткие дротики с костяными наконечниками прямо к его ногам и, на ходу стаскивая туники, помчались вниз по склону. Там, на реке, липа уже добралась почти до самого пляжа и большинство детей, переплыв к ней, со смехом лазали среди веток, то падая в воду, то забираясь снова на дерево, повыше, чтобы нырнуть с толстого сука.

Хромой Зубр улыбнулся, глядя на их веселье. Хотелось бы и ему точно так же покувыркаться в общей кутерьме. Увы, не с его кривой ступней, невесть когда раздавленной между камнями, плавать через реку и лазать по скользким веткам. А дети пусть…

– Что это? – Старый охотник прикрыл глаза ладонью. Выше по течению, медленно извиваясь, под самой поверхностью двигалась черная широкая тень. Неужели Хозяин Вод? Похоже, длинные ветви липы разворошили какой-то омут и разозлили огромную рыбину.

– Проклятье, и вправду он! – охнул Зубр. – Точно он. Хозяин Вод! – закричал охотник уже в голос, указывая копьем в сторону опасности. – Хозяин Вод!!! Берегитесь! Скорее на берег!

– Сюда! Скорее! – услышав его предупреждение, замахали руками женщины. – На берег! Хозяин Вод вышел на охоту!

Малышня с радостным визгом – словно не спасалась от опасности, а услышала о новой игре, – посыпалась в воду, поплыла к пляжу. Липа качнулась, чуть подвсплыла, провернулась вокруг ствола, откатываясь к стремнине, и поползла вниз по течению.

Хромой Зубр облегченно перевел дыхание… и вдруг увидел, как среди черных мокрых ветвей мелькнула детская рука. Дерево повернулось еще чуть-чуть, и вслед за рукой стало видно лицо ребенка.

– Помо… – попытался крикнуть несчастный, но на полуслове через рот прокатилась волна. Малыш не захлебнулся, начал отфыркиваться, но кричать уже не пытался.

К счастью, его услышали. Оба мальчишки, задержавшиеся было на пляже после предупреждения, кинулись вперед. И тут Звонкая Иволга вдруг метнулась наперерез и схватила своего сына поперек живота, едва не сбив Клеста с ног.

– Стой! Там опасно!

– Вот дурная! – сплюнул на взгорке Хромой Зубр. – Нечто не понимает, что Хозяин Вод такому большому ребенку не страшен?

К счастью, хотя бы Пыхтуну никто не мешал – мальчишка стремительно преодолел водное пространство, отделяющее пляж от липы, ухватился за ближние ветки. Дерево закрутилось, окуная малыша в реку.

– Отпусти!!! – закричал старый мастер.

Но Пыхтун и сам сообразил, что делать. Он не просто бросил ветку, но даже подтолкнул вверх сучок, оказавшийся поблизости. Дерево повернулось в другую сторону, вытягивая ребенка наверх, и теперь Хромой Зубр узнал малышку. Это была Снежана, семь зим назад родившаяся у Белой Лисы и Храброго Рыка как раз в день, когда выпал первый снег. Девочка с густыми русыми кудрями и большущими темными ресницами, словно крашенными черникой. Теперь она, широко открыв рот, изо всех сил пыталась отдышаться. Пыхтун же проплыл вокруг кроны и схватился за ветки с другой стороны, мешая липе повернуться назад. Дерево, оказавшись почти на самой середине реки, все быстрее и быстрее уносилось вниз по течению.

– Назад! Сюда! Возвращайтесь! – закричали с пляжа обеспокоенные женщины, а дети побежали по берегу. Но что это могло изменить? У стойбища сейчас не было ни одной лодки – охотники ушли на них в облаву по Лосиной реке. Большая часть женщин и старшие дети собирали в Клюквенной долине молодую лозу…

Впрочем, хотя Хромой Зубр и беспокоился за уплывающих малышей, особого страха он не испытывал. Никто из них под ударами ветвей не утонул, плавали все дети племени Бобра отменно. Хозяин Вод, показавшись совсем ненадолго, пропал из виду. Пыхтуну и девочке нужно всего лишь добраться от дерева к берегу и вернуться в селение. Непонятно только, почему Снежана упрямо вцепилась в липу и не хочет ее отпускать. Испугалась, что ли? Но Пыхтун ее успокоит. Он ведь уже совсем взрослый, ему почти полных двенадцать лет.

* * *

Пыхтун, с нетерпением ожидавший осени – времени своего посвящения в охотники, – постоянно помнил, что стал уже совсем взрослым мужчиной. И потому на берегу не колебался ни мгновения. Мужчина всегда должен защищать детей и женщин – о чем тут думать, коли кто-то зовет на помощь? Паренек кинулся в воду сразу, как только увидел руку среди веток, даже еще до того, как услышал крик Снежаны. В несколько гребков он добрался до дерева и схватился за ближний сук – чем принес больше вреда, чем пользы. Но тут же поправил положение, позволив девочке сделать большой глоток воздуха, а потом заплыл с другой стороны, потянул крону к себе и поднял голову малышки уже довольно высоко над водой. Подождал, пока Снежана отдышалась, спросил:

– Ты чего к берегу не плывешь?

– Ногу что-то держит, Пыхтун. Очень больно, – всхлипнула она. – Так больно… Шевельнуть даже не получается. Наверно, она сломалась!

– Так посмотри! Тебе ее видно?

– Нет… Она где-то там… – Девочка показала пальцем по другую сторону ствола.

– Подожди, я сам попробую глянуть…

Пыхтун отпустил ветки, собираясь проплыть дальше, но крона качнулась, утаскивая Снежану под воду, и он опять торопливо вцепился в дерево. Оглянулся на стойбище – оно уже скрывалось за излучиной Большой Реки. Течение здесь было очень сильным и несло дерево быстрее, чем ходит по ровной гладкой тропе взрослый охотник. К тому же несло не просто вниз, а еще и к противоположному берегу.