![Синий сумрак](/covers_330/643695.jpg)
Полная версия
Синий сумрак
Говоря это, шеф полиции поднял глаза вверх. Вампир поступил так же. Их взгляды были прикованы к изображенной на портрете даме с длинными, струящимися по плечам белокурыми волосами и тонкими, как у фарфоровой куклы, чертами лица. Одета дама была в платье давно минувшего века, а в ее больших выразительных глазах таилась тьма ночи.
Вампир снова и снова переводил взгляд с лица на портрете на лицо на листовке и обратно.
– Расскажи мне все, что знаешь об этих женщинах, – прошептал он.
– Листовку брат этой девушки – Джейсон Бек – носил в бумажнике. Она выпала, когда он показывал мне фотографию сестры. Что же до женщин, то могу повторить лишь то, что написано в объявлении. Их зовут Максин Стюарт и Темпест Джонс. Они являются кем-то вроде частных детективов, чей офис находится в штате Мэн. Когда я спросил Бека, кто они, он ответил, что это его старинные друзья.
Вампир подумал о том, что шеф полиции заработал себе в его глазах еще одно очко. Очевидно, благодаря этому он сможет прожить чуть дольше, чем предполагалось. Он подошел ближе к своему слуге и отвел от его руки лезвие кинжала.
– Сегодня, Филднер, мне потребуется вся твоя сила.
– Ожидаю приказаний, мой господин.
Вздохнув, вампир направился обратно к девушкам. Вторая из них, Джейни, уже сидела на диване, глядя перед собой мутным взором. Она была смущена и испугана.
– Боюсь, некоторое время вам обеим придется побыть гостями в моем доме.
Собрав всю свою волю и мужество, блондинка произнесла:
– Пожалуйста, не запирайте нас. Мы ничего вам не сделали.
Поджав губы, он покачал головой:
– Никто не станет обращаться с вами подобным образом. Мой слуга повел себя нелюбезно, но я исправлю его ошибку. Вы мои гостьи, мои дорогие уважаемые гостьи. Никто не причинит вам вреда, пока вы находитесь на моем попечении, даю слово.
Казалось, девушки подчинялись мысленным приказам, которые он им посылал. Делия уже значительно расслабилась, и Джейни тоже перестала бояться.
Он наклонился ниже к Филднеру и чуть слышно произнес:
– Проводи их в гостевые комнаты наверху и запри там. – Затем снова обратился к Делии и Джейни: – Мой слуга уже осознал, что обошелся с вами грубо, но вам нечего его бояться, верьте моему слову. Если все пройдет хорошо, через день-другой вы снова вернетесь к своим семьям. – Он, кивнув Филднеру, снова понизил голос до шепота: – Сфотографируй их и поспеши назад. Нам предстоит работа.
Глава 4
Поспешно выпорхнув из машины Сторми на подъездную гравиевую дорожку перед особняком, Максин пришла в восторг от увиденного. Она не трудилась скрывать свои чувства от окружающих, в том числе от Лу. В действительности от него она вообще ничего не могла скрыть. Он понимал, что нельзя винить ее за подобную реакцию – дом, в котором ей предстояло жить, являл собой воплощенную мечту. Белокаменный особняк стоял прямо на изрезанной береговой линии в городе Истон, штат Мэн. Пока Лу парковал фургон, Максин поспешно поднималась по чистеньким ступенькам крыльца к парадной двери с длинными овальными витражными окошками. Когда она достала новенький ключ, чтобы отпереть дверь, Лу не сумел сдержать улыбки.
Закрыв дверцу фургона, он посмотрел на Сторми. Она перекладывала какие-то вещи в багаж нике своего автомобиля, всем своим видом демонстрируя, что не торопится попасть в дом. Возможно, тревога Максин за подругу была не такой уж и беспочвенной, как показалось на первый взгляд.
Лу вошел в дом вслед за Макси. Он оказался в огромном холле и с любопытством принялся осматриваться по сторонам. С куполообразного потолка свисали канделябры. На полу тускло поблескивало паркетное покрытие, а мебель была выполнена в древнескандинавском стиле. Лестница, ведущая на второй этаж, расширяясь у основания, создавала иллюзию льющегося в комнату водопада. Максин нравилось это место, что сразу можно было прочесть в ее глазах. Особенно она была привязана к нему потому, что здесь жила ее сестра. Каждый уголок был наполнен присутствием Морган, даже если самой ее не было дома.
– Разве Морган с Данте не поприветствуют тебя в твоем новом жилище? – поинтересовался Лу.
– Нет. Они путешествуют. У них медовый месяц затянулся, как я полагаю. – Макс улыбнулась ему, и ее улыбка поразила его прямо в солнечное сплетение, как обычно. – К тому же Морган таким образом решила дать мне понять, что теперь этот дом целиком принадлежит мне. Она дает мне время освоиться, устроиться, ну, ты понимаешь.
Он кивнул, осматриваясь по сторонам.
– И где будет располагаться офис?
– Мы уже начали над этим работать – специально приезжали в прошлые выходные. Мы решили разместить его в комнате, где Морган раньше занималась писательством. Полагаю, изначально эта комнатка была кладовкой. – Она сделала несколько шагов вперед и оглянулась: – Сторми?
– Она ищет какие-то вещи у себя в машине, – подсказал Лу и заметил, что в глазах Максин тут же отразилась тревога. – Как она себя чувствовала остаток пути?
– Кажется, нормально.
– Но ты все равно переживаешь.
Она вздохнула:
– Считаешь, что это глупо?
– Считаю, что здорово так заботиться о ней, Макс. Ты самая преданная подруга на свете.
– Правда? – Она снова улыбнулась. – Как приятно слышать подобное из уст мужчины, который так скупится на похвалы.
– Разве я скуп на похвалы?
– Твои похвалы – как вымирающие виды животных, – заметила она, снова косясь на дверь. – Лу, со Сторми что-то не так.
Он нахмурился, чувствуя, как по затылку у него пробежал холодок.
– Она сказала, что просто заснула за рулем.
– Она солгала. – Максин покачала головой и, подойдя к двери, выглянула на улицу. Ее подруга все еще возилась с вещами у себя в багажнике. – Подозреваю, что она что-то от нас скрывает с тех самых пор, как вышла из комы.
– Есть идеи по поводу того, что это может быть?
Максин отрицательно покачала головой:
– Когда она съехала с дороги, я могу поклясться, что на долю секунды ее глаза стали совершенно черного цвета.
Лу сильнее нахмурился:
– А какого они обычно цвета?
– Голубого, – ответила она. – Хочешь сказать, что не знаешь, какого цвета глаза у Сторми?
– Я обычно не обращаю внимания на подобные вещи. Пристрели меня.
– Ты же коп и должен все замечать.
– Я в отставке, – поправил он.
Макс закрыла ладонью глаза:
– А у меня какого цвета глаза?
Зеленого, подумал Лу. Огромные зеленые глаза, сияющие, словно изумруды в лучах солнца. Но вслух он произнес:
– Представления не имею.
Она медленно опустила руку, глядя на него со странной смесью боли и скептицизма.
– Так ты говоришь, глаза Сторми поменяли цвет?
– Более того, Лу, они выглядели так, словно вообще не принадлежат моей подруге. – Она потерла ладони друг о друга, словно пытаясь согреться.
– Хочешь знать, что я думаю по этому поводу?
– Да, разумеется.
Он кивнул:
– Вот и хорошо, потому что я в любом случае рассказал бы тебе. Думаю, ты слишком сильно за нее переживаешь. К тому же тебя переполняют впечатления, связанные с переездом, новой работой, новым домом.
– Это приятные впечатления.
– Не суть важно. Макс, прошло всего несколько месяцев с тех пор, как ты узнала, что твоя настоящая мать – бывшая проститутка и что у тебя есть сестра-близнец. Ты разыскиваешь Морган и узнаешь, что она не только неизлечимо больна, но и что за ней охотится вампир. Потом ты узнаешь, что этот вампир в действительности очень милый парень, предварительно чуть не угробив его.
Задрожав, Максин отвела глаза.
– Пристрели меня за то, что считала, будто «немертвые» и «зло» – это синонимичные понятия. Мне казалось, что это логичное умозаключение. Кроме того, все закончилось благополучно – он обратил мою сестру, и теперь она вообще никогда не умрет.
– Тем не менее, – возразил Лу, – у тебя едва ли было достаточно времени, чтобы осмыслить все произошедшее. Внезапно поколебались устои, в которые ты безоговорочно верила. Теперь ты не знаешь, что реально, а что нет. Прежде четкие картинки в твоем сознании стали расплываться и терять очертания.
Максин пристально посмотрела на него:
– Со мной все в порядке.
– Я знаю, Макс. Я ведь тоже прошел через все это. Но ты обладаешь чрезмерно развитым воображением. – При этих словах девушка недоверчиво хмыкнула, но Лу продолжал как ни в чем не бывало: – Итак, Сторми, которая всего лишь несколько месяцев назад чуть было не отправилась к праотцам, съезжает с дороги, чем пугает тебя до смерти, ты спешишь к ней, находясь в состоянии сильнейшего возбуждения, а солнечный свет отражается от ее глаз особенным образом, и – бам! – ты видишь то, чего в действительности нет.
Она склонила голову, отчего ее медно-красного цвета волосы соскользнули с одного плеча на другое. Лу старался не смотреть на нее, но все равно заметил этот жест.
– Ты правда считаешь, что все дело в этом? – спросила она.
– Да.
Максин вздохнула и медленно кивнула:
– Может быть, ты и прав.
Не успел Лу удивиться, что она в кои-то веки согласна с ним, девушка добавила:
– Но я в этом сильно сомневаюсь.
Он ожидал подобной реакции. Они с Макси были полными противоположностями, и предугадать ее реакцию не составило для него труда.
– Полагаю, у тебя есть собственное объяснение случившемуся?
– Я как раз над ним работаю.
– Думаю, это что-то неординарное.
– Под словом «неординарное» ты подразумеваешь…
– Паранормальное. Сверхъестественное. Непознанное. Экстра…
– Да, ты все верно понял. Моя теория будет неординарной.
Лу вздохнул. Ему совершенно не нравилось то, какой оборот принял их разговор. Теперь, когда одна из самых безумных теорий Максин подтвердилась, не существовало никакой возможности отговорить ее развить еще одну, гораздо более сумасшедшую теорию.
– Боюсь даже спрашивать.
– И не надо. Я еще не закончила. – Она пожала плечами, показывая, что тема закрыта. – Сожалею, что по моей вине ты пропустил рыбалку.
– Ничуть ты не сожалеешь, – возразил Лу, отмечая про себя, что и самому ему абсолютно не жаль. Он с большим удовольствием проводил время в обществе Макси, ее притянутых за уши умозаключений и непрекращающихся попыток заигрывать с ним, чем на рыболовном суденышке своего друга с удочкой в руках. Но, будь он проклят, если скажет ей об этом. Она воспримет это как сигнал к дальнейшим действиям.
– Ты прав, я не сожалею.
По крайней мере, Максин честна с ним, хотя он и подозревал, что она разрабатывает какой-то хитрый план, чтобы заставить его задержаться в Мэне дольше, чем он планировал.
В этот момент появилась Сторми с чемоданами в руках.
– Ну, разве это не самое восхитительное место во всей вселенной?! – воскликнула она, опуская свою ношу на пол. – А телефоны работают? Предполагалось, что я позвоню родителям, как только буду на месте.
– Не проверяла, – отозвалась Макс.
Они обе пересекли величественную гостиную и через двустворчатые двери вошли в комнату, преобразованную ими в офис.
Лу наблюдал, как они уходят. Преимущественно он смотрел на Максин. Эта девчонка – настоящий ураган! Если бы он хоть на одну минуту поверил, что ее непрестанный флирт – это признак неподдельного интереса к нему, он бы…
Что бы он сделал, спросил он себя. Он не придумал бы ничего умнее, как по возможности мягко осадить ее и уехать домой. Максин слишком сильно нравилась ему, чтобы вступать с ней в серьезные отношения. Лу не умел обращаться с женщинами, и ему прекрасно было об этом известно. Любая связь заканчивалась позорным провалом. Все женщины, с которыми он встречался за последние лет десять, быстро бросали его, причем большинство обвиняли его в том, что романтичности и эмоциональности в нем не больше, чем в дохлой рыбе. В действительности он не прикладывал никаких усилий, чтобы показать этим женщинам свое истинное лицо. Со времен развода он полностью замкнулся в себе и не желал вступать ни в какие серьезные отношения. И не делал этого по сей день. Макс заслуживает лучшего.
Глубоко вздохнув, Лу последовал в офис за девушками. Обстановка здесь осталась такой же, как была при Морган, – элегантной и стильной. На антикварном столе красного дерева стоял компьютер. Сторми сняла телефонную трубку и вслушивалась в гудки.
– Связь есть. Телефоны работают. – Внезапно она нахмурилась. – Посмотрите-ка, мигает лампочка автоответчика. Как думаете, нам уже поступил звонок от клиента?
– Ни в коем случае, – запротестовала Максин, – не сейчас, когда мы даже вещи не распаковали.
– Возможно, листовки, провозглашающие об открытии нашего агентства, уже начали себя окупать, – предположила Сторми, нажимая кнопку, чтобы прослушать сообщение, и усаживаясь на стул. Заслышав мужской голос, доносящийся из динамика, она широко распахнула глаза.
«Макс, Сторми, это Джейсон. Джейсон Бек. Знаю, что давно не звонил, и сейчас обращаюсь потому, что очень нуждаюсь в вашей помощи. Чувствую себя полным болваном, но… послушайте, мне кажется, случилось что-то ужасное. Моя сестра пропала».
Сторми с ужасом посмотрела на Максин.
«Что-то не так, – продолжал между тем голос Джейсона. – Она путешествовала со своей лучшей подругой, у них сейчас весенние каникулы в школе. Она в выпускном классе, понимаете? Внезапно я получил странный телефонный звонок. Связь была очень плохая, и единственное, что я понял, – она попала в беду. Что-то… что-то кажется мне подозрительным. Ребята, вы нужны мне. Перезвоните мне. Ах да. Мой мобильный здесь не работает, поэтому звоните в комнату в мотеле, ладно?»
Далее он продиктовал номер. В отдалении послышался щелчок, как будто Джейсон повесил трубку, затем еще один. Автоответчик запищал, показывая, что сообщение закончилось.
– Джейсон Бек… я его помню, черт возьми, – произнес Лу. – Третий член команды сыщиков, верно?
Макс кивнула:
– Он переехал, когда поступил в колледж. Изучает юриспруденцию. В какое время было оставлено сообщение? – спросила она у Сторми.
Та проверила по автоответчику.
– В 7:10 вечера, то есть менее часа назад.
– Давай прослушаем снова, – попросил Лу.
– Лу? – Максин придвинулась к нему поближе, чтобы увидеть выражение его глаз. – Что не так? Что…
– Просто поставь сообщение сначала.
Сторми так и сделала, и комнату снова заполнил взволнованный голос их старого друга. Когда запись закончилась, Лу произнес:
– Слышали? Двойной щелчок?
Макс кивнула:
– Что это значит?
– Точно сказать не могу, но выглядит очень подозрительно.
– Что же в этом подозрительного?
– А то, что, похоже, кто-то прослушивал разговор вашего приятеля.
Сторми так и подскочила на месте.
– Хочешь сказать, что у него в телефоне жучок?
– Не знаю. Может быть, – пожал плечами Лу. – А может, просто помехи на линии.
* * *Вампир удобно устроился на мягком стуле в самом темном углу дешевого номера в мотеле. Джейсон Бек повесил телефонную трубку, и Филднер сделал то же самое с параллельным аппаратом.
Джейсон повернулся к вампиру. Губа у молодого человека была разбита, но уже не кровоточила. Вокруг глаза намечался огромный синяк. К утру кожа станет темно-фиолетовой. Вампир все еще был зол на шефа полиции за применение грубой силы, чтобы убедить упирающегося Джейсона в необходимости сотрудничать. Как это неразумно с его стороны. Филднер, может, и выглядит так, словно его в любой момент унесет порыв налетевшего ветра, но время от времени он принимает кровь вампира, придающую ему силы. И полностью подчиняющую воле своего господина.
Жаль, что нельзя было таким образом передать Филднеру хоть крупицу здравого смысла. Он так и остался непроходимым тупицей.
– Я сделал то, что ты мне велел, – позвонил им, – сказал Джейсон. – Теперь я хочу видеть свою сестру.
– Ты всего лишь оставил сообщение на автоответчике, – медленно возразил вампир. – Это не совсем то, что я сказал тебе сделать, не находишь?
– Они перезвонят, обязательно. И я сразу приглашу их приехать сюда, клянусь.
– Как ты можешь быть так уверен в том, что они примчатся сюда?
– Именно так они и поступят, – произнес молодой человек, склоняясь над фотографией, лежащей на прикроватной тумбочке рядом с телефоном. – Они мои друзья и не бросят меня в беде.
– Надеюсь, так и будет. А когда они окажутся здесь, ты будешь четко следовать моим инструкциям. Ты понял меня, Бек?
Джейсон встретил его взгляд.
– Нет, я совершенно ничего не понимаю. Кто ты, черт побери, такой? И что тебе нужно от Сторми и Максин? Если ты намерен причинить им зло, я…
– Нет, не намерен. Но даже если бы и собирался, ты не смог бы мне помешать. У тебя своя задача в этой истории, Бек, – делать то, что было велено. Пока будешь слушать меня, никто не пострадает – ни эти женщины, ни твоя сестра. Ни ты сам.
Не выдержав твердого пронзительного взгляда вампира, Джейсон опустил глаза. Вампир подумал, что этот молодой человек обладает незаурядным интеллектом. Да, ум его велик, но его любовь к сестре еще больше. Также он глубоко привязан к этим двум девушкам-детективам. Если не взять ситуацию под контроль, в будущем могут возникнуть проблемы.
– Так как твое выступление прошло убедительно, – лениво произнес он, – я отведу тебя повидаться с сестрой.
Сторми набрала номер комнаты Джейсона и стала ждать. Затем медленно покачала головой:
– Не отвечает.
Глядя, как она кладет телефонную трубку, Максин хмурилась, припоминая их разговор, произошедший сразу после того, как подруга съехала с дороги.
– Ты вспоминала Джейсона по пути сюда, – заметила она.
Сторми кивнула:
– Точно. Странное совпадение, да? – Но она избегала смотреть Максин в глаза.
– У тебя было предчувствие надвигающейся беды?
– Ради бога! – с сарказмом в голосе воскликнула Сторми и снова перевела разговор на телефонные звонки. – Нет ответа, и автоответчика тоже нет. Хорошенькая, должно быть, гостиница.
– Мотель, – поправил Лу. – Он использовал слово «мотель», а не «гостиница». Не вижу ничего хорошего в этом заведении.
– Мы должны поехать туда, – с мольбой в голосе произнесла Сторми, на этот раз глядя по друге в глаза.
Теперь Максин окончательно убедилась, что у Сторми было предчувствие.
– Куда ты собралась ехать? – спросила она. – Мы даже не знаем, где Джейсон находится.
– Но мы же можем как-то проследить, откуда был сделан звонок, – возразила Сторми, обращаясь к Лу. – У тебя наверняка остались связи в полиции. Ты же можешь это сделать, правда?
Лу кивнул:
– Да, могу, но есть и более легкий способ. В этом доме есть подключение к Интернету?
– Есть, – подтвердила Макс.
– Тогда все можно выяснить не сходя с места.
Максин метнулась к компьютеру, чтобы проверить, подключен ли сетевой кабель, а Лу тем временем поставил себе стул.
В нем взыграл полицейский азарт, о чем Максин могла судить по блеску в его глазах. Он обожал свою работу и, занимаясь любимым делом, забывал изображать из себя потрепанного жизнью усталого старика, которым он притворялся исключительно перед Максин. Он сбросил маску, показав свое истинное лицо, лицо мужчины в самом расцвете сил, обладающего острым умом и обостренным чувством справедливости. Именно таким Лу Малоун нравился ей больше всего. Она наблюдала за тем, как порхают над клавиатурой его длинные крепкие пальцы. Видя, как ладонь его обнимает мышь, она облизала губы.
Вскоре он поднялся и сообщил:
– Звонок был сделан из городка под названием Эндовер, что в Нью-Гэмпшире.
Макс посмотрела ему прямо в глаза:
– Ты просто обязан показать мне, как ты это сделал.
– Разве ты не наблюдала за моими действиями?
– Наблюдала, но не за теми действиями. – Она подмигнула ему и заметила, что он смутился. Это была его обычная реакция на ее заигрывания, и она заметно отличалась от той, которую она от него ожидала.
– Нам следует поехать, – мягко сказала Сторми.
Лу, казалось, никак не мог отвести взгляд от Максин. Наконец ему это удалось, и он полностью сосредоточил внимание на Сторми.
– Послушайте, мы должны перезвонить Джейсону, – произнес Лу, – он сам так сказал. Давайте просто выполним его просьбу. По телефону он объяснит нам, что конкретно от нас хочет.
Макс улыбнулась, заслышав в его речи слова «мы» и «нас». Он, конечно, может до сих пор упорствовать в своем стремлении вернуться обратно в Уайт-Плейнс, но в глубине души понимает, как в действительности нужно поступить.
– Лу прав, – согласилась она. – К тому же так у нас будет время на то, чтобы разгрузить фургон.
– Сколько сейчас лет Делии? – поинтересовалась Сторми. – И сколько ей было, когда мы видели ее последний раз? Десять? Двенадцать?
Макс кивнула:
– Она, должно быть, стала совсем взрослой. Ей лет шестнадцать-семнадцать. Джейсон сказал, что она учится в выпускном классе.
– Подумать только! – воскликнула Сторми. – Как же летит время. А о старшем брате Майке он не упоминал, не так ли?
– Насколько мне известно, у Майка жена и дети, а живут они где-то в Калифорнии, – ответила Максин. Она положила руку на плечо подруги. – Будем продолжать звонить, пока он не ответит, а затем решим, что делать дальше.
Закрыв глаза, Сторми глубоко вздохнула:
– Хорошо, подождем.
Глава 5
Лу не переставал корить себя за то, что так и не уехал домой несколько часов назад. Он уверял себя, что все же отправится восвояси, как только девушки устроятся, но так и не заставил себя это сделать.
Конечно, он никуда не поехал. Глупо было даже думать об этом, когда Макси хотела, чтобы он остался. В действительности он никогда не мог ни в чем отказать Макси – она нравилась ему, была его слабостью, хоть и являлась его полной противоположностью.
Также она была его величайшей головной болью, и Лу часто беспокоился, что она отправится к праотцам раньше положенного срока. Частично по этой причине он старался всегда оказываться поблизости, когда Макси впутывалась в очередные неприятности, чтобы помочь ей с ними справиться.
Итак, он сказал, что поможет им со Сторми перенести вещи из фургона в дом, и сдержал обещание. Затем Максин провозгласила, что им всем необходимо подкрепиться, и они, заказав пиццу в городе, решили устроиться на террасе перед офисом. Вместе они являли радующую глаз картину: трое друзей, жующих пиццу и не обращающих внимания на витающий вокруг них сонм проблем.
Странное поведение Сторми и беспокойство Макси за подругу. Безумные теории Макси и скептическое к ним отношение Лу. Постоянное заигрывание Макси и подозрительное невнимание к этому со стороны Лу. Его ложь относительно поездки домой и ложь Максин относительно того, что она одобряет его намерение. И вдобавок ко всему страх за благополучие старого друга, с которым девушки давно не виделись.
Действительно, целый сонм проблем.
Но на террасе было очень уютно: белокаменные стены гладкие, как стекло, плетеные стулья расставлены вокруг стола с прозрачной столешницей, белый солнцезащитный тент с узором в виде плюща, таким же, как на подушках для сидения. Вечер выдался очень теплым, и было приятно сидеть на свежем воздухе под звездным небом, ощущать на коже дуновение ветра с моря и вдыхать аромат цитронеллы.
К вечеру сильно похолодало, и Лу предложил сварить кофе. Для этого потребовалось распаковать чашки и прочую кухонную утварь. Максин, Сторми и Лу, объединив усилия, справились с этой задачей менее чем за час. На кухонном столе появились блендер, тостер и наполовину полный кофейник. Они разложили по местам всю посуду, кроме трех чашек, из которых пили сами. Эти впоследствии отправились в посудомоечную машину.
Лу нравилась кухня в особняке. Из всех комнат она была самой уютной, чистой, грамотно организованной и почти совсем не вычурной. Отделка стен и пола серо-розовым мрамором радовала глаз и идеально соответствовала характеру своей новой хозяйки, Макс: нежная розовая поверхность, за которой скрывается твердая скала.
Взбодрившись порцией кофеина и завершив распаковывать вещи, Лу решил отнести несколько коробок на второй этаж в комнаты девушек, справедливо полагая, что они им понадобятся.
Максин занимала спальню, которая раньше принадлежала Морган, в ней располагалась встроенная ванная комната с огромной ванной и душевой кабиной. Также в спальне имелся балкон с высокими, от пола до потолка, французскими окнами, декорированными легкими белыми занавесками.
Поставив на пол коробки с одеждой и личными вещами Максин, Лу огляделся вокруг. Комната показалась ему темной и излишне драматичной. Она совсем не подходила по духу Макс. Задвинув в угол стул с мягким сиденьем и узором из божьих коровок, Лу подумал о том, что Максин непременно все переделает здесь согласно своему вкусу, ей просто нужно на это некоторое время.
– В доме есть около полудюжины спален помимо моей и той, что занимает Сторми, – произнесла Макс.