![Синий сумрак](/covers_330/643695.jpg)
Полная версия
Синий сумрак
Он удивился, что девушка совсем не поняла его. Они словно говорили на разных языках!
– Солнышко, я же тебе только что объяснил – я не останусь.
– Да поняла я. Но, Лу, черт возьми, дорога займет восемь часов. По крайней мере, ты сможешь, приняв душ, переодеться в свежую одежду, прежде чем ехать назад.
Прищурившись, он смерил ее оценивающим взглядом:
– Сумка мне не понадобится. И я не останусь.
– Ладно, ладно. Как пожелаешь.
Максин прошла по подъездной дорожке до гаража и распахнула дверь.
– Послушай, раз фургон поведешь ты, мы могли бы воспользоваться буксировочной балкой и отогнать заодно и мою машину. Что скажешь? – спросила она таким тоном, словно эта блестящая идея только что пришла ей в голову.
Лу посмотрел на ее автомобиль:
– Где буксировочная балка?
– Под днищем фургона.
Кивнув, он направился к фургону, все еще стоящему посреди дороги, и припарковал его на обочине, на безопасном расстоянии от собственного автомобиля, затем принялся устанавливать буксировочную балку для «фольксвагена-жука» Макси.
Сторми присоединилась к Максин в гараже.
– Он едет с нами, да? – спросила она.
Макс улыбнулась:
– Ну, он не может допустить, чтобы я сама села за руль, когда собственными глазами видел, что я могу разбиться по пути.
– Твоя выходка была довольно рискованной, Макс. Не думала о том, что мистер Роббинс мог в тебя врезаться?
– Между нами было достаточно большое расстояние, чтобы он мог затормозить. Я же не идиотка.
– Нет, нет, ты совсем не идиотка, – подтвердила Сторми, качая головой.
Макс бросила ей связку ключей:
– Сделай одолжение, выведи мою машину из гаража и пристрой ее за фургоном, чтобы Лу мог установить буксировочную балку.
– Конечно. – Сторми села в машину Максин и осторожно вывела ее из гаража, проехала мимо собственного автомобиля и вырулила на дорогу. Оказавшись за фургоном, она заглушила двигатель.
Подойдя к машине Лу, Максин заметила, что ключи все еще в замке зажигания. Она забралась внутрь и загнала автомобиль в гараж. Бросив взгляд на заднее сиденье, обнаружила там большой, набитый под завязку рюкзак, а также кулер с пивом и множество рыболовных снастей. Девушка посмотрела на улицу.
Сторми и Лу суетились позади фургона, слишком занятые тем, чтобы присоединить к нему «фольксваген».
Облизнув пересохшие губы, Максин подалась назад и схватила рюкзак. Быстро пройдя по подъездной дорожке, она запихнула его на заднее сиденье машины Сторми.
– Быстра и хитра, как лисица на охоте, – пробормотала девушка, закрывая дверь гаража.
К тому времени Лу уже закончил с ее машиной. Легкой танцующей походкой она направилась к нему, протягивая ключи от его автомобиля.
– Твой «бьюик» будет дожидаться хозяина в моем гараже. Когда ты вернешься за ним, найдешь его в целости и сохранности.
Он посмотрел на нее с подозрением.
В этот момент Сторми похлопала его сзади по плечу:
– Смотрите меня не потеряйте. Я буду следовать прямо за вами, ребята. Договорились?
– Да, договорились.
– И держите мобильные телефоны включенными.
– Конечно, – заверила ее Максин, недоумевая, отчего это подруга так нервничает. – Милая, тебя что-то тревожит?
Сторми поспешила разуверить ее:
– Ну, у меня есть карта и всякое такое, но я все равно боюсь потеряться. Поезжайте помедленнее, ладно? – С этими словами она поспешила забраться в свою машину и завести двигатель. Чужого рюкзака на заднем сиденье она даже не заметила, насколько Максин могла судить. Но даже если бы и заметила, то не сказала бы ни слова. У
Сторми имелись на этот счет собственные соображения.
То же самое происходило и во всех прочих сферах. Она была лучшей подругой Макс – и именно поэтому Макс, слишком хорошо ее зная, переживала, сумеет ли Сторми самостоятельно вести машину. С тех пор как вышла из состояния комы, Сторми изменилась. Она словно была не в себе.
Максин прикоснулась к Лу, решив, что не стоит упускать возможность физического контакта.
– Поможешь мне забраться внутрь? – спросила она, стоя у пассажирской дверцы.
– Я не останусь, Макси, – в очередной раз повторил он, поддерживая ее под локоть, чтобы она могла вскарабкаться в фургон.
– Хватит уже об этом говорить, Лу. Я поняла.
Лу обошел автомобиль спереди и сел на место водителя. Максин пристегнула ремень безопасности и устроилась удобнее, готовясь к долгой дороге. Впереди у нее восемь часов на то, чтобы убедить Лу остаться с ними в штате Мэн.
Мысли о том, что ее задумка не сработает, она не допускала вовсе.
Глава 2
Сторми ехала прямо за желтым фургоном, убеждая себя в том, что все будет хорошо. Перед ее мысленным взором мелькали картины светлого будущего: они с Максин и их частное сыскное агентство СИС – Служба исследования сверхъестественного. Именно в этой сфере они специализировались. Однако Макс удалось убедить ее в том, что им не стоит пренебрегать расследованием и обычных дел тоже. Буквы «С» в аббревиатуре названия их фирмы были наполнены для Максин особым смыслом: одна обозначала ее вновь обретенную сестру-близняшку Морган, а другая указывала на почти родственные отношения со Сторми. В действительности они были друг другу больше, чем подруги, их связывали сестринские узы.
Девушка почувствовала себя так, словно вернулась во времена, когда они, будучи подростками, постоянно совали нос в дела, совершенно их не касающиеся. Тогда они были всего лишь детьми, любителями, пытающимися отыскать подтверждения очередной великой теории заговора, созданной Максин, и ничего не находили. До тех пор, пока исследовательская лаборатория в Уайт-Плейнс не сгорела дотла. Макс всегда уверяла, что за стенами этого здания происходит гораздо больше, чем кажется на первый взгляд. И она оказалась абсолютно права.
Как выяснилось, в этом строении располагалась штаб-квартира ОПР – Отдела паранормальных расследований – сверхсекретной организации, посвященной изучению и истреблению вампиров. Той ночью шесть лет назад Максин отправилась на пепелище, чтобы поискать какие-нибудь улики, и последствия ее действий по сей день оказывают влияние на их жизнь. Тогда она раскопала доказательства существования вампиров. Когда бы Сторми ни пыталась осмыслить то, что происходило после, у нее начинала болеть голова. Все последующие события привели их к тому, кем они стали сейчас – профессиональными детективами. Причем с лицензией. Они специализировались в расследовании случаев, которые никак нельзя было отнести к категории обычных.
И все же Сторми понимала, что времена изменились. В прошлом их команда состояла из трех человек: ее самой, Максин и Джейсона. Блистательного, консервативного, необычайно умного темнокожего Джейсона Бека. Он являл собой идеальное связующее звено между не ведающей страха Сторми и порывистой Максин. Но он сменил место жительства, и ему так и не довелось узнать о необычайной находке Макси на пепелище. Черт побери, даже самой Сторми подруга открыла эти важные сведения всего лишь несколько месяцев назад.
Сторми часто размышляла о том, как бы сложилась их жизнь, не отвергни она ухаживания Джейсона, когда они еще учились в колледже. Или если бы он не переехал в другой город, чтобы изучать юриспруденцию. Она очень по нему скучала.
Джейсон.
Внезапно Сторми ощутила ошеломляющую боль, словно в голову ей вонзили раскаленное докрасна лезвие меча. Вспышка яркого света ослепила ее, а сознание затопил невероятно громкий шум, как будто тысячи радиоприемников разом вышли из строя и стали передавать только помехи.
Приложив руку ко лбу, она обеими ногами резко вдавила в пол педаль тормоза, потому что утратила способность видеть дорогу.
Джейсон.
Свет в ее сознании принял форму человека, и перед ее мысленным взором предстал до боли знакомый облик. Черты его лица были жестче и острее, чем прежде, отчего он казался старше. Карие глаза, короткий ежик волос – убийственно красив, как и всегда.
Прямо на него смотрел другой мужчина. Резко очерченное лицо с полными темными губами и глубоко посаженными лучистыми карими глазами в обрамлении густых ресниц. Брови его были настолько кустистыми, что казались сросшимися. Волосы у мужчины были длинными, идеально прямыми, цвета воронова крыла. Черты его лица были знакомы ей в той же мере, что и собственное отражение в зеркале. В то же время он являлся для нее совершенным незнакомцем.
Женский голос, чарующий и экзотичный, прошептал: «Dragostea ceaveche îtisoptestelaureche». Хотя эта фраза была произнесена на неизвестном Сторми языке, она вдруг осознала, что голос принадлежит ей самой. Только… это совершенно невозможно.
Еще более пугающим являлось то, что она поняла смысл сказанного: «Старую любовь нельзя забыть».
Боль отступила, свет померк, воцарилась абсолютная тишина. Сторми открыла глаза. Ее машина стояла частично на дороге, а частично на грязной обочине. Оглянувшись назад, она заметила на асфальте длинные следы от шин. Бросив взгляд вперед, она увидела, что фургон тоже остановился и Максин с Лу уже спешат к ней.
Сторми снова закрыла глаза. Да, многое теперь изменилось, и, прежде всего, она сама. С тех пор, как вышла из комы.
Она тогда не все время провела на больничной койке. Она покинула стены лечебницы и собственное тело, чтобы оказаться… где-то еще.
Сторми не могла отделаться от ощущения, что обратно в свое тело она вернулась уже не одна. Вместе с ней пришла некая сущность. Возможно, это владелица того голоса, говорящего на неизвестном языке. Теперь они вместе обитали в одной телесной оболочке.
Максин забарабанила в окно со стороны водителя, и Сторми опустила стекло.
– Я в порядке, – заявила она.
– Что случилось? Сторми, ты потеряла сознание без видимых причин! Что с тобой?
– Ничего. Правда. Я… я просто заснула, вот и все.
Макс не поверила в подобное объяснение. Изучающе вглядываясь в лицо подруги, она вдруг удивленно вскрикнула:
– Сторми, что с твоими глазами?
– Что? Что с ними такое? – Девушка посмотрелась в зеркало заднего вида. Из его глубины на нее воззрилась незнакомка с угольно-черным взглядом. Постепенно цвет ее глаз изменился с черного на привычный ярко-голубой. Сторми подавила дрожь и снова повернулась к подруге, стараясь придать своему лицу непроницаемое выражение. – С моими глазами все в порядке, Макс. Наверно, солнечные лучи сыграли со мной злую шутку, – спокойно произнесла она.
Максин бросила на нее взгляд украдкой.
– Но…
Лу положил руку ей на плечо:
– Тут неподалеку есть закусочная. Наверное, нам стоит заехать туда, чтобы передохнуть.
– Отличная идея, – согласилась Максин, кивая Сторми. – Подвинься. Я поведу.
Сторми сочла за лучшее не спорить с подругой, особенно когда та была так обеспокоена. И она что-то видела. Сторми вообще удивлялась, что ей удавалось так долго скрывать свои странные симптомы от Безумной Макси – это было совсем нелегкой задачей. С ней уже несколько раз случались подобные происшествия: внезапное ослепление, затем непонятные вспышки света и невнятный шепот. Но до сегодняшнего дня она никогда не видела четких изображений людей и не слышала внятной речи, ни на иностранном, ни на ее родном языке. Что бы с ней ни происходило, ситуация явно ухудшалась. Черт побери, она никому не могла открыться, даже Макси. По крайней мере, до тех пор, пока не поймет, что же с ней творится – и что все это означает.
Она опустила солнцезащитный козырек и, снова посмотревшись в зеркало, с облегчением убедилась, что глаза ее привычного цвета.
Максин завела машину.
– Так ты расскажешь мне, что произошло?
– Честное слово, Макс, не знаю я. Я просто устала и, похоже, ненадолго задремала.
– И все?
– И все.
Максин поджала губы, и Сторми поняла, что пора сменить тему разговора.
– Послушай-ка, Макс, помнишь те листовки, которые мы рассылали, чтобы создать себе рекламу?
– Помню, конечно.
– Ты отправила одну Джейсону Беку?
Максин нахмурилась:
– Да, листовку и визитку. Я разослала их всем, кому только можно. А почему ты спросила?
– Сама не знаю. Просто вспоминала его недавно.
– В самом деле?
Сторми кивнула, затем указала на что-то впереди:
– А вот и закусочная. Лу заворачивает за угол.
– Возможно, там места побольше, чтобы припарковать этот танк. Мы тоже повернем. – С этими словами она въехала на стоянку.
Сторми подумала о том, что ей с успехом удалось отвлечь внимание подруги. Ей очень хотелось потереть голову – не то чтобы было больно, но чувствовалось напряжение. Однако она так и не решилась воплотить свое намерение в жизнь. Если она даст слабину и покажет Максин, что находится далеко не в первоклассной форме, та будет хлопотать вокруг нее, словно наседка над цыпленком.
– Я умираю от голода, – заявила Сторми. Макс свято верила, что наличие аппетита – это признак хорошего самочувствия.
– Я тоже, – согласилась Максин, останавливая машину рядом с фургоном.
– Как проходит поездка? – поинтересовалась Сторми. – Есть ли какие-то сдвиги с Лу?
– Нет, черт побери! Он включил на полную громкость радио, передающее музыку в стиле кантри, чтобы свести возможности разговоров к нулю.
– Может, хочешь остаток пути провести в моем обществе? – Она похлопала по стопке CD-дисков. – У меня есть «Disturbed».[2]
– Это ты выглядишь взволнованной, – сказала Максин, подмигивая подруге. Снова посмотрев на Сторми, она нахмурилась. – Думаю, часть дороги я поеду с тобой, чтобы ты могла передохнуть пару часов.
– Я же просто пошутила, Макс. Тебе нужно ехать в одной машине с Лу. Вдруг фургон попадет колесом в какую-нибудь вмятину на дороге и ты от толчка приземлишься прямиком ему на колени? Разве можно упускать такую возможность?
– Черт побери, у меня будет миллион возможностей, когда мы разместимся в особняке.
– А я думала, он не собирается оставаться с нами, – удивилась Сторми.
– Он тоже так думает, – ответила Максин, – но я на всякий случай запихнула его рюкзак тебе на заднее сиденье.
Сторми оглянулась и действительно увидела большой кожаный рюкзак, который ей не принадлежал и на который до настоящего времени она даже не обратила внимания.
– Какая я наблюдательная, да? – полу вопросительно-полуутвердительно произнесла она. – Ко мне в машину мог бы пробраться серийный убийца, а я его не заметила бы.
– Там недостаточно места для серийного убийцы, – возразила Макс.
– Эй! – Лу постучал в окно автомобиля. – Что вы там застряли?
Ухмыляясь, Максин открыла дверцу и выбралась из машины.
Сторми последовала за подругой, но ноги ее предательски подрагивали, а по телу разлилась неприятная слабость. Словно она работала до полного изнеможения. Только это было не так.
Подобное уже случалось с ней раньше, но недомогание быстро проходило. Оно никогда прежде не было таким ярко выраженным и интенсивным. Когда она впервые почувствовала слабость, то обратилась к врачу и прошла ряд тестов, не выявивших ничего вызывающего беспокойство.
Что бы с ней ни происходило, Сторми убедилась, что оно имеет не физическую природу. Оно просто не ощущалось физически. В действительности ей даже не удавалось выразить словами свои ощущения.
Пока они шли к закусочной, Максин пристально следила за каждым ее шагом.
Глава 3
– А вот и они, мой господин.
Через настежь распахнутые двери он вошел в гостиную. Он не ел уже несколько недель. Он приучил себя долгое время обходиться без живительной субстанции, а Филднер уверял, что за последнее время через Эндовер не проезжала ни одна женщина.
Но сегодня ночью, сегодня ночью он насытит свое тело и, что еще более важно, воскресит в памяти образ своей возлюбленной.
Он посмотрел на девушку, которую Филднер привел ему сегодня. Темно-коричневый цвет кожи, шоколадные глаза и мягкие вьющиеся волосы длиной до плеч. Красавица. При его приближении глаза ее широко раскрылись и она задрожала всем телом.
– Тебе нечего бояться, – произнес он, пристально глядя ей в глаза и направляя поток своего сознания на то, чтобы рассеять ее беспокойство.
Нахмурившись, он подошел ближе и, когда девушка попятилась, произнес всего два слова: «Не шевелись». Он взмахнул рукой, чтобы направить свою энергию точно по назначению.
Она замерла на месте, но все еще была очень напугана. Он слышал, как сердце в ее груди трепещет, подобно хлопающей крыльями голубке.
Это не имеет значения, решил он. Позднее он сумеет ее успокоить. Он подошел вплотную к девушке, встал прямо перед ней и, приподняв одной рукой ее подбородок, принялся изучающе вглядываться в ее лицо.
От увиденного его захлестнула волна гнева, хотя он и постарался смягчить свой голос.
– Сколько тебе лет, дитя?
– С-с-семнадцать.
Опустив руку, он отвернулся от нее, раздосадованный, чувствуя, как усиливается его голод. Освободившись от воздействия разума вампира, девушка поспешно отступила назад, словно высвободившись из чьих-то крепких рук.
– Ребенок? – воскликнул он, гневно глядя в глаза своего слуги. Филднер стоял в тени, сжавшись в комок. – Ты привел мне ребенка, Филднер?
– В семнадцать лет они уже не дети. И я доставил вам двух девушек, мой господин.
– Двух?
Он снова повернулся, и только теперь заметил вторую девушку, лежащую на диване без сознания. У нее была очень светлая кожа и белокурые волосы.
Подойдя к ней, он осторожно коснулся ее пальцами, получая таким образом дополнительные сведения, затем снова грозно посмотрел на Филднера: – Ты накачал ее транквилизаторами?
– Н-н-нас обеих, – произнесла вторая девушка.
Вампир снова сосредоточил на ней внимание.
– Как тебя зовут, дитя?
– Д-д-делия. Делия Бек. А она – Джейни. – Губы ее дрожали. – С ней все будет в порядке?
– Да, обещаю тебе, с ней все будет хорошо. Не бойся, Делия Бек. Я не причиню тебе вреда. – Воспользовавшись моментом, он снова принялся работать с ее сознанием, пока она не расслабилась. – Посиди здесь со своей подругой, – приказал он. – Мне нужно уладить ситуацию.
Она послушно направилась к дивану и, присев, взяла вторую девушку за руку и стала тихонько говорить ей что-то.
Вампир пересек комнату, направляясь к Филднеру, который при его приближении поспешно залопотал:
– Я… я должен был дать им лекарство, и сделал это. Их две, и они могли бы одолеть меня. А мне совсем не хотелось причинять им боль. Ты пришел в ярость, мой господин, когда подобное произошло в прошлый раз.
– Идиот! Что хорошего, по-твоему, в том, чтобы доставить ко мне девушек с испорченной кровью? – Он снова бросил взгляд в сторону Делии и Джейни.
Делия смотрела на него во все глаза, словно не в силах отвести их, и сердце ее все еще неистово колотилось в груди, хотя она больше не была столь напугана, как прежде. Таинственный незнакомец одновременно и притягивал ее, и внушал ужас. Джейни постанывала, беспокойно ворочаясь на диване.
– Испорченная кровь непригодна в пищу, – заявил вампир. – И я не стану утолять свой голод за счет детей.
– Прости меня, господин.
– Урон уже нанесен. Теперь единственное, что мы можем сделать, – это не допустить ухудшения ситуации. Девушек, несомненно, станут искать.
– Нет! Они путешествовали вдвоем.
По крайней мере, это было добрым знаком.
– Хорошо. Я прикажу им забыть все, что здесь произошло, и отправлю восвояси. Но мне нужна пища, Филднер. Как я уже сказал, я не стану пить кровь детей.
– Следует ли нам воспользоваться запасами на случай чрезвычайных ситуаций, сэр?
– Не думаю.
Склонив голову, Филднер, который служил шефом полиции города Эндовер, пересек комнату, направляясь к бару, сделанному из твердых пород дерева. Это было модное нововведение, которое, тем не менее, очень нравилось его господину. Вытащив обтянутый бархатом ящик, он поставил его сверху на шкаф и, открыв крышку, извлек оттуда хрустальный бокал тонкой работы и кинжал с усыпанной драгоценными камнями рукояткой.
– Прошу прощения за мой промах с девушками, сэр. Но есть кое-что еще, что тебе необходимо знать, прежде чем мы приступим к процедуре.
– Ты же не просто тянешь время, да, Филднер?
– Нет, мой господин. – Он простер руку над бокалом и, зажав кинжал в другой руке, нацелил его лезвие на собственную вену. Вампир понимал, что его слуга сделает то, что ему велят, но полученная кровь будет, что называется, «с душком». Кровь мужчин всегда такова, а кровь такого слабовольного существа, как Филднер, уж точно лишена всякой силы и искры жизни.
Вампир вздохнул:
– Продолжай. Сообщи мне то, что я, по твоему мнению, должен знать.
– Это касается той, темнокожей, – произнес шеф полиции, кивком указывая на Делию. – Она смогла сделать звонок по своему мобильному телефону.
Вампир удивленно поднял брови.
– Как же ей это удалось? – поинтересовался он.
– Она съежилась на заднем сиденье так, что я не заметил, что она делает. – Шеф полиции натужно сглотнул, отчего его кадык задвигался вверх-вниз. – Ее брат в городе.
– Джейсон? – воскликнула девушка.
Филднер послал ей враждебный взгляд.
– Не следовало тебе звонить ему, детка. Теперь, если с ним что-нибудь случится, ты будешь за это в ответе.
Вампир почувствовал, как Делию затопляет новая волна паники, и поспешил разуверить ее:
– С твоим братом все будет в порядке, Делия. Верь мне.
– А что будет вот с ним? – Она указала пальцем на Филднера. – Он несколько часов продержал нас взаперти в каком-то маяке! Там было темно, и мы…
– Спокойно, – с нажимом произнес вампир, вкладывая в это единственное слово всю свою силу. Разум подростка контролировать было гораздо сложнее, чем разум взрослого человека. – Расслабься, дитя. Все хорошо.
Подавив рыдания, она выпрямилась на диване.
Снова повернувшись к Филднеру, он сказал:
– Тебе лучше начать рассказ с начала.
Тот кивнул:
– Эти девушки в городе проездом. Затормозили у старого туристического центра, очевидно надеясь найти свободную комнату. Пока они туда ходили, я повредил несколько проводов зажигания в их машине, чтоб они не смогли ее завести. Потом я предложил подбросить их до ближайшей закусочной, чтобы они могли подождать там прибытие эвакуатора. Они поверили мне.
Конечно, поверили, подумал вампир. Филднер был полицейским, он носил форму и ездил на служебной машине. Любая женщина доверилась бы ему.
– Это произошло сегодня утром, но я не мог сразу привезти их к тебе, мой господин, вот я и запер их в маяке. По дороге туда одна из них смекнула: что-то не так, и умудрилась позвонить брату. Не могу понять, как ей вообще удалось это сделать, потому что уровень сигнала сотовой связи здесь очень низкий. Очевидно, где-то на шоссе есть активное соединение.
– А почему ты не слышал, что она звонит кому-то?
– К тому времени они уже разволновались, стали требовать, чтобы я остановил машину и выпустил их. Мне… мне пришлось включить радио погромче, чтоб не было слышно их криков.
На лице вампира отразилось отвращение.
– Итак, она сообщила своему брату о том, где находится.
Филднер кивнул:
– Он приходил ко мне в офис примерно час назад, спрашивал, не видел ли я его сестру.
– А что с машиной?
– Я уже успел ее спрятать.
Вампир медленно кивнул.
– Это самое мудрое твое действие за всю прошедшую неделю, – сообщил он. – Где этот парень сейчас?
– Он остановился в «Северной звезде». Думаю, он что-то подозревает.
– Конечно, подозревает, он же не законченный кретин. – Вампир глубоко вздохнул. Видит бог, больше всего на свете он ненавидит всяческие осложнения. Он вел здесь идиллический образ жизни, держа все под контролем. Если на горизонте появлялись трудности, они подвергали опасности его спокойное существование.
Ему нужно как можно скорее и эффективнее разрешить возникшую проблему.
– Я поговорю с детьми, и потом ты сможешь вернуть и их, и их машину. Завези их подальше от Эндовера. Конечно, они ничего не будут помнить. Брат этой девушки, не обнаружив их в городе, поедет дальше и рано или поздно найдет свою сестру и ее подружку живыми и здоровыми. – Он кивнул, указывая на запястье своего слуги. – Приступай же.
– Есть еще кое-что.
Медленно прикрыв глаза, вампир вздохнул:
– Что еще?
– Вот это, – произнес Филднер, вытаскивая из кармана сложенный листок бумаги.
Он взял его, развернул и увидел, что это листовка, рекламирующая какое-то детективное агентство. Внезапно он замер, словно превратился в камень. Взгляд его был направлен на помещенные на объявлении фотографии женщин. Вернее, на одну из женщин. Но это было невозможно. Невозможно.
– Что все это значит? – чуть слышно произнес он.
– Сходство поразительно, не так ли, мой господин? Я подумал о том же.