Иван Макарович Яцук
Путь олигарха


– Ну, пожалуй, пять процентов…– начал тянуть Бойко.

– Десять,– быстро отреагировал директор.

– Ну хорошо, если все оптом, мы согласны, – подтвердил Скляр, встретившись взглядом с компаньоном и получив его одобрение, хотя десять процентов для опта…– он сделал выразительную паузу, показывая, как это много.

– Не жмитесь, – уверенно сказал директор,– иначе больше потеряете. Завтра несите документы, получим подтверждение от комбината и после обеда деньги будут у вас. Чао.

Сев в машину, коллеги ударили друг другу в ладоши и крикнули, торжествуя:– е с-сс!

– Ну что, в ресторанчик по случаю? – предложил Бойко, включая зажигание.

–Подождем до завтра. Слышал же: «Будем советоваться»,– осадил его Скляр. –Гоним сейчас в контору, готовим документы, я попытаюсь связаться с Верой Феликсовной, – он помолчал, потом с оттенком сомнения добавил:– а вдруг она заартачится?– От этой мысли у Скляра еще больше вспотела шея, он вынул платок, стал вытирать пот.– Чертова жара. Седьмой час, а прохлады нет. Ты понимаешь, она пока не видит своей выгоды. Одни разговоры. Может, и звонить не надо? Будет хохма, если с этим интеллигентом договоримся, а она нас пошлет. Фу, опять в жар бросает.

– Не каркай,– с ожесточением бросил Юрий Федорович. Теперь, когда цель была так близка, не хотелось думать о худшем.– Уболтай, ты же можешь.

Глава седьмая

Скляр вздохнул и ничего не ответил. Приехав в контору, Олег бросился к телефону, надеясь застать Тоцкую на рабочем месте.

Телефон на другом конце ответил сухим голосом Веры Феликсовны:

– Да, я вас слушаю.

–Вера Феликсовна, добрый вечер. Это Скляр из Киева. Готовьте карманы. Возможно, в течение недели к вам выедет наш представитель на переговоры относительно акций. Нас никто не слышит?– Скляр понизил голос:

– Готов выкупить до 30 процентов. Не знаю, вы готовы к этому?

– Об этом мы поговорим лично с ним. Что еще?

–Почему так холодно, Вера Феликсовна? Вы же знаете ситуацию: разговаривать приходится и с миллионером, и с бандитом, и с простым клерком, и с бывшим интеллигентом, а теперь бизнесменом. Запутаешься, как с кем разговаривать. Извините, если я где-то перегибаю палку.

–Это можно простить,– уже мягче ответила Тоцкая.– Меня волнует другое: не водите ли вы нас за нос?

– В каком смысле? – наивно удивился Скляр.

– Вы те люди, за которых себя выдаете или нет? Я в последнее время стала сомневаться.

– Вопрос, Вера Феликсовна, интересный. Он разрешится в ближайшее время. Наши покровители тоже сомневааются в наших договоренностях. Пока они перекупают ваш долг и просят подтвердить, что он будет отоварен, как мы договаривались. Это и будет подтверждением, что разговор предстоит серьезный.

Тоцкая довольно долго молчала.

–Алло, алло, Вера Феликсовна, вы слышите меня?

– Слышу, слышу.– раздался наконец голос Тоцкой,– я все думаю. Опять игра в одни ворота. Долг заберете – и адью.

– Даже если это так, то и это для вас неплохо: вместо живых денег отдаете продукцию.

– Это , конечно, хорошо, но не в нашем сегодняшнем положении. Я так и быть дам подтверждение, но отоваривать мы будем только после приезда вашего мифического представителя.

– Отлично. Завтра мы дадим вам номер факса: где-то он у меня затерялся. Вы, в свою очередь подготовьте самый лучший номер в гостинице, предупредите охрану, чтоб не получилось так, как со мной. Охрана обожглась на молоке – теперь будет дуть на воду. Всего хорошего. До встречи.

– Все, подтверждение будет,– Олег с облегчением вздохнул и от избытка чувств радостно потер руки.– Теперича все будет зависеть от этого перца. Кстати, я забыл, как его фамилия.

– Спросим еще,– ответил Бойко, шагая по комнате, тоже возбужденный возникающими перспективами. – Все-таки я не против отметить сегодня. Ты как?

– А машина?

– Оставим на стоянке.

– Я не верю в приметы, но не люблю праздновать раньше времени. У меня какое-то предчувствие, что не может нам так крупно повезти. В последнюю минуту все может сорваться. Было же у нас такое и не раз.

– Ты знаешь,– откровенно говоря, у меня такое же чувство, – подтвердил Юрий Федорович,– наверно, даже больше. Потому и хочется выпить и забыться. Ну ладно, уговорил. До завтра.

На следующий день около десяти приятели ждали в приемной «Внешовоща». Она с утра была шумной. В кабинет постоянно заходили сотрудники с документами и выходили озабоченные. Строгая, чопорная секретарша, похожая на учительницу немецкого языка, глядя в книгу записей, приглашала к директору визитеров, которым заранее назначали встречу. Компаньоны беспокойно ерзали на стульях, не уверенные в том, что о них вспомнят. Однако, ровно в10.00 женщина подошла и к ним.

–Вы по поводу Таврийского комбината?

–Так точно, – счастливо отрапортовал Скляр.

– Глеб Платонович вас ждет. Пожалуйста, пройдите в кабинет.

–Порядок,– назидательно сказал Скляр и поднял палец, говоря компаньону, что они имеют дело с солидной фирмой.

– Ну что, братва, – спросил директор несколько панибратски, – все у вас на мази?

«Разговор явно не гарвардский,– подумал Олег,– уже успел наблатыкаться, рубаху- парня корчит».– Его немного покоробил тон превосходства в голосе директора.

Глеб Платонович, фамилия которого оказалась Кардаш, как они узнали, быстро просмотрел документы, что принесли посетители, и передал юристам через секретаршу. Ее же он попросил узнать, пришел ли факс из Днепровска. Через несколко минут на его столе лежало сообщение: «Руководство Днепровского консервного комбината подтверждает долг фирме «Главовощсервис» в размере 69326 у.е. и согласно отоварить долг по текущему курсу на оговоренных условиях. Все прочее при личной встрече. Директор В. С. Кирилюк».

– Честное слово, не ожидал от вас такой оперативности, – признался Кардаш, отложив в сторону сообщение.

– Фирма веников не вяжет, – хвастливо бросил Скляр. Директор не обратил на реплику никакого внимания.

– Итак, наш отдел сбыта согласовывает с Днепровским комбинатом ассортимент,– уточнял Кардаш,– затем едет к вам, обсчитывает сумму, мы ее оплачиваем и вы даете нам доверенность на получение товара. И так по каждой машине. Согласны?

– Конечно, – подтвердил Юрий Федорович и продолжал:– а как быть с акциями? Это же все в одном пакете должно идти. Нам надо назвать солидную фигуру, которая что-то значит для комбината.

–Успокойтесь, – Кардаш сделал короткий останавливающий жест.– Заместитель министра стекольной промышленности вас устроит? – в голосе директора звучало торжество и насмешка.– Я его сын. У нас совместная фирма. Запомните – Кардаш Платон Александрович. Они могут знать его по стеклотаре. А если не знают, то пусть проверят.

А теперь главное. Кроме того, что мы вас выручаем, мы вам даем пять тысяч зеленых, чтобы вы не путались у нас под ногами.– Глеб Платонович замолчал, ожидая разинутых от радостного удивления ртов, что и получил. – Достаточно?

– Вообще-то мы и сами хотели бы поучаствовать,– попробовал держать марку Олег, но получив удар по ноге от Бойко, запнулся.– Ладно, мы согласны.

– Кто завтра поедет со мной? – Кардаш вопрос акций считал решенным.

– Что, уже завтра и ехать? – удивился Юрий Федорович.

– А чего тянуть резину? Сами утверждаете, что ситуация быстро меняется,– чувствовалось, что Кардаша самого распирает азартное нетерпение, но он умеет держать себя в руках.