Александр Дмитриевич Прозоров
Любовь ифрита

Насте очень хотелось поскорее покончить с глупостями – и вернуться в теплый дом, к камину, телевизору и, пусть даже мобильному, интернету.

– Ладно, ладно, сейчас… – Умила выглянула в предбанник, взяла там табурет, поставила перед полками. Затем подобрала с пола длинную щепку с обрывками коры по краю, открыла дверцу, подожгла эту лучину от жаркого пламени, после чего запалила от нее фитили свечей. Загасила щепку, зачем-то ее понюхала. Откинула к печке и села на табурет.

– Что теперь? – встала за ее спиной Анастасия.

– Не знаю, – неуверенно ответила юная чародейка. – Бабушка мне никогда ничего не говорила. Скрывала. Говорю же, случайно про ее тайну узнала!

– Тогда чего мы тут делаем?

– Подожди, не мешай! – отмахнулась Умила. – Это же совсем простенький заговор, им в старину все девки подряд пользовались! А я есть внучка самой крутой на свете ведьмы! Если наш семейный дар действительно существует, должно и так получиться. Надо только как-то его запустить… процесс…

– Произнеси какую-нибудь ведьмину молитву!

– Сейчас, не дергай… – окрысилась Умила. – Дай подумать! Колдуньям ведь Сатана помогает, правильно? Значит, нужно обратиться к нему. Подожди… – Юная чародейка развела руки чуть в стороны, повернув ладонями вверх, высоко вскинула подбородок: – Взываю к тебе, хозяин тьмы! Взываю к тебе, хозяин ночи, взываю к тебе, повелитель духов, бесов и ведьмовства! Заклинаю тебя именем всемогущего бога, явись сюда пред мои очи!

– Мила, Мил… – осторожно перебила подругу Анастасия. – А тебе не кажется, что призывать дьявола именем бога… Э-э-э-э… Не совсем правильно? Это вроде как бы разные епархии… Да и вообще вызывать сатану не надо. Зачем он нам тут нужен? Вдруг ты и вправду ведьма, и он к тебе явится? Чего нам потом с ним делать?

– Да, точно… – согласилась юная колдунья и сходу подправила свое заклинание: – Взываю к тебе, властитель темных чар! Заклинаю тебя помочь мне с моим обрядом!

– А как мы поймем, что у нас чего-то получается? – опять шепотом спросила ее спутница.

– В зеркале, в отражении должен появиться образ суженого, – ответила Умила и вдруг спохватилась: – Настя, свет выключи! По обряду должны гореть две свечи по сторонам от зеркала, и все. Лампочки не по правилам!

– Ага… – Девушка отступила к двери, щелкнула выключателем, и новоявленная чародейка снова зашептала:

– Я, колдунья Умила, дочь чародейки Доряны, твоей старинной служительницы, взываю к тебе, повелитель черной магии, хозяин ночи, властитель духов, бесов и ведьм! Снизойди к юной своей поклоннице, дай мне силу, мудрость и умение, помоги в малом волшебстве, дозволь подруге моей своего суженого в сем зеркале узреть!

– Почему только мне? – зашипела Анастасия.

– А ты что, хочешь устроить групповуху? – через плечо оглянулась на подругу ведьмина внучка. – Как мы разберемся, кто кому достанется, если заявятся сразу двое? Придется…

– Зе-еркало-о-о-о!!! – во весь голос заорала Анастасия, вытянув руку.

Умила резко развернулась, и остолбенела, точно замороженная волной ледяного озноба, пробежавшего по телу.

Она своими собственными глазами увидела, как прямо из темного стекла выскальзывает коротко стриженный мужчина в черной куртке и черных же штанах!

Нежданный гость рыбкой, словно бы из открытого окна, вынырнул из подсвеченного двумя огоньками отражения, тут же кувыркнулся вперед по темному полу и уже через миг выпрямился возле двери, с силой хлопнув ладонью по косяку! Развернулся, растянул бледные губы в широкой улыбке и с легкой хрипотцой пропел:

– Какая приятная, какая радостная, какая вкусная встреча, мои куколки! – невероятный гость был худощавым, остролицым, с глубоко сидящими глазами. И каким-то… вертлявым, словно выдернутый из земли на свет дождевой червяк. – Кстати, милые деточки, разве вы забыли, что при святочном гадании зеркало нужно опускать сразу, едва только в нем хоть кто-то появляется? Немедленно! Вы допустили прокол, мои милашки. Очень серьезный прокол, за который теперь придется хорошенько заплатить… – укоризненно пожурил девочек темный незнакомец.

– Ты кто такой?! – взвизгнула Анастасия, в ужасе шарахнувшись от гостя. Столь резко, что налетела на раскаленную печь, опять вскрикнула и отскочила еще дальше, с грохотом отбив ногой медную шайку с лежащим в ней медным же ковшом.

– Я медведь, моя милая, – подмигнул девушке остролицый гость, медленно придвигаясь к ней. – Я медведь, а ты мой ужин. Закон – тайга, и я прокурор. Такова колдовская жизнь… – Незнакомец подошел еще ближе, повел носом и вдруг недовольно нахмурился: – Стоп! Да ты, лупоглазка, похоже, простая смертная… – Он снова повел носом: – Да, точно! Ты не ведьма, ты обычный человек. Все ведьмы пахнут озоном, а ты воняешь мокрой шерстью, как уличная псина.

Тем временем Умила, справившись с парализующим ознобом, осторожно, крадучись, почти неслышно, пробралась за его спиной к двери, потянула ручку…

Но створка – не поддалась! Вестимо, хлопок ладони незваного гостя каким-то образом ее заклинил.

Девочка потянула дверь снова, потом сильнее. А когда стало ясно, что вырваться не получится – огляделась, на миг замерла. Затем быстро наклонилась, схватила шайку, размахнулась что есть мочи и…

Ее удар пришелся в пустоту!

– Оп-па, а это кто у нас такой храбрый? – Сильная рука сжала горло ведьминой внучки, оторвала девочку от пола. Остролицый гость принюхался… Еще раз… И прищелкнул языком: – Вот ты и нашелся, нежный аромат послегрозовой свежести! Сочненькая, молоденькая, аппетитная ве-е-едьмочка! Привет, красотка! Полагаю, ты тоже рада нашему знакомству?

– Да кто ты такой?.. – дергая в воздухе ногами, прохрипела восьмиклассница. – Чего тебе надо?..

– Того же, чего и всем, – склонил голову набок остролицый. – Мне хочется кушать.

– Ты людоед?

– Нет, милая, конечно, нет, – добродушно засмеялся гость. – Я не людо-, я ведьмоед. Я кушаю только ведьм. Ведьм, магов, экстрасенсов, оборотней. На худой конец закусываю гадалками. В общем, всеми, у кого есть сила.

– Какая… сила? – У девочки перед глазами замелькали мелкие искорки. Она уже почти задыхалась.

– Все очень просто… – Гость прошел чуть вперед, опустил жертву на ноги, прижал спиной к двери, слегка ослабил хватку и наклонился к самому лицу Умилы. Он явно наслаждался своей полной и безраздельной властью над беззащитной девочкой… – Ты помнишь школьные уроки биологии, милая чародейка? Помнишь, что такое «обычная пищевая цепочка»? Травка питается водой и светом, зебры и газели кушают траву, львы жрут газелей, люди охотятся на львов, колдуны впитывают людскую силу, а я употребляю колдунов. Вершина пищевой пирамиды. Теперь ты знаешь все, моя вкусняшка! Ты познала главную великую истину, красотка! Ну как, малышка, тебе стало легче? Ибо настало самое время отправляться на небеса…

– Вообще-то, при появлении в отражении чужаков зеркала нужно сразу, немедленно опускать стеклом вниз… – внезапно прозвучал за его спиной мужской голос.

Глаза остролицего гостя округлились от ужаса. Он стремительно выхватил из-за пазухи длинный вороненый нож, резко повернулся… Но сделать ничего не успел. На его затылок легла сильная рука, рванула голову влево, по ногам ударила подсечка. Самоуверенный «медведь» потерял равновесие, опрокинулся набок, и в его горло жадно впились острые крепкие зубы.

Послышался хрип, тело тощего чужака забилось в судороге, скрюченные пальцы попытались схватить воздух… Но ничего не поймали.

Остролицый гость брыкнул ногами, потом еще раз, выгнулся дугой… Но уже через несколько мгновений все прекратилось. Жертва обмякла, повисла тряпкой, ее руки бессильно ударились о влажные доски пола.

Второй незнакомец наконец-то оторвался от горла остролицего, вскинул голову, с явным наслаждением втянул носом воздух и повел плечами. Казалось – он вот-вот замурлыкает от удовольствия.

Сладко зевнув, новый гость отпустил тело жертвы, дав ему просто рухнуть на пол, и распрямился.

Посмотрел прямо в глаза ведьминой внучке.

И тогда Умила завизжала – в том слепом предсмертном отчаянии, с каким визжит поросенок, оказавшийся в безжалостных когтях матерого тигра!

– Перестань орать, ненормальная! – поморщившись, взмолился мужчина. – Оглохнуть же можно!

– Ты вампир?! – довольно громко сглотнула забившаяся в дальний угол Анастасия.

Незнакомец вскинул подбородок, чуть принюхался и отмахнулся:

– Расслабьтесь, сударыня, мы не едим смертных. У вас энергетика, как у лесной черники. Сколько вас ни лопай, все едино голодным останешься. Охота на смертных себя не оправдывает. Ифриты ловят только магических тварей. Желательно самых сильных и неодолимых… – Незваный гость негромко фыркнул носом и облизнулся: – Самые вкусные обычно те, что ощущают себя непобедимыми и всемогущими!

На вид ему было лет тридцать. Короткая стрижка, широкий подбородок, впалые щеки, чуть приплюснутый нос, густые брови. Изрядно потертая кожаная куртка-косуха с клепками – шипами придавала незнакомцу опасный вид, а многочисленные шрамы на кистях рук подсказывали, что мужчина побывал во многих серьезных переделках.

Внезапно в баньке наступила оглушительная тишина.

Но не потому, что Умила осмелела. Просто у нее в легких закончился воздух.

Юная ведьмочка перевела дыхание и торопливо призналась: