Юрий Иванович
Жемчужный орден

– А давайте лучше проедемся на место и проведем первый осмотр.

– Гениально! – воспрял духом Невменяемый и обратился к асдижону: – Можем это устроить?

– Запросто! И герцог Райне будет рад прогулке. Я его сейчас перехвачу и отправлю прямо в конюшни.

Проводив его взглядом, Кремон переключил свое внимание на Мирту.

– Рассказывай, чего ты успела насплетничать королеве?

– Это был длинный разговор, – многозначительно улыбнулась красавица. – Пересказывать его долго, а мне есть хочется.

– Тогда ни слова больше! Доедаем – и бегом к нашим рысакам.

Герцог Каррангаррский сегодня был в более благодушном настроении и, когда они встретились на выезде из конюшен, приветствовал всех довольно сердечно и мило.

– Бедняга Ламье, что с ним сделает принцесса! – посочувствовал он брошенному на растерзание архивариусу.

– Да он под крики крепче спит! – хохотнул Бриг Лазан.

Вскоре кавалькада из шести всадников пустила своих животных в галоп и отправилась на юго-запад от столицы. Именно там в глубине гор и находилось начало Великого Пути, который чаще называли Утерянным. Конец или продолжение его разыскивали уже не одно тысячелетие, да только найти их никому так до сих пор и не удалось.

Через час небольшой отряд проехал по широкой расщелине между двух крутых скал и приблизился к черному зеву внушительного тоннеля. Въезд преграждали крепкие ворота, возле которых бодрствовали двое охранников. Еще двое появились из небольшого домика, удобно расположившегося прямо в тоннеле. Когда группу с почтением пропустили, Бриг Лазан пояснил:

– Приходится таким образом оберегать глупые головы несознательной молодежи. Время от времени в них просыпается исследовательский зуд, и они толпами ломятся в это место. Конечно, большинство вскорости возвращается: голодные, оборванные и разочарованные. Но сколько сотен ребят так и не вышли из этих пещерных лабиринтов! Поэтому прежняя королева запретила сюда самовольные походы.

Голос Лазана поднимался под самые своды, вызывая гулкое эхо. Эль-Митоланы подвесили по два осветительных шара, и вся группа ехала не спеша, переговариваясь и делясь мнениями.

– Действительно, пробить такой полукруг в горах – невероятные затраты сил и времени! – восхищался Кремон. – А еще ведь укрепили стены дуросовыми плитами…

Мирта тоже была здесь впервые.

– Но зачем кому-то понадобилось проводить такой объем работ? – поражалась девушка. – Восемь метров высоты! Двенадцать в ширину! На чем же они здесь ездили?

Невменяемый вспомнил тоннели и огромные вагоны, на которых ему пришлось пересекать Сорфитовые Долины, и усмехнулся:

– Да уж, конечно, не на телегах, запряженных похасами. – Он внимательно всмотрелся под копыта лошадей и спросил: – А в древности здесь случайно не лежали длинные полоски стали? На всем протяжении тоннеля?

Герцог и асдижон переглянулись и отрицательно покачали головами. Тем временем линия стен и свода начала уходить чуть влево и вниз. Стало довольно сыро и прохладно.

– Приближаемся к первому разлому, – предупредил Бриг.

Действительно, через несколько сотен метров весь тоннель словно провалился на два метра вниз. По линии провала топорщились дуросовые плиты – некоторые имели трещины, несколько лопнуло и разошлось в стороны. Из расщелины в своде стекал небольшой водопад, вода образовывала метровое озерцо на нижнем участке разлома и уже из него живо бежала дальше вглубь по расположенным чуть наклонно плитам древнего сооружения. Всадники так и ехали по струям резвящегося ручья.

– Насколько я помню, разломы образовались не в исторически обозримом прошлом?

– Да, – ответил Кремону герцог Каррангаррский, – современные или зафиксированные в летописях землетрясения лишь незначительно расширили разломы. Фактически они всегда остаются неизменными.

Невменяемый послал один из осветительных шаров далеко вперед и теперь гораздо лучше видел всю перспективу сооружения.

– А вам не кажется странным, что создатели тоннеля его так искривили? Ведь мы скоро окажемся прямо напротив столицы. Как раз там будет новый изгиб, и конечный участок ведет строго на юг. К чему столько лишних километров?

– Может, для древних в этом не было ни малейших трудностей?

– Но тогда тем более – бури дыру в скалах по прямой, вот и весь сказ.

– Существуют версии, что доисторический город находился в другом месте, как раз возле ущелья. – И есть доказательства этих версий?

– Археологи нашли в том месте несколько краеугольных камней из фундаментов довольно больших зданий.

– А сами постройки?

– Ничего подобного не осталось. Видимо, время стерло все.

– Хм… не все, вот это осталось. – Кремон развел руки в стороны. – Те, кто смог построить такое чудо из дуросовых плит, и свои жилища построили бы более основательно. И еще – пусть эта версия и обоснована, но ведь все равно тоннель удобнее пробивать по прямой линии. Зачем же так петлять?

Судя по всему, хорошее настроение герцога осталось на равнине.

– «К чему» да «зачем»… – раздраженно передразнил он. – А почему на небе две луны, а не три? А почему мы дышим воздухом, а не водой? А почему неразумные болары могут левитировать сутками, а мы нет? Так можно спрашивать до бесконечности. Некоторые вещи надо принимать такими, какие они есть.

– Философский ответ, – усмехнулся Кремон, представляя возможную реакцию герцога на общение со Спином, своим другом из боларов, – однако к раскрытию тайны он нас не приближает.

Асдижон обогнал своих спутников и теперь поджидал их у второго разлома. Здесь уровень разнился только на метр, зато в ширину щель местами достигала почти трех метров. Создав еще один светящийся шар, Бриг запустил его между разошедшихся дуросовых плит и стал пояснять:

– А здесь как раз и начинаются лабиринты пещер, ходов и провалов, через которые нам надо пройти в недра Каррангарр. Я здесь знаю каждый выступ, так что можем углубиться и осмотреться.

– Не сейчас, – мотнул головой Кремон. – Мне бы хотелось пройти тоннель до конца.

Теперь уже вновь двигались посуху – ручей нырнул во второй разлом. Третий и четвертый разломы оказались тоже довольно значительными, но трещины в открывшейся скальной породе не простирались далеко, их давно уже тщательно обследовали, и ходов или пещер обнаружено не было.

Затем тоннель опять изогнулся вправо, чуть ли не километр шел идеально ровно и завершился отвесной стеной. Кремон не раздумывая спешился и стал тщательно осматривать границу искусственного сооружения и естественного скального нароста. Ковырял ножом, разгребал пальцами, простукивал по всей длине окружности, но никак не мог понять, что же перед ним такое. А Бриг Лазан, прохаживаясь рядом, менторским тоном перечислял все существующие гипотезы и предположения:

– Перед нами самая необъяснимая загадка древнего тоннеля! Большинство исследователей склоняется к мысли, что строители дошли до этой отметки и попросту прекратили работы. Но при тщательном рассмотрении преграды видны ее естественные изгибы и неровности. Те дыры, что ты видишь, высверлены уже в наше, исторически обозримое время. Значит, строители прошли небольшой участок открытой пещеры и, упершись в стену, повернули назад. Проверяли за плитами – пустот нет. Куда же делась пещера? Правильно, могли засыпать отработанной породой. Почему тогда не продолжили бурение? Может, сплошной дуросовый наплыв? Нет. Имеются, конечно, небольшие вкрапления, но на предыдущих участках замечены сплошные дуросовые прослойки, и строители их преодолели, ни на миллиметр не сместившись в сторону.

– Ага, ага! – поддакнул Кремон и чихнул от пыли. – Да только изготовление дуросовых плит ставит технический гений древних на немыслимую для нас высоту.

– Кстати, по поводу плит. Большинство наших Эль-Митоланов считают, что их изготовляли методом элементарной выплавки.

– Не факт, – возразил Кремон, не оборачиваясь. – При максимальных температурах в печах эта порода начинает крошиться и рассыпаться.

– Но и не факт, что эту породу плавили высокой температурой. Могли использовать какое-нибудь магическое поле или разновидность защитных структур.

– Очень даже может быть… А другие версии этой… пробки?

– По всей видимости, тоннель вначале бурили или пробивали и лишь потом обкладывали плитами. Могло случиться и так, что перед нами участок резко опустившегося вниз тоннеля. Осадка проходила большое по длительности время. Строители дошли до этого места, уложили плиты и стали ждать. Но потом им что-то помешало возобновить работы.

– Пустые участки внизу «прощупываются»?

– На ближайших двадцати метрах нет. Но ведь за века провал мог опуститься на гораздо большую глубину или пробитый участок окончательно занесло породой.