Юрий Иванович
Невменяемый колдун

Тот хмыкнул от такого ответа, и усы его встопорщились в улыбке.

– Между прочим, я вчера так и не познакомился с тобой как следует. Здесь я нахожусь на должности дворецкого, по приказу Эль-Митолана. Но мне больше нравится должность начальника охраны. Все-таки всю свою прошлую жизнь я провел в войске. А ныне – отставной капитан королевской кавалерии.

– Признаться, выправка ваша военная сразу видна.

– Что так рано встаешь? Аль бессонница покоя не дает?

– Да нет, выспался прекрасно! Это уже вашему возрасту бессонница больше присуща.

– Моему?! – все-таки возмутился Коперрульф. – Да я бы еще час как минимум спал спокойным сном! Это из-за тебя Эль-Митолан меня ни свет ни заря разбудил. Поди, говорит, глянь на того парня, что вчера письмо передал. Замерз, поди, насмерть, или дикие звери его доедают…

Кремон радостно улыбнулся, обратив внимание только на упоминание о письме:

– Так он все-таки прочитал послание от дяди Кралси?

– Прочитал! И в связи с этим приглашает тебя на разговор. Но! – Коперрульф величественно ударил копьем о каменное покрытие дороги. – У него есть подозрения, что ты не тот, за кого себя выдаешь. Поэтому он примет тебя с одним условием: ты чистосердечно ответишь на все его вопросы.

– Согласен! – Кремон поднялся и недоуменно пожал плечами. – Я бы и так ему все рассказал…

– Вопросы тебе Эль-Митолан будет задавать под воздействием Сонного Покрывала. Согласен ли ты на это?

Кремон немного смутился, но сразу же с вызовом поднял подбородок:

– Согласен! Мне нечего скрывать!

– Тогда милости прошу в резиденцию господина Эль-Митолана Хлеби Избавляющего! – торжественно произнес Коперрульф. И уже стал поворачиваться, когда заметил, что парень с сожалением посмотрел на корягу, которую пришлось волочь от самой рощи. И снисходительно, через плечо, добавил: – Дрова можешь взять с собой. На кухне они пригодятся.

Кремон в порыве веселья показал в спину дворецкому язык, сунул книгу за пазуху, а рюкзак вместе с курткой пристроил на плечи. Затем, сдерживая смех, ловко взгромоздил корягу сверху своего багажа. И, придерживая ее за свисающий сук, бодро зашагал вслед за Коперрульфом.

А на крыльце громадного дома уже выстроилась делегация встречающих. Хозяина вряд ли можно было спутать с кем-либо, тем более что внушительный мужчина, стоящий впереди всех, полностью соответствовал тому описанию, которое предоставил дядя Кралси. Разве только выглядел намного моложе, чем предполагалось. Все-таки обладание тайнами мироздания дает важные преимущества перед простыми смертными. А уж о долголетии самых знаменитых Эль-Митоланов вообще ходили немыслимые слухи.

Слева от Хлеби стояла невысокая и хрупкая старушка. Очевидно, та самая управительница, на которую ссылалась молочница. Выражение ее лица было умильно-радостным, словно она встречала дорогого и давно ожидаемого родственника. А когда Кремон присмотрелся к выражению ее глаз, то все волнение словно рукой сняло. И он почувствовал себя как дома.

За их спинами маячили две женщины, похожие на друг друга, словно два колобка-близнеца, и подвижный мужичок с блестящей лысиной. Видимо, вспомогательный состав кухни, прачечной и огорода. А сбоку от крыльца, сложив руки на груди, степенно возвышались двое крупных мужчин. По специфической одежде и головным уборам, а также по витым кнутам у пояса можно было догадаться, что это конюшие или нечто среднее между егерем и лесничим.

– Добро пожаловать, господин Кремон! – громко поздоровался Эль-Митолан.

Заплетающимся от волнения языком Кремон ответил на приветствие, кося глазами по сторонам и не решаясь сбросить корягу с плеч на идеально чистые плиты двора. Он в душе отчаянно ругал себя за ребячество и не знал, как выйти из создавшегося положения. Оглянувшийся Коперрульф только сейчас обратил внимание, как буквально воспринял его шутку приглашенный парень, и попытался оправдаться:

– Я не успел сказать молодому человеку, что стульев у вас хватает.

– Мебель в доме – не помеха! – добродушно засмеялся Хлеби.

И не успел Кремон среагировать, как коряга вырвалась у него из рук, взлетела в воздух и плавно перелетела к торцу здания. Где благополучно затаилась под самой стеной с таким видом, словно там и выросла.

– Прошу в дом! – хозяин приглашающим жестом вывел почти всех присутствующих из ступора. Видимо, не только гость наблюдал подобную картину впервые, но и домочадцев с челядью не слишком баловали магическими аттракционами. – Завтрак уже подан на стол! Небось проголодались с дороги?

Делая вид, что не замечает ехидных ноток в вопросе, Кремон степенно ответил:

– Вообще-то я уже плотно позавтракал. Но не смею отказаться от такого щедрого приглашения и с удовольствием составлю вам компанию за столом!

Теперь уже Эль-Митолан сделал вид, что не заметил сарказма в словах гостя. Когда все вошли, он представил свою тетушку:

– Хранительница моего домашнего очага и лучший специалист в кулинарии, госпожа Анна!

– Желаю вам здравствовать, госпожа! – Кремон с почтительным полупоклоном поцеловал старушке ручку. И та тут же потянула его за стол.

– Ни к чему эти излишние церемонии! Тем более когда блюда теряют свой аромат и внутреннее тепло. Садитесь возле меня, молодой человек!

И даже не спрашивая мнение гостя, принялась накладывать ему и блинчики, и сыр, и тонко нарезанную копченую колбасу. А уж от обилия разнообразного печенья и разноцветного мармелада в красивых вазочках у гостя вообще глаза разбежались. При виде такого щедрого угощения даже Эль-Митолан не смог сдержать восклицания:

– И мы должны все это съесть?!

– Вы – как хотите! А вот гость – обязательно! – строго заявила госпожа Анна. – В дальней дороге аппетит нарастает пропорционально пройденному расстоянию.

– Так я ведь уже… – попытался напомнить о своем «завтраке» Кремон.

– Такой молодой и здоровый мужчина, как вы, – безапелляционно перебила его управительница замка, – должен без труда съедать три подобных завтрака! Или у вас нелады со здоровьем?

– Да нет, судьба милует.

– Тогда не отвлекайтесь на разговоры! По традиции, за нашим столом только я имею право разговаривать и рассказывать последние новости.

В ответ на это изречение Эль-Митолан возмущенно хмыкнул, но возражать не стал. Возможно, из-за огромного блинчика с творогом, который он чуть ли не целиком засунул в рот перед тетушкиной фразой. А возможно, и из-за ее укоризненного и строгого взгляда, которым она заодно разгладила и топорщившиеся усы Коперрульфа. Воин, пытаясь скрыть улыбку, наскоро наложил кусок колбасы на полоску сыра и отправил в рот. Не стал больше ждать приглашений и Кремон. Хотя и старался сдерживать свое желание глотать все подряд, не разжевывая. Все-таки дальняя дорога изрядно опустошила его кошелек. И, как следствие, вымотала внутренние резервы организма. И сейчас естество отчаянно требовало пополнения в виде калорий и витаминов. Все двадцать дней путешествия из столицы в Агван приходилось жутко экономить средства. Только несколько раз удалось хорошо и сытно поесть. А тут такое давно забытое изобилие!

Прошло уже минут двадцать, а Кремон все никак не мог насытиться. Более того, ему лишь стало казаться, что он только-только «заморил червячка». Это, естественно, не осталось незамеченным, но Эль-Митолан проявил истинное чувство такта и принялся вполголоса обсуждать с Коперрульфом якобы очень важные и срочные проблемы, связанные с ездовыми животными. Они поочередно прикладывались к пузатым кружкам с горячим чаем и, казалось, совершенно забыли про гостя.

– И все-таки не хочется мне ездовых похасов продавать. Лучше уж несколько старых лошадей…

– Да вы что?! – Коперрульф так нахмурил брови, что показалось, будет ругать своего работодателя. – Самых обученных и выдрессированных животных?! И на ком ездить тогда соизволите? На похасах?

– Но ведь раньше ездили! И никто не гнушался промчаться с ветерком.

– Сравнили! У лошади скорость в полтора раза выше…

– Зато выносливость меньше! Похас может сутки везти не останавливаясь. Ведь подсчитано, что за это время он пройдет путь больший, чем лошадь.

– Ага! Путь-то больший, но и съесть ему надо потом в три раза больше! Так что провианту в дальней дороге на похасов не напасешься. Да и сами посудите: ведь недаром вся личная охрана почти всех королей только на конях и гарцует. И красиво, и быстро, и удобно. В нашей Энормии фактически вся кавалерия уж на конях. Только самая тяжелая на похасах учения проводит.

– Если честно, то мне и похасов продавать жалко, – признался Хлеби. – У нас такая сильная и отменная порода получилась…

– Тогда измените свое решение и достройте новые конюшни.

– Нет! Ни на метр усадьбу расширять я не намерен.

– Значит, продавайте только в поселок. На тех условиях, что обговаривались: чуть дешевле, но без права перепродажи.

– А может, еще немного подождем?