Татьяна Викторовна Полякова
Леди Феникс

Леди Феникс
Татьяна Викторовна Полякова

Ольга Рязанцева #7
Ольга Рязанцева не может разобраться в своих чувствах: ждет ребенка от одного мужчины, живет и работает у другого, а третий любимый и вовсе исчез в водовороте жизни. Волею судьбы она оказалась втянута в расследование двух преступлений, на первый взгляд, не связанных между собой. Но дело принимает серьезный оборот – есть уже три трупа! И главное, один из убитых работал на отца ее ребенка, крупного бизнесмена Тимура Тагаева. Ольга понимает – в ее родном городе вот-вот должно случиться какое-то очень страшное и опасное событие, но она и не подозревает, что действующими лицами этой игры станут три ее мужчины, а на кону стоит ее жизнь…

Татьяна Полякова

Леди Феникс

«Берег встретит героя,

Берег встретит врага,

Нас всегда было двое,

А теперь только я».

    «Берег». В Бутусов

Паренька было жаль. Он голосил так отчаянно, с такой обидой смотрел на мир, что мог разжалобить более жестокосердное существо, нежели я. Тут выяснилось, что подобных существ немного: похоже, никто, кроме меня, не обратил внимания на бедственное положение мальчишки. Народ сновал по площади туда-сюда, занятый своими проблемами и, казалось, вообще ничего не замечал вокруг.

Десять минут назад я влилась в толпу, оставив свою машину в переулке. У меня была назначена встреча в кафе на Дворянской, а эта улица с некоторых пор стала пешеходной зоной, так что попасть туда я могла только на своих двоих. С унылым видом, глядя на себе подобных, я шла через площадь, когда там появилась компания подростков на роликах. Они быстро двигались, рассекая толпу, траектории их сходились, расходились и вновь соединялись, а по толпе прошел ропот недовольства, потому что ребята на роликах кружили по площади не просто так, а с целью, которую правоохранительные органы охарактеризовали бы как мелкое хулиганство: кого-то толкнут, с кого-то сорвут бейсболку, а вот у вопящего паренька вырвали из рук мобильный. Он шел неподалеку от меня и болтал по телефону, когда рядом возник тип на роликах, в свитере с большим воротом, натянутым на нос, и в бейсболке, прикрывавшей верхнюю часть лица, так что разглядеть физиономию парня было невозможно, вырвал трубку из рук мальчишки и через мгновение скрылся с глаз, оставив в душе недавнего обладателя мобильного обиду на судьбу и попранное чувство справедливости. Пареньку на вид было лет десять, и впереди его ждала долгая жизнь, в которой обидам места хватит, и мне ничто не мешало двигать дальше, посетовав на уличное безобразие, но я подошла к нему и со вздохом спросила:

– Ну и чего ты вопишь?

Он закрыл рот и взглянул на меня с откровенной надеждой, готовясь переложить на мои плечи свои проблемы, размазал по щекам слезы и ответил:

– Мобильный украли.

– Вижу, что украли, – опять вздохнула я и кивнула. – Идем.

– Куда?

– В милицию, конечно.

– В милицию? – растерялся он. – Зачем?

– Заявление писать.

Отделение милиции располагалось в переулке неподалеку. По дороге паренек, которого звали Ваней, торопливо и довольно бестолково поведал мне историю утраты мобильного телефона. Если учесть, что я была свидетелем данного события, история особого впечатления не произвела.

В отделении мы долго сновали от одного кабинета к другому, пока какой-то милиционер вдруг меня не узнал.

– Что случилось-то? – поинтересовался он с печалью в голосе, мое присутствие в коридорах родного отделения счастливее его отнюдь не сделало.

– У Ваньки мобильный украли. Вырвал из рук парень на роликах на площади.

– А-а… – кивнул он. – Опять эти роллеры.

– Что, очень досаждают? – спросила я. Он пожал плечами.

– Да не то чтобы очень, но бывает. Три заявления уже есть, каждый раз одно и то же: выхватывают из рук мобильный – и деру.

– Но если три заявления уже есть, пора бы принять меры, – без особой уверенности произнесла я. Слуга закона опять пожал плечами.

– Пора, конечно, только разве их поймаешь? Они то в одном конце города возникнут, то в другом… На площади детни на роликах всегда полно, отличить грабителей от тех, кто просто катается, невозможно. Если установить здесь пост, то конечно… но это сколько людей надо, а у нас полно дел посерьезнее, чем всякую шпану ловить.

– Ясно, – кивнула я. – Заявление примете?

– Конечно, – порадовал он, разведя руками.

Минут десять ушло на заявление. Ванька, который поначалу оживился и смотрел по сторонам с интересом, свято веря, что взрослые дяди и тети, в большом количестве проходящие мимо, моментально бросятся искать его телефон, понемногу сник, сообразив, что особо никто не пошевелится. Когда заявление было написано и мы покинули кабинет, он с грустью спросил:

– И что теперь? – взгляд его был суров, хоть и обращен не по адресу. А мне вдруг стало стыдно, хотя ловить шпану на улицах в мои обязанности никогда не входило.

– Если парня отыщут… – начала я и замолчала.

– И ничего сделать нельзя? – с душевной болью поинтересовался он.

– Видишь ли…

– Мне отец телефон подарил, – он не сдержался и заревел, отворачиваясь от меня.

– Понимаю. Объяснишь ему, в чем дело.

– Не объясню, – вытерев слезы кулаком, буркнул парнишка. – Его убили.

– Кто? – растерялась я.

– Пьяный дядька на машине. Сбил и уехал. Отца спасти можно было, так мама сказала, но его только утром нашли.

– Да, – вздохнула я. – История. Дядьку пьяного отыскали?

Он кивнул и вновь отвернулся.

– Ладно, найду я твой телефон, – сказала я. Теперь он смотрел внимательно, но все еще с сомнением.

– Найдете?

– Найду.

– Вы что, в милиции работаете?

– Вроде того. Будут новости – позвоню. До дома доберешься или подвезти?

– Доберусь.

– Тогда до встречи.