Текст книги

Иар Эльтеррус
Последняя битва

– А почему это прошло мимо нас? – нахмурился старший координатор.

– Визитом занималась императорская канцелярия, тем более, что он был неофициальным, предварительным, – пояснил искин.

– Ты знаешь, с чем прибыл посол? – подался вперед Хладов, координатор аналитической службы СБ.

– Знаю! – подтвердил «железный истукан» со смешком. – Ирай просит коронного договора. Не знаю только согласится ли Алесий, он явно не испытывает энтузиазма по этому поводу. Мало того, скоро можно ожидать по тому же вопросу и ортайцев – там едва ли не революция, по требованию народа всех восьми стран проведен всепланетный референдум. Девяносто пять процентов населения высказались за возвращение в лоно Империи.

– Раздуваться нам сейчас совсем не с руки… – задумчиво произнес аналитик. – Это вызовет столько новых проблем… Впрочем, решать Его величеству.

– Боюсь, отказывать в просьбе о коронном договоре просто нельзя, это оскорбление для всего народа… – вздохнул Соргин, которому известия тоже отнюдь не доставили радости. – Делать иратцев и ортайцев врагами нам не с руки. Но головной боли прибавится…

– Прибавится, – согласился главный контрразведчик, Роничев. – Нам срочно нужно расширять службу, мои кадры на исходе, люди работают на износ. Мы просто не потянем дополнительные планеты. А доверять местным службам нельзя, там чужих агентов, как собак нерезаных.

– Я уже думал об этом и даже говорил с императором, – покосился на него Соргин. – Школы разведки вскоре откроются в каждом крупном городе Росса, Ларата и Синтара. Ну и на Фаргосе несколько, само собой. А теперь, думаю, придется открывать их и на новых имперских планетах. Вот только подбор абитуриентов…

– Да, к нашему делу мало кто способен, – вздохнул Хладов. – Помимо прочего, придется досрочно выпустить уже имеющихся курсантов нашей школы – хоть какая-то подмога.

– Зеленых мальчишек и девчонок в мясорубку? – приподнял брови Норвин, глава разведки. – Ты в своем уме, Димай?

– Никто не собирается отпускать их в самостоятельное плавание, – отмахнулся тот. – А вот помочь спецам и при этом набраться какого-никакого опыта они вполне смогут. Лучший способ научить щенка плавать – бросить в воду.

– Пожалуй… – после недолгих раздумий согласился разведчик. – Я…

Его прервало появления императора, буквально ворвавшегося в конференцзал. Он явно пребывал в отвратительнейшем настроении, что почувствовали все собравшиеся.

– Садитесь, господа! – резко бросил Алесий, затем приказал искину вывести на стенной экран звездную карту скопления.

Подождав, пока все рассядутся, император по очереди окинул каждого мрачным взглядом, затем произнес:

– У нас большие проблемы. Ират попросил коронного договора – больше девяносто процентов населения проголосовало за это, несмотря на все усилия правительств стран этой планеты. Отказывать у меня основания нет. Другое дело, что у нас и так катастрофическая нехватка квалифицированны людей, управленцев – и вовсе нет. А оставлять у власти местных бонз нельзя, ничего хорошего из этого не выйдет. Что делать со всем этим я плохо представляю. Поэтому и собрал вас на совещание. Тем более, что в течение месяца о коронном договоре попросит и Ортай, это уже ясно. А затем, думаю, дело не станет и за остальными планетами старой Империи, исключая Гонхас.

Сидящие за столом люди начали переглядываться и негромко переговариваться, каждый осознал серьезность проблемы.

– Еще нужно учитывать вот что, – и император коротко изложил выводы капитана Сейла о либерализме и его производных.

Алесия выслушали в молчании, судя по виду эсбешников, для них услышанное оказалось откровением и оптимизма не добавило. Адмиралы и генералы тоже выглядели съевшими что-то кислое, хотя данная проблема была абсолютно вне их компетенции.

– Меры принимаются? – хмуро поинтересовался Соргин.

– Капитан Сейл возглавил аналитическую группу, занявшуюся этим вопросом, – ответил император. – К сожалению, он был ранен и сейчас не работоспособен еще как минимум неделю. Думаю, стоит усилить его группу лучшими аналитиками СБ – вопрос слишком важен.

– Полностью поддерживаю, – наклонил голову старший координатор, искоса взглянув на кислую мину начальника аналитической службы, которому это совсем не понравилось. – Но в модель теперь придется включать также Ират и Ортай. А у нас катастрофически не хватает людей…

– Нам еще долго придется работать в состоянии кадрового голода, – холодно заметил Алесий. – И одновременно воспитывать нужных специалистов. Затраты на учебные заведения различного профиля будут просто астрономическими, но экономить на этом мы права не имеем. Кадры решают все[1 - Слова И. В. Сталина.]. Но вернемся к Ирату.

– Я хотел бы кое-что предложить, – неожиданно заговорил молчавший до того канцлер. – Возможно, моя идея покажется вам несколько необычной, даже парадоксальной, но, боюсь, другого выбора у нас нет. По крайней мере, я его не вижу.

Он внимательно посмотрел на императора и на мгновение прикрыл веки, давая понять, что вспомнил еще что-то из будущего. Алесий тоже пристально посмотрел на него и кивнул своим мыслям.

– Говорите, – приказал он.

– Дело в том, что прошение о коронном договоре подано на волне энтузиазма после нашей победы над старым врагом, – издалека начал Виктор. – Люди Ирая, Ортая и других планет не помнят и не знают, что такое жить в Империи, но хотят гордиться своей страной, тогда как гордиться мелкими странишками, в которых они живут сейчас, нельзя – нечем там гордиться. Но о старой Империи население периферийных планет знает только из легенд, книг и фильмов, не имея представления о реальном положении вещей. Поэтому если мы начнем применять там силовые методы, нас просто не поймут, ведь в общественном бессознательном сложился образ доброй и могучей страны – и тогда неизбежен откат и социальный взрыв. Поэтому предлагаю следующее…

Канцлер ненадолго замолчал, отпил глоток сока и продолжил:

– Прошения о коронном договоре следует удовлетворить, однако вводить периферийные планеты в состав Империи пока формально, тем более, что в военном плане этим планетам ничего не угрожает. Грубо говоря, очень постепенно и осторожно менять привычные для большинства условия жизни и стереотипы, не спеша воспитывая молодежь в нужном нам ключе. Поэтому образование там Империя обязана взять в свои руки полностью, не допуская к детям ни одного учителя с либеральными взглядами – не то эти паразиты понавоспитывают нам вредителей. А взять нужных учителей можно только в одном месте – в армии и на флоте. Я имею в виду отставников, которых придется просить снова послужить родине. Да и сгодятся для этого далеко не все, а лишь имеющие хоть малейший педагогический талант. Также желательно пропустить через армию и флот как можно большее число молодых людей и девушек. Правда, есть опасность, что экономика всего этого не выдержит…

– Это должны просчитать аналитики, – вмешался Соргин. – Но мне не совсем ясно, что именно вы предалагаете.

– Внешне оставить на Ирае и Ортае все, как есть, чем успокоить местную «элиту», – цинично усмехнулся Виктор. – Обычным людям достаточно будет осознания, что они теперь являются частью великой Империи. А власть имущим нужно бросить кость, чтобы они до времени успокоились, видя, что ничего внешне не меняется. Этим мы избавимся от саботажа и прочих прелестей в этом роде. Однако «элита» не должна знать, разве что подозревать, что на самом деле происходит – изменения будут очень мягкими, постепенными, они будут накапливаться, а затем, однажды, количество перейдет в качество. При этом оная «элита» должна быть уверена в продажности имперской администрации.

– У тебя с мозгами все в порядке?.. – обалдело спросил сверху искин.

– В порядке, – заверил канцлер. – Смотрите сами. На новых имперских планетах образуются два центра влияния – явный и тайный. Явный – фальшив насквозь, но об этом будут знать очень немногие. При этом наместниками должны стать честные и чистые люди. Предлагаю землян. Почему? Ваше величество, это сталинские ребята и как они относятся к буржуям вы знаете…

Император внезапно хлопнул себя ладонями по коленям и расхохотался.

– Продолжай… – сквозь смех выдавил он, остальные, ничего не поняв, растерянно переглянулись.

– Так вот, с точки зрения местных «элит» наместники будут выглядеть молодыми выскочками из военных, ничего не понимающими в реальной жизни. Кое в чем они будут даже правы, и это даст наместникам возможность заниматься воспитанием нового поколения без лишних помех. А для отвлечения внимания мы придадим каждому наместнику насквозь продажный и бюрократизированный аппарат, куда будут нести взятки, пытаясь продавить нужное для себя решение. Естественно, этот аппарат будет находиться под полным контролем СБ. И провести через него какое-либо реальное решение будет физически невозможно, у заинтересованных лиц просто не хватит денег на взятки, чтобы подписать все нужные бумаги. Опять же, то, что сможет принести Империи хоть малейшую пользу, будет разрешаться. И все это увидят. Но разрешаться должно после взятки. Одновременно, как я уже говорил, воспитывается новое поколение управленцев, имперских управленцев, которые станут постепенно брать под контроль различные ведомства планеты, причем будут оставаться на вторых ролях, чтобы в определенный момент взять все в свои руки. Да, это непросто. Да, понадобится от пятнадцати до двадцати лет. Но другого выхода у нас сейчас нет.

– Браво! – Соргин несколько раз негромко хлопнул в ладоши. – Простите, Ваше величество, но интрига просто великолепна. И это сработает!

– Еще надо учитывать, что экономика Ортая, Ирата, Нагоя и Тарая вполне стабильна, что сможет помочь остальным планетам, – кивком поблагодарил координатора канцлер. – Нам нужно разработать схему включения осколков старой Империи в новую, причем так, чтобы они оказались буквально впаяны в нее. Но это задача, опять же, для аналитиков и экономистов. Мда, Сейла подстрелили очень не вовремя…

– Больше к нему не сможет подойти ни один чужой, – заверил Соргин. – Также нужно искать подобных Сейлу гениев на планетах Империи. Уверен, что еще нескольких можно найти. Прежде всего мы займемся хакерами – эти граждане весьма перспективны, хоть и абсолютно асоциальны. Но это решаемо.

– Не забудьте про принца Леннера, – вставил искин. – Из него может вырасти аналитик покруче Джипа, задатки у парнишки просто сумасшедшие. Хотя, – сымитировал он вздох, – долго этот шалопай на одном месте не усидит.

Остальные усмехнулись – к принцу все относились хорошо, несмотря на все его эскапады. Как ни удивительно, Ленни смог стать всеобщим любимчиком, хотя ему старались этого не показывать.

– Что ж, господа, приступим к разработке конкретной модели для Ирата, – подвел черту император. – Наместником думаю назначить моего земляка Сергея Перкова. А что касается Ортая – пока не знаю. Выбор невелик, однако Фельдмана отпускать в свободное плавание пока рановато. Возможно, Ашот Каспарян. Впрочем, посмотрим. У кого какие предложения?

Собравшиеся вновь переглянулись, и каждый задумался. Модель, предложенная канцлером, требовала точной проработка даже в мелочах. Ошибка слишком дорого обойдется.

* * *

– Андрович на выход с вещами! – заставил вздрогнуть бывшего начальника президентской канцелярии гулкий голос охранника.

«С какими еще вещами?.. – мелькнула отстраненная мысль. – У меня же ничего нет… Все конфисковано… Абсолютно все…»

Он уныло поднялся, заложил руки за спину и поплелся к выходу из тесной камеры-одиночки. Андрович отчетливо понимал, что для него все кончено. Новая власть не церемонилась со своими врагами, хотя ее врагом он себя не считал – просто жил, как было принято в его кругу. Все брали – и он брал, иначе давно затравили бы. В среде чиновников белым воронам жизни не было. Хотя, надо признаться, в последние годы Андрович зарвался, начал хапать слишком много. За то, наверное, и пострадал. Впрочем, ему еще повезло, что не попал под децимацию, когда отмороженные синтарцы без разговоров повесили каждого десятого чиновника, чтобы заставить остальных работать. Вот только ни один оставшийся в живых просто не понимал, чего хочет новая власть и что именно ему делать, чтобы им остались довольны. Раньше-то все было ясно – кому дать, кому откатить, что подписать, а что положить под сукно. А теперь? Все же напрочь изменилось!

Вспомнив бесконечные допросы, Андрович поежился. Следователи ДИБ без сомнений использовали сыворотку правды, и он сам подробно описывал где, когда, от кого и сколько получил. И за что. Тем самым бывший глава канцелярии подписал себе смертный приговор. Сейчас он надеялся только на то, что его просто расстреляют, а не колесуют или что-нибудь в этом духе. Как Федора Каратича, например. Его судьба перепугала всех до колик, а ведь он всего лишь хотел, чтобы ему заплатили за производство лекарств. Момент только выбрал крайне неудачный, вот и попал под раздачу. У императора, как выяснилось, рука тяжелая, да и терпения маловато. И прощать не умеет. Впрочем, его все это уже не касается. Не на казнь ли ведут?..

Однако Андровича вывели наружу, и он впервые за несколько месяцев увидел солнце и вдохнул свежего воздуха. Охрана, тем временем, подвела его к небольшому флаеру, у которого поджидали двое зверообразных синтарцев.

– Заключенный Андрович доставлен! – отрапортовал старший охранник. – Вот бумаги, господин лейтенант.