Иар Эльтеррус
Витой Посох. Время пришло

– Это я. – Из полутьмы выступил Элви и взял друга за руку. – Я все знаю. Отец сказал – надо уходить.

– Откуда ты знаешь?! – удивился Арвио. – Я сам только что узнал.

– Слуги знают гораздо больше, чем предполагают хозяева; кроме того, слуг никто не принимает в расчет, – загадочно улыбнулся товарищ. – На самом деле твой отчим довольно громко трепался об этом со своим управляющим у ворот – привратник все слышал. А потом он еще и пересказал все в подробностях твоей матери при кормилице.

– Так мать уже все знает! – Голос Арвио задрожал. – И она ничего не имеет против и играет с сестренкой!

Из глаз мальчишки предательски потекли слезы, он украдкой стал размазывать их по лицу.

– А что ты хочешь?! – вздохнул его товарищ. – Ты же знаешь, что вы практически живете на деньги отчима. Тебя собираются отдать всего лишь в обучение, потом ты станешь уважаемым человеком – жрецом.

– Угу. Судя по храму – профессиональным сводником. А еще у меня будет много голых баб, желающих мне отдаться… а может, и не только баб… Только моего желания никто не спросил – нужно ли мне такое «счастье»!

– Ты же знаешь ваши порядки. Это мне грозит стать храмовым слугой, поскольку ученик не имеет права на личных слуг.

– Как?! Что же ты мне сразу не сказал?! – Обида Арвио испарилась, уступая место злости.

– Уже сказал, – горько усмехнулся Элви, к этому времени они дошли до более освещенной части дома. – Твой отчим сильно недолюбливает нашу семью. Но родители – личные слуги твоей матери, и над ними он пока не властен, а вот на мне отыграется с удовольствием. Так что у тебя может появиться возможность посмотреть не только на голых баб, но и на эротические обряды с моим участием.

– Пакость какая!!! Ты это серьезно?! – воскликнул Арвио, закрывая дверь в свои покои.

– Куда уж серьезнее… Поэтому отец отпускает меня с тобой, если ты решишься бежать, а нет – так постараюсь добраться до Игмалиона сам.

– Ну уж нет! Мне все это нужно не больше твоего! Пойдем – так вместе.

На этих словах Арвио в который раз принялся с остервенением перебирать эти треклятые вещи, пытаясь выбрать самые нужные. Получалось плохо. Элвио, некоторое время наблюдавший за потугами друга, наконец не выдержал:

– Давай помогу собрать!

– А ты?! – спохватился тот. – Тебе тоже надо собираться.

– Я уже собрался, – пожал плечами юный слуга.

– Ну тогда помоги, – облегченно выдохнул Арви.

Элви быстро разложил все вещи на две неравные кучки.

– Вот! – подытожил он, закончив. – Только тебе еще надо что-то теплое на ноги.

– Здорово! Как ты так быстро разобрался?! Сейчас найду! – Будущий путешественник полез в недра гардероба.

Через несколько минут Арви, запыхавшись, извлек оттуда не очень новые, но еще крепкие меховые сапожки, в которых ходил только в сильные морозы.

– Сгодится? – показал он их приятелю.

– Вполне, – одобрил тот.

Арви почувствовал, что друг чего-то недоговаривает.

– А у тебя все есть в дорогу? – уточнил он у него.

Элвио немного замялся, но все же ответил:

– У меня нет теплого плаща. При моей работе в доме он был ни к чему, – явно стыдясь, произнес тот.

– Почему не сказал сразу?! Вот, опять лезть! – И снова нырнул в гардероб.

Оттуда послышались чихание и ругань, потом, пятясь, вылез Арви с большим узлом.

– Что это?! – удивился Элви.

– Сейчас посмотрим, наверное, что-то нужное… Это из подарков на мои дни рождения, я уже и забыл про них.

Друзья начали разбирать содержимое свертка. Часть вещей было никуда не годным парадным барахлом, но нашлось и кое-что ценное. В частности, новые меховые сапожки – Арви они оказались уже малы, а Элви подошли в самый раз, и тот не стал отказываться. Нашелся и плащ, правда, слишком вычурный, совсем не подходящий для планируемого путешествия, в таком только в карете ездить. Тогда Арви пришлось разыскать свой старый плащ, который был еще вполне надежным, парнишке просто не нравился его ярко-синий цвет. Кроме этого в свертке нашлись даже некоторые драгоценности: тонкая золотая цепочка и пара серебряных браслетов, которые беглец решил взять с собой, чтобы продать в случае необходимости.

В конце концов сборы захватили друзей настолько, что необходимость бежать превратилась в подготовку к захватывающим приключениям.

– Надо взять еще ножи, – сказал Элви. – У тебя есть кинжал?

– Зачем? Чтобы защищаться?

– Скажешь тоже! Можно подумать, что ты умеешь владеть ножом.

– Нет… – смутился Арви. – Тогда зачем?

– Чтобы резать еду и мало ли что еще. Нож всегда пригодится. Если не умеешь пользоваться оружием, лучше вовремя спрятаться, а не лезть в драку.

– Настоящего у меня нет. Мой кинжал красивый, но не лучше столового ножа, – опечалился юный аристократ.

– Тогда… надо попытаться выпросить на кухне. Там ножи настоящие, хоть и некрасивые.

Уложив заплечный мешок для Арвио, товарищи спустились в кухню и без утайки рассказали все доброй пожилой кухарке. Она, немного всплакнув, отдала путешественникам два ножа и от души пожелала, чтобы их хранили в пути добрые боги.

Вернувшись в покои Арви, друзья присели на кровать. Разговор не клеился. Они волновались не на шутку. И тут послышался тихий стук в дверь.

– Да! Входите! – отозвался Арви, удивленный тем, что кто-то еще захотел его видеть в столь поздний час, было уже за полночь.

Удивление возросло еще больше, когда на пороге появилась его мать вместе с отцом Элви. Эглио окинул беспорядок в комнате оценивающим взглядом.

– Я так понимаю, вы уже собрались в дорогу? – спросил он, больше обращаясь к своему сыну.

– Да, отец, мы идем вместе, – ответил тот.

Мать Арви, не зная, куда себя девать, стояла, глядя на сына, и в глазах ее блестели слезы. Мальчику она показалась какой-то выцветшей и даже постаревшей, хотя матери не было и сорока.

– Да-нери Велия, – обратился Эглио к ней, – если пожелаете, мы оставим вас наедине с сыном.

– Что вы, Эглио. – Мать подошла и оперлась на предусмотрительно подставленную ей руку. – Мы столько лет прожили вместе как добрые друзья, к чему сейчас сантименты.