![Находясь в эпицентре](/covers_330/33168504.jpg)
Полная версия
Находясь в эпицентре
Данни нахмурилась.
– Ты о чём?
– Салли? Катрина? Бити? Вам тоже показалось…
– Так, всем мыть руки, – резко перевела тему я и указала на ванную. Когда все пошли в ту сторону, я придержала Машу за локоть. – Поговорим в более узком кругу, – шепнула я ей на ухо. Она лишь кивнула.
Я включила музыку на полную и резко завлекла всех в танец. Мы смеялись и веселились, дрались подушками, пили чай и делали всё, что нам приходило в голову. И всё же время от времени в воздухе виснул вопрос: «Что же это было?» И я не была уверена, что мы найдём на него ответ.
Было уже девять часов вечера. Я даже не заметила. Обожаю этих ребят. К сожалению, а по правде говоря, к счастью, потому что мы никак не могли поговорить при них, Яне с Данни пора было домой. Катрина с Машей пошли их провожать, потому что из моего дома просто так уж точно не выйти, а они прекрасно знают дорогу. Мы с Бити остались следить за мальчиками, вдруг они что-нибудь разрушат.
– Все же это почувствовали? – уточнил Том.
Я улыбнулась и немного толкнула его кулаком в плечо. Честно говоря, я вообще не знала, как себя вести. Это чувство пробрало меня до самых костей, и я не понимала, как убедить себя в том, что у меня просто разыгралось воображение. Но мы все почувствовали одно и то же. В этот раз я не смогу отмазаться своим богатым воображением. За это чувство придётся отвечать.
– Эй, ты же не собираешься сейчас убедить нас в том, что нам показалось, а потом пытаться разобраться со всем самостоятельно?! – вдруг наигранно нахмурилась Бити, пытаясь меня по-доброму задеть. – А то ты любишь так делать, – на этих её словах Петя немного ухмыльнулся.
Я лишь закатила глаза. Однажды мы с Бити и Петей нашли за школой побитого мальчугана. Тогда учительница поставила нас делать вместе проект. Зная, какие у нас с Петей «тёплые» отношения, учителя очень любят всё время ставить нас в пару. Буквально на перемене перед уроком, на котором нам, собственно, и дали этот проект, мы сильно пособачились, что бывает не так часто. Обычно мы не выносим ссору за пределы ссоры, но в этот раз мы прожигали друг друга взглядами весь урок, поэтому Бити вызвалась нам помочь. Проект мы делали у неё почти в полной тишине, так что вскоре он был готов. Бити решила проводить нас домой, а если быть точнее, мы хотели зайти к Катрине и Маше, которые живут в одном доме, повеселиться, всё равно пятница. А нам с Петей по пути, о чём я тогда очень жалела. По дороге мы как раз и нашли мальчика. Мы его отвели к школьному врачу и пошли дальше. Вот только на стене, возле которой лежала жертва, мы увидели очень глубокую и узкую вмятину, которая остаётся от ножа. Обычный нож бетон не пробьёт, если только его с огромной силой и скоростью не метнуть в него, Бити сразу так сказала. Но мы вроде замяли, решили, что дело не наше, и пошли дальше. На следующее же утро я под предлогом прогулки с собакой пришла к тому месту с намерением осмотреть его. Самое интересное, что там за этим же занятием я обнаружила Петю. А поскольку ни мне, ни ему не удалось бы выкрутиться из ситуации, мы стали расследовать дело вместе. Заодно и помирились. Мы сразу решили никому не рассказывать, а то «о боже мой, вы что, можете по собственному желанию работать в паре? Просто мир перевернулся!» В итоге Бити как-то узнала, что я всё выяснила: тут тренируются ребята из нашей школы в метании ножей, а след был свежий, потому что где-то за полтора часа до того, как мы нашли мальчика, они закончили тренировку и пошли по домам. К счастью, она не прознала, что мне помогал Петя.
– Это было давно и один раз, найди предъяву поновее, – ответила я, закатывая глаза.
– Ага, давно. Месяц назад, – Бити усмехнулась, смотря на то как я потупила глаза в пол.
– Отстань, – мой наигранно обиженный тон как-то очень рассмешил Марка, который начал заливаться.
– Что ты с ней ругаешься, это моя прерогатива! – вступился Петя, и Марк начал смеяться ещё сильнее.
– Вот именно, предъявите, пожалуйста, лицензию на наезд, – я подняла брови в ожидании.
Первым отреагировал Петя, закатив рукав. Возле локтя у него была небольшая царапинка.
– Ну я же случайно! – тут же воскликнула я, поднимая руки.
– Она всё ещё болит, – Петя еле сдерживал улыбку, пока пытался настроиться на злобный взгляд.
– Ну я же извинилась! – я повторила свой тон и опять уставилась в пол.
– Может шрам остаться, – он сказал невзначай, не отводя взгляд.
– Что за бред, она почти затянулась уже, – вмешалась Бити, нахмурившись. Она намного лучше нас всех умела сдерживать смех. Особенно лучше Марка, который уже пару минут катался по полу, задыхаясь.
– Ей потребовалась неделя, – Петя окинул меня осуждающим взглядом.
– Неделя – это не много для царапины, – быстро сказал Том, усмехаясь.
– Не согласен, – возмутился Петя, продолжая спектакль.
– А я согласна. И вообще, ты сам у меня телефон забрал, – резко оживилась я.
– Я хотел посмотреть, кто там такой смешной с тобой переписывается, что ты всю перемену сидела, тупо улыбаясь и не отводя взгляд от экрана, – тоном, словно он объяснял что-то очевидное ребёнку, ответил мой друг.
– Вообще не особо твоё дело было, – начал Том, но никто его уже не слушал.
– Ого, а кто это был? – быстро включился Марк, закончив смеяться. Где это видано, чтобы он хоть одну сплетню пропустил?
– Никто… – хотела ответить я, но мне не дали закончить.
– Да парень какой-то, – подделав осуждающий тон, провозгласил Петя и обменялся с другом многозначительными взглядами.
– Не какой-то, – я попыталась встрять, пока мальчики друг другу кивали и краснели от сдерживаемого смеха.
– Что за парень? – более серьёзно спросила Бити, смотря на меня.
– Друг моего старшего брата рассказывал, как мой брат облажался на вечеринке в ту ночь, – я даже не была уверена, звучал ли мой голос оправдательно или возмущённо.
– Серьёзно? Неделю назад которая? – тут же включился Том, уже начиная смеяться. Я лишь кивнула, вспоминая историю, как мой брат, напившись с друзьями, бегал по улице в трусах и с кастрюлей борща, которую нашёл в холодильнике чьего-то дома, и предлагал всем его попробовать, а когда люди отказывались, начинал плакать и говорить, что никому не нужен его борщ. В конце, поскользнувшись, он вылил его себе на голову и потом ещё час оплакивал потерю, пока его тащили домой и пытались отогреть. Бегать по Москве под Новый год в трусах была очень плохая идея.
– Да! – я засмеялась.
– А я вот тебе не верю, – Марк сощурил глаза.
– Да правда! – вскрикнула я, вскочив. Осознав всю нелепость ситуации, я села обратно под дружное краснение лиц друзей. Марк сломался первым и повалился на пол, снова умирая от смеха.
– И ты улыбалась поэтому? – Бити подняла брови, явно мне не веря.
– Не, история правда очень смешная, мне сестра рассказывала, – Том вступился, а я начала кивать.
– Я пыталась в голос не засмеяться на уроке, – мой голос перешёл в очень смешной писк. Тут сломались уже Том с Петей, разразившись общим смехом.
– Врёт? – Бити перевела взгляд на Петю. Тот взял очень долгую паузу, смотря прямо мне в глаза. Он ответил, только когда я стукнула его по плечу.
– Нет.
– Ой, скучная ты, Салли, – Марк закатил глаза.
– В общем, ты получил боевую травму просто из-за своей любознательности, умник? – засмеялась Бити, снова обращаясь к Пете.
– Ну, мне было интересно! – в этот раз начал защищаться он.
– Ну так ты и получил за интерес. Знаешь, любопытной Варваре на базаре нос оторвали, – я очень долго смотрела ему в глаза, сделав лицо, будто сказала просто самую умную вещь.
– Ой-ой-ой, можно подумать, ты такая святая, – Петя снова перешёл в атаку.
– Я крала у тебя телефон когда-нибудь? – возмутилась я, а потом, вспомнив как минимум десять случаев, неловко засмеялась от собственной глупости.
– Серьёзно? – Петя засмеялся со мной.
– Это не считается! – я попыталась выйти и положения, чем только вызвала всеобщий смех. Как же хорошо, что у меня есть такие друзья и я могу настолько несерьёзно с ними себя вести.
– Что не считается? – наконец Маша и Рина вернулись. Бити задумчиво закусила губу, и веселье сразу улетучилось. Девочки подсели к нам на ковёр, напряжённо всех осматривая. Никто из нас даже не знал, с чего можно было бы начать этот разговор.
– Что это было? – наконец нарушила затянувшееся молчание Маша.
– Сверхъестественные силы, – прошептал Том, осматривая всех по очереди. Я, тихо засмеявшись, уткнулась ему в плечо, но остальные не особо оценили его юмор.
– Ага, инопланетяне прилетели, чтобы нас напугать, правда? Поменьше ужастиков смотреть надо, а то помешался немного, – насмешливо бросила Бити. Она, видимо, не поняла, что наш друг просто пытался разрядить атмосферу. Все насупились ещё сильнее, агрессией такой ситуации точно не помочь.
– Ок, звучит однозначно глупо, но вот, если честно, я даже не совсем шутил. Ну вот ты думаешь, это было что-то земное? Это чувство? Мы же все знаем, что кто-то или что-то было за этой дверью. И мы все почувствовали, что Это исчезло… как раз в тот момент, когда мы распахнули дверь, – Том будто вышел из фильма ужасов с такой речью, но, хотя я очень не хотела это признавать, определённое зерно логики там было. – Обычное дело – исчезнуть за мгновение, правда?!
– Это был человек, – прервал тираду Тома Петя, и его голос прозвучал так, будто он знает больше, чем мы. Они оба опустили глаза, но Том из-за смущения, а Петя из-за замешательства.
– Почему ты так уверен? – поинтересовалась Катрина, пока державшаяся нейтрально, словно не решила, кому верить.
– Потому что у этого человека есть сердце, – тихо сказал он, нахмурившись.
– Я тоже это слышала, – я быстро кивнула.
Все уставились на меня, когда Петя облегченно вздохнул. В воздухе повис немой вопрос: «Что ты слышала?», но никто не решался произнести его вслух, поэтому Петя решил не ждать.
– Оно билось. Я и, видимо, Салли слышали его.
Я кивнула. Но не могло всё быть так однозначно. Вообще могло, конечно, но если уже нырять в бред, то надо это делать с головой. Мне почему-то показалось, что это было послание. Я вот даже не хотела пробовать объяснить себе, почему, мне так показалось и точка, глупая я. Жаль, что я азбуку Морзе не знала, было бы здорово понять шифровку. Надо было бы её выучить. Может, меня Марк смог бы научить, у него сестра глухая, он знает азбуку. Марк знает. Конечно, знает!
– Марк! – вдруг вскрикнула я, но, когда все удивлённо на меня посмотрели, постаралась умерить свой пыл. – Ты ведь знаешь азбуку Морзе?
– Ну да, а что?
– Переведи, – еле дождавшись, пока он договорит, воскликнула я и начала воспроизводить, что слышала ранее, отстукивая ритм по полу. Меня тотчас же подхватил Петя, некоторые кусочки у нас расходились, мы спорили, но в основном всё делали синхронно. Марк попросил повторить пару раз и дать ему бумажку. Вскоре на ней нарисовался шифр.
«Вас нашли». Прочитав эти слова, мы все переглянулись.
– Звучит не очень, – Маша тяжело дышала, стараясь сдержать панику всеми доступными ей способами.
– Ой, да всё понятно, это просто наша историчка следит, чтобы мы читали те шесть книг по Столетней войне Англии с Францией, КОТОРЫЕ ОНА ЗАДАЛА НАМ НА КАНИКУЛЫ, – быстро протараторил Марк, заставляя всех засмеяться. Домашняя работа приносила такую адскую боль, что я даже забыла, что мы обсуждали пару секунд до этого. Кто бы нас ни нашёл, школа убьёт нас быстрее, чем оно.
– Да что ты постоянно портишь все моменты? – возмутилась Рина, ещё не прекратив смеяться, – Такая драма была, а ты со своими шутками.
– Не, вообще шутки шутками, но это очень жуткая штука, – заметил Петя.
– После того как мне напомнили про домашку по истории, я готова умереть хоть завтра, – встряла Бити, а нам осталось только молча кивать, соглашаясь.
Глава 2
За окном только-только заалела заря, комната, погружённая во мрак, осветилась первыми лучами солнца. Мир вокруг меня спал, и лишь мои глаза были открыты в это утро. Я проснулась только что, но мне казалось, что я не засыпала сегодня. Не помню ни одного раза, чтобы я просыпалась после нескольких часов сна. Не помню ни одного раза, чтобы зимой солнце всходило так рано. Видимо, мы вчера засиделись, потому что каждый уснул, не покидая своего места. Я так и сидела, положив голову на плечо Тома, расположившегося рядом, опёршись спиной на кровать. Катрина лежала головой на тетради, так и не выпустив карандаш из руки. Бити свернулась калачиком на кровати, а рядом лежала Маша, почти падая на нас с Томом. Петя и Марк, прижавшись друг к другу, лежали на моём ковре. Немного поумилявшись этой великолепной картине, я всё же встала. Осторожно пройдя мимо всех, стараясь никого не разбудить, я пошла на кухню.
На столе всё ещё стояли чашки с холодным недопитым чаем. Делая медленные глотки, я погрузилась в свои мысли. Сколько всего свалилось на нас за последнее время! Я не говорю лишь о послании. За последний месяц произошло столько терактов и несчастных случаев в мире, сколько не происходило никогда. А ведь скоро Новый год – самый семейный и светлый праздник в году. То по людям стреляют в детском парке, то выкручивают шурупы из американских горок, то наводнение смывает почти всё население целых архипелагов. А недавно был самый большой зарегистрированный пожар, который уничтожил половину Нью-Йорка. И хотя я нахожусь на другом материке, мне кажется, будто это я прилетела туда и подожгла город. Или когда нас сегодня ссадили с метро, то, конечно, сказали, что там ремонт, но люди были и правда напуганы. И всё-таки мне кажется, это связано с тем, что мы с Петей услышали на входе в мою квартиру. Мы обсудили множество вариантов расшифровки этой фразы, тем не менее не нашлось ни одной более или менее правдоподобной теории. Я даже готова была отбросить всю реалистичность и поверить в то, что это был инопланетянин, но даже так у нас не получилось ни одной адекватной теории. Я ненавижу не понимать чего-то, чувствовать себя настолько беспомощной.
Я отчаянно закрыла лицо руками за несколько секунд до того, как на моё плечо легла чья-то рука.
– Я тоже ненавижу это чувство, – горько усмехнулся Петя, садясь рядом со мной.
– Чего ты проснулся? – спросила я, стараясь придать голосу бодрость, что было невозможно хотя бы потому, что я проспала меньше четырёх часов.
– Марк как захрапел в ухо, у меня аж косточки затряслись, – рассеянно ответил мне друг, отчего я еле слышно рассмеялась.
– У Марка всё всегда приумножается, – заметила я, всё ещё немного улыбаясь, но Петя вдруг стал серьёзным.
– Я приблизительно об этом и хотел с тобой поговорить, – начал он, заметно волнуясь.
– О проблемах с умножением Марка? Согласна, можно было бы его уже заставить учиться…
– Нет. Я хотел поговорить о… в общем, тут такая штука… мне кажется… иногда случаются… я тут подумал… – я терпеливо ждала, когда мой друг решится, смотря ему в глаза. – Салли, я… я… К чёрту. Я убил человека.
– Что? – мой тон не выражал никакого удивления, скорее звуча так, будто я не расслышала друга. Я до конца надеялась, что мне послышалось.
– Ну, в смысле, не совсем я… То есть совсем не я, но мне кажется, что я. Всё слишком сложно. Я просто не знаю…
– А теперь можно внятно и сначала? – я смотрела на него во все глаза, понимая, что сейчас должна была испугаться, но не испытывала страха или чего-то подобного. Я полностью доверяла другу, и всё, чего мне хотелось, – это помочь.
– Смотри, мы как-то играли с очень сильной командой – «Крылатым Эхом». Тупее названия не придумать, но это не мешало им несколько сезонов подряд становиться чемпионами. Был финал – невероятно важный для нас матч, и мы сначала вроде выигрывали, но потом наши соперники стали очень грязно играть, а судья, по-моему, вообще забыл, что существуют жёлтые и красные карточки. Они сбивали нас подкатами, постоянно фолили, били по ногам. В итоге они одержали победу с отрывом в один мяч. Это было жутко несправедливо, но мы всё обсудили и сошлись на обычном наезде на судью и их тренера после того, как переоденемся. Как только мы зашли в раздевалку, пришли «Эхи» (их все так называют) и начали над нами смеяться. Но этим дебилам не светит хорошо шутить, поэтому весьма быстро роль шутников перешла к нам, и справлялись мы с ней намного лучше. Не знаю, почему они так взбесились, может, раньше им никто отпора не давал, но они набросились на нас всей командой. Мы мигом выперли их из раздевалки, а за такое поведение и за нечестность судьи победу присудили нам. Но в тот день я об этом не знал и был ужасно зол. Так же, как и Марк. Я проклинал их всех вместе с игроками нашей команды.
– А это было не тогда, когда я шла от Рины и ты на меня наорал, что я хожу рядом с твоим домом? Мне потом ещё Марк звонил, всё объяснял, – вспомнила я недавний случай. Петя немного смутился и виновато посмотрел на меня, на что я просто отмахнулась.
– Прости, – он действительно сожалел. Я чуть со стула не упала, увидев его виноватый взгляд. Он никогда так не смотрел на меня. Да вообще ни на кого. Как будто электрический разряд пробежал у меня под кожей от этого взора. Но я постаралась выглядеть максимально спокойно и неудивлённо.
– Да неважно, говори.
– В общем, на следующий день мы узнали, что из-за очень сильного ветра их автобус съехал в кювет. Водитель погиб, почти все остальные серьёзно пострадали. Некоторым пришлось ампутировать ноги или другие части тела, – он замолчал, сложив в замочек свои трясущиеся руки. Повисла тишина. Как бы Петя ни хотел, ему не удалось скрыть мелкую дрожь по всему телу. Я всё ещё не могла поверить, что это тот же парень, с которым мы так часто ругаемся по пустякам.
– Хорошо, а ты тут при чём? – я решилась задать самый важный вопрос.
– Я не знаю, мне просто кажется… Знаешь, будто я сам его туда столкнул.
– Петя, я чувствую вину за пожар в Нью-Йорке, хотя нахожусь на другом континенте. Я хочу сказать: это нормально – винить себя в чём-то, к чему не имеешь никакого отношения. Это твоё седьмое чувство, называется «совесть». А она дамочка несправедливая, – я впервые видела Петю таким подавленным, что даже решилась его обнять, положив голову ему на плечо. И, честно, мне показалось, что он как-то даже расслабился в моих объятиях, как бы мило это ни звучало. Я не особо помню, сколько я его обнимала, но помню, что, как только отстранилась, стул напротив меня отодвинулся, и на нём оказался Том.
– Здравствуйте, Пётр и Лампочка, – усмехнулся тот. Я заулыбалась ему в ответ.
– Привет, Рыбка, – в тон другу ответила я. – Хотите чаёк?
– Да, – жалобно протянул Том, а Петя так сильно закатил глаза, что смог бы увидеть свой мозг. Я отметила, что только если бы таковой имелся, и улыбнулась своей же шутке. Петя, кстати, так и не ответил.
Я оставила ребят прожигать друг друга убийственными взглядами и пошла делать чай. Природа явно настроилась против людей. Если честно, меня это настораживает намного больше, чем резкое увеличение терактов. Потому что с ними что-то можно сделать, а со стихиями ничего поделать пока нельзя.
Я слишком мала, чтобы двигаться, меня окружает огонь, пугающий меня до смерти. Я кричу, но никто не отзывается. Мне становится слишком страшно, чтобы даже пытаться шевелиться. И хотя мои глаза плотной пеленой застилают слёзы, я вижу, как огонь потихоньку начинает собираться возле меня. Он полностью повторяет каждую мою черту: маленький носик, крошечные ручки, непомерно огромные глаза. Прямо надо мной парит точно такой же младенец, только сотканный из пламени. Его красные глаза смотрят в мои карие.
– Салли! – вскрикивает Том и подскакивает ко мне, отдёргивая мою руку. На ней красуется красное пятно на всю тыльную сторону ладони. – Ты чего творишь?!
По тумбочке вниз бежал кипяток, перелитый мною через край кружки.
– Всё в порядке, немного отвлеклась, – я улыбнулась другу и осторожно забрала у него руку. Не могу сказать, что она сильно болела, просто немного чесалась, всё-таки вода не была очень уж горячей. Обеспечив всех чаем, я снова села к друзьям.
– Скоро Новый год, что делать будете? – умиротворённо поинтересовалась я. Петя немного подавился чаем и высунул язык, пытаясь максимально быстро махать на него. От его кружки исходил пар. Мы лишь посмеялись над ним.
– Мучиться, – послышался голос из-за угла. К нам за стол уселась Бити. – Это будет самый жуткий праздник в моей жизни. У мамы запланирован какой-то торжественный приём, и мне придётся напялить платье. Она сказала, что я должна буду весь вечер светски беседовать с этими богатыми свиньями, которые думают, что всё в этом мире они могут получить за определённое количество денег.
– С добрым утром! Вижу, ты не очень-то выспалась, – усмехнулся Петя, за что получил взгляд, предсказывающий его скорую смерть.
– Мама вдруг вспомнила, что у неё есть старшая дочь. Она мне целую речь произнесла: «Пора тебе уже начинать мне помогать, а то шляешься где попало со своими дебилами-друзьями, которые, поверь мне, никогда тебе ничего хорошего не дадут. Лучше найди себе нормальное окружение. У моих партнёров есть дети как раз твоего возраста. Глядишь, ты себе и жениха найдёшь, а то такая красота пропадает. Так что будь добра, не смей никому хамить или кого-то отшивать. Ты будешь на вечере для укрепления моих отношений с партнёрами, а не для их разрушения». Это больше, чем она сказала мне за последние пару лет.
– Я даже боюсь представить, что ты ей ответила, – притворно ужаснулся Том.
– Что на это можно ответить? Я сказала, что если она меня поймает, то выполню её условия. Но сомневаюсь, что она меня вообще сможет найти. Она понятия не имеет, где я обычно нахожусь. Она даже имён ваших не знает, – Бити вправду говорила уверенно и насмешливо.
– Не волнуйся, у меня Новый год тоже обещает быть не самым весёлым. Ко мне брат с Северного полюса прилетает. Он там изучал магнитные скачки. В общем, пытался выяснить, почему Земля «сходит с ума» и рушит всё на своём пути. Так что, наверняка, первая половина вечера будет состоять из жутких соплей и приветствий, а вторая – из его скучных рассказов, – пожаловался Петя. Как меня иногда бесило, так же частенько и забавляло его наигранное нежелание делать что-то. По его глазам я могла понять, как он ждёт этого, как скучает по старшему брату, как хочет услышать его рассказ. Но он не может в этом признаться даже своим друзьям. Хотя на самом деле нет ничего плохого в том, что он бывает счастлив.
– Ничего не знаю, мой Новый год обещает быть просто замечательным. Я еду с папой и Мирой в путешествие на машине. В этот раз решили ехать по самым красивым рекам и озёрам, – весело заявил Том.
– Я тоже, кстати, с семьёй праздную. Они как раз послезавтра приезжают, будем ёлку все вместе наряжать. Они уехали к моему младшему брату делать какую-то важную проверку медицинскую, – поддержала тему я.
– Моему младшему брату, – передразнил меня Том, – будто мы Диму не знаем.
– Дома будете праздновать? – удивилась Бити. Я правда давно не была дома на новогодние каникулы. Обычно мы уезжаем куда-нибудь в тёплые страны. Хотя я не особо люблю жару: мне всё время кажется, что меня жарят на сковородке. Не самое приятное ощущение, могу вам сказать.
– Наконец-то, если честно, – улыбнулась я в чашку.
– Как же я тебя понимаю, – отозвался Петя, и мы засмеялись.
Взглянув в окно, я вдруг поняла, что солнце почти встало и теперь бросает свои яркие лучи прямо мне в глаза.
– Предлагаю будить остальных и идти по магазинам за подарками, – громко заявила я и, переглянувшись со всеми, сорвалась с места. У нас уже давно сложился своеобразный обычай: кто прибегает последним, просто смотрит, как остальные издеваются над друзьями, пытаясь заставить их встать. В этот раз проиграл, кстати, Петя.
Глава 3
Мы решили прогуляться, потому что после вчерашнего инцидента не горели желанием заходить в метро. До нашего любимого торгового центра, если верить навигатору, идти буквально минут двадцать, а мы, пока со всеми всё обсудили, уже дошли. Мы даже немного расстроились, когда увидели вход в здание, ведь всем хотелось как можно дольше дышать только пришедшим морозным воздухом, который пока не обжигал своим холодом, но уже заметно освежал и пробуждал. Учитывая, что сейчас всего лишь восемь часов утра, нам это точно было нужно.
– Предлагаю разделиться, потому что иначе мы не успеем всё даже за полсотни лет, – подкинула здравую мысль Маша. Мы все неохотно согласились. Я не люблю разделяться, но нас и вправду много.
– Ты идёшь со мной, потому что ты мне нужна, – сразу же заявил Том, опередив меня. Я не знала, что подарить своим братьям, поэтому мне тоже нужна была его помощь.
– Прекрасно, – успела ответить я до того, как мой лучший друг схватил меня за локоть и потащил к лестнице, начав рассказывать про какой-то мистический подарок, который он нашёл своей сестре.