bannerbanner
В плену королевских пристрастий
В плену королевских пристрастийполная версия

Полная версия

Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
На страницу:
35 из 55

  Она была высока ростом и очень дородна. Ее двойной подбородок мелко подрагивал. Было заметно, что она очень раздражена, но пытается это раздражение скрыть. Алина рядом с ней выглядела хрупкой и точеной статуэткой, которую та может раздавить одной рукой.

– Леди Стейн, – высокомерно и сквозь зубы процедила Алина, даже не удостоив вошедшую портниху кивком головы, – мне абсолютно безразлично, что Вы понимаете, а что нет, меня это не интересует. Меня интересует: почему Вы разговариваете со мной в таком тоне? Кто дал Вам право так разговаривать со мной?

  Та удивленно посмотрела на нее, на ее памяти герцогиня так никогда не разговаривала. Решив, что спорить с любимой кузиной короля дело опасное, она покорно склонила голову и грузно встала сначала на одно, а потом опустилась на оба колена.

– Простите, Ваша Светлость… это больше не повторится. Я лишь хотела, – она не смогла договорить.

– Меня не интересует, что Вы хотели или хотите! Здесь имеют значение лишь мои желания. Понятно Вам? – жестко прервала ее Алина.

– Понятно, Ваша Светлость.

– Тогда вставайте и показывайте платья!

– Да, Ваша Светлость, как пожелаете, – портниха медленно поднялась и взяла с рук одной из мастериц легкое струящееся шелковое платье нежно-сиреневого цвета с широким поясом. – Его осталось подшить, пришить крючки и пояс расшить жемчугом, как мы и договаривались.

– Меня интересует не это, а вон то, серое с черным. Вы расшили его серебром? – герцогиня небрежно махнула рукой в сторону другой мастерицы.

– Только самый край воротника, – портниха положила обратно шелковое платье и взяла в руки платье для верховой езды, – а в остальном оно полностью готово.

– Вот и великолепно, что самый край… переделаете его на мою дочь.

– Но, Ваша Светлость, это невозможно… – портниха приподняла одной рукой платье, а другой указала на его пояс, – у вас более тонкая талия, чем у дочери, а здесь не шнуровка, здесь все по фигуре сделано… Его невозможно расширить. Проще сшить новое платье.

– Я хочу, чтоб Вы переделали его для моей дочери, – тоном, не терпящим возражений, проговорила Алина, пристально глядя на портниху.

– Ваша Светлость, я говорю Вам: это невозможно. Не хотите, можете не брать это платье, я найду на него другого покупателя. А для Вашей дочери закажите новое, я сошью. Но это платье я переделывать не буду.

– Значит, Вы предлагаете мне еще месяц ждать, пока Вы сошьете платье моей дочери, когда оно мне нужно сейчас?

– Ничего другого я Вам предложить не могу. Это платье невозможно на нее переделать.

– Прекрасно… – раздраженно проронила Алина, – Что ж тогда мне это платье не нужно, можете продавать его кому хотите. А Вы шьете такое же для моей дочери, но без вышивки серебром. Понятно?

– Понятно, Ваша Светлость… – портниха, кивнула, прикидывая в уме, кому можно будет продать это платье и покроет ли разница в цене за счет уже оплаченной герцогиней вышивки возможные убытки или же можно будет даже выгадать на этом.

– А теперь вон то платье, золотисто-ореховое.

– Оно готово, Ваша Светлость, я ждала лишь ювелира, он должен был сегодня оправить в золото отверстия под шнуровку и сделать брильянтовые серединки на вышитых золотом цветах.

– Вот и хорошо, что не оправил. Я не хочу шнуровку, шнуровка его будет простить, и с брильянтами она не будет сочетаться. Сделайте сзади обычную застежку на крючках. Хоть это Вы можете переделать или для этого тоже что-то расширять надо?

– Тут уже прорезаны и обметаны отверстия под шнуровку. Поэтому это тоже невозможно. К тому же ничего она не простит. Это будет золотой витой шнур. Он будет прекрасно сочетаться и с вышивкой, и с брильянтами, Ваша Светлость.

– А я говорю: не будет. Ушивайте по краям вот эту вставку, чтоб платье сидело по фигуре, и делайте сзади застежку на крючках.

– Я не могу ее ушить, тут сплошная вышивка и идет переход рисунка… Вставку тогда заменять надо, это еще на месяц работы вышивальщицам…

– Я подожду, – милостиво согласилась Алина.

– Хорошо, я переделаю, но тогда платье будет стоить дороже. Это двойная работа.

– Не будет. Потому что это Вы плохо продумали фасон платья. Здесь в принципе не может быть шнуровки.

– Почему это не может? Да у меня его кто угодно со шнуровкой купит. Можете его тоже не брать. Я продам его и верну Вам деньги.

– Это как же, позвольте узнать, Вы можете продать без моего согласия платье, за которое я полностью заплатила, оплатив и эксклюзивный фасон, и материал, и Вашу работу, и работу ювелира? А согласия я Вам не дам, потому что хочу его получить и получить в том виде, в котором сказала.

– Вы получите его в том виде, котором хотите, лишь если оплатите мне всю дополнительную работу и никак иначе, Ваша Светлость, – лицо портнихи покрылось красными пятнами, а щеки сделались просто пунцовыми, пойти на явные убытки она была не в силах. – Вы может, привыкли распоряжаться своими вассалами, но я не из их числа. Так что Вы мне не указ. Или берите платье со шнуровкой, как заказывали, или дополнительно мне заплатите, чтоб я его переделала в соответствии с Вашими новыми фантазиями. Вот и весь Вам мой сказ!

– Ах даже так… зря Вы так со мной, леди… – тихо с угрозой в голосе проговорила Алина. – Мы с герцогом никогда не торговалась с Вами и Вы получали не только любую, запрошенную Вами сумму, но и щедрое вознаграждение, иногда даже сопоставимое с ценой платьев, особенно, когда они нравились моему супругу… Вы привыкли, что мы не считаем деньги… И я действительно их не считаю, но я не выношу, когда их с меня начинают вымогать. Вы получили бы гораздо больше, если б все переделали без всяких условий… – она окинула презрительным взглядом фигуру портнихи. – А теперь Вы не только не получите ничего, но и лишитесь того, что у Вас есть. Я заставлю Вас горько пожалеть о Вашем решении, потому что я подобное не прощаю.

  Договорив, Алина резко развернулась и вышла, хлопнув дверью, оставив портниху с ее двумя мастерицами в полной растерянности.


  Постояв немного, портниха тоже хотела выйти, но охрана у дверей преградила ей путь:

– Не было приказа выпускать, – хмуро проронил один из охранников и опять закрыл дверь.

  Портниха недоуменно оглянулась. Впервые в жизни она попала в такую ситуацию. Спорить с охраной было явно бесполезно, оставалось покорно ждать, при этом непонятно было чего ждать. То ли возвращения герцогини, то ли появления герцога и разговора теперь уже с ним… Тяжело вздохнув, портниха указала мастерицам на диван с креслами у стены залы:

– Туда платья аккуратно положите и можете присесть. Похоже, разрешения выйти ждать нам долго придется. А может еще сам герцог поговорить пожалует… Герцогиня видно, так проучить меня решила, но не на ту напала… я и подожду, и с герцогом поговорю… мне хоть она, хоть ее супруг… я не перед кем не сробею. И сделать со мной они ничего не посмеют. У меня сам король костюмы заказывает, и я лишь его подданная, – она тоже подошла к одному из кресел и грузно села, отирая выступившие на лбу капли пота.


  Алина вошла в апартаменты короля и направилась к его комнате отдыха. Личный охранник короля, дежуривший у дверей, при виде ее сразу вытянулся и взялся за ручку двери, намереваясь распахнуть ее, как только она приблизиться. Это был приказ короля допускать ее к нему всегда и везде.

  Войдя в комнату, она прошла небольшой холл и подняла тяжелый занавес скрывавший, небольшую залу с огромной кроватью, мягкими креслами, кушетками и невысокими столиками.

– Можно войти, мой государь?

– Алиночка? – король сидевший верхом на обнаженной девушке, лежащей на полу, обернулся к ней. – Конечно входи. А я тут развлечься, как видишь, решил.

– Вижу…

  Она перевела взгляд на еще одну девушку, тихо всхлипывающую на кровати. Вся одежда на ней была изодрана, а руки привязаны к высокому резному изголовью.

– Только я что-то не пойму, это тоже развлечение такое или Алекс привел строптивую девушку? – Алина удивленно кивнула в ее сторону.

– Это для развлечения Алекс привел строптивую девушку, – с усмешкой пояснил король, вставая с пола и поправляя свой костюм.

  Координация движений у него была совершенно нормальная, и Алина заметила про себя, что сексуальные развлечения на него действуют явно отрезвляюще.

– И как ощущения? Понравилось, когда Вам сопротивляются и возражают?

– Бесспорно, в этом что-то есть, особенно, когда ты сильнее и в любом случае получишь то, что хочешь.

– Я рада, что Вы оказались сильнее и сумели в отличие от меня получить то, что хотели.

– Я рад, что ты рада, – рассмеялся король и вдруг резко посерьезнел. – Постой… Что ты сказала? В отличие от тебя? Что ты имела в виду? Тебе кто-то посмел перечить? Кстати, выглядишь ты что-то расстроено… Тебя портниха, что ли огорчила?

– Вы знаете, мне бы не хотелось обсуждать это при свидетелях, – Алина кивнула на девушек: – Может, Вы закончите развлекаться с ними, а потом мы поговорим?

– Алекс, отправь их.

  Герцог шагнул к привязанной девушке и, развязав ее, скомандовал: "Обе взяли покрывала и марш к леди Гиз".

  Обе девушки схватили лежавшие в углу шелковые покрывала и, быстро накинув их на себя, опрометью выбежали из комнаты.

– Так чем тебя огорчила портниха? – вновь спросил король, дождавшись их ухода.

– Огорчила не то слово… Я вне себя от раздражения и гнева. Она, пользуясь тем, что Ваша прямая подданная просто издевается надо мной. Отказывается переделать платье, которое испортила, вымогает с меня дополнительно деньги за это, дерзит, если не сказать хамит… и обосновывает все это тем, что не моя вассалка. "Вы, – говорит, – может, привыкли распоряжаться своими вассалами, но я не из их числа. Так что Вы мне не указ".

– Что?!! – лицо короля исказил гнев.

– Вы плохо слышали, что я сказала? – усмехнулась Алина.

– Слышал я хорошо… Я не могу поверить собственным ушам. Она, что именно так тебе и сказала?

– Артур, она знает, что Вы не сможете отказаться от ее услуг, у нее почти нет конкурентов, поэтому и позволяет себе такое. Вот говорила Вам, что желательно создавать одинаковые условия для всех и привилегии давать не одному, а одновременно нескольким мастерам одного ремесла. Тогда полезное соперничество возникает, так как у заказчиков выбор есть к кому обратиться… А сейчас вот, что мне делать? Я вынуждена либо платье испорченное забрать, либо ей переплачивать, да еще при этом ее хамство терпеть.

– Ничего ты не будешь терпеть, Алина. Она твоя. Что хочешь, то и делай с ней, и привилегии ее, кому хочешь, передавай или раздавай. Теперь все тебе в ножки падать будут, чтоб новое платье или костюм сшить, и я тоже…

– Вы серьезно?

– Серьезней некуда. Ты отпустила эту стерву?

– Нет… я так разозлилась, что забыла разрешить охране выпустить ее.

– Вот и хорошо. Пойдем, моя радость. Я хочу сам сообщить ей это известие и посмотреть сначала на ее лицо, когда она это услышит, а потом еще на то, как ее накажут за ее хамское поведение. Ты ведь дашь мне возможность насладиться этим?

– Разве я могу отказать Вам в этом, когда Вы встали на защиту моего пострадавшего достоинства.


  Портниха сидела в кресле, когда дверь в зал неожиданно распахнулась, и на пороге появился сам король.

– Ваше Величество, – портниха поспешно вскочила и низко склонилась перед ним, а две ее мастерицы, вскочив, повалились перед ним на колени, низко склонив голову.

  Вслед за королем в зал вошел герцог и герцогиня в сопровождении высокого, атлетически сложенного юноши в костюме пажа. Король дождался, чтобы за ними закрыли двери, и громким голосом произнес:

– Дороти Стейн, отныне Вы и вся ваша семья являетесь прямыми вассалами герцогини Алины Тодд, и все ваше имущество и права переходят к ней, и лишь в ее власти оставить вам что-то или лишить всего. А так же в ее власти наказывать, миловать или казнить. Это приказ окончательный, и я подписал все необходимые бумаги в связи с этим, которые уже передал герцогине. Исходя из всего вышеизложенного, мне бы хотелось узнать: Вы добровольно согласитесь принести присягу герцогине или нужно вызвать стражу и отправить Вас в темницу?

– Ваше Величество… – портниха опустилась на колени, – Вы сами даровали мне Ваше прямое подданство… я всегда верой и правдой служила Вам, я платила все положенные налоги, кроме тех, от которых Вы дарованными мне привилегиями освободили меня… я ни разу…

– Молчать! – король рявкнул это так, что в светильниках задрожали хрустальные подвески. – Мои решения не обсуждаются! Я задал конкретный вопрос и жду однозначный ответ: да или нет.

– Да, – еле слышно проговорила портниха, ее щеки вновь пылали, и она дрожала всем телом.

– Громче! – раздраженно приказал он.

– Да, – громко повторила она, добавив: – Я согласна принести клятву герцогине.

– Тогда на коленях к ней и присягаете ей, я жду!

  Портниха на коленях подползла к герцогине, и склонилась у ее ног. – Ваша светлость, я принимаю Вашу власть, и отныне моя жизнь принадлежит Вам. Клянусь в том, – срывающимся голосом проговорила она.

– Я принимаю Вашу клятву Дороти Стейн, – проговорила герцогиня. – Встаньте.

  Портниха медленно и грузно поднялась.

– Мастериц Ваших в карету отправьте, нам без них поговорить стоит, – холодно проговорила герцогиня.

– Платья заберите и в карету ступайте, – обернулась она к ним.

  Те поспешно поднялись, осторожно подхватили платья и быстро удалились.

  Дождавшись, когда за ними плотно закроют двери, Алина пристально посмотрела на портниху:

– Вы будете наказаны, Дороти. За Ваше недозволительное поведение. Советую Вам не перечить, иначе это сильно усугубит Ваше наказание.


  После наказания, портниха подошла к герцогине и грузно опустилась перед ней на колени:

– Еще раз благодарю Ваша Светлость… Поняла все и жду Ваших распоряжений… Куда мне теперь?

– Домой отправляйтесь, Дороти. Пока все останется так, как было, за исключением одного. Недовольные Вами клиенты теперь могут пожаловаться мне, а я с Вас взыщу. Так что постарайтесь, чтоб недовольных Вами было как можно меньше.

– Я буду очень стараться, Ваша Светлость… но ведь меня могут и оговорить… – она всхлипнула и испуганно потупилась.

– Я разберусь, не волнуйтесь. И по каждому случаю, перед тем, как принять решение о наказании, я выслушаю Вас тоже.

– А налоги, Ваша Светлость?

– Вы будете платить мне то, что платили раньше королю, а уже я буду рассчитываться перед казной. Так что в этом вопросе для Вас не измениться практически ничего. Пока, по крайней мере… а дальше, поживем – увидим.

– Благодарю, Ваша Светлость. Я могу идти?

– Да, – кивнула герцогиня.

  Поднявшись сначала на одно колено, а потом, встав окончательно, портниха поклонилась еще раз ей, потом королю и герцогу и попятилась к выходу, но у дверей она вдруг остановилась и осторожно осведомилась: – Ваша Светлость, я спросить забыла: Мне можно будет Вам платья привезти, как только они готовы будут? Я постараюсь как можно скорее, особенно для дочери Вашей, дней через пять будет готово…

– Привозите, Дороти, – кивнула герцогиня и отвернулась.


  Как только портниха вышла, король громко расхохотался:

– Алина, ты чудо! Ты доставила мне истинное наслаждение. Алекс подыщи мне толстую служанку, я буду развлекаться тем, что стану ежедневно сечь ее розгами. Уморительное зрелище.

– Я конечно рада, что доставила Вам удовольствие, – холодно обронила Алина, – но хочу Вам сказать: у Вас испорченный вкус… извращенный какой-то… К тому же, как можно наказывать кого-то для развлечения и потехи ради? Я понимаю, за провинность – тут можно и взыскать, но без повода – это несправедливо и бессердечно.

– Алина, да ладно тебе… Неужели думаешь, я повод наказать не найду? Конечно, я сначала найду повод.

– Артур Вы вечно все переставляете с ног на голову.

– Все, все… хватит мне мораль читать. Не порть мне хорошее настроение. Это было дивное представление.

– Давайте оставим эту тему, Ваших восторгов я все равно разделить не смогу…

– Хорошо, оставим… – кивнул и злорадно усмехнулся. – Кстати, ты догадываешься, какая о тебе теперь пойдет гулять молва?

– Вы знаете ведь, что это меня не трогает. Меньше желающих хамить мне в следующий раз найдется. Пусть считают, что я злобная стерва, пользующаяся Вашим расположением и творящая произвол.

– Тогда ты самая очаровательная и замечательная стерва на свете, моя драгоценная… – король, усмехнулся и, нежно притянув ее к себе, рукой ласково провел по щеке. – И я рад, что ты в кои веки захотела им наконец-то воспользоваться. Я никому не позволю обижать или оскорблять тебя… А если еще хоть что-то захочешь, только скажи…

– Обедать пойти хочу, – рассмеялась она. – Может, вы с герцогом согласитесь пойти обедать, чтоб не дать мне умереть с голода?

– Алина, радость моя, да с удовольствием. Алекс, распорядись, – король обернулся к герцогу.

– Сию минуту, государь, – тот подошел к стене и дернул шнур, вызывающий слуг.

  Дверь тут же распахнулась, и герцог приказал появившемуся слуге: – Передай Рону, я велел подавать обед. Мы сейчас подойдем.


  Через два дня, в то время как герцог с королем были в столице, Алина с пажом с утра отправилась на верховую прогулку. Они достаточно далеко углубились в леса графства Вират, когда неожиданно небо потемнело.

– Похоже, что мы попадем в грозу, – усмехнулась Алина, разворачивая коня в обратную сторону.

– Ваша Светлость, может, имеет смысл доехать до замка графа или ближайшего села и там переждать?

– До замка графа до дождя все равно не доедем, да и до ближайшего села тоже. Посмотри, как небо потемнело. А мокрым в какой-нибудь таверне сидеть небольшая радость. Уж лучше домой постараться добраться, – она послала коня рысью.

  Виктор поскакал следом. Они не успели проехать и четверти пути, как их накрыла стена дождя. Не обращая внимания на дождь, всадники продолжили свой путь, и тут рядом с ними ударила молния. Конь герцогини, испуганно заржав, поднялся на дыбы, а потом, не слушаясь ни повода, ни удил и не разбирая дороги, понес ее вглубь леса.

  Справиться с ним и остановить его Алина смогла лишь минут через двадцать, когда Виктор, попытавшийся ее догнать, безнадежно потерял даже их след. Оглядевшись, Алина поняла, что они с Вельдом, так звали ее коня, заблудились и нельзя понять, куда ехать. Ливень скрадывал все звуки и смывал все следы. Лес стоял сплошной стеной, и сориентироваться было невозможно.

– Что ж, – Алина рукой похлопала по шее коня, – замерзнем на месте стоять, иди куда-нибудь… Сумел в лес завести, теперь давай вывози.

  Вельд тряхнул головой, безрезультатно пытаясь стряхнуть воду, льющуюся сплошным потоком, и побрел сквозь лес в неизвестном направлении. Вскоре дождь прекратился, и сквозь густую листву деревьев стало просвечивать солнце. Вельд шел достаточно долго, пока не вышел на довольно широкую дорогу, где и остановился.

– Ну вот к какой-то дороге выехали. Теперь бы понять, куда по ней ехать… – Алина взглянула на солнце, – чтоб к замку вернуться оно, как мне кажется, по правую руку быть должно, а тут получается либо навстречу ему ехать, либо от него. Куда ехать Вельд, непонятно… поэтому поедем к солнышку, пока оно еще высоко. Если сейчас еще больше заплутаем, то вечером, когда возвращаться придется, в глаза светить нам не будет, а то тяжело ехать, когда солнце слепит.

  Решив куда ехать, Алина решительно направила коня и поскакала по дороге.

  Проскакав около получаса, она увидела, что дорога упирается в ворота высокой каменной ограды.

– Интересно, куда это мы попали, – проговорила Алина и, подъехав ближе, постучала в ворота железным кольцом.

– Кто там? – послышался мужской голос с явным акцентом из-за ворот.

– Герцогиня Алина Тодд, открывайте! – громко и достаточно высокомерно скомандовала Алина.

– Сейчас доложу, подождите…

– Вы будете докладывать потом! – раздраженно рявкнула Алина. – Сначала вы мне откроете, потому что я сюзерен этих мест. И если вы не сделаете это немедленно, то потом не раз пожалеете об этом и вы, и ваш господин!

– Сейчас, минуточку… – за дверью раздалось клацанье запоров, и ворота приоткрылись.

  На Алину удивленно взирал громадный, атлетического телосложения мужчина восточной наружности в ярких шелковых шароварах и длинной, подпоясанной широким кушаком, рубахе с длинным кривым кинжалом за поясом.

– Шире ворота раскрывай! – строго приказала Алина.

  Оценив взглядом ее хоть и насквозь мокрое, но дорогое бархатное платье для верховой езды и великолепную сбрую коня, восточный охранник шире распахнул ворота, давая возможность, проехать ей вовнутрь.

  Закрыв ворота, он придержал коня и ловко подставил руки, помогая ей спешиться. А потом, привязав ее коня, по дорожке, вдоль которой росли великолепные розы, провел к большому трехэтажному дому и, распахнув перед ней дверь, пригласил войти. В большом вестибюле он, поклонившись, произнес:

– Подождите минуточку, я доложу хозяйке, и она примет Вас.

– Хозяйке? – удивленно переспросила Алина. – А хозяина что нет дома?

– У меня только хозяйка, – качнул головой охранник и, быстро поднявшись по центральной лестнице, скрылся.

  Алина, зябко поеживаясь в мокром тяжелом платье, осталась стоять у лестницы. Бархатное платье, впитало в себя столько воды, что даже сейчас после того, как дождь закончился уже около часа назад, с его подола и рукавов капала вода.

  Минут через пять на лестнице в сопровождении охранника показалась красивая темноволосая женщина в роскошном широком шелковом платье с завышенной талией, расшитым золотом, с великолепным брильянтовым ожерельем и такими же серьгами. Она замерла на площадке лестницы и оттуда, сверху, оценивающим взглядом окинула Алину.

– Здравствуйте, Ваша Светлость. Вы герцогиня Алина Тодд, как я поняла, – проговорила она, – Позвольте полюбопытствовать, чем обязана Вашему визиту?

– Может, для начала Вы представитесь, леди? – выдержав ее взгляд, холодно и высокомерно спросила Алина. – Вы подданная графа Вирата?

– Я графиня Изабелла Норес, – женщина едва заметно склонила голову, а потом обернулась к охраннику: – Можешь идти Гарт, понадобишься, я позову.

  Тот, поклонившись, быстро сбежал по лестнице и скрылся за дверьми.

– Никогда не слышала о таком роде, – Алина заинтересованно и с любопытством вновь окинула взглядом хозяйку дома, отметив про себя, что ее красивое платье, за тяжелыми шелковыми складками наверняка скрывает беременность своей обладательницы. – И насколько я знаю, здесь нет земель, принадлежащих Вашему роду… Здесь лишь земли графа Вирата… Вы, прямая подданная короля и арендуете земли графа?

– Нет, не короля… – хозяйка дома усмехнулась, – я прямая подданная герцога Алекса Тревора, хотя действительно живу на землях графа, у меня с ним договор бессрочной ренты, который можно разорвать лишь по моему желанию…

– Мой супруг никогда не говорил мне о Вас, – Алина удивленно качнула головой.

– Не мудрено… – проговорила графиня, в ее глазах промелькнуло хищное выражение, и она медленно стала спускаться по лестнице, поддерживая одной рукой платье так, что теперь ее беременность стала очевидной. – Его желание сохранить мое существование в тайне вполне объяснимо. Так что Вы хотели, Ваша Светлость?

– Попросить ненадолго Вашего гостеприимства. Я, как Вы, могли заметить, вымокла, попав под ливень и сбившись с дороги. Не будете ли Вы так любезны, чтобы напоить меня горячим чаем, и позволить мне отогреться возле Вашего камина? – тихо, но с достоинством проговорила Алина. Она поняла, к кому попала по случайному стечению обстоятельств.

– Отчего же не позволить? – спустившись к ней, графиня встала напротив нее, глядя ей прямо в глаза, и просто пожирала взглядом. – Разве я могу позволить себе отказать законной, – она интонационно выделила это слово, – супруге моего сюзерена? Алекс вряд ли был бы этим доволен. Поэтому пойдемте, я прикажу разжечь для Вас камин и принести Вам чай.

  Она провела Алину в уютную гостиную с камином и громко хлопнула в ладоши. Тут же из неприметной дверки выскочила стройная, но мускулистая полуобнаженная девушка с распущенными волосами, одетая лишь в юбку чуть ниже колен, с широкими металлическими браслетами на запястьях и щиколотках. И, склонившись, застыла перед графиней.

– Камин разожги и принеси чашку горячего чая Ее Светлости, герцогине, – приказала та и села в одно из кресел у стены.

  Девушка молниеносно подскочила к камину, в котором уже были сложены горкой дрова, и присев на корточки, принялась разводить огонь. Ее длинные тяжелые черные волосы соскользнули вниз, обнажая спину всю исполосованную шрамами от плети или кнута. Когда огонь в камине разгорелся, она поднялась, внимательно посмотрела на мокрое платье герцогини, потом, взяв из угла высокое кожаное кресло, перенесла его ближе к камину, после чего с поклоном указала на него герцогине. Алина, кивнув, села, а девушка выбежала из гостиной.

На страницу:
35 из 55