Юрий Иванович
Активная защита

Помощи ждать было неоткуда.

А бессильное громыхание кулаками по столу, хоть и тренировало конечности для должного рукоприкладства к врагам и неприятелям, в любом случае проблем для лидера славянских анархистов не снимало. Сколько бы ни ругался, сколько бы ни отводил душу на невинной столешнице – толку от этого не будет. Да и не такая натура была у Гордоковского, чтобы опускать руки и долго предаваться черному унынию. Пусть даже крах всего его дела жизни был неприятно близок, а сама партия стояла на пороге своего окончательного развала, он до последнего собирался действовать, бороться, искать новые пути выхода из отчаянного положения.

Решительно рыкнув, Тарас Глебович развернулся к деревянной панели стены, открыл ее и оказался перед несколькими экранами своего компьютерного уголка. В любом случае, пусть даже покупка телевизионного канала и не состоялась, но работы имелось невпроворот, ежедневная текучка заедала, да и весьма харизматичный лидер партии старался быть в курсе любой, даже весьма незначительной детали. Ну и одной из основных его функций считалась в последнее время работа с письмами. Естественно, только с теми, которые секретарь оставлял после уничтожения разного спама, угроз и оскорблений.

Только работая с электронной почтой, Гордоковский значительно успокаивался. Потому что видел и понимал: сторонники его идей в народе есть, и немало. Еще большее количество ему просто сочувствовало, не до конца понимая окончательные цели славянских анархистов и те выгоды, которые после достижения поставленных задач обретает каждый гражданин России. Вот для этого огромного количества людей и следовало дать должные разъяснения с помощью средств массовой информации, которые в данное время, увы, работали только на духовную кастрацию зомбированного телевидением народа. Но так как с каналами новостей ничего не получилось, то и уповать следовало только на вездесущий Интернет: агитировать именно на его страничках, выискивать там новых сторонников, да и чего уж там скрывать, хоть каких-то дополнительных инвесторов.

Как это было ни странно, но некоторые бизнесмены порой жертвовали существенные суммы для партии, хотя и старались делать это весьма скрытно, не афишируя своего имени.

Вот и сейчас, несмотря на крайне плохое настроение и продолжающую сжигать душу злость, Тарас Глебович чуть ли не сразу наткнулся на весьма интересное, интригующее и, как чуть позже выяснилось, загадочное письмо. Причем начиналось оно сразу с дельного предложения:

Вам нужны средства для Вашей партии? Мы Вам их дадим! Причем взамен потребуем только одного: десятикратного усиления деятельности САР, с некоторым приоритетом в поддержке определенных личностей, которым потребуется не столько физическая, сколько политическая защита на международном уровне. Ваше умение создавать скандал и стойко держать ответные удары оппонентов нам очень импонирует, да и сама суть окончательных целей Вашей партии нас вполне устраивает.

Разговор об этом может быть длинным и долгим, и детали мы согласны оговорить чуть позже. В данный момент нам стало известно о срыве покупки телевизионного канала, а также о конкретных трудностях, с этим делом связанных. А так как вопрос следует решать как можно быстрее, предлагаем все наше совместное внимание сосредоточить на передаче Вам средств на покупку.

Надеемся, что Вас заинтересовало наше предложение. Если да, то перезвоните со своего личного мобильного телефона по номеру… (шел несуразный набор цифр), и мы с Вами оговорим все подробности. Канал связи закрыт от прослушивания, и мы гарантируем полную конфиденциальность.

С уважением,

    Г. Э.

Какое долгожданное и какое противоречивое письмо!

Поневоле задумаешься и, прежде чем что-то предпринять, взвесишь все «за» и «против». И, уставившись глазами в короткое письмо, Гордоковский забарабанил пальцами по столу, стал размышлять:

«На провокацию вроде как не тянет. Да и какой смысл? Ну дадут денег, так ведь взамен не требуют поменять всю политику партии. Поддержать нескольких человек, а может быть, поднять вокруг них громадный скандал – так это мне не привыкать. Легко устрою. Хотя было бы желательно сразу узнать, кто это такой Г. Э.? Или кто такие? Но с этим вопросом в любом случае разъяснится очень быстро. Что еще негативного может случиться для САР от этих неизвестных спонсоров? Хм! Да вроде как ничего не требуют. Тогда что это за канал закрытый? Такое под силу только самому президенту или его окружению. Не значит ли это, что они, прикрываясь мной как щитом, все-таки решили откликнуться на предложения нашей партии? Эх, хорошо было бы! Но с другой стороны, просят прикрыть и поддержать только несколько человек. Ну а вдруг эти люди только своими именами скомпрометируют и меня, и САР окончательно? Вряд ли, я ведь сразу могу узнать, кто это такие, а потом на них плюнуть со всем своим скандальным презрением. То есть вроде как звонить надо. Только вот номер уж больно странный. Таких, по сути, и быть не должно. Надо посоветоваться».

После чего не поленился вызвать лучшего технического помощника для консультации. Тот с первого взгляда сразу вынес свой вердикт:

– Никуда вы не дозвонитесь, Тарас Глебович! Таких номеров не существует.

– Уверен?

– Более чем! – Помощник достал из кармана свой телефон. – Хотите продемонстрирую?

Дождавшись одобрительного кивка, набрал номер и включил свой аппарат на громкоговоритель. Голос автоматического диспетчера вскоре отозвался без всяких предварительных гудков:

– Вы набрали несуществующий номер.

– Ну вот, я же говорил, – усмехнулся помощник. – Скорее всего, какой-то розыгрыш.

– А если я позвоню со своего телефона?

– Тарас Глебович! Да хоть с какого угодно!

– Но тут написано, чтобы я позвонил именно со своего, – не сдавался лидер САР.

– Да попробовать можете, но я сразу ручаюсь, что ничего не получится.

– Вдруг вирус какой электронный прорвется?

– Невозможно! – упрямо мотал головой помощник. – Этого номера не существует. Так что и вируса быть не может.

– Ладно, спасибо. Можешь идти. – Гордоковский с явным сожалением посмотрел в спину убежавшего технаря, потом грустно вздохнул, но все-таки чисто спонтанно стал набирать номер.

– Чего мне бояться? – бормотал он при этом. – Пусть даже вирус сотрет весь список абонентов.

Нажал кнопку подтверждения вызова, прислушался, на пару мгновений замер, сдерживая дыхание, и уже начал печально кривиться, когда без всяких гудков, щелчков переключения или иных технических звуков раздался мужской голос:

– Здравствуйте, Тарас Глебович! Рад, что вы откликнулись на наше письмо.

– Я еще больше рад, вернее, удивлен, что вы откликнулись на мой звонок, – вежливо съязвил лидер партии без всякого ответного приветствия. – Но с другой стороны, это сразу дает мне повод считать вас серьезным человеком. Или у вас целая конкретная организация?

– Нет, скорее, у нас небольшая команда коллег, друзей и единомышленников.

Гордоковский обожал сбивать собеседников с толку коварными вопросами в лоб:

– И все русские?

– Отнюдь! – весело хмыкнул невидимый собеседник. – Но скажем так, все говорят на русском языке, словно на родном. Устраивает?

– Дальше все зависит от предложенной вами суммы и попутных условий.

– Сумма для покупки телевизионного канала нам известна.

– Неужели? В том числе и ВСЯ сумма? – многозначительно выделил главное слово лидер партии САР.

– Не сомневайтесь. О пятикратной мзде в среде российских чиновников нам известно не понаслышке. Для верности мы вам набросим шестикратную прибавку к официальной стоимости. Мало того. – Собеседник явно был в курсе очень многого и нисколько не сомневался в полной конфиденциальности разговора. – Мы вам поможем с покупкой трех газет и нескольких развлекательных радиоканалов. Плюс ко всему начинайте немедленные переговоры о покупке пяти, а лучше всего десяти провайдеров сети Интернета. Думаю, что и с этими расходами мы общими усилиями справимся.

Гордоковский от таких невероятно щедрых предложений даже немножко растерялся. Но виду не подал, голос не дрогнул:

– Что ж, мы, наверное, рассмотрим ваши более чем щедрые предложения в ближайшее время.

– Тарас Глебович, – бесцеремонно оборвал его мужской голос. – Не пытайтесь выглядеть как все остальные ваши конкуренты. Решайте все сразу. Потом сами поймете, сколько мы уже времени потеряли. Итак?

– Хм! Но у меня есть пара, вернее, три вопроса.

– Слушаю очень внимательно.

– Как вы относитесь к проводимой нами политике и к нашим конечным целям?

– Положительно. Можете разворачивать свои агитационные и обучающие программы во весь рост. Ни мешать, ни корректировать их мы не собираемся.

Такое согласие еще больше выбило лидера славян-анархистов из колеи. Никогда ему еще не предлагали денег без кучи каких-либо дополнительных условий. А тут спонсоры ничего не имеют против? Дико звучит, поэтому переспросить никогда не помешает:

– То есть вас в нашей программе все устраивает?

– Конечно не все. Есть некоторые перекосы, много неправильностей и не учитывается масса пока еще неизвестных вам факторов. Но, судя по вашей общей направленности, вы в ближайшем будущем, когда многое станет достоянием широкой гласности, сами и подкорректируете и подправите ваши программы. Вы человек практический, трезво оценивающий окружающие реалии, поэтому быстро сумеете адаптироваться к быстро изменяющейся ситуации в мире. Верно?