![Темный Союз](/covers_330/56801386.jpg)
Полная версия
Темный Союз
В Высьдоме имелись и старшие обладатели – наставники (от них помощи или совета не дождешься). А еще и бывшие ученики, выпустившиеся не так давно, а ныне – вступившие в плеяды обладателей. Но последних Варлаг с сокурсниками почти не видели, чтобы расспросить как следует, те лишь иногда прибывали в школу по важным делам. Жили они отдельно от них, не в общей спальной башне, а в городе, раскинувшемся вокруг скалы, где и стояла академия Высьдом. Порой им дозволялось посещать город, но тогда никого никакие испытания не волновали, а за последние недели ментор не давал дозволения на прогулки, завалив их учебой и тренировками. Так что варились они все это время в бульоне из сказочного вранья и собственной неуверенности.
Подбадривал Варлага лишь лучший друг, Фер, но и сам тот пребывал в неведении касательно грядущего, лишь твердил, что за ходом (так и непонятно как протекающего) экзамена могут наблюдать некие важные гости из плеяд обладателей.
Вот еще чего! Опозориться перед такими же учениками или перед могущественными персонами – не одно и то же… Но, вроде как, никаких гостей в Высьдом в эти дни не пожаловало. Или их разместили в городе, а они явятся прямо сейчас. Или… В общем, на всякий случай, в список мифов Варлаг добавил еще один пункт, а сам подумывал – раз уж эти сильнейшие обладатели не приехали (хоть бы!), значит, испытание – некое заурядное и скучное действо, чтобы слишком тревожиться. Да и чего уж беспокоиться, коли вот оно – маячит прямо перед носом?
Но все-таки он беспокоился. Ведь от треклятого испытания зависело многое. Например, честь его семьи.
Варлагу довелось родиться принцем Гладии – восточного королевства гуммов, или людей. У него и так есть все, чего только можно желать, а еще в нем пробудилось обладание. Для его королевского рода сие не редкость – отец – калидит, мать – шидит, а дядя – так вообще комбинатор, да и другие родичи испокон веков воплощали в себе силу, воспетую в легендах. Хотя легенды и ложь идут рука об руку, особенно если речь идет о династии монархов.
Никто и не сомневался в том, что сын обладателей, самого короля и самой королевы, попадет в Высьдом. Никто, но не сам Варлаг. Он сомневался в своих возможностях постоянно. На родине мудрецы как один утверждали – тип обладания и его мощь передаются по наследству; но только вот способности принца начали проявляться гораздо позднее, чем следовало, и оказались куда слабее. И сколько бы он не упражнялся, сколько бы советов не выслушал и не пытался к ним прибегнуть – сила его только слабела и слабела, угасала и еще раз угасала. То, что Варлаг мог сделать ранее, три года назад, сейчас повторить бы не сумел.
У юных обладателей сила проявляется целой комбинацией умений разных (основных) типов, но настолько слабых, что нет смысла пытаться выделить что-то одно и отнести обладателя к какому-то конкретному виду.
Юные носители могут создавать искры огня, в тот же миг превратить их в снежинки, которые растаяв, упадут на землю, а там начнет пробиваться деревце.
Тип носительства зависит от многого: начиная от форм тела, заканчивая характером и образом мыслей. Варлагу доводилось читать труды одного мудреца, который утверждал – обладание зависит от формы носа. Это, конечно, смешно. После юноша долго развлекался, глядя на носы и гадая, какая у кого принадлежность.
Варлаг изначально не ожидал ничего сверх меры от себя самого. Среди гуммов распространена калидия – изменение температур, шидия – контролирующая воду с ветром, и террестрия – обладание земли. Его отец управлял жаром, а мать – водой. Учитывая еще одну теорию, сила противодействующая другой – доминировала в носителе. Считалось: вода тушила огонь, подавляя его, огонь топил лед, а камень не поддавался ни воде, ни огню. Встречаются и комбинаторы, владеющие в равной мере двумя направлениями носительства, но такое случается не слишком часто. И уж точно не относится к нему, хотя за время учения Варлаг проявлял себя одинаково во всех трех типах. Одинаково слабо.
А теперь и вовсе – никак. На практиках, которые с завидной регулярностью участились, он довольно долгое время вообще не мог ни высечь искр, ни заставить воду колыхаться в сосуде или заморозить ее, ни поднять камешек в воздух.
Эти занятия вызывали лишь раздражение и отчаяние. Другие ученики становились с каждым днем более умелыми в обращении с силой, а он – нет. Он и еще Фер. Два сапога пара, два неудачника… Хотя у его друга, стоит признать, имелся какой-никакой результат.
И, безусловно, Варлаг страшился сегодня провалиться с треском, ведь у него нет и толики мощи родителей, чтобы устроить представление на потеху гостям. И если эльфам глубоко плевать на какого-то гуммского принца и его успехи, то на Востоке ему за такой позор перемоют каждую косточку. И страшно подумать, что скажет отец… А если дойдет до демонстрации обладания – показать ему ровным счетом нечего, только слабость.
Великая династия тут ни при чем. Как выяснилось, помимо теории наследования существовали и иные, с которыми ему довелось познакомиться только тут; некоторые из них полностью опровергали зависимость обладания от твоей крови и крови родичей, но только не в случае с эльвинами, рожденными от гуммов и эльфов – в таких детях сила почему-то почти не воплощалась, только иногда, а если такое происходило – именовали такое обладание эскурой – настоящим проклятием. Сейчас он знал куда больше. Но только это не могло успокоить или пролить свет на происходящее с ним. Его родители сильны, так отчего он так никчемен, неужели он какое-то исключение?
А вдруг причина крылась в его неприязни к обладанию? В том, что он его не желал? Как заставить себя быть обладателем, если тебе это не нужно? Вот и как-то усыпил его в себе, помог исчезнуть. Возможно ли нечто такое? Ментор лишь твердит – нужно больше упражняться. Но его советы ничуть не помогают! Так зачем эти мучения и унижения?
Он никогда не видел смысла в силе, которая нужна для лепки горшков, обжигания черепицы да полива овощей. А именно для этого они и учились, даже самых умелых из них ждет такая участь. И к чему эдакая расточительность – сотни часов за медитациями и книгами? Есть ведь обычный труд, и не надо тратить столько времени на обучение и контроль.
Бесконечно долго они изучали в академии обладания историю, философию, политику, математику и множество прочих дисциплин, ему даже казалось, будто он поступил в обычный институт Хейсколь у себя в Гладии, где грызли граниты знаний мудрецы без обладания.
Варлагу довелось учиться всяким наукам дома, как того требовал его титул. Да, с этими знаниями некоторое преимущество в Высьдоме он имел, но и ему частенько приходилось трудно. Ведь прежние учителя – отнюдь не эльфы, а изучал он вопросы, касающиеся в основном его земли и рода, но никак не целого континента, Мэриела.
Он представлял насколько трудно освоить знания тем, кто до пробуждения в них обладания совсем не учился никакой грамоте.
Зато те, кто не мог запомнить имена исторических личностей и важные даты, вызывали такое пламя калидии! Оставалось лишь завидовать и поражаться.
А вот использовать обладание для открытия новых земель, битв и приключений никто не собирался. А именно таким Варлаг видел свое будущее в качестве обладателя. Но стоило только о таком заговорить дома, как отец приходил в ярость. Варлаг надеялся, что найдет отклик в академии обладателей, но и тут из их голов подобные мысли стали выбивать с самого первого дня. И лишь Фер с ним соглашался, а вот Ниама реагировала совершенно странно, даже не разговаривала с ним много дней после пылких споров на эту тему.
Воспоминания о времени, проведенном в этих стенах, пронеслись перед его мысленным взором. Варлаг припомнил, как через месяц после начала обучения намеревался вернуться назад в Гладию, о чем написал матери, та куда добрее и благосклоннее, но принц мог получить расположение отца и в дальнейшем престол только в случае, если закончит учебу и станет достойным приемником. Такой пришел ответ. Путь назад заказан. Дабы не расстраивать мать и не гневить отца, он смирился и остался в Высьдоме.
Так и прошли эти три года. И теперь, вроде как, все они, ученики-обладатели, стояли на пороге чего-то нового и немного пугающего. Того, что определит их судьбу окончательно.
Варлаг перестал кружить по спальне и глянул в окно: близился вечер, расплывающийся розовым золотом над скалами и рекой, над башнями академии и городом. Солнце заглянуло в его покои, наполнив их светом и теплом – принц подумал о “лучике надежды”, а вовсе не о люксисе.
“И если захотеть – то и получится. Должно получиться!” – Парень даже приободрился немного.
А иначе… Он представил разочарованное лицо отца, как эта гримаса сменяется отвращением… И как мать возьмется его успокаивать. Она всегда оставалась на его стороне.
“Или можно бросить Высьдом прямо сейчас… Никогда не поздно, как говорится!”
Но тут Варлага из раздумий вывела Ниама, появившаяся совершенно внезапно. Дверь распахнулась без стука, в проеме возникла рыжеволосая эльфийская девушка – отчего же она раскраснелась и запыхалась?
– Я кое-что узнала! – выпалила сокурсница.
– И тебе добрый вечер, – откликнулся парень, изучая внезапную гостью. – Думаю, теперь нужно стучаться, прежде чем…
– Прости, привычка. Так вот. Выслушай, это касается испытания. Сочла, тебе не помешает знать…
– Очень мило с твоей стороны… заботиться о слабых…
– Ой, замолкни и слушай внимательно. Я выяснила кое-что, ментор Катэль использует особые предметы, созданные так, чтобы безошибочно реагировать на тот вид обладания, который их породил, а еще они должны закрепить твою силу.
– И в этом суть испытания? Пф!
– Да. А теперь побегу приводить себя в порядок. Хочу выглядеть идеально. Удачи!
– И тебе. Спасибо за очередной слух.
– Это не слух! – через плечо крикнула Ниама и испарилась так же внезапно, как и возникла.
– Эх, всего лишь какие-то стародавние артефакты решат нашу участь… – вслух произнес Варлаг и повалился на кровать.
А если ни один из этих реликтов не откликнется на него, что тогда?
***
На сей раз в дверь постучали. Варлаг нехотя вздрогнул. Пора.
– Варлаг? – Прозвучал мужской глухой и немного застенчивый голос. – Это я, Фер…
– Заходи, дружище, не заперто! – откликнулся принц, вставая с кровати. Пришел Фердорча, как они и договаривались.
Разные глаза его лучшего друга (один серый, а другой карий) забегали по комнате. Фер – весь бледный и мокрый, волновался еще больше, чем сам Варлаг.
– Переживаю… – проговорил тот, нервно хихикнув, и потер вспотевшие ладони о штаны. – Как сам?
– Тоже. – Варлаг пожал его руку. – Ведь сегодня все решится… Но до тебя заходила Ниама и кое-что поведала про испытание.
Он быстро рассказал про артефакты, выявляющие и закрепляющее обладание.
– И только? – удивился Фердорча.
– Я так же отреагировал. Но, видимо, да.
– Ох, и чего же мы так волновались? Хуриг Славный сказал, нас ждет лабиринт с ловушками и ультикорой в самом конце.
– Хуриг Славный – хрюкало. А кто такая эта ультикора?
– Хищная улитка, они живут близ Вертранга.
– А она большая?
– Взрослая особь – достаточно крупная…
– Сам подумай, кто бы ее сюда притащил?
– Действительно, теперь кажется не столь правдоподобным…
– Вот видишь. Все у тебя получится.
– У нас.
– Конечно, это я и имел в виду. У нас.
– Первый эльвин, прошедший испытание за многие годы! – Фер развел руками.
– Могу тобой гордиться! – Варлаг хлопнул того по плечу.
Дело в том, что Фердорча – эльвин. Единственный эльвин-обладатель среди нынешних учеников. В его жилах текла и кровь нударов, вот почему сила в нем пробудилась – пусть довольно слабая, но однако. Это можно считать чудом. Фер вообще не такой, как все, и эта инаковость в нем и привлекала Варлага, ведь и сам он такой же: потомок монаршей династии со странным угасающим обладанием.
В свою очередь, не слишком красивый и одинокий Фердорча тянулся к популярному ученику королевских кровей. Они подружились почти сразу. С каждым днем дружба их крепла, они с полуслова понимали друг друга. Может, кто-то и посмеивался над Варлагом за его выбор, но решение с кем общаться, а с кем нет – по-прежнему за ним. Как принца его не волновали чужие домыслы. У него есть голова на плечах, собственные взгляды и стремления. Если кто не мог даже попытаться понять их – друзьями им не стать.
Родители Фердорчи – знатные эльфы. Можно лишь вообразить удивление его отца, когда тот родился. Конечно же, он не его сын. А эльфийскую мамашу Фера он мог бы назвать лишь одним словом.
Зная, как устроен наш мир, и что ждет бастарда-эльвина в Эльфинате, она понесла ребенка. А теперь упрятала его подальше, с глаз долой, из мыслей вон, надеясь избежать таким образом непредвиденных неудобств для их семейства в каком-то обозримом будущем, или чтобы не видеть более напоминание о собственной ошибке, давая все лучшее братьям и сестре Фера.
Милосердный поступок – избавиться от такого ребенка… Но Варлаг радовался, что его друг жив и невредим, как и их встрече, да еще и в Высьдоме, где обучали обладателей. Это ли не доказательство брошенного вызова многовековым и несправедливым устоям?
Сам Фердорча не отзывался плохо о родных, но в душе Варлаг ненавидел их и презирал, не говоря об этом напрямую другу, лишний раз теребить его душевные раны он не желал.
Наступил Час Совы. Зазвонили колокола – набат, призывающий юных обладателей к испытанию в главной башне.
– Ну что, пойдем? – спросил Фер.
– Можем сбежать прямо сейчас, – в шутку предложил Варлаг.
– Тогда так и не узнаем, какое у кого обладание согласно их носу! – Эльвин улыбнулся.
Юноши засмеялись и вместе покинули комнату.
Глава 2. Ночь Испытания
![](/img/56801386/_12.jpg)
Варлаг и Фердорча вышли наружу и осмотрелись, будто очутились тут впервые: они стояли посреди жилой зоны академии, застроенной напоминающими небольшие замки домами, в которые и селили учеников, а предстояло им спуститься ниже по склону – туда, где за купой деревьев, тесно сбились примыкающие друг к другу учебные постройки, окружившие центральную башню.
Новые и новые двери распахивались, к ним присоединялись сокурсники – юноши и девушки: эльфы, нудары и гуммы. Всего на курсе старшего звена учился тридцать один обладатель, включая и наших друзей, но вскоре на подступах к школе образовалась сущая толчея, потому что младшие звенья высыпали проводить почти что выпускников – они голосили, бегали туда-сюда или же рассаживались в самых неожиданных местах – чуть ли не на тропинках, под твоими ногами.
Кто-то из одногодок парней так сильно волновался, что не смотрел по сторонам, опустив голову, и помалкивал. Другие, уверенные в себе (включая Ниаму), весело болтали о каких-то пустяках и радостно махали младшим. Два друга просто переглядывались. Каждый из них знал: что бы их не ждало – они пройдут испытание вместе.
Сумерки окутали Высьдом. Зажглись многочисленные светильники и фонари, а жаровни с пляшущими языками пламени, расставленные вдоль мощеной дороги, указывали путь к главной башне.
Варлаг и не заметил, как их процессия прошла по всем коридорам этого грандиозного строения, подпирающего, казалось, сами небеса. Молодые обладатели собрались в холле у больших закрытых дверей, ведущих в залу, где и должна пройти сегодняшняя инициация.
– Добрый вечер, ученики! – Ментор Катэль – высокий, статный и молодой (хотя сложно определить его возраст, ведь эльфы живут много дольше людей и нударов) – оглядел присутствующих и улыбнулся.
Варлаг и Фердорча остановились позади остальных, но прекрасно видели наставника поверх голов: в белых одеяниях, с таким же светлым челом и волосами – он так и светился.
Варлаг ощутил прилив сил и надежды, в нем пробудились теплые чувства, какие рождают воспоминания о детстве и доме. А еще… странно и неожиданно, но нашлось много приятных моментов из его прошлого здесь, в Высьдоме.
Такова сила учителя – обладание света. Катэль – не только эльф, но еще и люксор. А это значит, даже прямо сейчас, когда он просто стоит перед учениками, помогая им собраться с духом посредством силы, – его жизнь продлевается на годы и годы (вот вам секрет долголетия и молодости).
– Мы так долго готовились, учились и тренировались, – с торжеством промолвил ментор, – и вот настал сей волнующий час!
Катэль еще долго говорил, но Варлаг уже его не слушал, задумавшись о своем. Фердорча подергал его за рукав, призывая идти. Двери распахнулись, и обладатели хлынули в зал.
– Готов? – Фер несколько унял волнение, присутствие друга ему в этом помогало не хуже люксиса.
– Да!
И они проследовали за остальными. Катэль вошел последним и затворил двери.
Обладатели расположились полукругом по краю залы, украшенной статуями, колоннами и росписью. Здесь сияли лампы, наполненные негаснущим огнем, цветы, которые никогда не вяли, журчали фонтаны, а над потолком медленно кружились светочи.
Говаривали, что эту комнату создали при помощи всего обладания Мэриела.
Варлаг ожидал увидеть здесь кого-то еще: старших обладателей, выпустившихся ранее, прочих наставников, тех гостей, о которых упоминал Фер, – но никого прочего, окромя ментора и учеников тут не оказалось.
В центре на каменных постаментах находились те самые реликты, которые и определят судьбу обладателя.
Ментор кратко пояснил, что им нужно поочередно использовать силу рядом с каждым из предметов. Если обладание достаточно выражено – реликт ответит на зов.
“Не обманула Ниама…”
Артефактов Варлаг насчитал шесть. Он бросил взгляд на каждый из них: алый Огонь – горящий в воздухе сам по себе – мог определить калидита, Чаша с водой – шидита, каменный Истукан из грубого камня – террестра, Молоток кузнеца – ферродита, Семечко размером с ладонь – арбора, и небольшое Зеркало, которое вряд ли пригодится сегодня, но можно предположить – его назначение выявить конксура, эскурида и люксора.
– Начнем! – Катэль взмахнул рукой и пригласил первого обладателя. Вызвалась Ниама. Хуриг славный изобразил кавалера, пропуская даму первой (у самого, видно, кишка тонковата). Девушка улыбнулась однокашнику, вышла вперед, глянула на Варлага и подмигнула ему.
– Это она не тебе! – шепнул Фердорча другу, пытаясь разрядить волнительную обстановку.
– Не знаю, что это за знаки, мы ведь с ней… всё. И довольно давно.
– Прости.
– Ладно, просто забудь.
Сейчас не до разговоров о прошедшей симпатии, тем более сзади на них зашикали, ибо нечего болтать во время таинства.
Эльфийка двинулась к пламени. Вознесла руку и закрыла глаза. Пламя вмиг вспыхнуло, устремляясь вверх, а потом замерзло, превратившись в кусок льда. Когда девушка убрала руку, огонь горел, как и прежде. Да, Ниама – лучшая на их занятиях по калидии, не новость, что она способна на такую демонстрацию силы. Но больше ничем она удивить не смогла – с другими предметами, к которым подходила Ниама, совершенно ничего не произошло.
– Много смелости требуется, чтобы вызваться первой, – сказал ментор. – И приветствуем Ниаму – калидита-комбинатора! – Раздался шквал аплодисментов. Девушка вернулась на место.
Многие выдохнули, включая Варлага и Фера, – зря переживали! А еще после завершения учеников ждало пышное празднество, чего юные обладатели ждали с нетерпением, ведь от переживаний некоторые из них совсем потеряли аппетит. Например, Нина Эмбер, которую вечно тошнило в трапезной. Она – и без того тощая, сейчас выглядела прямо как скелет. Однако вертлявая худышка пошла следующий и быстро завершила испытание, присоединившись к Ниаме в качестве калидитки жара.
Все продолжалось довольно долго, черед Варлага и Фердорчи еще не подошел. Некоторым требовалось намного больше времени, чем Ниаме и Нине. Один за другим носители пополняли ряды калидитов, шидитов и террестров. Комбинаторов из них более не выявилось.
– Видишь те балконы? – Фер указывал кивком наверх. Варлаг поднял голову, он их даже не заметил. Как можно думать о таком во время испытания? – Знаешь для чего они? – не унимался эльвин.
– Тебя сейчас балконы волнуют? – Принц усмехнулся. – Для чего же?
– Оттуда и должны знатные дома эльфов наблюдать за испытанием… – прошептал Фер. – Дабы отобрать лучших из лучших обладателей себе в услужение…
– Я – принц, дружище. Меня сложно подкупить подобным.
– Но для таких… – Фер замялся. – Для подобных мне – это могло бы стать возможностью…
– Не переживай. Я буду смотреть на тебя! – Он добрым словом пытался приободрить товарища. – Не с балкона, конечно, и теплого места не обещаю…
– Ох! – Эльвин легонько подтолкнул Варлага. – Твоя очередь!
– А почему моя? Давай ты первый?
– Не-а! Иди же! А я после. После.
Волнение нахлынуло вновь. Наблюдать за тем, как испытание проходит кто-то другой, и самому принимать в этом участие – вещи совершенно разные. Но, собравшись с духом, он прошел мимо ментора Катэля к первому реликту – пляшущему в воздухе Пламени. Сделал вдох и протянул руку. Ни тепла, ни холода он не ощутил. Пустота. Реликт тоже не обнаружил в нем достаточно калидии и остался неизменен. Варлаг отвернулся и пошел прочь. Ну нет, так нет. Есть еще пять попыток!
Гладь воды в Чаше тоже сохранила молчание. А вот каменный Идол при приближении Варлага сразу задрожал, порода треснула, обнажив алые кристаллы – ровные и прозрачные, их щетки – точно еж, выставивший колючки, сверкали одно мгновенье, а затем исчезли, скрылись в породе. Катэль одобрительно кивнул ему.
“И вот… я – террестр. – Маловато для великих свершений, хотя он признавал – подобное пробуждение силы – весьма неожиданно. Принц до сего момента предполагал, что его выберет если не Пламя, то Чаша. – И не просто террестр…” – Теперь ясно, почему ему с трудом давались тренировки с камнями и землей – то породы неблагородные и грубые для кристаллизатора.
И Варлаг уже рисовал в уме заурядное будущее – возня с ювелирными украшениями (только на такое и годна обретенная им сила!) в перерывах от государственных дел – сплошная скука! Хотелось дар иной, какой-то более значимый и редкий…
Оставалось еще три артефакта. Надежда на комбинацию обладания умирает последней. Есть еще шанс!
Но Молоток, Семечко и Зеркало оставались безучастны к его действиям.
Варлаг развернулся и, ссутулившись, двинулся к самому краю прошедших испытание учеников, чтобы оказаться поближе к Феру, чей черед наступит прямо сейчас.
– И-и-и… Чествуем Варлага – террестра! Кристаллизация очень важное умение! – промолвил ментор, а ученики не слишком бурно похлопали.
– Этого недостаточно! – рявкнул принц в сердцах.
Катэль нахмурился. Новоиспеченный обладатель земли быстро извинился, понимая, что перегнул палку.
– Ты чего надулся? Все же здорово! – Фер похлопал его по спине. – Никто из террестров так не смог!
– Спасибо! Но это не я, а тот Истукан все сделал, так уж устроен… – Варлаг натянуто улыбнулся. – Удачи тебе! – Он крепко обнял друга, ведь ему требовалась куда большая поддержка, чем прочим собравшимся – обладателей-эльвинов в этой зале видать не видали много лет… а Фер – далеко не самый способный ученик.
Эльвин неуверенно вышел вперед. Катэль это заметил и сделал несколько шагов навстречу.
– Ничего не бойся, – молвил эльф, положив руку тому на плечо и озаряя сиянием. Парень сразу же выпрямился, расправил плечи, казалось, что и сам светился.
Фер, правда, немного потоптался на месте, будто пытался понять, что произошло, а затем оглянулся. Варлаг сжал кулаки и потряс ими, болея за него. Друг ответил принцу улыбкой – что ж, приятно осознавать, что после воздействия люксиса Феру требуется и его нехитрое ободрение!
И тут, к удивлению всех собравшихся, эльвин направился сразу к Зеркалу.
– Никто не говорил, что нужно начинать с Пламени! – воскликнул ментор. По зале пробежал легкий смешок.
Фер приблизился к реликту, наклонился и уставился на… в него – это ведь Зеркало! Однако никто не мог видеть отражения… ну или то, что так заинтересовало испытуемого ученика – белокурый затылок закрывал обзор. Эльвин не шевелился, и Варлаг мог поклясться, что тот что-то прошептал (судя по движению головы, но что именно – конечно, с такого расстояния не разберешь… даже если ты эльф).
И… ничего не произошло. Ну еще бы! Тогда Фер двинулся к Семечку. Ничего. К Молоту. Опять ничего… Нет, погодите! – тот далеко не сразу, но задрожал, взмыл в воздух на расстояние локтя и мелодично зазвенел.
“Ух! Ферродит! Мы ведь проходили, что для нударов свойственно обладание металла – и вот! – их кровь помогла. Как же хорошо, что нет никакой ошибки, а силы у Фера достаточно, чтобы артефакт признал в нем обладателя!” – Варлаг так радовался, что не заметил кое-что странное, а когда обратил на это внимание – стало слишком поздно.