Текст книги

Эдуард Катлас
Девятая Крепость

– Около половины, учитель. Могу я присесть, учитель? – Ученик был явно на грани истощения.

– Конечно-конечно, присаживайся. Хочешь, чтобы я снял твою боль?

Ученик вежливо отказался. И правильно сделал, подумал маг, надо учиться терпеть боль, которую приносит с собой волшебство.

– Кто-нибудь еще хочет попробовать? Надеюсь, мне не надо вам говорить, что я бы предпочел увидеть удачную попытку?

Ученики молча переминались с ноги на ногу, опустив глаза. Судя по всему, предварительные попытки выполнить простейшее заклинание воздуха ни у кого не увенчались успехом. Чего-то подобного З’Вентус и ожидал, хотя в глубине души и лелеял крохотную надежду, что хоть у кого-то произойдет прорыв.

– Что ж, я вижу, вам понадобится еще время на тренировки. Если у вас есть ко мне какие-то вопросы…

– Простите, учитель… – Вперед выступил самый младший из его учеников, Виктор.

Виктора волшебник привез в башню около десяти лет назад. Скорее из сострадания, чем из реальных надежд на то, что из него когда-нибудь вырастет настоящий маг. Во время посещения северных границ королевства в безуспешных попытках разобраться с тем, какая именно магия закрыла перевалы, З’Вентус наткнулся на пятнадцатилетнего сироту, перебивавшегося случайными заработками и прислуживавшего тогда в одной из таверн северного тракта, выбранной магом для ночлега. Таких сирот по границам бродило множество, их, как могли, пристраивали, чаще всего именно из них и формировалось пополнение пограничных гарнизонов. Ведь лучшими солдатами становятся те, кто имеет к врагу личные счеты. Если выживают.

Конечно, З’Вентус не стал бы подбирать на дороге каждого бродяжку и брать его к себе в ученики. Сила у Виктора была, это маг определил, как только его увидел. Однако ее было мало, очень мало. По силе он немногим превосходил обычных людей. Если даже З’Рута был слабоват для настоящего мага, то на младшего ученика старый волшебник вообще не возлагал никаких надежд. Запасов его магической энергии хватило бы только на то, что З’Вентус как раз и называл «балаганными фокусами».

– Конечно, Виктор. Ты хотел задать вопрос?

– Не совсем учитель, я хотел бы попробовать это заклинание. Только… – Юноша неуверенно замялся.

– Только что? Говори, Виктор.

– Учитель, только у меня не получается со всем деревом. Вы позволите попытаться провести демонстрацию более локально – например, на одной ветке? – По ряду учеников пробежал веселый шепот, который еще больше смутил юношу.

– Даже не знаю, ученик. Ну, впрочем, почему бы и нет. Если ты сумеешь продемонстрировать это на одной ветке, то это будет хорошим уроком для остальных, большинство из которых пока не в силах даже задуть свечу. – Учитель строго оглядел веселящихся учеников и сделал приглашающий жест в сторону окна. – Прошу.

Ученик подошел к окну. Постоял, глядя на дерево. Опомнившись, повернулся и неловко поклонился учителю.

– Вы позволите начать, учитель?

– Да, пожалуйста, сделай милость. Надеюсь, на одну ветку у тебя уйдет… э-э… несколько меньше времени, чем у З’Рутиуса на все дерево, – не сдержался учитель. Среди учеников опять послышались смешки.

– Благодарю вас, учитель.

Виктор развернулся к окну, взглянул на дерево и без какой-либо остановки вытянул правую руку вперед в несколько неканоническом для данного заклинания, но все же допустимом жесте «копье».

– Не надо уж слишком торопиться, Вик. Я не имел в виду… – Учитель замолчал.

Толстая дубовая ветвь у основания дерева была снесена ударом воздуха и, хаотично кувыркаясь, упала локтях в пятидесяти от ствола.

– Простите, учитель. Боюсь, мне тоже требуется поработать над силой ветра. Мне очень жаль ваше дерево. – Ученик огорченно склонил голову.

З’Вентус удивленно уставился на ученика. Подобное обращение со стихией ветра не было чем-то необычным, сам он мог бы таким же образом вырвать весь дуб вместе с корнями. Но его опыт на столетия превосходил пятилетнее обучение, которым пока что только и мог похвастаться Виктор. Но еще важнее было то, что даже ему не было под силу выполнить это заклинание с продемонстрированной только что скоростью. Более того, он не знал никого, кто мог бы этим похвастаться. Не то чтобы это было существенно – в классическом применении магии скорость очень редко ставилась на первое место, – но все же поражало.

– Что ж, – пришел в себя маг, – очень неплохо. Я бы даже сказал хорошо. Только, пожалуйста, предупреди меня, если ты соберешься повторить то же самое со всем деревом.

На этот раз никто из учеников не смеялся. Все они были ошарашены не менее своего учителя.

– Думаю, уважаемые ученики, на этом демонстрационная часть на сегодня закончена. Теперь позвольте мне вернуться к предыдущей теме. Мы с вами обсуждали возможности использования огня…

Прием

– Вы прибыли первые, но можете не волноваться – я не дам вам скучать. – Немолодой капитан Тригор расхаживал перед строем из почти пятидесяти отобранных на восточной границе воинов. – Как вы успели заметить, мы совершенно не готовы держать оборону в месте, в котором нам придется провести какое-то время. – Он обвел рукой огромное поле, на котором они находились.

За спиной у Рема кто-то прошептал: «Какую оборону, мы же почти в центре королевства?!»

– Я хочу, чтобы до вечера у нас был готов полный периметр высотой в человеческий рост, перед ним вырыт вал такой же глубины. На сегодня, я думаю, вам, разленившимся детям пещерных троллей, будет достаточно. Однако если сержанту не понравится ваша работа, мне придется попросить вас закопать все обратно. Сержант, они в вашем распоряжении.

– Вы слышали капитана, ленивая помесь троллей, – привычно зарычал сержант. – Король милостиво предоставил вам лопаты для работы, так что вам не придется рыть землю руками. Пошевеливайтесь и не забудьте поблагодарить его величество в вечерней молитве.

Первые несколько дней Рем помнил смутно. Он с трудом мог сосчитать, сколько конкретно прошло дней до того момента, как из столицы прибыла следующая партия. Зато Рем хорошо запомнил, что за эти дни ров они успели вырыть три раза и два раза закопать его обратно. Стоило признать, что все изрядно поднаторели в рытье ям – последний периметр они копали всего несколько часов, и у некоторых возникла даже надежда, что качество их работы наконец-то устроит капитана.

За эти дни он узнал об искусстве возведения фортификаций больше, чем за всю предыдущую службу. Знания вбивались в него через пот и кровавые мозоли. Он научился рыть замаскированные ямы-ловушки для вражеской кавалерии, зарывать в землю колья, не позволяющие всадникам с ходу врываться в создаваемые укрепления, приобрел умение маскировать укрытия для лучников на вершине земляного вала, дающие возможность грамотному стрелку работать луком в относительной безопасности, и многое другое. Иногда, распрямляя спину, когда сержант орал на кого-то в отдалении, Рем удивлялся, как много, оказывается, могут сделать всего полсотни человек за каких-то полдня.

Пополнение, прибывшее из столицы, включало в себя больше сотни человек. Многие из них совсем не были похожи на воинов, при первом взгляде возникало ощущение, что некоторых вытащили прямо из тюрем, настолько необычно они выглядели. И по одежде, и по манере себя вести.

Суд

Король Лакар восседал на своем троне в зале Справедливости. На нем был официальный черный камзол, по подбою расшитый пурпуром, тяжелый церемониальный меч неудобно уперся в бедро, узкие черные штаны с тонкими пурпурными лампасами заправлены в высокие черные сапоги. Сверху на одежду наброшен тонкий плащ, черный снаружи и пурпурный изнутри.

– Заключенных ведут для справедливого решения их дел, ваше величество, – торжественно произнес мастер церемоний. – С дозволения вашего величества, я должен задать вопрос всем присутствующим: все ли готовы для проведения честного разбирательства? Ваши помыслы должны быть чисты, ваш язык должен быть правдив, ваша душа должна быть открыта богам. Если кто-то не может принимать решения без страсти и согласно законам королевства – скажите об этом сейчас и удалитесь. Потому что это – зал Справедливости. И Райяна, богиня справедливости и покровительница королевского суда, сурово покарает любого за неверный приговор или ложь, произнесенную в этом зале.

Среди судей прокатился шепоток, ясно показывающий, что все они считают свои помыслы кристально чистыми. Лакар со вздохом кивнул, и паж, стоявший наготове, надел корону на голову короля. Две дюжины арбалетчиков, расставленных на балконах, нацелили заряженные арбалеты на двери.

По давно устоявшимся традициям наиболее серьезные преступления, за которые мог быть вынесен смертный приговор, требовали присутствия в зале суда лиц королевской крови или дворян. По тем же традициям в столице эту роль должен был выполнять сам король, одними из титулов которого из поколения в поколение становились «справедливый» и «верховный судья всех подданных». В тавернах Прокриона на эту тему ходила шутка, что с королем может увидеться только самый чистокровный дворянин и самый закоренелый убийца. Так что теперь Лакар Справедливый готовился исполнить одну из своих наиболее грязных и трудных обязанностей.

– Я по-прежнему думаю, что эта затея полностью лишена смысла, Грегор, – продолжая давно идущий спор, произнес король, обращаясь к стоящему за троном старшему сыну. – Поверь мне, в этом зале я видел только насильников и душегубов. У них не хватает смелости, чтобы даже умереть достойно.

– Знаю, отец. Из группы, которую представят твоему вниманию, я хотел бы взглянуть только на нескольких. Их дела помечены, остается только посмотреть на них в последний раз и принять решение. Если они не выдержат испытания, то, значит, я ошибался. Но давай хотя бы попробуем.

Легкое движение прошло по рядам арбалетчиков, когда тяжелые дубовые двери начали расходиться. Стражники ввели в зал три десятка заключенных, закованных в кандалы. Король вздохнул. Предстоял тяжелый день.

– Обвиняемые Ригорас по прозвищу Южанин, без ремесла, и Ситон по прозвищу Молчун, без ремесла. Обвиняются в ограблении и убийстве достойного горожанина купца Лайма Арморанина и двух его охранников.

– Ригорас Южанин, признаешь ли ты себя виновным в предъявленных тебе обвинениях? – начал официальную процедуру король.

– Ваша милость, мы случайно оказались в том месте, мы никогда бы… – Обвиняемый дрожал от страха и чуть было не рухнул на колени, удерживаемый только стражником, стоявшим позади него.

Капитан стражи, охранявшей заключенных, подскочил к грабителю и ударом по затылку остановил его речь.

– Ты будешь обращаться к нашему королю «ваше величество» и только так, ты понял, висельник?

Обвиняемый мелко закивал головой.

– Ваше величество, мы случайно оказались в том месте, мы честные горожане.

– Мы хотим услышать от тебя, признаешь ли ты себя виновным в совершенном преступлении или нет. Только это. Мы повторяем свой вопрос: признаешь ли ты себя виновным, Ригорас Южанин, в предъявленных тебе обвинениях?