Наталья Лучникова
Шильонский замок. Нити времени


– Почему ты встала?

– Я не могла заснуть, – тихо ответила Иоланда и подошла к девочке.

– Полежи со мной, с тобой теплее, – Мария улыбнулась Иоланде и совсем слабо потянула её за руку. – Ты улыбаешься? – Мария заметила на лице Иоланды улыбку.

– Я слушала капли и волны, они бушуют там, – Иоланда показала рукой на противоположную стену.

– И что? – с интересом спросила Мария.

– И услышала музыку. И узнала про капли, что они … – Иоланда остановилась.

– Что они?

– Что они не умирают когда разбиваются об этот каменный пол.

– Конечно капли не умирают! – твёрдо сказала Мария и сильнее потянула Иоланду за руку. – Ты говоришь смешно, как мой дедушка. Как капля может умереть! – Мария тихонько засмеялась, и от этого тихого смеха Иоланде тоже захотелось смеяться.

– Давай мы будем об этом помнить, – радостно и задорно, словно не было вокруг каменных стен, сказала Мария.

– Давай мы будем об этом помнить, – в тон ей ответила Иоланда.

Они прижались друг к другу и заснули. Когда было уже темно, Иоланда проснулась вновь, ей захотелось повернуться на другой бок, но еда она приподняла тело, как ледяной воздух мгновенно заполнил освободившееся пространство. Не в силах переносить этот холод она вернулась в прежнее положение. За время, проведённое на своем каменном ложе, она научилась экономить своё тепло. Лучше оставаться некоторое время неподвижной, и свернувшись в комочек, трястись от холода, тогда тепло сохранится дольше. «Если бы только тело, не затекало!».

Сколько себя помнит, Иоланда не могла долго переносить холод, который могла совершенно не замечать её бабка. Несмотря на запреты Джоанны, Иоланде нравилось проводить время на кухне, рядом с горячими печками. Там она оттаивала, согревалась, могла говорить со слугами и смеяться.

Несмотря на свою усталость, она никак не могла заснуть из-за сковавшего холода. Обессилившая, голодная, промёрзшая до самых кончиков волос, она перебирала в голове фрагменты её последних дней в замке.

1348 год, 01 августа, Замок Шильон, Графство Савойское

В честь приезда своего брата, барона Луи, граф Амедей устроил большой прием, и по этому случаю в замок съехались гости. В центральном зале накрыли длинные столы, которые сплошь уставили едой и напитками. Приглашенные музыканты сменяли одни других, шум веселья нарастал постепенно. Еда и напитки не кончались, веселье затянулось далеко за полночь, вину и музыке тоже не было конца. Многие уже спали, положив голову прямо на стол. Джоанна сидела справа от графа Амедея и следила своими цепкими глазами за всем, что происходило в зале. Давно уже в замке не устраивали большие приёмы, и Джоанна привыкшая ложиться спать прежде, чем звезды начинали озарять небо, сейчас уставшая, поддерживая голову руками, силилась не уснуть. Иоланда, наоборот, полная сил, разрумяненная от быстрых танцев, не уходила из середины зала. Она танцевала, принимала участие во всех играх, пела, хлопала в ладоши и веселилась, как может веселиться беззаботная молодость. В зале разместилось два разных мира: за столами один – хмурый и мрачный, второй молодой, веселый и резвый в центре. Музыканты начали новую мелодию, и Иоланда с кузинами взявшись за руки закружились в резвом танце. Музыка еще лилась, когда Иоланда услышала хлопки в ладоши. Музыканты смолкли, девушки остановились, и Иоланда увидела дядю, возвышающегося над столом

– Всем спать, – крикнул он своим громовым голосом. Иоланда не заметила, что произошло, но от взгляда Джоанны не укрылось, когда слуга принес графу записку, после которой тот внезапно прервал веселье. Гости спешили покинуть зал, охранники выносили из зала тех, кто уже уснул, привычно поднимая их на руки. Иоланда тоже направилась к выходу, но ее поймала за руку Джоанна и прошипела в ухо: «Стой здесь!». Иоланда посмотрела на дядю: в глазах его была решимость, противостоять которой совершенно не хотелось, она попыталась вырваться из рук бабки, но та до боли сжала её руку и Иоланда подчинилась. Пристально наблюдая за этой сценой, граф Амедей дождался встречного взгляда Джоанны и буквально впился в неё своими глазами. Джоанна даже бровью не повела, и ни один мускул не выдал ее страха или сомнения остаться здесь.

– Думаю, нам лучше остаться, – наконец тихо, твёрдым тоном сказала Джоанна. Граф ничего не ответил и махнул рукой кому-то в темноту зала. Кроме Джоанны, Иоланды и её дяди, в зале был еще бессменный Филипп служивший кастеляном в замке последние пятнадцать лет и два покрытых дорогими одеждами мужчины, граф Амедей называл каждого из них «герцог». Они прибыли на праздник в замок вместе со всеми, но только сейчас вошли в зал и граф не представлял их никому.

В зале повисла тишина, которую кроме треска поленьев в печи ничего не нарушало. Иоланда смотрела по сторонам стараясь понять, зачем они все здесь собрались, и она первой увидела, как открылась маленькая, потайная дверь, рядом с большим окном, напротив камина. Когда то давно она обнаружила ее случайно, но никогда не видела, чтобы ей кто-либо пользовался. В зал зашли двое мужчин, всмотревшись в лица, ей показалось, что она прежде уже видела их, но пляшущие блики огня не давали рассмотреть лица вошедших. Один из мужчин подошёл к графу и взглядом показал на Джоанну и Иоланду.

– Иоланда, моя племянница, – коротко ответил ему дядя и показал на Иоланду взглядом. – Джоанна мать её отца, – сухо закончил он, кивнул он в сторону Джоанны, но не посмотрел на неё.

– Граф де Гин! Рауль де Бриенн! – неожиданно для всех бодрым голосом, почти прокричала Джоанна. Этого не ожидал никто и все повернулись в ее сторону. Джоанна смелой походкой направилась к Раулю.

– Вот уж кого не ожидала встретить сегодня. Я слышала…

– Не стоит верить слухам, – резко прервал ее граф Амедей. – Я думаю вам пора спать, веселье закончилось.

И граф Амедей, не дав опомниться Джоанне, взял её под локоть и вывел против ее воли из зала, Иоланда последовала за ними, успев заметить удивление и мимолётную растерянность на лице Рауля де Бриенн, как назвала его бабка. Дверь за ними с грохотом закрылась и Джоанна крепко взяв Иоланду за руку сказала:

– Проводи меня, а я пока расскажу тебе историю.

– Синьора, – произнесла Иоланда, это обращение она использовала, когда хотела хоть как то защитить себя от вовлечения в бабкины интриги.

– Молчи и слушай, – не дав закончить Иоланде, начала Джоанна, – этот Рауль не спроста здесь сейчас появился. Его ищут во Франции, ему будут рады в Англии, но никто пока не знает, что с ним делать. Его обвиняют в оскорблении короля Филиппа, и я слышала висельницу для него уже готовят, а он приехал в Шильон, – Джоанна остановилась и начала часто притопывать правой ногой. Она делала так каждый раз, когда затевала свои интриги, что-то просчитывая в своей голове.

– Я не хочу этого знать, – шепотом сказала Иоланда, – Если дядя скрывает кого-то, значит это не касается ни меня, ни тебя, и я думаю, это опасно так откровенно вмешиваться в дела дяди, он не любит этого.

– Плевать я хотела, на твои думы и на твоего дядю. Рауль де Бриенн граф де Гин и д’Э, вот что действительно интересно, вот о чем нужно подумать.

– Думай, сколько хочешь, – с шепота Иоланда перешла на громкий голос, – не втягивай в это меня.

Иоланда вырвала свою руку и побежала по тёмной лестнице ведущей вниз к кухне, куда бабка не ходила даже днем.

– Вернись!, – грозно повторила Джоанна, но Иоланда была уже далеко.

«Ну что, ж граф, значит граф!», – самой себе не то начала, не то продолжила какую-то мысль Джоанна.

Утром следующего дня, Иоланда за завтраком узнала, что барон Луи, юные кузены Иоланды и все гости отправились в Сант-Морис, и теперь в замке оставались только тайные ночные гости дяди и он сам. Предчувствуя неладное, Иоланда пошла наверх к бабке ждать пока та проснётся. Джоанна просыпалась ближе к полудню в обычные дни, а сегодня она легла спать только несколько часов назад, и сколько придется ждать Иоланда не знала, поэтому попросила служанку принести ей книгу с рисунками. Но едва Иоланда расположилась на стуле перед дверью спальни Джоанны, как услышала быстрые шаги бабки по комнате. Иоланда вопреки своим принципам прислонила ухо к двери, чтобы убедиться, что действительно шаги доносятся из спальни Джоанны. Она не ошиблась, по комнате действительно быстро ходила бабка, ее шаги Иоланда с детства могла узнавать и отличать. Иоланда долго не решалась постучать, она так и стояла в нескольких дюймах от двери, в нерешительности опустив голову. В таком положении ее и увидела Джоанна, резко открыв дверь. Джоанна обладала фантастическим чутьем, на всё тайное и скрываемое от неё.

– Что ты здесь делаешь, – почти прорычала она, увидев Иоланду.

Иоланда испуганно хлопала ресницами, по шагам отступая к стене, пока не уперлась в нее спиной.

– Ну! —приказала Джоанна, – быстро говори, что ты здесь делаешь, – из её глаз буквально лилась злоба и ненависть.

– Я пришла поговорить с тобой, – как можно спокойней проговорила Иоланда прерывающимся голосом.

– Говори, – чуть смягчившись сказала Джоанна, и потянула Иоланду за руку в комнату.

Джоанна почти неслышно закрыла дверь своей спальни.

– Я слушаю тебя. Зачем ты стояла и подслушивала под дверью? Что ты хотела здесь услышать? Почему пришла рано? Ты же знаешь, я еще сплю в это время. Ты хотела разбудить меня? Интересно, что тебя заставило, или кто тебя заставил придти ко мне в это время?

Джоанна обладала даром подолгу говорить с собеседником не дожидаясь от него ответов, она горстями бросала вопросы, но ответить на них не давала никакого шанса и возможности. Сама задавала вопросы, сама на них отвечала, делала выводы, заключения, и только когда в своём монологе она выговаривала всё, что считала нужным сказать, только когда выговаривала порцию оскорблений и обвинений Иоланде, только тогда она наконец-то прерывалась, делала короткую паузу, и уже с восстановленными силами принималась за обвинения вновь. Иоланда привыкла к этому стилю Джоанны и обращала на него внимание с одной лишь целью, чтобы поймать тот момент, когда бабка выговориться.

– Ну что ты молчишь, как всегда, – Джоанна впилась своими глазами буравчиками в Иоланду.

– Жду когда ты закончишь.

– Если будешь молчать, то закончу я очень скоро, при чем вместе с тобой, – речь Джоанны с новой силой полилась на Иоланду.

– Ты же убежала, тебя же не касается, что происходит в замке, ты же думаешь, что это я лезу не в свои дела, чистенькой хочешь быть! А не получится уже! Если у нас гостит Рауль, значит это Бог послал нам такой шанс, чтобы…, – Джоанна замолчала, подбирая слова. – Чтобы…, – она не решалась сказать дальше, и Иоланда понимая эту нерешительность, предположила самое страшное.

– Ты хочешь его выдать?

– Что?! С ума сошла?! Совсем ничего не понимаешь глупая девчонка!

Джоанна подошла к окну и глядя на Иоланду как на нерадивого ребёнка, тихо, вкрадчивым голосом начала.

– Он приехал сюда неспроста, и неспроста Амедей собрал так много гостей именно в то время, когда прячет у себя того, за кого могут дать как золото, так и висельницу. Этот лис что-то задумал.
Новости
Библиотека
Обратная связь
Поиск