Новинки

Осень 1963 года. Алексей Воронов, чьё имя уже связано с первыми успехами советской космической программы, получает новое, ещё более амбициозное задание. Алексей Косыгин поручает ему создание композитных материалов для авиации — технологический рывок,…

Он смотрит на меня как на сделку. Я смотрю на него как на шанс. Матвей Горский — наследник империи «Сияние». Холодный, высокомерный, идеальный. Он никогда не был женат. Моя мать продала меня ему, чтобы спасти наш отель от банкротства. В роду Горских …

Мир вокруг нас полон двойного дна. Почему плесень правит планетой, а обычная шляпа – это инструмент контроля? В этой книге привычные вещи предстают в пугающем и захватывающем свете. От сексуальной революции до одноразовой посуды, от морских кладов до…

Яркое созвездие ранней сатиры, обнажающее нелепости советского быта 1920-х годов. Герои фельетонов виртуозно сражаются с бездушной бюрократией, фиктивно женятся ради пайка и путаются в гербовых печатях. Меткие карикатурные зарисовки из газетной практ…

Как суровый Алтай, может стать ласковым и одновременно кровожадным, но семья пасечника выросла здесь и может различать кто и как прошел пролетел, как медведь помог им, они помогли медведю.

Девушка, укушенная змеёй, слышит голоса, находит ключ от затонувшей яхты и оказывается в Китеж-граде, где её никто не видит, — но чтобы спасти два мира, ей придётся нырнуть в самую тьму и научить её петь.

Когда в дом приходят Золотые волки, для одних это честь. Для других — смирение. И лишь немногие видят: слава империи стоит на пепле домашних очагов.

Рассказ о том, как петербургская барышня, её чёрная кошка и кофе «Красный Октябрь» однажды утром открыли дверь туда, откуда не возвращаются прежними.

Отпуск, море, чемодан — и срочный вызов. Специалист по непростым ситуациям Алёна вместо пляжа едет к женщине, чей сын подросток заперся в комнате и словно сошёл с ума. История о том, как долгожданный отпуск рассыпался в один миг из-за чужой беды. И …

Внизу, под Великой стеной, в пещере, вырубленной в нижнем слое времени, живёт Старый Чай. Он заваривает прошлое тех, кто спускается к нему по лестнице-календарю. Плата — песчинка будущего. Здесь забывают обещания, которые не сбылись, видят украденные…

Великая Китайская стена. Пространство здесь одномерно — только вперёд и назад. Зато время объёмно, как комната со множеством дверей: можно шагнуть в боковое прошлое, подняться в верхнее будущее или спуститься в нижнее время, где живут те, кто ещё не …

В этом сатирическом фельетоне Булгаков облекает наболевший «квартирный вопрос» постреволюционной Москвы в форму пародийного научного трактата. С серьёзностью учёного-естествоиспытателя автор классифицирует типы жилья, выводит непреложные законы комму…

Ночная прогулка, странный голос, зовущий по имени, и спасение белого котёнка из стаи крыс — с этого начинается история, которая изменит жизнь Алёны. Она ещё не знает, что малыш, прижавшийся к её собаке, — не обычный зверёк. А впереди — встреча с теми…

Венецианский куратор Леонора готовит выставку гравюр Пиранези и случайно обнаруживает, что тени на листах «Carceri» живут своей жизнью. Вместе с физиком Лоренцо она выясняет: в искажённой перспективе старых офортов скрыта дверь в иное пространство — …

Представьте: u-кварк — это два тетраэдра, склеенные по грани. d-кварк — октаэдр, вписанный в куб. А распад нейтрона — просто пересчёт вершин, рёбер и граней. Звучит как ересь? Возможно. Но тогда почему отношение объёмов этих фигур ( 2.177) совпадает…

Казак Григорий с детства чувствует себя чужим среди своих — слишком сильно в его чертах проступает татарская кровь матери. Когда любимая девушка Оксана оказывается связана долгом перед семьёй сотника, Гриша принимает решение уйти на Сечь за военной д…

Недосказанность, дискретность произведения, близость к притчевости и немногословности и в тоже время к необъятной широте и глубине созерцания создаёт образ некоей поэзии философской прозы.

Как невозможно переоценить влияние на нас внешней эмпирической действительности, всей совершенной гармонии реальной природы, так невозможно переоценить ту сакраментальную важность для всей нашей жизни разнопланового искусства. Без всякого преувелич…

Дом складывается вокруг них. Дверь в настоящую кухню сужается до ширины ладони, бабушкины ноги врастают в пол, а по лицу деревянного Складня расползается трещина. До заката остаётся совсем немного. Всё началось с найденного на чердаке игрушечного дом…

Подушечки пальцев скользят по гладкой коже мужчины, исследуют каждую выпуклую каменную мышцу, и я слышу, как сбивается дыхание незнакомца, становясь рваным и хриплым. — Знаешь, я не сплю с женщинами, не узнав их имени, но для тебя сделаю исключение. …