Влас Михайлович Дорошевич
Книги автора: Влас Михайлович Дорошевич
«Богдыхан Сан-Ян-Ки, – да будет он примером для всех! – всю благословенную жизнь свою питал особое пристрастие к познаниям и путешествиям. Тем не менее, он благополучно царствовал 242 луны (20 лет и 2 месяца), и ему не удалось никогда видеть даже Пек…
«Богдыхан Сан-Ян-Ки, – да будет он примером для всех! – всю благословенную жизнь свою питал особое пристрастие к познаниям и путешествиям. Тем не менее, он благополучно царствовал 242 луны (20 лет и 2 месяца), и ему не удалось никогда видеть даже Пек…
«В благодарность за те прекрасные часы моей жизни, которые я провел, слушая тебя, я хотел бы попытаться нарисовать твой гениальный образ, великий художник, – для тех, кто тебя не понимает…
Рубинштейн не любил Одессы.
Бывая здесь часто по родственным …
«В благодарность за те прекрасные часы моей жизни, которые я провел, слушая тебя, я хотел бы попытаться нарисовать твой гениальный образ, великий художник, – для тех, кто тебя не понимает…
Рубинштейн не любил Одессы.
Бывая здесь часто по родственным …
«– К Чайковскому позвали Бертенсона!
– Да не может быть?!
Г-н Бертенсон – хороший доктор.
Но доктор! Бертенсон – последнее, что видит на этом свете выдающийся русский ученый, писатель, художник, музыкант, артист…»
«– К Чайковскому позвали Бертенсона!
– Да не может быть?!
Г-н Бертенсон – хороший доктор.
Но доктор! Бертенсон – последнее, что видит на этом свете выдающийся русский ученый, писатель, художник, музыкант, артист…»
«В городе Эфесе жила женщина такой красоты, что женщины говорили при встрече с ней:
– Да будет благословенна твоя мать, которая родила тебя такой прекрасной!
А мужчины богохульствовали:
– Что дремлешь ты там, Юпитер, около своей Юноны!…»
«В городе Эфесе жила женщина такой красоты, что женщины говорили при встрече с ней:
– Да будет благословенна твоя мать, которая родила тебя такой прекрасной!
А мужчины богохульствовали:
– Что дремлешь ты там, Юпитер, около своей Юноны!…»
«Мне кажется, – я вижу кладбище, и принц Гамлет в черном плаще, с бледным, печальным лицом, – бродит среди памятников. Вместо „друга Горацио“ с ним „1-ый актер“, – тот самый, который со слезами читал рассказ о бедствиях Гекубы, – хотя „что он Гекубе,…
«Мне кажется, – я вижу кладбище, и принц Гамлет в черном плаще, с бледным, печальным лицом, – бродит среди памятников. Вместо „друга Горацио“ с ним „1-ый актер“, – тот самый, который со слезами читал рассказ о бедствиях Гекубы, – хотя „что он Гекубе,…
«– К Чайковскому позвали Бертенсона!
– Да не может быть?!
Г-н Бертенсон – хороший доктор.
Но доктор! Бертенсон – последнее, что видит на этом свете выдающийся русский ученый, писатель, художник, музыкант, артист…»
«– К Чайковскому позвали Бертенсона!
– Да не может быть?!
Г-н Бертенсон – хороший доктор.
Но доктор! Бертенсон – последнее, что видит на этом свете выдающийся русский ученый, писатель, художник, музыкант, артист…»
«В благодарность за те прекрасные часы моей жизни, которые я провел, слушая тебя, я хотел бы попытаться нарисовать твой гениальный образ, великий художник, – для тех, кто тебя не понимает…
Рубинштейн не любил Одессы.
Бывая здесь часто по родственным …
«В благодарность за те прекрасные часы моей жизни, которые я провел, слушая тебя, я хотел бы попытаться нарисовать твой гениальный образ, великий художник, – для тех, кто тебя не понимает…
Рубинштейн не любил Одессы.
Бывая здесь часто по родственным …
«Я, право, не знаю, что вам написать об этом спектакле.
Мне вспоминается один эпизод, случившийся с М.Г. Савиной, кажется, в Полтаве.
После спектакля артисты с гастролершей ужинали в ресторане, на террасе, закрытой густо разросшимся диким виноградом……
«Я, право, не знаю, что вам написать об этом спектакле.
Мне вспоминается один эпизод, случившийся с М.Г. Савиной, кажется, в Полтаве.
После спектакля артисты с гастролершей ужинали в ресторане, на террасе, закрытой густо разросшимся диким виноградом……
«В городе Эфесе жила женщина такой красоты, что женщины говорили при встрече с ней:
– Да будет благословенна твоя мать, которая родила тебя такой прекрасной!
А мужчины богохульствовали:
– Что дремлешь ты там, Юпитер, около своей Юноны!…»
«В городе Эфесе жила женщина такой красоты, что женщины говорили при встрече с ней:
– Да будет благословенна твоя мать, которая родила тебя такой прекрасной!
А мужчины богохульствовали:
– Что дремлешь ты там, Юпитер, около своей Юноны!…»
«Лучшая из профессий. Ваш капитал у вас в горле. Тенор напоминает того счастливца из сказок Шехерезады, которого добрый волшебник наградил способностью плевать золотом. Куда ни плюнет, – золотой. Тенор, это самая выгодная профессия. Если у него один …
«Лучшая из профессий. Ваш капитал у вас в горле. Тенор напоминает того счастливца из сказок Шехерезады, которого добрый волшебник наградил способностью плевать золотом. Куда ни плюнет, – золотой. Тенор, это самая выгодная профессия. Если у него один …
«Мне кажется, – я вижу кладбище, и принц Гамлет в черном плаще, с бледным, печальным лицом, – бродит среди памятников. Вместо „друга Горацио“ с ним „1-ый актер“, – тот самый, который со слезами читал рассказ о бедствиях Гекубы, – хотя „что он Гекубе,…
«Мне кажется, – я вижу кладбище, и принц Гамлет в черном плаще, с бледным, печальным лицом, – бродит среди памятников. Вместо „друга Горацио“ с ним „1-ый актер“, – тот самый, который со слезами читал рассказ о бедствиях Гекубы, – хотя „что он Гекубе,…
«Лучшая из профессий. Ваш капитал у вас в горле. Тенор напоминает того счастливца из сказок Шехерезады, которого добрый волшебник наградил способностью плевать золотом. Куда ни плюнет, – золотой. Тенор, это самая выгодная профессия. Если у него один …
«Лучшая из профессий. Ваш капитал у вас в горле. Тенор напоминает того счастливца из сказок Шехерезады, которого добрый волшебник наградил способностью плевать золотом. Куда ни плюнет, – золотой. Тенор, это самая выгодная профессия. Если у него один …
«В последний раз с Георгом Парадизом я встретился, – извините за декольте воспоминаний, – в купальне.
Он выходил из воды, и я не удержался от восклицания:
– Наконец-то вижу вас, Herr Director, в настоящем костюме антрепренера!
Георг Парадиз разразилс…
«В последний раз с Георгом Парадизом я встретился, – извините за декольте воспоминаний, – в купальне.
Он выходил из воды, и я не удержался от восклицания:
– Наконец-то вижу вас, Herr Director, в настоящем костюме антрепренера!
Георг Парадиз разразилс…
«Мудрец Туиг-Са-О был ученейшим из людей. Он знал все, что делается на земле, под землей, в водах, среди звезд. Спокойно и неторопливо он делал теперь те несколько шагов, которые отделяли его от могилы, вырытой в его саду, среди цветов…»
«Мудрец Туиг-Са-О был ученейшим из людей. Он знал все, что делается на земле, под землей, в водах, среди звезд. Спокойно и неторопливо он делал теперь те несколько шагов, которые отделяли его от могилы, вырытой в его саду, среди цветов…»
«Сегодня в семье русских драматических артистов дорогая именинница – Марья Гавриловна Савина.
Сегодня праздник всей русской артистической семьи, большой, разбросанной по городам и городишкам всей Руси великой.
Нет актрисы, которая бы более приходилас…
«Сегодня в семье русских драматических артистов дорогая именинница – Марья Гавриловна Савина.
Сегодня праздник всей русской артистической семьи, большой, разбросанной по городам и городишкам всей Руси великой.
Нет актрисы, которая бы более приходилас…
«„Сегодняшний день есть день величайшего торжества!“
С этой знаменитой поприщинской фразой проснутся сегодня все балетоманы.
Сегодня – юбилейный бенефис Марии Мариусовны Петипа.
Юбилей, совершенно не похожий на все юбилеи!..»
«„Сегодняшний день есть день величайшего торжества!“
С этой знаменитой поприщинской фразой проснутся сегодня все балетоманы.
Сегодня – юбилейный бенефис Марии Мариусовны Петипа.
Юбилей, совершенно не похожий на все юбилеи!..»
«– К Чайковскому позвали Бертенсона!
– Да не может быть?!
Г-н Бертенсон – хороший доктор.
Но доктор! Бертенсон – последнее, что видит на этом свете выдающийся русский ученый, писатель, художник, музыкант, артист…»
«– К Чайковскому позвали Бертенсона!
– Да не может быть?!
Г-н Бертенсон – хороший доктор.
Но доктор! Бертенсон – последнее, что видит на этом свете выдающийся русский ученый, писатель, художник, музыкант, артист…»
«Представьте себе совершенно невероятную картину. Париж. Вечер. Город охвачен весельем. Огромный театр. Полный нарядный зал. Фраки; великолепные туалеты.
И на эту блестящую толпу смотрят со сцены глаза распятого Христа.
На сцене Голгофа. Три креста…»
«Представьте себе совершенно невероятную картину. Париж. Вечер. Город охвачен весельем. Огромный театр. Полный нарядный зал. Фраки; великолепные туалеты.
И на эту блестящую толпу смотрят со сцены глаза распятого Христа.
На сцене Голгофа. Три креста…»
«Я, право, не знаю, что вам написать об этом спектакле.
Мне вспоминается один эпизод, случившийся с М.Г. Савиной, кажется, в Полтаве.
После спектакля артисты с гастролершей ужинали в ресторане, на террасе, закрытой густо разросшимся диким виноградом……
«Я, право, не знаю, что вам написать об этом спектакле.
Мне вспоминается один эпизод, случившийся с М.Г. Савиной, кажется, в Полтаве.
После спектакля артисты с гастролершей ужинали в ресторане, на террасе, закрытой густо разросшимся диким виноградом……
«– Вас желает видеть г-жа Маурина.
Ах, черт возьми! Маурина…
– Попросите подождать… Я одну секунду… одну секунду…»
«– Вас желает видеть г-жа Маурина.
Ах, черт возьми! Маурина…
– Попросите подождать… Я одну секунду… одну секунду…»