Михаил Юрьевич Лермонтов
Книги автора: Михаил Юрьевич Лермонтов
Необычайно многомерное и разнородное произведение Лермонтова, едва ли не единственное свободное от идеологического пафоса, авторских наставлений и нравоучений, было признано самым европейским из классических русских романов.
Современные школьники осн…
Необычайно многомерное и разнородное произведение Лермонтова, едва ли не единственное свободное от идеологического пафоса, авторских наставлений и нравоучений, было признано самым европейским из классических русских романов.
Современные школьники осн…
Мы привыкли зачитываться и восхищаться произведениями признанных зарубежных фантастов, таких как Герберт Уэллс или Эдгар По, но и среди русских выдающихся авторов есть не менее увлекательные и захватывающие фантастические произведения. С аудиоверсиям…
Мы привыкли зачитываться и восхищаться произведениями признанных зарубежных фантастов, таких как Герберт Уэллс или Эдгар По, но и среди русских выдающихся авторов есть не менее увлекательные и захватывающие фантастические произведения. С аудиоверсиям…
Михаил Юрьевич Лермонтов (1814–1841) – гениальный русский поэт, прозаик и драматург, классик отечественной и мировой литературы. Великолепны его стихи и поэмы, не уступают им по художественной выразительности и те немногие прозаические творения, кото…
Михаил Юрьевич Лермонтов (1814–1841) – гениальный русский поэт, прозаик и драматург, классик отечественной и мировой литературы. Великолепны его стихи и поэмы, не уступают им по художественной выразительности и те немногие прозаические творения, кото…
«У графа В… был музыкальный вечер. Первые артисты столицы платили своим искусством за честь аристократического приема; в числе гостей мелька<ло> несколько литераторов и ученых; две или три модные красавицы; несколько барышень и старушек и один гварде…
«У графа В… был музыкальный вечер. Первые артисты столицы платили своим искусством за честь аристократического приема; в числе гостей мелька<ло> несколько литераторов и ученых; две или три модные красавицы; несколько барышень и старушек и один гварде…
Сильный, неординарный человек, противостоящий обстоятельствам, условностям и самому обществу и его законам, не склоняющий головы перед мнением толпы и вступающий в схватку с судьбой, – таков неизменный, вне зависимости от времени и места действия, ге…
Сильный, неординарный человек, противостоящий обстоятельствам, условностям и самому обществу и его законам, не склоняющий головы перед мнением толпы и вступающий в схватку с судьбой, – таков неизменный, вне зависимости от времени и места действия, ге…
Михаил Юрьевич Лермонтов (1814–1841) – один из самых почитаемых и любимых русских поэтов и писателей. При жизни Лермонтов печатался очень мало: он отличался крайней взыскательностью и строгостью к своему творчеству. 10 лет писал стихи, поэмы, драмы, …
Михаил Юрьевич Лермонтов (1814–1841) – один из самых почитаемых и любимых русских поэтов и писателей. При жизни Лермонтов печатался очень мало: он отличался крайней взыскательностью и строгостью к своему творчеству. 10 лет писал стихи, поэмы, драмы, …
Захватывающий графический роман, который является отражением современной реальности и поражает своею актуальностью. Он погружает нас в непредсказуемый мир героя, который на протяжении истории преодолевает своих собственных демонов и ищет свое место в…
Захватывающий графический роман, который является отражением современной реальности и поражает своею актуальностью. Он погружает нас в непредсказуемый мир героя, который на протяжении истории преодолевает своих собственных демонов и ищет свое место в…
«Скажи-ка, дядя, ведь не даром…» – эти слова из лермонтовского «Бородино» знакомы каждому со школьной скамьи. С них поколение за поколением вот уже почти два века начинает знакомство с творчеством Лермонтова. Помимо стихотворений в данный сборник вош…
«Скажи-ка, дядя, ведь не даром…» – эти слова из лермонтовского «Бородино» знакомы каждому со школьной скамьи. С них поколение за поколением вот уже почти два века начинает знакомство с творчеством Лермонтова. Помимо стихотворений в данный сборник вош…
«Ох ты гой еси, царь Иван Васильевич!
Про тебя нашу песню сложили мы,
Про твово любимого опричника,
Да про смелого купца, про Калашникова;
Мы сложили ее на старинный лад,
Мы певали ее под гуслярный звон
И причитывали да присказывали…»
«Ох ты гой еси, царь Иван Васильевич!
Про тебя нашу песню сложили мы,
Про твово любимого опричника,
Да про смелого купца, про Калашникова;
Мы сложили ее на старинный лад,
Мы певали ее под гуслярный звон
И причитывали да присказывали…»
«Тебе – тебе мой дар смиренный,
Мой труд безвестный и простой,
Но пламенный, но вдохновенный
Воспоминаньем и – тобой!..»
«Тебе – тебе мой дар смиренный,
Мой труд безвестный и простой,
Но пламенный, но вдохновенный
Воспоминаньем и – тобой!..»
«Гарун бежал быстрее лани,
Быстрей, чем заяц от орла;
Бежал он в страхе с поля брани,
Где кровь черкесская текла;
Отец и два родные брата
За честь и вольность там легли,
И под пятой у сопостата
Лежат их головы в пыли…»
«Гарун бежал быстрее лани,
Быстрей, чем заяц от орла;
Бежал он в страхе с поля брани,
Где кровь черкесская текла;
Отец и два родные брата
За честь и вольность там легли,
И под пятой у сопостата
Лежат их головы в пыли…»
«Наш век смешон и жалок, – всё пиши
Ему про казни, цепи да изгнанья,
Про темные волнения души,
И только слышишь муки да страданья…»
«Наш век смешон и жалок, – всё пиши
Ему про казни, цепи да изгнанья,
Про темные волнения души,
И только слышишь муки да страданья…»
Творческое наследие гениального русского поэта Михаила Юрьевича Лермонтова (1814—1841) – сокровищница глубокой, мощной мысли и удивительно легкого, трепетного слова. Его время не могло дать ему ту арену для действия, в которой так нуждался его активн…
Творческое наследие гениального русского поэта Михаила Юрьевича Лермонтова (1814—1841) – сокровищница глубокой, мощной мысли и удивительно легкого, трепетного слова. Его время не могло дать ему ту арену для действия, в которой так нуждался его активн…
«Немного лет тому назад,
Там, где сливаяся шумят
Обнявшись, будто две сестры,
Струи Арагвы и Куры,
Был монастырь. Из-за горы
И нынче видит пешеход
Столбы обрушенных ворот,
И башни, и церковный свод…»
«Немного лет тому назад,
Там, где сливаяся шумят
Обнявшись, будто две сестры,
Струи Арагвы и Куры,
Был монастырь. Из-за горы
И нынче видит пешеход
Столбы обрушенных ворот,
И башни, и церковный свод…»
«Садится солнце за горой,
Туман дымится над болотом,
И вот дорогой столбовой
Летят, склонившись над лукой,
Два всадника лихим полетом.
Один – высок и худощав,
Кобылу серую собрав,
То горячит нетерпеливо,
То сдержит вдруг одной рукой…»
«Садится солнце за горой,
Туман дымится над болотом,
И вот дорогой столбовой
Летят, склонившись над лукой,
Два всадника лихим полетом.
Один – высок и худощав,
Кобылу серую собрав,
То горячит нетерпеливо,
То сдержит вдруг одной рукой…»
