Екатерина Аверина
Книги автора: Екатерина Аверина
— Моя дочь недавно удачно вышла замуж, — его слова бьют прямо под ребра.
Я не знал…
— У моего внука теперь прекрасный отец.
Показывает фото, как Аврору в красивом белом платье нагло обнимает и целует… не я!
— Это и мой сын! — сжимаю зубы.
— Считай, ч…
— Моя дочь недавно удачно вышла замуж, — его слова бьют прямо под ребра.
Я не знал…
— У моего внука теперь прекрасный отец.
Показывает фото, как Аврору в красивом белом платье нагло обнимает и целует… не я!
— Это и мой сын! — сжимаю зубы.
— Считай, ч…
— Рассказывай, что у тебя стряслось?— А можно я молча проеду? — с надеждой интересуется этот обиженный еж, растеряв еще там, за бортом тачки большую часть своих иголок.— Нет. Считай, что объяснение — это плата за проезд, — давлю немножко.— А может ..…
— Рассказывай, что у тебя стряслось?— А можно я молча проеду? — с надеждой интересуется этот обиженный еж, растеряв еще там, за бортом тачки большую часть своих иголок.— Нет. Считай, что объяснение — это плата за проезд, — давлю немножко.— А может ..…
– Тормози! – мой визг утопает в басах громкой музыки. В зеркале заднего вида отражаются смеющиеся голубые глаза. – Лекс, ну хватит! Это не смешно уже!
– Поцелуй меня, – с серьезным видом заявляет мужчина, сидящий за рулем.
– Перебьешься, предатель! О…
– Тормози! – мой визг утопает в басах громкой музыки. В зеркале заднего вида отражаются смеющиеся голубые глаза. – Лекс, ну хватит! Это не смешно уже!
– Поцелуй меня, – с серьезным видом заявляет мужчина, сидящий за рулем.
– Перебьешься, предатель! О…
Он старательно оберегает свои тайны, избегая любых разговоров о прошлом.
Ему всего двадцать один, а его душа уже разорвана в клочья. От него веет холодом и опасностью. От тяжелого, темного взгляда все тело покрывается мурашками.
Есть ли шанс, что три…
Он старательно оберегает свои тайны, избегая любых разговоров о прошлом.
Ему всего двадцать один, а его душа уже разорвана в клочья. От него веет холодом и опасностью. От тяжелого, темного взгляда все тело покрывается мурашками.
Есть ли шанс, что три…
Мне нельзя ее трогать, ведь я чокнутый, чертов псих, придурок и просто друг детства. В моих глазах тьма, даже когда я улыбаюсь. А она… Она слишком хорошая. Новенький парень подходит ей идеально. Но я хочу ее до зубного скрежета, до сведенных мышц. Зн…
Мне нельзя ее трогать, ведь я чокнутый, чертов псих, придурок и просто друг детства. В моих глазах тьма, даже когда я улыбаюсь. А она… Она слишком хорошая. Новенький парень подходит ей идеально. Но я хочу ее до зубного скрежета, до сведенных мышц. Зн…
– Беременность не наступила, – развёл руками гинеколог. Пробовать снова имеет смысл не раньше, чем через год. Организму нужен отдых от препаратов и перенесенного стресса.
Я бессильно опустилась на кушетку наскоро поправив одежду. Это конец. Муж тепер…
– Беременность не наступила, – развёл руками гинеколог. Пробовать снова имеет смысл не раньше, чем через год. Организму нужен отдых от препаратов и перенесенного стресса.
Я бессильно опустилась на кушетку наскоро поправив одежду. Это конец. Муж тепер…
– Лекс, ты не можешь так со мной поступить. Это же твой ребенок, – тычет в меня тестом на беременность.
– А-бо-рт! – повторяю по слогам. – Какие нам с тобой дети? – обвожу рукой свой гараж. – О себе бы позаботиться. Брысь, Леся! Не делай мне мозг. Гд…
– Лекс, ты не можешь так со мной поступить. Это же твой ребенок, – тычет в меня тестом на беременность.
– А-бо-рт! – повторяю по слогам. – Какие нам с тобой дети? – обвожу рукой свой гараж. – О себе бы позаботиться. Брысь, Леся! Не делай мне мозг. Гд…
Как собраться с силами и жить дальше после потери самых близких тебе людей? Улыбки любимой жены и маленькой дочери навсегда останутся в моей памяти. А может не стоит и дальше стараться? Заставлять себя каждое утро просыпаться в этом жестоком мире? Та…
Как собраться с силами и жить дальше после потери самых близких тебе людей? Улыбки любимой жены и маленькой дочери навсегда останутся в моей памяти. А может не стоит и дальше стараться? Заставлять себя каждое утро просыпаться в этом жестоком мире? Та…
— У меня есть другая, — звучит вместо «С днем рождения, родная», ломая меня пополам.
— Я знаю, — отвечает эхо того, что от меня осталось.
— Знаешь? — удивляется муж.
— Догадалась. Что будем делать? — смотрю на него, задыхаясь от боли.
В квартире в ис…
— У меня есть другая, — звучит вместо «С днем рождения, родная», ломая меня пополам.
— Я знаю, — отвечает эхо того, что от меня осталось.
— Знаешь? — удивляется муж.
— Догадалась. Что будем делать? — смотрю на него, задыхаясь от боли.
В квартире в ис…
Она: Когда-то давно отец продал меня страшным людям за бутылку крепкого алкоголя. Пройдя свой личный ад, я попала в дом настоящего чудовища. Дархан Исмаилов показал, что моя жизнь до встречи с ним была не так уж ужасна. Я сбежала, чтобы увидеть другу…
Она: Когда-то давно отец продал меня страшным людям за бутылку крепкого алкоголя. Пройдя свой личный ад, я попала в дом настоящего чудовища. Дархан Исмаилов показал, что моя жизнь до встречи с ним была не так уж ужасна. Я сбежала, чтобы увидеть другу…
Спасая от одного чудовища, отец, сам того не подозревая, отдал меня в руки другого, ещё более опасного и жестокого. Теперь он приходит почти каждую ночь и учит меня быть женщиной в его постели. Откровенно, волнительно, жёстко.
Сводный брат моего отца…
Спасая от одного чудовища, отец, сам того не подозревая, отдал меня в руки другого, ещё более опасного и жестокого. Теперь он приходит почти каждую ночь и учит меня быть женщиной в его постели. Откровенно, волнительно, жёстко.
Сводный брат моего отца…
— Сереж, — смеется красивая девушка в вязаных гольфах. — Ну иди сюда, — игриво манит пальчиком.Усмехнувшись, медленным шагом направляюсь к ней, не отводя взгляда от алых губ. Мне вообще-то нельзя, не для меня она. Юная, энергичная, чистая. Но в ней с…
— Сереж, — смеется красивая девушка в вязаных гольфах. — Ну иди сюда, — игриво манит пальчиком.Усмехнувшись, медленным шагом направляюсь к ней, не отводя взгляда от алых губ. Мне вообще-то нельзя, не для меня она. Юная, энергичная, чистая. Но в ней с…
— Пап, — беру его за руку. — А кто тот, второй? Макс.
— Даже думать о нем не смей, Юна! — отец напрягся, его голос сорвался на хрип. — Ты поняла меня? Максим Воскресенский не тот человек, с которым может общаться молодая наивная девушка.
***
Выйти за…
— Пап, — беру его за руку. — А кто тот, второй? Макс.
— Даже думать о нем не смей, Юна! — отец напрягся, его голос сорвался на хрип. — Ты поняла меня? Максим Воскресенский не тот человек, с которым может общаться молодая наивная девушка.
***
Выйти за…
Он жесток, опасен и ничего не знает о любви.
Его мир — это криминал и доступный секс.
Она хрупкая, нежная, неискушенная.
Ее будущее определено. Она с рождения принадлежит ему.
Она должна была стать гарантией безопасности своей семьи, а стала его душо…
Он жесток, опасен и ничего не знает о любви.
Его мир — это криминал и доступный секс.
Она хрупкая, нежная, неискушенная.
Ее будущее определено. Она с рождения принадлежит ему.
Она должна была стать гарантией безопасности своей семьи, а стала его душо…
— Жду тебя в своей спальне, — его голос звучит как раскаты грома, пугая до одури.
— Ну зачем я тебе? — шепчу пересохшими губами. — Ты ведь женат!
Его черные как ночь глаза вдруг оказываются слишком близко. Сильные руки до боли сжимают талию.
— Твоя м…
— Жду тебя в своей спальне, — его голос звучит как раскаты грома, пугая до одури.
— Ну зачем я тебе? — шепчу пересохшими губами. — Ты ведь женат!
Его черные как ночь глаза вдруг оказываются слишком близко. Сильные руки до боли сжимают талию.
— Твоя м…
– Аборта не будет! – я даже не плачу. Меня до трясущихся рук кроет от ярости.
– Ребёнок не входит в мои планы на ближайшее будущее, – холодно заявляет моя первая и единственная любовь.
– Тогда проваливай, – голос все же дрогнул.
– Тай, – он обнял рук…
– Аборта не будет! – я даже не плачу. Меня до трясущихся рук кроет от ярости.
– Ребёнок не входит в мои планы на ближайшее будущее, – холодно заявляет моя первая и единственная любовь.
– Тогда проваливай, – голос все же дрогнул.
– Тай, – он обнял рук…
Он не знает слова «нет». Больше его не слышит. Мое вынужденное замужество сорвало все тумблеры в его голове, сожгло тормоза. Мы из разных миров. Мне даже смотреть нельзя в его сторону, а он желает сделать меня своей и кажется, теперь ни перед чем не …
Он не знает слова «нет». Больше его не слышит. Мое вынужденное замужество сорвало все тумблеры в его голове, сожгло тормоза. Мы из разных миров. Мне даже смотреть нельзя в его сторону, а он желает сделать меня своей и кажется, теперь ни перед чем не …
— Беременность не наступила, — развёл руками гинеколог. Пробовать снова имеет смысл не раньше, чем через год. Организму нужен отдых от препаратов и перенесенного стресса.
Я бессильно опустилась на кушетку наскоро поправив одежду. Это конец. Муж тепе…
— Беременность не наступила, — развёл руками гинеколог. Пробовать снова имеет смысл не раньше, чем через год. Организму нужен отдых от препаратов и перенесенного стресса.
Я бессильно опустилась на кушетку наскоро поправив одежду. Это конец. Муж тепе…
Случайная связь мужа на стороне обернулась крахом для нашего брака. Пока я училась жить без него, Святослав воспитывал дочь от другой, ведь я родить ему так и не смогла.
Сегодня этот красивый и успешный… бывший ворвался в мою жизнь, чтобы перевернуть…
Случайная связь мужа на стороне обернулась крахом для нашего брака. Пока я училась жить без него, Святослав воспитывал дочь от другой, ведь я родить ему так и не смогла.
Сегодня этот красивый и успешный… бывший ворвался в мою жизнь, чтобы перевернуть…
– У меня есть другая, – звучит вместо «С днем рождения, родная», ломая меня пополам.
– Я знаю, – отвечает эхо того, что от меня осталось.
– Знаешь? – удивляется муж.
– Догадалась. Что будем делать? – смотрю на него, задыхаясь от боли.
В квартире в ис…
– У меня есть другая, – звучит вместо «С днем рождения, родная», ломая меня пополам.
– Я знаю, – отвечает эхо того, что от меня осталось.
– Знаешь? – удивляется муж.
– Догадалась. Что будем делать? – смотрю на него, задыхаясь от боли.
В квартире в ис…





















