Истинная для альфы. Последняя наследница.

— О, Крис, Мия! Как хорошо, что я вас встретила, — прозвучал ее бархатистый, наполненный лоском голос. — Я как раз думала заскочить к вам и позвать прогуляться до озера, но, как вижу, немного опоздала?

Девушка с искренней, сияющей улыбкой шагнула к Мие, порывисто обняла её и поцеловала в щеку. По их жестам было отчетливо видно: они действительно близко общаются, дружат и искренне рады этой случайной встрече.

— Привет, Хелена! — Мия с готовностью ответила на объятия и с теплом улыбнулась подруге. — Знакомься, это Айлин, наша гостья.

Хелена плавно перевела на меня свой карий, глубокий взгляд. Ее глаза на миг зафиксировали то, как надежно, естественно и по-хозяйски пальцы Кристиана сжимают мою ладонь. Едва заметное изменение мимики длилось буквально долю секунды — она тут же с филигранной точностью сгладила выражение лица, превратив его в мягкое, полное глубокого понимания и сострадания.

Она сделала полушаг ближе и слегка наклонила голову, будто искренне принюхиваясь и тонко прощупывая мой аромат.

— Привет, Айлин... — мягко, почти сочувственно произнесла она, подавшись вперед. — Мия мне уже успела мельком обмолвиться о том ужасе, который произошел в Финиксе. Мне так бесконечно жаль тебя и твою маму... Это просто непостижимый кошмар. Наша стая сделает всё, чтобы помочь тебе.

Я лишь кивнула в ответ на её приветствие. На более тёплое выражение чувств у меня не осталось ни сил, ни желания.

— Хелена, мы уже прогулялись, — вежливо и сдержанно перебил ее Кристиан. Его голос прозвучал ровно, без какой-либо эмоциональной вовлеченности, а темный взгляд оставался прохладным. — Ты зайдёшь или уже направляешься домой?

— Раз у вас гости и после такого трудного дня, я не буду мешать. Айлин нужен отдых, — Хелена тепло улыбнулась Кристиану, а затем посмотрела на меня. В её карих глазах мелькнула едва уловимая расчетливость. — Увидимся завтра, Крис. Мия, напишу тебе утром!

Она грациозно повернулась и пошла прочь по дорожке, окинув меня напоследок едва уловимым, пренебрежительным взглядом.

Зайдя в уютный особняк Кристиана, Мия скинула обувь, прошла в гостиную и попыталась хоть как-то разрядить висящий в воздухе тяжелый стресс: — Ребята, может, открыем бутылку хорошего вина в честь приезда Айлин и немного отметим событие прямо тут, у камина?

— Если честно, я безумно устала и лучше сразу пойду в комнату, — с надеждой посмотрела я на Кристиана. При любых других обстоятельствах я бы с удовольствием согласилась посидеть в компании, но не сейчас, когда я понятия не имею, что происходит с моей мамой, где она и жива ли вообще.

- Конечно, - Кристиан подошел ближе, наклонился и нежно поцеловал меня в щеку. Его поцелуй был теплым и глубоким. Он проводил меня до двери спальни на втором этаже.

— До утра, — тихо сказала я.

— До утра, — ответил он. — Постарайся хотя бы немного уснуть.

Кристиан легонько сжал мою ладонь. Затем он шаг за шагом направился к лестнице.

Звуки снизу затихали, и я поняла, что Стефан тоже уехал курировать ночные отряды. Особняк погрузился в тишину.

Посмотрела на настенные часы — девять вечера. Вечеринка у Ванессы должна быть в самом разгаре. Я достала телефон и решила позвонить лучшей подруге. Я знала, что она переживает, и решила не оставлять ее в одиночестве.

— Ая?! Где ты?! — едва я набрала номер, как из динамика донесся взволнованный голос подруги. На заднем плане слышались басы клубной музыки и гул голосов, но Ванесса явно находилась в каком-то тихом уголке, чтобы меня услышать. — Я уже десять раз пыталась дозвониться! Твой дом... Я проезжала мимо твоего квартала два часа назад, там были полицейские машины! Что случилось? Где твоя мама? Почему ты не отвечаешь?!

— Ванесса, успокойся, пожалуйста, — мой голос дрожал, а к горлу подступил ком. Слушать её искреннюю панику было невыносимо. — Со мной всё в порядке. Я уехала из города. У мамы возникли срочные семейные дела, и нам пришлось уехать. Прости, что не смогла приехать на вечеринку.

— Какие дела в девять вечера? — Ванесса почти плакала, её голос дрожал от беспокойства за меня. — Ты меня пугаешь! С тобой всё в порядке? Скажи правду! На твоей улице были полицейские, соседи говорят, что у вас взломали дверь!

— Ванесса, клянусь тебе, я в полной безопасности, — сдерживая слезы, с нажимом произнесла я, хотя сердце разрывалось от боли. Сказать ей правду о мире оборотней я не могла при всем желании. — Это длинная история, я все объясню тебе позже. Пожалуйста, не паникуй и никому ничего не говори. Я на связи. До завтра, хорошо?

— Ая, если с тобой что-нибудь случится, я себе этого никогда не прощу... — выдохнула подруга. — До утра. Позвони мне, как только проснешься. Обещай!

— Обещаю, — тихо ответила я и отключила звонок.

Спать совсем не хотелось. Внутри меня горело от тревоги за маму и беспомощности. Чтобы хоть как-то отвлечься и успокоить внутреннюю бурю, достала из рюкзака учебники и попыталась заняться уроками, но безуспешно. Как бы я ни старалась сосредоточиться, строчки расплывались, а прочитанное тут же вылетало из головы.

Вскочив с кровати, отбросила учебники и начала нервно мерить шагами спальню. Приблизившись к окну, взглянула на лунный свет, заливающий огромный сосновый лес. Внутри меня нарастала тревога. Волчица внутри рвалась на свободу, жаждая движения и свежего воздуха.

«Надеюсь, ничего страшного, если я выйду ненадолго прогуляться», — подумала я, чувствуя, как напряжение внутри меня понемногу спадает.

Я пробиралась по дому, как вор, только что укравший что-то ценное. Спустилась по лестнице, вышла через калитку на задний двор и вдохнула прохладный ночной воздух, вслушиваясь в лесные звуки.

— Не спится? — вдруг раздался бархатный голос сверху.

Вздрогнула, резко повернулась и увидела Кристиана на балконе второго этажа. Он был в темных спортивных штанах, с обнаженным мускулистым торсом, готовый к обороту.

— Нет, моя волчица просится на прогулку, — ответила я, обняв себя за плечи.

— Подожди меня, одной сейчас выходить не стоит, — он мгновенно спустился ко мне через задний выход. — Готова?

— Конечно, — ответила я, ощущая горячую вибрацию во всем теле и стремительный всплеск адреналина.

Прыжок — и земля под лапами становится мягкой, а ночной воздух наполняет легкие запахом влажной хвои. Я мчусь вслед за Кристианом. Он выше и массивнее меня, но я изо всех сил пытаюсь не отставать, уверенно догоняя его на поворотах.

Эта стремительная игра отлично отвлекает и смывает дневной стресс. Территория огромна, но мне хочется не просто бежать — хочется заигрывать. Я кокетливо ластюсь к его холке на ходу, трусь мордой о мощную шею и заискивающе поскуливаю. Кристиану это явно нравится: он замедляет шаг, облизывает мне морду, мягко трется боком в ответ и нежно прикусывает за загривок. Настоящие брачные игры.

«Не уходи от меня далеко. Тут может быть опасно», — внезапно проносится в моем разуме.

Импульс звучит настолько четко и осязаемо, что я замираю как вкопанная, уставившись на него.

«Ты... у меня в голове?» — посылаю я ответную волну изумления и тепла.

«Это наша связь, Айлин. Пока только в форме зверя. Позже она станет постоянной. За мной», — отзывается его мысленный отклик.

Но дойти до дома спокойно нам не удается. Внезапно тишину леса разрывает тревожный, протяжный вой дежурных патрулей, доносящийся с северной границы. По всему периметру вспыхивают яркие сигнальные огни тревоги.

Шерсть на холке Кристиана вздыбилась, а из мощной груди вырвался глухой, раскатистый рык, от которого задрожала земля под лапами.

«Нарушение периметра! Враг на границе!» — жестким, не допускающим возражений импульсом пробилось в моей голове. — «Возвращайся в особняк. Живо!»

Превозмогая давящую тяжесть и гулкую боль в натянутых мышцах, я упрямо вскинула морду, сжала клыки и сделала тяжелый шаг вперед, ровняясь с ним.

«Айлин, в дом!» — ментальный голос Кристиана прозвучал уже как тяжелое, раздраженное ворчание.

Он мгновенно подался боком, закрывая меня собой и явно опешив от того, что его абсолютный приказ не сломал мое сопротивление.

«Я не пойду назад. Не после того, что произошло с мамой!» — отчаянным, жгучим импульсом прямо в его разум выдохнула я, игнорируя дискомфорт в загривке.

Кристиан на мгновение дернул ухом, поймав мою непреклонную ярость. Его аура вокруг нас натянулась до предела.

«Мы потом поговорим об этом», — отрезал он коротким, глухим мысленным рыком, пододвигаясь еще ближе и окончательно перекрывая мне обзор на черту границы.

Мы на предельной скорости выскочили к самой черте. У нейтральной полосы воины Стефана уже приняли боевое построение, скалясь на отряд серых волков. Впереди чужаков стоял поджарый мужчина лет шестидесяти с волосами цвета платины и черными, налитыми злобой глазами.

Увидев его, я сорвалась. Вся боль за разгромленный дом и ужас за судьбу мамы вспыхнули слепой яростью. Я оголила клыки, готовая в безумном прыжке рвануть через границу и вцепиться узурпатору в горло, чтобы вырвать правду о маме.

Но не успела я сделать и шага, как пространство вокруг буквально сжалось.

«СТОЯТЬ!» — хлесткий, стальной приказ Кристиана ударил по нервам с физической мощью.

Мои лапы подкосились помимо воли. Дыхание перехватило, загривок прижало к сухой траве. Попыталась с рыком вскинуть голову, превозмогая давящую тяжесть, но двое бета-волков мгновенно подались назад и без колебаний прижали меня своими массивными тушами к земле, намертво блокируя любые попытки вырваться.

— Кристиан! — голос Ареса, усиленный его собственным альфа-давлением, раскатился по лесу. — Ты прячешь наследницу Сноувейла! По законам Высшего Совета она должна быть передана под мой контроль для подтверждения Права Крови! Я дам вам двадцать четыре часа на то, чтобы Айлин покинула территорию Блэквуда!

Чёрный Волк передо мной даже не пошевелился, закрывая меня собой. Из его пасти вырвался сокрушительный, раскатистый рык, а во все стороны ударила чистая, подавляющая сила, давая четко понять: здесь его земли, и никто не переступит черту.

— Если через сутки ее не будет у меня, я созову Высший Совет и объявлю вам войну! — прорычал Арес, сузив глаза. — А ее мать ответит за каждую минуту твоей дерзости!

Серый зверь мгновенно обернулся и вместе со своим отрядом скрылся в ночной чаще.

Как только опасность миновала, беты отступили. Меня отпустили, но внутри всё полыхало от обиды, бессилия и дикого выплеска эмоций. Мы молча вернулись к особняку и приняли человеческий облик, но едва ступив на порог, я не выдержала. Накопившийся ужас за маму и злость от того, как со мной поступили, вырвались наружу.

— Не трогай меня! — выдохнула я, резко выдергивая руку, когда Кристиан попытался взять меня за запястье. Слезы жгли глаза, а дыхание сбилось. — Не смей ко мне прикасаться! Вы просто прижали меня к земле! Вы дали ему уйти, пока моя мама у него!

Я сорвалась и попыталась толкнуть его в грудь, выплескивая весь свой протест, но Кристиан сработал мгновенно.

Он остановил меня, уверенно схватил за руки и шагнул вперед, заставив отступить к дверному проему. В его темных глазах вспыхнул суровый янтарный блеск, а голос прозвучал четко, твердо и строго, мгновенно усмирив мой эмоциональный всплеск.

— Хватит, Айлин. Успокойся.

Я дернулась, пытаясь высвободить руки, но его хватка оставалась непоколебимой.

— Ты больше не в Финиксе и не у себя дома, — жёстко и твердо произнес Кристиан, глядя мне прямо в глаза. В его тоне прозвучала вся суровая дисциплина стаи. — Ты на моей территории. И здесь, перед лицом опасности, ты выполняешь то, что говорит Альфа. Без обсуждений и без самоволия.

Я замерла, тяжело дыша и сжигая его взглядом, в котором мешались слезы, обида и упрямство. Но его строгий, спокойный авторитет и твердая позиция не оставляли места для продолжения истерики.

— Поднимайся к себе, — уже более мягко, но не менее собранно добавил он, отпуская мои руки. — Нам нужны силы. Завтра будет тяжелый день.

Не сказав больше ни слова, я развернулась и пошла на второй этаж. Едва я оказалась в спальне и упала на кровать, эмоциональное истощение и дикая усталость взяли свое — провал в сон был мгновенным и тяжелым.

Глава 9

Будильник прозвенел, кажется, через пять минут после того, как я коснулась подушки.

Голова гудела тупой, тяжелой болью. Эмоциональный срыв у порога, давящий рык Кристиана и липкий, нескончаемый страх за маму выпили из меня все силы. Я несколько секунд просто лежала, уставившись в потолок незнакомой спальни, пыталась сообразить, где нахожусь, пока до слуха не донесся мерный шум леса за окном.

Вспомнив события ночи, я зло сжала зубы: суровый взгляд Кристиана, его жесткая хватка и слова о правилах стаи. Обида всё еще жгла изнутри, но плакать было некогда. Нужно было вставать.

Заставив себя подняться, прошла в ванную, долго умывалась ледяной водой, пыталась скрыть синяки под глазами и кое-как привела себя в порядок. Надев привычные джинсы и худи, подхватила рюкзак и спустилась на первый этаж.

В столовой особняка уже горел свет. Кристиан сидел за массивным столом, уткнувшись в планшет. На нем был строгий темный костюм, но по сжатым губам и жесткой складке между бровей было видно — ночью он вообще не спал.

— Доброе утро, — буркнула, останавливаясь у входа. Голос от усталости прозвучал сипло.

Кристиан поднял взгляд. В его темных глазах на миг проскользнула сложная смесь усталости и заботы, но он тут же вернул себе привычный собранный вид.

— Доброе, — ровно отозвался он. — На кухне тебя ждет Дора. Перекуси, а после мы поедем в университет.

Я молча повернулась и прошла на светлую, просторную кухню, откуда пахло свежим кофе, поджаренным хлебом и ягодами.

У плиты хлопотала женщина чуть ниже меня ростом, со стройной фигурой и аккуратной, короткой стрижкой. Услышав мои шаги, она быстро обернулась и тепло, по-матерински улыбнулась.

— Здравствуй, милая! — приветливо дала она о себе знать, вытирая руки полотенцем. — Ты, должно быть, Айлин? Мистер Эванс предупредил меня, что у нас поживет гостья. Я Дора, экономка. Помогаю по хозяйству. Если что-то нужно — всегда обращайся, не стесняйся.

— Здравствуйте, Дора. Очень приятно, — попыталась улыбнуться в ответ, ощутив, как от её нормального, человеческого тона немного отпускает сжавшийся узел в груди.

— Так, тебе нужно обязательно поесть, на тебе же лица нет, — суетливо заговорила она, подставляя поднос. — Я приготовила свежие тосты, хлопья, есть кофе, сок и мюсли. Что тебе положить?

— Тосты, мюсли и кофе, пожалуйста, — попросила, понимая, что есть не хочется вообще, но организм просто вырубится без еды.

Забрав поднос, вернулась в столовую, где Кристиан был уже не один. На соседнем стуле с чашкой эспрессо вальяжно расположился Стефан. В отличие от нас, он выглядел так, будто проспал десять часов: безупречная рубашка, зачесанные волосы и неизменная ухмылка.

— Доброе утро, Айлин! Как настрой? — искренне поинтересовался Стефан, быстренько окинув меня взглядом.

— Да нормально, готова ко всему, — замялась , усаживаясь за стол и уплетая тост.

Кристиан отложил планшет, сделал глоток кофе и перевел взгляд на Стефана:— Управление сегодня полностью на тебе. Передай безопасникам, чтобы усилили контроль на объектах. Завтра я вернусь к делам фирмы сам, а сегодня сопровожу Айлин в университет.

— Понял, сделаем, — Стефан качнул головой и, с лёгкой иронией уточнил: — А сам не боишься везти её в город? После вчерашнего-то?

— Запретить ей поехать я не могу, хотя очень хочется, — Кристиан поднялся из-за стола, подхватил пиджак и начал собирать документы.

Я замерла с чашкой в руках и медленно опустила её на стол:— В смысле «запретить»? Кристиан, с чего вдруг такие разговоры?

— По-хорошему, тебе вообще стоит оставаться здесь под защитой, — ровным тоном объяснил Кристиан, даже не глядя на меня. — Серые волки Ареса ищут любой шанс тебя сцапать. И пока что я стараюсь не ограничивать тебя слишком жестко.

— Что значит «ограничивать»? — во мне снова закипело вчерашнее бешенство.

— Это значит — сидеть в поселке ради собственной безопасности, — тон Кристиана оставался обыденным, будто он обсуждал расписание автобусов.

— А меня ты спросить не хочешь?! — сжала кулаки и резковато подхватила рюкзак.

Стефан тихо хмыкнул, качнув головой, и с лукавым прищуром шепнул Кристиану:— Друг, осторожнее! Смотри, а то цапнет!

— Когда-нибудь я точно так и сделаю, — пробормотала я ему в ответ и быстрыми шагами направилась на улицу, чтобы не сорваться прямо при всех.

На свежем горном воздухе стоял припаркованный «Мерседес-АМГ». Кристиан быстро догнал меня, открыл дверцу и встал рядом, уставившись на меня сверху вниз темным, тяжелым взглядом.

— Айлин, прекрати вести себя как маленький ребенок, — холодно сказал он. — Я Альфа стаи. Мои решения по безопасности не подлежат обсуждению.

Меня внутри буквально обожгло от этого тона. Я осталась стоять на месте, даже не думая садиться в салон.

— Ты Альфа для своей стаи, Кристиан! — сделала шаг к нему, заставив его чуть напрячься. — Но перестань вести себя так, будто я твоя собственность! Вчера у особняка ты мне уже доходчиво всё объяснил про свои правила. Но если ты думаешь, что можешь просто запереть меня в клетке и решать всё за меня... ты глубоко ошибаешься!

Кристиан замер. На его обычно непроницаемом лице проскользнула тень настоящей досады. В его темных глазах вспыхнул янтарный отблеск, а ровный тон сменился глухим, раздраженным рыком:

— Я не хочу запереть тебя! — прорычал он. В его голосе впервые проскользнуло не властное рычание, а страх. — Я хочу, чтобы Арес не забрал тебя у меня! Ты понимаешь, что он с тобой сделает, если доберется?

Эта неожиданная, отчаянная вспышка искреннего страха в его глазах мгновенно сбила с меня всю спесь. Напряжение между нами натянулось как струна.

— Я думаю, — сказала уже тише, но не менее уверенно, встречая его взгляд. — Именно поэтому я и направляюсь в университет.

Кристиан стиснул зубы так, что на его скулах заиграли желваки. Он выдержал паузу, явно пытаясь справиться с гневом, а потом коротко кивнул, уступая:

— Садись в машину, Айлин. Пожалуйста.

Молча подошла и села на пассажирское сиденье. Кристиан закрыл дверцу, обошел капот и сел за руль. Мощный двигатель «Мерседеса» взревел, и машина стремительно рванула с места, устремившись по извилистой дороге Скоттсдейла в направлении города.

Глава 10

— Почему ты считаешь, что имеешь право контролировать меня? — спросила я, когда наш «Мерседес-АМГ» выехал с территории стаи Блэквуд на городское шоссе, устремляясь в сторону Скоттсдейла.

Кристиан бросил на меня короткий, взвешенный взгляд, не отрывая руки от руля.

— По праву альфы, Айлин, — прозвучал его ровный, низкий голос. В нем не было ни капли раздражения — только сухая, твердая уверенность. — И потому что ты под моей защитой.

Меня внутри опять передёрнуло.

— У меня есть своя жизнь, учеба и собственные решения! Я не твоя подчиненная и не игрушка!

Кристиан плавно перестроился в другой ряд и снова посмотрел на меня — тяжело и строго.

— Твои решения заканчиваются там, где начинается угроза твоей жизни, — спокойно произнес он. — Ты выросла среди людей и понятия не имеешь, как действует Арес. Если я ослаблю контроль хотя бы на час, тебя заберут. И я не собираюсь рисковать тобой ради твоих иллюзий о независимости.

— И что, это теперь навсегда? — тихо спросила я, чувствуя, как к горлу подступает ком обиды.

— Это до тех пор, пока угроза не будет ликвидирована полностью, — отрезал он, и в его тоне звякнула сталь. — Твоя безопасность — приоритет. Спорить со мной бесполезно.

Я словно лбом о стену ударилась. Отворачиваясь к окну, принялась разглядывать мелькающие за стеклом улицы, пальцами сжимая лямку рюкзака. С ним просто невозможно было разговаривать. Он просто ставил перед фактом, и всё.

Вскоре мы подъехали к кампусу университета Аризоны. На парковке и газонах кипела обычная жизнь: студенты с бумажными стаканами кофе, смех, шум подъезжающих машин. Все улыбались, обсуждали какие-то свои дела, и на секунду мне показалось, что я вернулась в свой прежний мир. В то время, когда мама была дома, а я не знала ни про каких волков.

Кристиан заглушил двигатель, вышел первым и открыл мне дверцу.

— Сколько у тебя пар сегодня? — спросил он, пока я вылазила из салона.

— Две, — выдохнула, отстегивая ремень.

Он протянул мне кожаный рюкзак. Его пальцы на секунду задели мои — горячо, ощутимо, заставив кожу покрыться мурашками. Наклонившись, Кристиан едва коснулся губами моих волос:

— Жди меня здесь после занятий. Никуда не уходи одна.

Я даже проворчать ничего не успела, как он развернулся и пошел к корпусу администрации — ровной, уверенной походкой, в своем безупречном темном костюме.

В аудитории перед началом биологии Ванесса буквально подскочила на месте, едва я успела скинуть рюкзак на соседний стул. Она сжала мое запястье и уставилась на меня с диким, нескрываемым шоком:

— Ая, ты сейчас серьёзно?! Я не галлюцинирую?! Это был... Кристиан Эванс?!

Я тихо застонала и закрыла лицо ладонями, пряча вспыхнувшие щеки:

— Вэн, пожалуйста, только не ори на весь поток...

— В смысле «не ори»?! — шепотом, но с бешеной экспрессией выдохнула Ванесса, округлив глаза. — Ты только что вылезла из черного «АМГ» Кристиана Эванса! Того самого приглашенного лектора по геммологии! Он же... он же нереально крутой! Ему двадцать шесть, он выглядит как с картинки, и он открывает тебе дверь и целует?! Скажи мне, что это розыгрыш!

— Это не розыгрыш, — тихо выдохнула, чувствуя, как горит лицо.

— Ты с ним?! — Ванесса не верила своим ушам. — Ая, да на него вчера половина старшекурсниц слюни пускала, когда он прошел по холлу! Откуда ты его вообще знаешь?! Вы где пересеклись?!

— Семья мамы с ним знакома... — попыталась выкрутиться, судорожно соображая, что можно сказать, а о чем нужно молчать. — Это... сложно, Вэн.

— «Сложно» — это не то слово! — Ванесса качнула головой, всё ещё не в силах переварить увиденное. — Подруга, он выглядит так, будто способен решить любую проблему одним звонком. Но при этом... у меня от него мурашки. Он смотрит так, будто ему тут всё принадлежит.

— Ты права, — честно сказала я, вспомнив вчерашнюю стычку у границы и его грозный янтарный взгляд. Затем в голове всплыл образ Хелены из стаи: идеальная укладка, ядовитая улыбка... — И поверь, там и без меня полно желающих на него сесть.

— О, так у него еще и конкурентки есть? — с ухмылкой заметила Ванесса. — Ну, Ая, держись.

Преподаватель вошел в аудиторию, и нам пришлось замолчать. Я честно пыталась конспектировать лекцию по биологии, но строчки расплывались перед глазами. Мысли постоянно уносились к маме, к Аресу, к тому, как меня вчера беты прижали к сухой траве... и к Кристиану. Его жесткие слова всё ещё звучали в ушах, но вместе с обидой внутри грелось странное, глухое чувство. Он действительно приехал со мной. Он действительно был рядом.

На обеденном перерыве мы с Ванессой взяли салат и сок и сели за столик у окна. Вэн без остановки болтала про вчерашнюю вечеринку, про кого-то, кто прыгнул в бассейн в одежде, а я слушала её и думала, как же сильно изменилась моя жизнь всего за пару дней.

И тут край глаза уловил движение у стеклянных дверей ректората. Кристиан.

Он стоял на улице, окруженный двумя мужчинами в строгих костюмах, и разговаривал по телефону. Наши взгляды случайно пересеклись сквозь толпу снующих студентов. Это произошло всего на секунду, но Кристиан чуть сузил глаза, быстро оценивая, где я и с кем. Внутри меня всё перевернулось, и щеки снова обдало жаром. Его властность раздражала, но то, как он оберегал меня, вызывало странное, теплое и надежное чувство.

После обеда мы поплелись на высшую математику. Монотонный голос преподавателя у доски, бесконечные графики, хруст мела... Я сжимала ручку, пытаясь заставить себя вникать в формулы, пока дверь аудитории без стука не открылась.