Околдовать и удержать, или Какими бывают женщины

– Тимур, а ведь в смерти моего мужа виноваты мы с тобой. – Я пристально посмотрела на своего любовника.

– Настя, ты просто сейчас не в себе. Мы-то здесь при чём?

– При том, что всё взаимосвязано. Если бы мы с тобой не встречались, мы бы не улетели из города. Вадим был бы со мной, и его бы не убили.

– Настя, милая, знать бы, где упадёшь, соломки бы постелил. В этой жизни невозможно предугадать все события. Убийство – это одно мгновение. Раз – и нет человека. Его могли убить и при тебе.

– Я стала думать только о нас и уделять мужу мало внимания. Я стала с ним ругаться и ссориться. Ты стал важнее в моей жизни. Чем больше я к тебе прикипала, тем больше трещал по швам мой брак. Вадим уже давно догадывался, но я была слишком слепа и ничего не замечала. Каждый день я убивала его своими же руками. Вероятно, он чувствовал, что я отдалилась и очень сильно переживал по этому поводу.

– Настя, только не вздумай себя винить. В том, что произошло с твоим мужем, ты не виновата. Так просто несправедливо распорядилась судьба.

Вскоре наш самолёт приземлился. Тимур попытался настоять на том, чтобы отвезти меня домой:

– Поедем в моей машине. Сначала мой водитель завезёт тебя, а потом уже меня. Я не хочу отпускать тебя одну в таком состоянии.

– Не парься. Я возьму такси. Мало ли кто может нас с тобой увидеть. Не стоит так рисковать.

– Настя, я настаиваю.

– Тимур, я тебя не узнаю. Я думала, ты не способен принимать неразумные решения. Это мне теперь терять нечего, а ты можешь потерять семью.

Я взяла дорожную сумку и направилась к выходу из самолета.

– Настя, стой! – Тимур попытался меня остановить, но я ускорила шаг и сделала вид, что его не знаю.

Я приняла предложение первого подвернувшегося таксиста и помчалась домой.

Дверь мне открыла мама. Глаза у нее были опухшими от слез. Мы обнялись прямо на пороге.

– Мы с Вадимом договорились, что он рано утром отвезёт меня на дачу, – всхлипнула мама. – Я с утра позвонила, а он не берёт трубку. И на мобильный звонила, и на домашний. Думаю – неужели так крепко уснул? Пошла к вам домой. На всякий случай позвонила, никакой реакции. Я хотела открыть дверь своим ключом, но так получилось, что я слегка её толкнула и дверь сама открылась. Вадим лежал в коридоре. С прострелянной головой. Я закричала, выскочила на лестничную площадку и побежала к соседке.

Я обняла маму, усадила ее на диван и села рядом.

Мы сидели с мамой обнявшись, всхлипывали и пытались осознать случившееся.

– Послушай, а в квартире ничего не пропало? – огляделась я по сторонам.

– В том то и дело, что ничего. Доченька, если бы это было ограбление, я бы хоть поняла, за что Вадима убили. Но это не так. Твои драгоценности, деньги – всё на месте. Кому-то нужна была именно смерть Вадима. Это точно.

– Мамочка, но кому?

– Настенька, это твой муж, и тебе лучше знать, – растерянно ответила мать.

– Я тебе клянусь, что Вадим ни с кем не ссорился, не заводил связи с криминальными элементами, никому и ничего не делал плохого. Занимался финансовой политикой компании. На работе у него не было никаких проблем. Его уважали и ценили как грамотного и профессионального сотрудника. – Я нервно потёрла виски, промокнула платком глаза и спросила: – Господи, ну что же могло произойти? Врагов у Вадима тоже не было. Он был открытым, приветливым и дружелюбным. Просто ума не приложу… Мамочка, ведь просто так не убивают?.. Вадим должен был кому-то перейти дорогу, да?

– А может и перешёл, – произнесла мать устало. – Что ты в последнее время знала о жизни своего мужа? Да, ничего. Вы отдалились друг от друга. Ты увлеклась Тимуром, жила только вашими встречами, сама придумывала причину для ссор, ссорилась с мужем на пустом месте и делала его виноватым. Тебе нужен был повод для того, чтобы сорваться к своему любовнику.

– Мама, не дави на больную мозоль, – сказала я обречённо.

– Извини, доченька, но у меня не укладывается в голове, как такое могло произойти.

– У меня у самой ничего в голове не укладывается. У Вадима не было ни врагов, ни долгов. Кому понадобилась его смерть?

Неожиданно зазвонил телефон. Меня приглашали к следователю.

На следующий день я постучала в дверь кабинета следственного отдела. Меня пригласили войти. Мне навстречу встал из-за стола невысокий мужчина средних лет.

– Анастасия Львовна? Здравствуйте. Проходите, присаживайтесь.

– Спасибо. – Я села и посмотрела на следователя. – Чем могу быть вам полезна?

– Я должен задать вам несколько вопросов.

– Я готова.

Следователь открыл какую-то папку, переложил несколько листочков. Надел очки.

– Где вы были в момент убийства вашего мужа?

– В Германии. Я улетала на выходные.

– С кем?

– Одна.

– Что, и билетик можете показать?

– Могу.

– Какова была цель вашей поездки?

– Никакой особой цели не было. Я просто хотела побыть одна.

– И муж вас отпустил?

– Вообще-то мы взрослые люди и никогда ничего друг другу не запрещаем. Точнее… не запрещали.

– Вообще ничего? – спросил следователь, глядя на меня в упор.

– К чему вы клоните?

– Я задал вам вопрос.

– Я не обязана посвящать вас в подробности своей личной жизни.

– Где вы остановились в Германии?

Я вздрогнула. Я не имею права говорить про тот отель, в котором мы останавливались с Тимуром. Я ни в коем случае не должна ему навредить. Никто не должен знать, что эти выходные мы провели вместе.

– У своей давней подруги.

– Она может это подтвердить?

Я нервно захлопала ресницами.

– На что вы намекаете? Вы думаете, что это я убила своего мужа? Да, что вы себе позволяете?

– Я ни на что не намекаю. Я задал вопрос. Будьте любезны ответить.

– У меня есть алиби, – сухо произнесла я, с вызовом положила ногу на ногу и назвала имя подруги.

Глава 3

У меня действительно жила давняя подруга в Германии, и я поспешила ей позвонить. Правда, сделала это, на всякий случай, не со своего телефона, а пошла на международный телефонный пункт и заказала с ней разговор. После того как она заверила меня, что ей не составит никакого труда обеспечить мне алиби, я успокоилась и взяла себя в руки.

После разговора со следователем я чувствовала себя препаршиво. Мне было горько, что вместо того, чтобы искать настоящего убийцу, наша доблестная полиция хватает крайнего и, дабы не утруждать себя поисками, делает его виновным. Вернувшись домой, я устало рухнула на диван и с тоской окинула взглядом комнату. Везде были вещи, напоминающие мне о муже. К горлу подкатил комок. Я заплакала. Теперь я буду жить одна…

На следующий день я поехала в морг. На пороге в низкое неприметное здание я неожиданно натолкнулась на следователя.

– Здравствуйте. Вы тоже тут? Что-то случилось?

– Произошло невероятное. Отойдем в сторонку. – Следователь отвел меня в сторону и усадил на лавочку. – Сегодня ночью из морга исчез труп вашего мужа.

– Как исчез? – растерялась я. – Кому он кроме меня нужен?

– Знать бы ответ на этот вопрос… Украли… Не сам же он ушел?

– Ничего не понимаю. Зачем? А как же сторож? – заволновалась я.

– Дело в том, что сторож был, как всегда, не совсем трезв. На вопросы отвечает туманно. Он охраняет всю территорию больницы и ничего особенного у здания морга не заметил.

– Что-то у меня в голове не укладывается, как подобное могло произойти. Простите, я просто убита вашим заявлением. Может быть, вы думаете, что это я? Предположили, что я не дотерпела до сегодняшнего утра, чтобы увидеться с ним?

– Вы шутите, и это уже хорошо. Тело вашего мужа таинственно исчезло – это факт. Ну что же, будем разбираться.

Я вернулась домой словно в тумане. Мозг отказывался верить в реальность происходящего. Мне даже стало казаться, что я просто сошла с ума и всё происходящее лишь больные фантазии моего болезненного воображения.

Мама заварила крепкий чай и сказала:

– Ты второй день ничего не ешь. Так нельзя. Вот возьми хоть хоть бутерброд.

Я покорно взяла хлеб с сыром.

– Я не знаю, что делать с похоронами.

– Как не знаешь?

– Тело Вадима украли ночью из морга, – сказала я бесстрастно и поднесла чашку с горячим чаем к губам.

Мама застыла.

Я поставила чашку на стол.

– Я в шоке. Ты слышала когда-нибудь что-нибудь подобное? В морге я встретила следователя. Он тоже не знает, как это случилось.

Мама ожила и бессильно опустилась на стул.

– А может это просто ограбление морга? Может, ещё кто пропал?

Я даже улыбнулась:

– Мамочка! Ну, какое ограбление? Кому нужны мертвецы? Пропало только тело Вадима.

– Ничего не понимаю! Да какому ненормальному понадобился труп?

– Понятия не имею. Может, тело забрал убийца?

– А зачем оно ему?

– Мама, у меня в голове тысяча вопросов и нет ни одного ответа. В любом случае полиция теперь занялась не только убийцей, но и поисками вора. Но Вадима я хочу похоронить.

– И как ты собираешься это сделать?

– Будем хоронить в закрытом гробу.

– Доченька, а может тогда лучше отменить похороны? Не по-человечески это как-то – хоронить пустой гроб…

– Я считаю, что похороны отменять не нужно. Ты видела Вадима мёртвым?

– Конечно, видела, – испуганно произнесла мать. – Медики приезжали и даже назвали приблизительное время убийства. Да разве повезли бы живого человека в морг? Свидетельство о смерти у нас на руках.

– Давай похороним его. Так спокойнее. Не надо никому ничего объяснять.

– Я с тобой не согласна, – вздохнула мать.

– Мамочка, не надо спорить. Искать Вадима полиция может ещё очень и очень долго. Да и вряд ли его найдут. Тут живых то не находят, что уж говорить о мёртвых? Нет, я так решила. Если тело найдут, что маловероятно, то придадим его земле.

– Боже мой, дочка, какие ты страшные вещи говоришь…

– Я вынуждена это сделать. Представляешь, если не будет похорон, на сколько вопросов нам придется ответить? А у нас тобой ответов нет ни на один вопрос. Короче, послезавтра похороны.

На кладбище собралось много народа. Пришли сотрудники фирмы, где работал Вадим. Было море цветов, венки, речи. Убийство мужа потрясло его коллег, некоторые женщины даже плакали. Пустой закрытый гроб опустили в могилу. Я первая бросила горсть земли на крышку гроба. Вопросов, почему гроб закрытый, не возникло – все знали, что Вадим был убит выстрелом в голову.

После кладбища были поминки в ресторане. И вот я наконец дома. Не успела я снять перед зеркалом черную косынку, как раздался звонок Тимура.

– Настюша, ну ты как там, держишься?

– Да. Только вошла домой после поминок в ресторане.

– Ещё раз прими мои соболезнования. Я звонил тебе, но ты не брала трубку.

– Я не могла разговаривать.

– Да, я понимаю.

– Ты кого-нибудь подозреваешь?

– Никого. Вадим и мухи не мог обидеть.

– Ну, кроме его спокойного характера существовала еще его профессиональная деятельность. Он мог перейти кому-нибудь дорогу или запутаться в какой-нибудь махинации. А может, он просто много знал. Это тоже значительный мотив для убийства. Придумать можно еще много чего.

– Я уверена, что менты рассматривают все версии. Понимаешь, но то, что произошло дальше, вообще не поддается никакому логическому объяснению. Ты еще не знаешь… Труп Вадима исчез из морга. Я похоронила сегодня пустой гроб.

Возникла долгая пауза. Тимур был ошарашен моим сообщением.

– Кому могло понадобиться тело мёртвого человека? – наконец спросил он.

– Может, это какой-то маньяк? – Я брякнула первое, что пришло мне на ум.

– Странно, почему маньяк утащил именно твоего мужа?

– Может потому, что он ближе всех лежал?

– Настюша, мне даже страшно представить, как сейчас тебе тяжело. Как бы я хотел быть рядом с тобой. Девочка моя, чем я могу тебе помочь и что для тебя сделать? Хочешь я приеду?

– Не хочу, – честно призналась я.

– Думаю, со мной тебе стало бы легче.

– Нет, Тимур, мне нужно побыть одной. Прости.

Прошло девять дней. Я поехала на работу мужа, чтобы забрать его вещи. В его кабинете я стала паковать большую картонную коробку. За столом сидел уже новый сотрудник и смотрел на меня сочувственно. Прихватив коробку, я подошла к приемной генерального директора к секретарше и поставила коробку рядом с её столом.

– Я бы хотела переговорить с Олегом Дмитриевичем, – попросила я.

– Сейчас узнаю, сможет ли он вас принять.

Через минуту она вышла из кабинета и пригласила меня войти.

Олег Дмитриевич говорил по телефону. Он кивнул мне и рукой указал на стул. Я села, невольно слушая его разговор.

– Сегодня планировал посетить бассейн. Да, тот, что у метро «Парк культуры». Неделю не был. Да, пробуду час-полтора. После позвоню, давай сразу пересечёмся. Примерно в пять встретимся в нашем ресторанчике. До встречи.

Генеральный директор положил трубку и извинился, что заставил меня ждать. Я видела его второй раз в жизни. Первый раз на похоронах. Генеральный произнес трогательную речь на могиле мужа, возложил венок, пожал мне руку и попросил, если возникнет надобность, обращаться прямо к нему. О нем я знала только со слов мужа, и, как правило, он отзывался о нём по-разному. То называл его самым лучшим боссом в мире, то дураком-самодуром, из-за которого он готов был хоть завтра уволиться из компании.

– Ну как вы, Анастасия?

– Вот, приехала за вещами Вадима.

– Сотрудники до сих пор не могут отойти от случившегося. Это такое горе. Вам нужна какая-нибудь помощь?

– Благодарю. Вы мне и так уже помогли. Похоронили мужа за счёт компании.

– Да разве я мог поступить по-другому? Вадим был одним из самых ценных сотрудников. Чай, кофе?

– У вас есть коньяк?

– Коньяк? – По лицу генерального скользнуло удивление.

– Что-то знобит. – Я зябко повела плечами. – Хочется чего-то покрепче. Я приехала на такси, так что мне нечего бояться гаишников.

– Мне тоже, – улыбнулся он. – Я езжу с водителем. А почему бы нам, действительно, не помянуть вашего мужа?

Олег Дмитриевич нажал на кнопку селектора. Через несколько минут мы уже пили, не чокаясь, и шеф, как и на похоронах, говорил о моём покойном муже проникновенные и душещипательные слова.

Я молча выслушала, а потом сказала:

– Олег Дмитриевич, я всё же думаю, что моего мужа убили из-за его производственной деятельности. Других предположений у меня нет.

Генеральный моментально изменился в лице.

– Анастасия Львовна, я что-то не пойму, к чему вы клоните?

– Я просто пытаюсь размышлять на тему, кому мой Вадим перешел дорогу. Я не успокоюсь, пока не найду убийцу мужа.

– Ведётся следствие. Оно обязательно расставит всё по своим местам. Следователь уже допрашивал и меня и наших сотрудников. Я сразу сказал, что в корне не согласен с версией, что смерть вашего мужа имеет отношение к нашей компании. Поверьте, финансовых директоров не убивают из-за должности.

– Может быть, – нервно кивнула я. – Только это еще надо доказать.

Увидев на лице генерального возмущение, я тут же пожалела, что начала говорить слишком резко, и поспешила сбавить обороты:

– Нет, вы только не подумайте, что я подозреваю именно вас. Может, Вадим не туда деньги перевёл? Может, ещё что-то не то сделал…

– Анастасия Львовна, следствие обязательно во всём разберётся. Поверьте, ваш муж был ценным и профессиональным работником. Это я к тому, что вы сказали, что он мог ошибиться с переводом денег. Не стоит так открыто намекать на непрофессионализм своего мужа.

Я перевела дыхание и продолжила, выделяя каждое слово:

– Я не говорила про непрофессионализм мужа. Я просто думаю, что, может, его кто-то что-то противозаконное заставил сделать…

Генеральный так посмотрел на часы, что дал понять – едва начавшийся разговор окончен.

– Анастасия, приношу вам свои извинения, но у меня для вас больше нет времени. Важная встреча.

– Вы намекаете на то, чтобы я ушла?

– Я не намекаю. Я говорю прямо. Все свои подозрения вы можете высказать в полиции. Мне бояться нечего.

– А я думала, что смогу поделиться своими подозрениями с вами. Мне казалось, что это в ваших же интересах.

– Вы ошиблись.

Генеральный вызвал секретаршу и попросил меня проводить. Я вышла из кабинета, взяла коробку с вещами мужа и на ватных ногах направилась к выходу.

Глава 4

Вернувшись домой, я вспомнила о телефонном разговоре шефа, в котором он упоминал бассейн, и решила его опередить. Не прошло и часа, как я уже сидела на бортике бассейна и выглядывала Олега Дмитриевича. Я была уверена в том, что здесь я смогу поговорить с ним намного обстоятельнее, чем у него в офисе.

Я любила этот бассейн за то, что он располагается в центре и можно было плавать даже зимой. На «Парк культуры» приходило много известных спортсменов, которые готовились к международным стартам и проводили здесь свои тренировки. Здесь была какая-то особая, добрая и славная аура.

Босс не заставил себя долго ждать. Не успел он прыгнуть в воду, как я прыгнула следом за ним, тут же его догнала и, не снимая очков для плавания, постучала его по спине.

– Олег Дмитриевич, вы в плавании не так преуспели, как в бизнесе.

Шеф тут же остановился, снял очки для плавания и испуганно посмотрел на меня.

– Анастасия, вы?

– Хотите, я научу вас плавать баттерфляем? У вас совершенно несимметричное движение рук и ног, да и скорость явно хромает. Давайте попробуем вместе. Руки должны быть вытянуты вперёд, голова опущена в воду, лицо обращено вниз. Ноги должны быть подняты до горизонтального положения. Освоим с вами баттерфляй, а потом я научу вас плавать кролем.

– Послушайте, вы за мной следите, что ли?

– Нет. Просто я услышала ваш телефонный разговор. Как вы смотрите на то, чтобы продолжить прерванную в офисе беседу?

– Я вообще-то, сюда отдыхать пришёл, – с вызовом бросил босс и, надев очки, отплыл от меня.

Я села на бортик. Шеф плавал около сорока минут, а затем направился в сауну. Недолго думая, я зашла в сауну, села с ним рядом и заметила:

– И всё-таки плавание у вас хромает.

– Настя, что вы от меня хотите? – раздражённо спросил он и нервно застучал пальцами по лавочке.

– Олег Дмитриевич…

– Можно просто Олег.

– Олег, я хотела бы услышать ваши предположения. Что вы лично думаете об убийстве моего мужа?

– Ничего. Вадим был положительный, надежный человек.

– Я должна докопаться до истины. Мало того, что его убили, так ещё и украли труп из морга. Только прошу вас это не афишировать. Это между нами. Я похоронила пустой гроб.

Лицо Олега вытянулось.

– Вы в своём уме? Настя, не обижайтесь, но мне кажется, что вы с горя умом тронулись.

– Я понимаю, что со стороны именно так и выглядит, но уверяю вас, что со мной всё в порядке. Покойника выкрали из морга.

– Бред какой-то. А мёртвый он кому понадобился?

– Если бы я знала ответ на этот вопрос…

– Ну, а что говорят по этому поводу наши правоохранительные органы?

– Пока ничего, сами не знают что и думать. Действительно, кому может понадобиться труп?

После сауны мы зашли в бар и где-то ещё с полчаса разговаривали о Вадиме.

– Ваш муж не занимался никакими сложными финансовыми операциями, – попытался уверить меня Олег. – Но даже если бы и занимался, то вряд ли мог сделать что-нибудь противоправное. У нас строжайшая система отчетности и финансовая дисциплина на уровне. – Олег посмотрел на часы и вытер полотенцем выступивший на лбу пот. – Настя, у меня сейчас важная встреча. Я вынужден уйти. Я действительно скорблю и сожалею, что не могу вам помочь.

– А вы в каком направлении сейчас поедете?

– Я еду в сторону проспекта Мира. У меня встреча в ресторане.

– Надо же, нам по пути. Не подбросите?

Олег попытался скрыть своё недовольство, но у него это плохо получилось.

– Хорошо. Буду ждать вас на стоянке, прямо напротив входа.

Я пошла одеваться и даже не стала сушить волосы феном. Я и сама не знаю, зачем увязалась за боссом мужа, но мне казалось, что там, где он, там и разгадка смерти Вадима.

Выйдя из дверей бассейна, я увидела «Мерседес», который помигал мне фарами. Я, не раздумывая, села в салон. В машине находились Олег, водитель и охранник. Всю дорогу, пока мы ехали до проспекта Мира, я старалась вести с ним светскую беседу не обращать внимание на его увеличивающееся раздражение.

– Кирилл, останови здесь, – Олег показал на стеклянный цветочный павильон у дороги. – Мне нужно купить Таньке цветы. Настя, я сейчас с девушкой встречаюсь. В цветах не очень понимаю. Был бы вам очень признателен, если бы вы помогли мне выбрать самый красивый букет.

– Тогда нужно знать, кем приходится вам эта девушка.

– Любимой.

– Так вы же вроде женаты? Уже развелись?

– Настя, вы прямо какая-то несовременная. Разве у женатого человека не может быть любимой девушки?

– Наверное, может, – растерянно ответила я и подумала о Тимуре.

– Вот и я про то же. Ну что, идём?

– А какие цветы любит ваша девушка?

– Всё банально. Она любит розы.

– Тогда купите ей корзину роз.

– Корзину? А почему бы и нет?

Первым из машины вышел охранник. Он открыл дверцу сначала шефу и в тот момент, когда я уже хотела выбраться из салона сама, галантно открыл дверцу и передо мной и даже протянул руку.

Я вежливо его поблагодарила.

Мы зашли в магазинчик, продавщица тут же бросила заниматься своими делами и расплылась в улыбке:

– Здравствуйте! Давайте я помогу подобрать букет, – слащавым тоном предложила она, но тут произошло что-то невообразимое.

Раздались резкие выстрелы. Через стекло павильона я увидела, что «Мерседес» Олега загородил большой чёрный джип. Из него выскочили люди в масках и через секунду они были в магазинчике. Меня схватили, волоком затащили в джип, от шока и страха я плохо соображала. На полу остался лежать убитый охранник. Навалившись на стойку грудью, истекала кровью продавщица. Рядом с «Мерседесом» лежал ничком водитель. Видимо, перед тем как получить пулю, он вышел из машины покурить. Мне сунули под нос какую-то тряпку с резким запахом, и я потеряла сознание…

Очнулась я с дикой болью в голове, хотела потереть виски, но затёкшие руки были связаны, и я не смогла даже пошевелиться. Я лежала в темном помещении. Глаза через пару минут привыкли к темноте. Уловив шорох рядом, я поняла, что не одна, и тихо спросила:

– Кто здесь?

– Я, – услышала я голос Олега. – Я здесь.

– Вас тоже похитили?

– Может, уже хватит выкать? Думаю, что мы сейчас находимся в таком месте, где хорошие манеры смешны.

– Ты можешь двигаться?

– Я связан.

– Что с нами произошло?

– Нас похитили. Убили моих людей и ни в чём неповинную продавщицу.

– А ты говорил, что твоя компания не занимается криминальными делами. Просто так людей не убивают и не похищают. Не такой уж ты и безупречный бизнесмен.

– Послушай, ты мне сейчас мораль читать собралась? Отвали от меня вместе со своим морализаторством. И так тошно.

– Я не собираюсь читать мораль. Просто хочу заметить, что теперь я на сто процентов уверена, что моего мужа убили из-за тебя.

– И со своим мужем тоже отвали. Затрахала.

– А ты почему со мной разговариваешь в таком тоне? Кто дал тебе право? Ты генеральный директор, но только в своей конторе. Поэтому поубавь-ка свой пыл. Если бы ни ты, меня бы здесь не было. Попала я в этот дурацкий переплет только из-за тебя.

– Тебя никто не просил тащиться за мной в бассейн, а потом и на проспект Мира. Прилипла, как банный лист.

– Я вот только не пойму, какого чёрта меня вместе с тобой взяли в заложники? Ты-то денежный мешок. Понятно. С тебя можно деньги стрясти. А я тут для каких целей?

– Вообще-то ты должна радоваться, что тебя взяли вместе со мной, а не убили. Цветочница уже на небесах. Цветочки в раю перебирает.

– Где гарантия, что нас оставят в живых?

– Гарантия? Ну, ты даешь! Да нас могут замочить в любую секунду. Но если пока оставили в живых, значит им от нас что-то нужно. Точнее, им нужно что-то от меня. С тебя брать особо нечего.

– Олег, я надеюсь, ты будешь благоразумным и сделаешь всё, что от тебя потребуют? Не будешь жадничать и отдашь им всё, что они захотят? Мне умирать совсем не хочется.

Но Олег молчал. Он только тяжело дышал. А я закрыла глаза и жалобно заскулила. Мне стало жалко Вадима, себя и бедную продавщицу из цветочного магазина. Как всё-таки непредсказуема жизнь… Женщина честно выполняла свою работу, составляла букеты. Налетели люди в масках и непонятно за что отправили на тот свет. Уж её-то могли оставить живой? Решили убрать всех свидетелей. А дома, наверное, у нее ребёнок. И муж. Кто-то из близких звонит ей на мобильный и слышит одну и ту же фразу: «Абонент недоступен». Сразу приходишь к мысли, что человеческая жизнь ничего не стоит. Мне почему захотелось спрятаться в объятиях Тимура. Хотелось почувствовать себя маленькой. Чтобы он погладил меня по голове, спрятал, помог, поддержал и сказал, как сильно я ему нужна.