Академия империи. Сирота

- Может быть, оно и так, - неохотно должен был согласиться Улли, - но в первой схватке он ее так отлупит, что мало не покажется.

- Ничего, переживу! Не убьет ведь, - буркнула я. – Для общего дела не жалко.

- А ты сама к нему что-нибудь чувствуешь? – с любопытством спросила Лемма, посмотрев на меня.

- Ага, чувствую, - согласилась я. – Ненависть трудового народа к угнетателям. Особенно на тестах, на которых он меня гнобит.

Улли засмеялся, но как-то не очень весело.

- Ты чего скис? – толкнул его в плечо Данзор. – Ари жалко? Не парься, она сильная, она выдержит. Она ведь Ариэ! Правда? Да и дядя не совсем такой мудак, как можно подумать. До смерти на убьет!

- Вчера наемники Дарэма Арпада уничтожили еще две планеты в системе Ариэ, - со вздохом пояснил причины своего настроения Улли.

- Восстановим, - я подошла к Улли и положила ему руку на плечо. – Вот закончим Академию и все восстановим. Сделаем даже лучше, чем было!

- Да не вопрос в том, что восстановим, - заиграл желваками мой обычно такой веселый маленький братец, в эту минуту выглядевший очень взрослым и хмурым. – Вопрос в том, чтобы все это прекратить и, наконец, закончить эту войну.

- Может быть, пойти к дяде и сказать ему все напрямую? – предложила после недолгой паузы Лемма.

- Ну да, так он тебе и поверит! – Улли безнадежно махнул рукой. – Ты посмотри, что каждый раз происходит между ним и Ари! Прямо искры во все стороны летят. От ненависти. И это при том, что он сдерживается.

- Это потому, что он полагает, что она дочь королевы Риверин Ариэ, - авторитетно сказал Данзор.

- Это не только потому, - тихо сказала Лемма. – Это также потому, что одновременно с этим Ари его чем-то притягивает. Я видела выражение на его лице, когда он на нее смотрит. Это такая смесь неприятия, симпатии и недоумения от этого, что это ему самому, наверное, неприятно. Я думала об этом. Она его чем-то тянет, а он понять не может чем. Но я думаю, что ты прав, - она повернулась к Улли. – Если мы напрямую скажем ему, что Ари - Висвэрина, он нам не поверит.

- Для того, чтобы он смог снять твои браслеты, обязательно, чтобы он поверил в то, что ты Висвэрина? – обратилась она с вопросом ко мне.

- Все довольно сложно, - со вздохом сказала я. – В пророчестве говорится о слиянии двух атауэ. Вот как хочешь, так и понимай это слияние.

- Ах да, атауэ! – хлопнул себя по лбу Данзор. – Тогда достаточно просто подойти к нему, снять с него перчатку и коснуться его руки! И, вуаля – появится атауэ! И не надо ничего доказывать и никого ни в чем убеждать. Результат налицо. Точнее, не на лице, а на руке! – пошутил он. - Все просто, как барабан.

- Можно попробовать, - с сомнением сказала я. – Но, боюсь, все не так просто.

- Я заметил, что каждый раз, когда он даже стоит рядом с Ари, он непроизвольно касается рукава своего кителя в том месте, где у него атауэ, словно она чешется или начинает его беспокоить, - задумчиво сказал Улли.

- Ну вот, видишь! Все сходится! – обрадовался Данзор. – Он действительно ее чувствует!

- Но, тем не менее, я наблюдал за ними обоими и также заметил, что лорд Мотлифер несколько раз случайно касался Ари. И ничего не произошло! – возразил Улли, посмотрев при этом на меня и на Лемму.

Лемма, в свою очередь, посмотрела на меня. Я развела руками.

- Откуда я знаю? Вы все видели пророчество. Я знаю не больше, чем вы!

- Но у тебя есть по этому поводу какие-то догадки, не правда ли? – проницательно спросил Улли. – Это как-то связано с твоими браслетами-ограничителями магии?

- А при чем тут браслеты? – удивилась Лемма. – Под ними ведь, насколько я понимаю, та сила Ариэ, которая ушла после смерти всех Ариэ в лимбо, не так ли?

Улли одобрительно посмотрел на нее, а потом снова обратился ко мне:

- Ты рассказывала мне, что один раз уже снимала браслеты-ограничители?

Я положила руку на горло, показывая Улли, что в присутствии других людей, кроме него, во время разговоров о моем прошлом я чувствую, как сжимается на моем горле удавка-заклинание Черного Лорда.

- Ах да, я забыл! – спохватился Улли, с беспокойством посмотрев на меня. – Тогда я сам скажу.

- Дело не в браслетах, - сказала я, опережая его объяснения о том, что именно произошло после того, как я сняла браслеты в первый раз, во время изложения которых Улли обязательно расскажет о том, что случилось по моей вине с Черным Лордом. – Да, я их снимала, и произошла катастрофа, - я сглотнула, пытаясь избавиться от удавки, - но я осталась той, что я есть, то есть Аркси Ариэ. Я не стала после этого опять Висвэриной!

- Я имею в виду внешне и по возрасту, - объяснила я Данзору, прислушивающемуся к моим словам с открытым ртом.

- Возможно, что подлинная личность Ари должна раскрыться не тогда, когда она снимет браслеты, а тогда, когда ее узнает дядя, - задумчиво сказала Лемма. – Вспомните пророчество. Магия Ариэ вернется, когда откроется подлинная личность, а личность откроет тот, кто носит атауэ. И оковы перестанут приносить разрушения, когда сольются две татуировки.

- Тогда нам придется ждать до скончания миров! – психанул Улли, – потому что в том же самом пророчестве говорится о том, что слияние должно быть добровольным и обоюдным. Учитывая настоящее положение дел, война будет продолжаться вечно!

- Я тоже так думаю, - со вздохом согласилась я, обращаясь к Лемме и игнорируя замечание Улли.– Все упирается в то, чтобы меня узнал лорд Мотлифер.

Мы удрученно замолчали и молчали до тех пор, пока Данзор не пришел к собственному заключению, которое он нам тут же озвучил:

- Значит, будем действовать по плану А. То есть, подталкивать дядю и Ари работать на уроках по «пилотке» вместе. Может быть, в один прекрасный день они вместе так жахнут по условному противнику, что пробьют стену полигона. И тогда он сможет поверить, что она – та Ариэ, которую он ищет.

Улли и Лемма переглянулись, в то время как я удрученно вздохнула, оценивая размер грядущих неприятностей.

И неприятности не преминули последовать.

В первый раз, когда я добровольно вызвалась в «двойку» к лорду Мотлиферу на занятиях по «пилотке» на симуляторах по классу работы со вторым пилотом, он только высокомерно поднял бровь и молча определил меня в пару, которая стала его противниками. Моим вторым в «двойке» был полу-дракон принц Лабэллен Болл, как поговаривали, сын короля второго дома лордов белых драконов Белтарена Болла и какой-то светлой магини, не помню ее имени. Вторым в «двойке» лорда Мотлифера был принц Мэрринэф Ринн, младший сын короля старшего дома лордов морских драконов Златонэфа Ринна и младший брат принца Златосура Ринна, который за двенадцать лет моего отсутствия успел стать королем. Обоих из них я знала только по учебе в Академии, и оба были неплохими ребятами, но невеста принца Лабэллена (которого мы звали между собой - Лэн) была из рода светлых магов, которые встали на сторону драконов. И она просто люто ненавидела королеву Риверин Ариэ, которую винила в том, что светлые маги попали под раздачу драконов в начале войны. При чем тут была королева Риверин, если светлые маги восстали против драконов по наущению темных, я не понимала, и несколько раз пыталась выяснить это у милой девушки. Дело тогда, помнится, закончилось потасовкой, которую начала она, но за которую наказана была, естественно, я. Потом эта девица весьма активно «приседала на уши» милому принцу Лэну по этому поводу, но, слава богу, у него хватало ума ко мне не цепляться. Однако свой тыл во время сражения в «двойке» я бы ему не доверила. Тем не менее, пришлось довольствоваться тем, что есть. Мэрри Ринн был хорош в «пилотке», это я знала по совместным занятиям с Улли и Данзором, где он всегда был нашим «четвертым». Поэтому перед тем, как надеть защитный шлем, сев на тренажер, Мэрри бросил на меня извиняющий взгляд и пожал плечами. Я кивнула в ответ. Что я могла сделать? Я и так уже знала, что меня будут бить. Слава богам, что регенирующий девайс был заранее вживлен под мою кожу, как и всем, при поступлении в Академию.

Бой начался прозаически. В нашей паре я была первым пилотом, Лэн Болл – моим вторым пилотом. В паре лорд Мотлифер – Мэрри Ринн драконий король был первым пилотом. Он атаковал меня сразу и весьма агрессивно. Я сразу ушла вверх, а затем атаковала их сама. Но мой второй пилот отстал, и не только не поддержал меня в атаке, но и не защитил меня сзади, когда, завершив свою атаку, которую лорд Мотлифер и Мэрри отбили, я выходила из пике и лорд Мотлифер ударил мне в «хвост». «Хвост» треснул, меня тряхнуло и как следует приложило пулеметом Мэрри, но я выровняла машину и, превозмогая боль, вернулась на трек. На Лэна я больше не надеялась и последующие пятнадцать минут сражалась одна против «двойки» лорда Мотлифера, одновременно учитывая то, что в любой момент против меня может выступить и принц Лэн. Я вертелась как юла, входила штопором в небо, выделывала невозможные пируэты, уходя от атак проклятой драконьей морды, расстреляла все патроны из своих пулеметов, но в последнюю минуту, когда мне казалось, что я уже смогу выкрутиться, внезапно оказалась лицом к лицу с машиной лорда Мотлифера, прущего прямо на меня. В нормальных обстоятельствах это означало поражение, и должна была сдаться. Но от боли и от злости меня буквально заклинило. Я направила свой виртуальный самолет прямо на самолет лорда Мотлифера, идя на таран, и запела «Катюшу». Зачем я это сделала, я сама не понимала. Точнее, я хорошо понимала, почему я пошла на таран – за эти полгода постоянные придирки в Академии меня просто выбесили. Но почему я вдруг стала петь, да еще петь «Катюшу» - это было выше моего понимания. Драконья морда тоже немного прибалдел. Очевидно, он также понял, что сумасшедшая баба в лице меня действительно попытается сейчас его покалечить. В случае столкновения в таране оба из нас должны были получить довольно серьезные, но не смертельные ранения. Мне было не привыкать, а вот лорд Мотлифер, как мне показалось, на какую-то секунду растерялся. Не знаю, что было бы со мной, если бы мы все-таки виртуально столкнулись и лорд Мотлифер был ранен, но, к счастью, в момент, когда наши самолеты чуть не соприкоснулись носами, время, отведенное на сражение, истекло, и нас выбросило в "реал".

Я была ранена, но не побеждена. Сквозь плену боли от многочисленных переломов и сквозных ранений, я чувствовала, как с меня снимали шлем, как ругался над моей головой Улли, я слышала голос Данзора и лорда Мотлифера, но не могла пошевелиться. Только на минуту, когда я вдруг увидела склоненное надо мной лицо лорда Мотлифера, я, с трудом разомкнув губы, сипло спросила: «Я проиграла?», на что он, помолчав, неожиданно спокойным тоном сказал: «Выиграла. Посмертно».

Второй раз я открыла глаза в лазарете. Рядом с моей кроватью в кресле сидела Лемма, читая на растянутом на стене окошке даэра что-то по теории «диверсионки». Я несколько раз проморгалась, добиваясь чистоты зрения, а затем стала читать вместе с ней.

«Диверсионка» мне нравилась. Теорию и практику «диверсионки» вел у нас король Ларибэлл Болл. Лар Болл из моей прежней жизни, принц лордов белых драконов, оставшийся таким же весельчаком, каким он был в мои студенческие годы. Только теперь, по прошествии двенадцати лет, Лар был генералом, героем третьей межгалактической войны и одновременно самым сильным спецом по разведке и подрывной работе в тылу противника, которую он лично, с помощью Светославы Арклайт почти шесть лет вел на планетах темных магов, используя ту тактику прикрытия своей магии, которую мы некогда разработали в группе Тангирра Тонна, готовясь к турниру масок.

... С создания прикрытия своей магии он и начал наше первое занятия в своей группе в начале семестра. Я, естественно, немедленно вспомнила уроки турнира и подкатила к принцу Арнольду (по кличке Паппи) Боллу, из дома лордов белых драконов, у которого, как в свое время у Лэтара, оказалось целых два белых дракона. Паппи мне нравился. Он никогда не задирал меня, вероятно потому, что сам был другой по сравнению с остальными драконьими лордами, которые имели по одному дракону. Это был высокий, как все лорды драконов, светловолосый юноша с шапкой почти белых по цвету волос, подстриженых таким образом, что спереди они непослушными прядями спускались почти ему на глаза, а сзади были коротко подстрижены на уровне шеи. Он всегда носил белую рубашку, расстегнутую на груди, и темные брюки, затянутые на тонкой талии темным кушаком. Его родителями были король Северной Звзеды Белтарин Болл, а вот по поводу матери в Академии ходило очень много сплетен. Сам Паппи был сильный боевик, маг ледяного ветра и маг льда, поэтому открыто связываться с ним задиры из Академии побаивались. Говорили, что как-то раз, на первом курсе Паппи довели и он превратил одного из задир в ледяную скульптуру, после чего пострадавшего размораживали в течение нескольких дней. Услышав в первый раз об этом, я уже серьезно подумывала о том, чтобы в следующий раз, когда ко мне начнет прикапываться эта придурошная магиня из светлых, просто забросить ее куда-нибудь на одну из планет светлых и посмотреть, как скоро они ее найдут. Заодно и практику пройдет по выживанию в экстремальных условиях. Выслушав мои обоснования для того, чтобы работать вместе, немногословный принц лордов белых драконов согласно кивнул. В результате, мы с ним стали первыми по успеваемости студентами на уроках по «диверсионке» и любимчиками короля Ларибэлла.

- Вы просто идеальная пара прирожденных диверсантов! – посмеиваясь, сказал нам на том самом первом уроке король Ларибэлл. – Хоть сейчас забрасывай вас в тыл противника. Я поговорю с вашим куратором для того, чтобы он поощрял ваши занятия в паре. Я знал только одну такую пару, как вы, но ее, увы! уже нет.

- Кто они были и что с ними случилось? – спросила тогда Лемма, которая была просто фанаткой «диверсионки».

- Это были Лэтар Тонн-Болл и Висвэрина Ариэ, - с грустью сказал Ларибэлл. – Обоих уже нет в живых. Лэтар погиб в первые дни войны, спасая созвездие Белой Звезды от нападения флота Черного Лорда. Висвэрина Ариэ, как вы все знаете, исчезла перед самым началом войны, украденная Дарэмом Арпадом или Черным Лордом.

«О как! – проснулась тогда моя шиза. - Как они славно все это обставили. Тебя, оказывается, украл Дарэм Арпад! Поздравляю, жертва злого темного мага!»

«Если бы ты не проспала все события на Забытой Звезде, - подколола ее я, - то ты бы узнала, что Дарэм украл меня от великой любви. А мой брак с лордом Мотлифером стал тем событием, которое вызвало третью межгалактическую войну!»

«Это каким же таким макаром?» – недоверчиво спросила шиза.

«Ну как же, - делано удивилась я. – Он же посмел украсть невесту принца теней Дарэма Арпада!»

«Чудны дела ваши, боги конфедерации!» – вздохнула шиза, как всегда, переиначивая пословицу моего мира...

Я оторвалась от своих воспоминаний и снова взглянула на даэр Леммы Флемм. Виртуальный учебник все еще оставался открыт на той же самой странице.

- Ты читаешь или нет? – слабо возмутилась я, поворачивая голову к Лемме.

- Что? - вытаращила глаза на меня принцесса драконов эфира.

- Переверни страницу, а? – отчего-то хриплым голосом попросила я. – Интересно же, дочитать до конца. Ты что, заснула?

- Ари! Ты очнулась! – закричала Лемма, вскакивая с кресла. – У тебя ничего не болит? Хочешь водички?

- Ничего не хочу, переверни страницу! – просипела я. – Хоть перед смертью успею главу дочитать.

- Перед какой смертью? – опешила Лемма. – Тебе, что, плохо? Вызвать лекаря?

- Перед тем, как меня твой дядя прибьет за мою попытку закончить учебный полет коллективным самоубийством.

Я откинулась на подушку, некоторое время смотрела на застывшую после моего ложа Лемму, а потом все-таки нашла в себе силы еще раз попросить:

- Ну, пожалуйста, Лемми, переверни страницу. А то я ведь не удержусь, сама переверну, и тебе потом свой даэр опять чинить придется. Тебе это надо, а?

- Ари! – пришла в себя Лемма. – О чем ты думаешь! Что ты говоришь! Никто тебя убивать не собирается. Дядя, напротив, уже наказал Лэна Болла за «вопиющее нарушение выполнения обязанностей второго пилота», - с удовольствием процитировала она, и тут же добавила: - Вся наше группа аплодировала этому решению. Лэн совсем рехнулся от любви к своей светлой магичке!

- Правда, что ли? – с недоверием спросила я.

- Правда! – уверила меня Лемма. – А еще он засчитал тебе победу в этом поединке! Представляешь!

- Не представляю, - честно сказала я.

Если это правда, то у лорда Мотлифера совсем поехала крыша. Я же, на фиг, в порыве своей злости на Лэна и всех остальных могла его покалечить! Запросто! Если бы он не отвернул или, как в нашем случае, не закончилось время поединка. А зная упертого драконьего лорда, я была почти уверена, что он бы не отвернул. Я чуть было не угрохала драконьего императора! Только в этот момент до меня дошла вся глупость моего поведения. Тагры меня подери, да я запросто могла убить нас обоих!

Видимо, на моем лице отразилась такая паника, что Лемма, понимая, чем она была вызвана, наклонилась ко мне и, поправляя мою подушку, тихо сказала:

- Я никогда не видела моего дядю в таком состоянии одновременно ярости и растерянности. Он сам вытаскивал тебя из учебного тренажера. Мне кажется, что мы на правильном пути.

Я перевела дух и постаралась успокоиться. Ничего не произошло. Все живы, и я тоже пока жива. Правда, я все еще Аркси-Искра, но лучше быть живым «отродьем Риверин», чем дохлой принцессой Висвэриной Ариэ.

Глава 14

Мотлифер Флемм

- Флемм, тебе не кажется, что ты придираешься к девчонке? - спросил, догоняя Мотлифера в коридоре Академии, король лордов белых драконов Ларибэлл Болл.

- Кого ты имеешь в виду? – хмуро взглянул на него он.

- Ты сам знаешь, - с неодобрением вернул ему хмурый взгляд Ларибэлл Болл. – К Ари Ариэ Тонн. С чего ты так взъелся на девчонку? На тебя это не похоже.

Мотлифер знал, что Ларибэлл Болл говорил правду, он действительно придирался к этой нахальной малолетке – дочери Риверин Ариэ, но ничего не мог с собой поделать. Она злила его, казалось, одним своим видом, тем, как она на него смотрела, дерзко и вызывающе, как непременно огрызалась на его несправедливые придирки, как молчала и только сильнее стискивала зубы от боли, когда он метелил ее в боях на тренажерах-симуляторах полета. Однако, она быстро прогрессировала, набирая опыт в жестких сражениях с ним, в которых он не просто не давал ей никаких поблажек, но относился к ней строже, чем к другим. Иногда, глядя на то, как на практических занятиях по пилотированию она закусывает от боли губу, по которой течет кровь, ему становилось ее жалко, но он прогонял от себя эту невольную жалость воспоминанием о том, что именно по вине ее матери и взятой ею с Висвэрины клятвы он должен был вот уже больше десяти лет жить без жены, а драконьи семьи понесли такие огромные потери в этой войне. В тот раз, когда она чуть не покалечила его, идя на таран с его виртуальной машиной, он даже на минуту растерялся, понимая, что упертая девчонка готова убить себя и его для того, чтобы доказать всем, что она чего-то стоит. После этого урока он наказал принца Лэна Болла, демонстративно отказавшегося выполнять при ней свои обязанности второго пилота, и поставил выигрыш за это бой Ари Ариэ Тонн, объяснив свое решение победой ее морального духа. Размышляя о причинах своего отношения к воспитаннице короля Тангирра, Мотлифер невнимательно прислушивался к тому, что говорил ему король Ларибэлл.

- Ты слышишь, что я тебе говорю, Флемм! – рассердился Ларибэлл Болл, глядя на отсутствующее выражение лица короля драконов эфира.

- Не знаю, Лар, - честно и немного невпопад ответил Мотлифер сразу на все, что ставил ему в вину Ларибэлл Болл. – Есть в ней что-то такое, что меня раздражает.

- Давай я возьму ее в свою группу, - предложил король лордов белых драконов. – Или отдай ее в группу Тангирра. Пока у нашего адмирала крышу не снесло от жалости, когда он видит, как ты метелишь его малютку.

- Нет! – категорично сказал Мотлифер, представляя свою группу без этой несносной малолетки. – Она останется в моей группе. У нее есть способности. Я научу ее летать и драться как следует, и не буду делать ей поблажки, как девчонке. Она, как все все остальные, курсант империи. Хрупкой и красивой девочкой она станет, когда уйдет из Академии и выйдет замуж!

- О как! – крякнул Ларибэлл, внимательно приcматриваясь к нему. – Воспитываешь, значит. Ну, хорошо, только не калечь, ладно? Она мне нравится. Упорная, умная, дерзкая, несмотря на свою хрупкость. И действительно красавица. Чем-то напоминает мне одновременно Светославу Арклайт и Вису Ариэ в былые годы.

- Новую жену себе присматриваешь? – спросил Мотлифер, не понимая, отчего ему было так неприятно слышать откровения короля Ларибэлла.

- Почему бы и нет? – подмигнул ему король лордов белых драконов.

Мотлифер неодобрительно покачал головой.

- Никаких браков до окончания Академии! Ты знаешь правила.

- Знаю, - как показалось ему, с сожалением сказал король Ларибэлл. – Ну что ж, я подожду.

- Кстати, если уж ты оставляешь ее в своей группе, ты собираешься сделать что-то по поводу произвола, который творится по отношению к Ари? – в следующую минуту спросил он.

- Какой еще произвол? – нахмурился Мотлифер. – Единственное, что мне известно, это то, что девчонка Ариэ Тонн постоянно дерется, как с мальчиками, так и с девочками. И пару раз втягивала в эти драки моих племянников.

- Вот у племянников своих тогда и спроси, чем было вызвано такое поведение этой твоей хрупкой и красивой девочки Ари Тонн Ариэ! – с тяжелым сарказмом залепил ему в ответ король Ларибэлл Болл.

- Курсантки Тонн Ариэ! – холодно поправил его Мотлифер.

- Один тагр! – не совсем педагогично бросил ему в ответ Ларибэлл Болл. – Кстати, у нее просто блестящие способности к «диверсионке», как и у другой «хрупкой и красивой девочки» - твоей племянницы Леммы Флемм. Буду счастлив работать с ними в моей группе на практике. Развернемся, как в турнире масок в былые годы!

Мотлифер уже хотел было напомнить ему о том, чем обернулся турнир масок в Академии того года, но не успел, поскольку король Ларибэлл, спохватившись и вспомнив, что у него практическое занятие, на которое он, как всегда, опаздывал, торопливо извинился перед ним и с юношеской легкостью побежал по коридору в направлении к тому корпусу Академии, в котором было размещено оборудование для практических занятий по диверсионной работе в тылу противника.

Принц Данзор Флемм, вызванный лордом Мотлифером "на ковер" вечером того же дня, которому он предъявил прямой вопрос по поводу причины его недавней драки с Лэном Боллом, так же прямо и честно, как всегда, ответил:

- Я врезал Лэну по двум причинам. Во-первых, потому, что он обозвал Ари «отродьем Риверин», а это несправедливо. Родителей не выбирают, и если Ари допустили в Академию с таким фактом в ее биографии, значит, знали что делали. То есть, это было не только оскорбление Ари, но и всего руководства Академии, включая императора.

Лорд Мотлифер изумленно смотрел на племянника, на одном дыхании выдавшего ему такой сложный логический пассаж.

- И что во-вторых? – спросил он, когда Данзор замолк, изложив первую часть своего ответа.

- И, во-вторых, за то, что он посмел ударить Ари. Ударить не на уроке, а во время столкновения с его шваброй-невестой. И я лично видел, как пара его дружков из человеческих магов также приставали к Ари. Поэтому, отлупив Лэна Болла, я хотел доказать всем и каждому, что Ари под моей защитой. И вообще, когда мы закончим Академию, я на ней женюсь. Если она согласится, конечно, - торопливо добавил он.

- Опять двадцать пять, - вздохнул Мотлифер Флемм, глядя на племянника.

- Иди уж, жених! – отпустил он его несколько минут спустя, убедившись, что больше ничего связного не сможет из него вытянуть.

После этого он пригласил себе в кабинет Улли Ариэ. Молодой принц Ариэ, за время войны и своего вынужденного сиротства превратился в высокого красивого парня, очень похожего на своего старшего брата - ныне покойного кронпринца Звезды Силы Джеммэлина Ариэ, за которым в свое время бегала половина всех девиц Академии. В отличие от своего брата, Улли Ариэ был однолюбом, до сих пор Мотлифер не слышал ни единой сплетни о его амурных похождениях. Улли Ариэ, раз в шестилетнем возрасте выбрав себе в невесты его племянницу Лемму Флемм, больше не менял своих привязанностей. По крайней мере, в Академии и вне ее, их все время видели вместе. Подобное постоянство не могло не импонировать королю лордов драконов эфира, который после гибели его родителей взял Улли в свою семью.

Даже в его кабинет Улли и Лемма прибыли вместе.

- Я, вообще то, только тебя вызывал, - сказал ему Мотлифер, кивая в знак приветствия своей племяннице.