Порочный бывший муж

– Не надо, – дрожит её голос.

Тут тоже можно надавить, но… я неожиданно уступаю.

Трусь о её нос своим, зацеловываю уголки губ, скулы… Моя ладонь вновь скользит к ее груди. Пальцами играю с острыми сосками, глажу ключицы, безболезненно сжимаю горло.

Леся роняет неконтролируемые стоны.

Я так много хочу сделать с её грудью, используя для этого рот, язык и член…

Наш поцелуй становится диким.

Чёрт…

Кусаю её шею. Веду языком до уха. Прикусываю мочку.

– Я тебя хочу, Леся… – непроизвольно двигаю бёдрами.

Вновь зацеловываю её приоткрытый рот.

– Хочу… хочу… хочу, – повторяю на каждом вдохе.

Леся неожиданно разрывает поцелуй и прячет лицо, уткнувшись носом мне в шею.

– Что случилось, мм?

Она резко поднимает голову.

– Я сейчас в обморок упаду, – говорит смущенно, но твердо. – Я не веду себя так обычно.

– В обморок? Окей, падай. Только сначала доберёмся до моей кровати, – усмехаюсь. – Но у меня очень много планов на тебя на эту ночь. Так что обморок будет некстати.

– Кирилл… я не могу поехать к тебе.

– Почему?

– Потому что… родители… – отводит взгляд. – Они ждут меня дома.

В двадцать, мать вашу, лет?

– Скажи, что останешься у подруги.

– Не могу. Мне стыдно им врать. Прости.

Хочется надавить, заставить поехать со мной. Я заведён не на шутку. Но чувствую, что если передавлю, она вообще от меня сбежит.

– Тогда… приглашаю тебя завтра на ужин, – говорю бодрым голосом, застёгивая её джинсы и возвращая лифчик на место.

– На ужин – можно, – явно расслабляется Леся.

– Ужин будет у меня дома. В шесть. Заеду за тобой в семнадцать тридцать.

Порывисто целую её вкусные мягкие губёшки.

Ничего больше не говори, Леся. Завтра я научу тебя расслабляться по полной.

Через полчаса прощаюсь с девушкой у её подъезда. Шарики и корзину с цветами мы уже отнесли в квартиру. И даже с её родителями я успел обменяться вежливостями.

Пусть привыкают к будущему зятю.

– Спасибо… За всё, – смущенно говорит Олеся.

– До завтра, – подмигиваю ей.

Ох, завтра будет очень интересный вечер!

Не даю Лесе уйти без будоражащего поцелуя. Потом уезжаю…

Эмиль звонил уже раз десять.

Быстро добравшись до клуба, паркуюсь возле входа.

Это второй наш совместный проект. Первым был стрип-бар. А этот – с претензией на элитный мужской клуб. По факту тот же стрип-бар, только девочки самые-самые. И выпивка брендовая. И антураж внутри на высшем уровне. Плюс всё легально.

В перспективе этот клуб будет приносить кучу денег. Уже сейчас довольно много страждущих стали членами закрытого клуба. И желающие появляются всё время. А членские взносы у нас о-очень нескромные.

Рассчитаться бы поскорее с долгами…

Выхожу из тачки. Рядом – майбах Эмиля. С унынием смотрю на свою бэху X6.

У Нестерова проблем меньше. Ему не надо оплачивать свадьбу. И если займ на строительство этого здания мы выплачиваем вместе, то за свадебный банкет и долбаные путёвки в Париж я буду платить один.

Кивком приветствую охрану и захожу внутрь. И тут же попадаю в атмосферу, густо насыщенную сексом. Здесь всё продумано до мелочей. Так, чтобы каждый пришедший гость с порога настроился потратить много бабла.

Музыка, приглушённый свет, специальные ароматы, красивые девушки…

Заглянув в главный зал, убеждаюсь, что Эмиля тут нет.

На втором этаже – випы. На третьем – отдельная квартира. Мы называем её корпоративной. Поднимаюсь туда.

Эмиль валяется на диване в гостиной. Втыкает в телефон.

Стукаемся кулаками, и я устало падаю в кресло.

– Ты звонил, – бросаю ему, когда молчание затягивается.

– Да, – откидывает телефон, резко садится. – Я тут провёл некоторые расчёты, Кир. Не вывезешь ты и займ, и эту свадьбу.

– А ты что, в бухгалтера решил поиграть? – закипаю.

– Кто, если не я? – хмуро смотрит мне в глаза. – Нахера тебе эта свадьба? Давай сначала выплатим основной долг. Потом делай, что хочешь. Женись, разводись…

– Я уже невесту нашёл, так что свадьба всё-таки будет.

Друг изображает фейспалм.

– Та скромняжка?

– Да.

Я рассказал ему в двух словах о Лесе сразу после знакомства с девушкой. Но она не совсем уж скромняжка… И хочу я девчонку так, что, блять, зубы сводит.

– Кир, ну ты реально рехнулся, что ли? Вот прям женишься на ней через пять дней?

– Да, женюсь.

– Пиздец… Ты чокнутый, Тор. Из-за каких-то дурацких анализов! – всплёскивает руками. – И только назло, блин, Ангелине с её папашкой!

Да не из-за этого уже, походу…

Глава 6

Олеся

В столовой наших уже нет. Я ем в гордом одиночестве, не решаясь подсесть к дружным компаниям конкурентов. Да, «Строчки» – всё ещё мой конкурент. Перестроиться пока не получается, хотя готовились мы к этому слиянию не один месяц.

Поглядываю на столики, где сидят работники «Клика». Преобладающее большинство сотрудников – мужчины. К ним я тоже не рискнула подсаживаться. Внезапно появившийся в моей жизни бывший муж разбудил старые комплексы. Я вновь кажусь себе невзрачной и скучной.

Особенно рядом с ним. Ведь он такой…

Зажмуриваюсь. Медленно жую салат, не чувствуя вкуса.

Меня слишком сильно засасывают воспоминания, которые я вроде бы давно похоронила.

Тот вечер в парке шесть лет назад. Его жадные поцелуи… ласки, которые казались мне тогда порочными…

Однако это были лишь цветочки. Позже Кирилл показал мне намного больше. Ярче. Острее.

Так и не поев толком, выхожу из столовой.

Где мне ждать этого Юрасова?

Нахожу подсохшую скамейку среди сосен. Отсюда хорошо видно и вход в столовую, и дверь в административный корпус. Присаживаюсь. Бездумно роюсь в телефоне, листая фотки в галерее. Хочется с кем-нибудь поговорить, но родители для этого не подходят.

Нахожу контакт Светы. После универа мы сохранили тёплые доверительные отношения.

– Да, киска, – отзывается подруга.

Фоном слышится звук льющейся воды и визги её младшей дочери Катюшки. У Светы трое детей и, к счастью, порядочный муж.

– Отвлекаю, да?

– Нет, конечно, – фыркает она. – Катерина тут немного побуянила с гуашью. Ладно хоть, не на светлом ковре.

Подруга смеётся, но в голосе всё же слышны напряжённые нотки.

– Да уж… А в садик когда? Не прояснилась ситуация?

– Путёвку нам, слава Богу, дали, но мы пока не готовы, как сказал Валера, – произносит с сарказмом.

Ну ясно. Валера у неё трудоголик. Считает, что может и сам прокормить семью. Ему хорошо, когда жена дома с детьми.

– Сочувствую, Свет.

– Знаешь, как я на работу хочу? – шепчет она. – Желательно сразу в командировку куда-нибудь подальше. На север. Подскажи мне, на какой должности могут отправить на север, мм?

Прыскаю от смеха.

– Не смешно, Лесь. Тебе везёт, ты на работе. Как там, кстати, проходит съезд?

– Ужасно, – всё ещё смеюсь я. – Ты даже не представляешь, насколько.

– Хуже, чем у меня, у тебя быть не может!

– Вот сейчас убедишься, что может… То-ро-пов, – проговариваю по слогам.

– Что Торопов? – просаживается её голос.

– Здесь.

– Как это «здесь»?

– Он купил «Клик», – подавленно вздыхаю.

– Да ну на хе… Кхм… То есть… Ты серьёзно сейчас? Чёртов Торопов вернулся?

– Угу.

– Господи Боже… И что теперь будет?

– Не знаю. Но явно ничего хорошего ждать не приходится.

– Катя! – вдруг взвизгивает Света. – Да что ж такое? Я же спрятала эти маркеры! Где ты их взяла?

– Что там, Свет?

– Новый дизайн мебели, блин!

– Ужас!

– Да кошмар!

– Ладно, иди… Мне тоже бежать пора.

– Подожди. Мы ведь ничего ещё не обсудили! – тараторит подруга. Её голос заглушает вой Катюшки. – Что ты будешь делать, Лесь?

– Я…

– Дождикова Олеся, верно? – внезапно раздаётся рядом незнакомый голос.

Ко мне подошёл тот самый Юрасов.

– Да, – встаю с лавочки и быстро прощаюсь со Светой. – Олеся Александровна. Очень приятно, – протягиваю мужчине руку.

– Взаимно. Артём Анатольевич, – пожимает. – Пройдёмся?

– Да, конечно.

Мы медленно шагаем по дорожке мимо закрытых сейчас корпусов. Юрасов рассказывает о том, что наша редакция переедет в главное здание «Строчек», и я мысленно строю маршрут, как буду добираться туда.

– Леонид Максимович Вас выделяет. Очень хвалит, говорит, что Вы – крайне ответственный работник.

– Мне лестно это слышать.

– После его ухода я, как начальник отдела, собираюсь предложить Вам должность главного редактора, – продолжает Юрасов. – Что скажете?

А какие у меня есть варианты? Главного редактора в «Прайме» давно нет. Финальную редактуру всегда делал Леонид Максимович.

– Буду очень рада повышению, Артём Анатольевич.

– Хорошо… Ну а что скажете о других сотрудниках? Может, есть какие-то слабые звенья?

Он останавливается, я тоже. Вглядывается в моё лицо пытливым взглядом. А я разглядываю его.

Нет ему сорока, как мне показалось сначала. От силы тридцать пять. Серо-голубые глаза выражают искренний интерес к моей персоне. Это даже смущает немного.

Пауза между нами затягивается.

– Я понял, – дёргается в усмешке уголок его губ. – Вы не станете доносить на своих коллег.

– Вы правы, не стану. Предпочитаю давать людям возможность разбираться в ситуации самостоятельно.

– Это правильно. Спасибо за такой шанс, Олеся Александровна.

Мне кажется, он немного флиртует со мной. Или просто привык таким образом налаживать контакт. В любом случае под тёплым взглядом его светлых глаз я резко становлюсь интересной. Для самой себя.

Я ненормальная, да?

И как это лечить?

Хотя я знаю. Диагноз – Торопов. А лекарство – его отсутствие в моей жизни.

– Проводить Вас? Сейчас будет семинар по организации работы с потребителями.

– Да, спасибо.

Мы разворачиваемся, чтобы идти обратно к административному зданию, и я тут же натыкаюсь на тяжёлый взгляд карих глаз.

Торопов. Прямо перед нами.

– Олеся Александровна, можно Вас? – говорит он, даже не взглянув на Юрасова.

Так хочется ответить отказом… Но публичные скандалы – это точно не моё.

– Конечно, – выдавливаю скупую улыбку. А вот Юрасову улыбаюсь открыто: – Спасибо за уделённое время.

– И Вам, – кивает он. – Не прощаюсь.

Уходит, вальяжно засунув руки в карманы брюк. Торопов медленно подходит, и его мощное тело накрывает меня тенью, загораживая солнечный свет.

– Мне показалось, или ты с ним флиртовала сейчас? – оскаливается бывший муж. – Нормально, Лесь… Шатов вне доступа – значит, можно гульнуть от него?

– А что такое? Озаботился вдруг моральными принципами своего сотрудника? – ядовито парирую в ответ. – Ты? Ты и мораль? Да неужели?

– Лесь… Ты так и не поняла, что я любил только тебя. И я бы ни за что тебя не обманул, – внезапно становится серьёзным его голос.

И в нём даже чудится искренность…

Так, стоп!

Мысленно бью себя по голове, приводя в чувство. Какая искренность у Торопова?

– Кир, после развода я вообще не думала ни о тебе, ни о твоей любви, – говорю так же серьёзно. – И тебе не советую продолжать мусолить эту тему. Мы были женаты всего один год. Год! По сравнению с тем, сколько мы в разводе, год – это сущая мелочь.

– Мелочь, значит? – вновь злится он. – А я думал, ты меня любила. Во всяком случае, тогда ты всё время пела мне о любви.

Наклоняется к моему лицу, понижает голос до шёпота:

– И когда стонала во время секса, я тоже отчётливо слышал «люблю». И когда трахал тебя, ты тоже кричала «люблю». Разве нет?

Мои щёки горят. Внизу живота всё плавится.

Ну нельзя так с живым человеком! С человеком, у которого очень скудная интимная жизнь эти пять лет.

Перед глазами плывёт от нахлынувших воспоминаний, таких отчётливых и ярких.

– Можешь не отвечать, – звучит самодовольный голос. – Я и так вижу, что ты всё помнишь. И наши любовные игры, и свои слова о любви.

Разворачивается и уходит. Видимо, с чувством выполненного долга, чёрт возьми!..

Шесть лет назад

Заламывая пальцы, нервно хожу из угла в угол. Время пять. Я уже полностью собралась на свидание. Но мне страшно. Хотя не идти тоже страшно.

У меня по-прежнему нет телефона Кирилла, я просто должна выйти к подъезду через полчаса. А если бы был, я бы наверняка уже слилась и всё отменила. Придумала бы что-нибудь правдоподобное, лишь бы не ехать к нему домой.

Останавливаюсь у двери комнаты, прижимаюсь к ней лбом. Горло перехватывает от очередной панической атаки.

Это так глупо… Мне двадцать лет, а я боюсь свидания.

Кирилл чётко дал понять, что у нас будет секс. А я боюсь. С сексом у меня не очень. В первый раз было больно и совсем не по любви. Просто опыт – как я убеждала себя после.

У того парня тоже был просто опыт и тоже впервые. Мы были друзьями. Дружба после секса сошла на нет, нам было неловко находиться рядом. Не знаю, почему…

Больше я сексом никогда не занималась. И с того раза прошёл уже год.

Бросаю взгляд на настенные часы. Прошло пятнадцать минут, а я вроде бы лишь моргнуть успела. Выхожу из комнаты. Стараясь не думать ни о чём, обуваюсь в прихожей.

Кирилл наверняка ещё не подъехал, но лучше я на свежем воздухе его подожду.

– А ты куда, котёнок? – появляется мама.

– Погулять.

– С Кириллом? – загораются её глаза.

– Да. Скорее всего, вернусь поздно.

Опускаю взгляд. Неловко говорить матери, что, возможно, останусь у парня.

– Конечно-конечно! – радостно сплавляет она меня. – Повеселись. Считай, что мы за тебя не волнуемся. Ты в надёжных руках.

Мои родители в восторге от Кирилла, хотя видели его лишь дважды. Мама, будучи женой писателя, любит всё романтизировать. И астрологией увлекается. С уверенностью заявила мне вчера, что наша встреча с Кириллом неслучайна. Что нас звёзды свели. Созвездие Льва в каком-то доме… Не помню уже, что она там наговорила.

– Ладно, пойду.

– Хорошо провести вам время, котёнок!

Спускаюсь по лестнице на подгибающихся ногах. Выхожу из подъезда. Крутая иномарка с номером 666 уже на месте. Кирилл выходит мне навстречу. Тискает в объятьях, невесомо касается моих губ своими.

А у меня всё болезненно дрожит внутри. Вот я трусиха!

– Что-то случилось? – ловит моё состояние Кирилл. Пытливо смотрит в глаза. – Ты плохо себя чувствуешь?

Сначала утвердительно киваю, потом качаю головой. Врать я не люблю.

– Волнуюсь просто. У нас всё как-то слишком быстро…

Опускаю взгляд. Но Кирилл властно сжимает мой подбородок и поднимает моё лицо, вынуждая взглянуть на него.

– Я давлю на тебя?

– Немного.

– Это плохо. Не хочу давить.

В его голосе я слышу искренность, и меня отпускает немного.

– Готов изменить планы. Ко мне не поедем, придумаем что-нибудь другое. Хочешь полетать на воздушном шаре?

– Что? – от изумления лицо вытягивается.

– Полетать, – улыбается Кирилл. – Я могу позвонить и договориться. Мой друг занимается шарами. Может прокатить нас в любой момент.

– Конечно, хочу! – радуюсь как ребёнок.

– Тогда пошли в машину. Сейчас позвоним и всё организуем.

Помогает мне забраться в салон. Поставив телефон на громкую, разговаривает с приятелем.

– Юр, очень надо сегодня. Важный вечер. С девушкой.

– Ну подожди… Попробую перенести тут одних.

– Окей, ждём.

Юра перезванивает буквально через минуту.

– Приезжайте, всё решил. Шарик свободен.

– Отлично, летим.

Лукаво играя бровями, Кир смотрит мне в глаза.

– Ну что, погнали?

– Да! – хлопаю в ладоши. – Это просто невероятно! Я так рада…

Подхватив ладонью за затылок, притягивает меня к себе. Глубоко и жадно целует. И я отдаюсь этому поцелую полностью…

Сейчас он не давит на меня, настаивая на сексе, и мне становится легко и очень хорошо… Рядом с ним хорошо.

Невероятный парень!

Глава 7

Шесть лет назад

Кир

К нашему приезду всё уже готово. Надутый шар нетерпеливо покачивается в воздухе в ожидании старта, горелка время от времени фыркает пламенем, поддерживая температуру в шаре.

Юра – пилот аэростата экстра-класса, и я полностью ему доверяю.

Нам помогают забраться в корзину и пристегнуться.

– Ох! Немного страшно, – улыбается Леся, вцепившись в край корзины.

– Не бойся, я с тобой, – шепчу, уткнувшись в её висок.

Обняв за плечи, прижимаю к себе сильнее.

– Всё, погнали! – командует Юра.

Второй пилот тоже на месте. Начинается подъём.

Под нами на земле остаётся джип с прицепом, он поедет вслед за аэростатом. Потом мой приятель филигранно приземлится в этот прицеп. Так может не каждый.

– А на сколько метров мы поднимемся? – взволнованно шепчет Леся.

– Пятисот будет достаточно. Но можно и выше.

– Нет, не надо выше.

Она немного дрожит от страха и волнения.

Шар неторопливо поднимается над полем, юго-восточный ветер выбирает нам направление в сторону реки. Вдалеке видны огни города.

– Жалко, что уже темнеет, – говорит Леся, немного повернув голову. – Такая красота под нами, а уже почти не видно.

Удерживая её за подбородок, прижимаюсь к губам. Странно, но желание целовать эти губы не покидает меня.

–Потом как-нибудь на рассвете полетаем, – говорю охрипшим голосом и вновь целую.

Вообще-то, мы весь полёт целуемся, и я не отпускаю Лесю из своих настойчивых объятий.

Приземляемся, как и ожидалось, идеально. Леся с восторгом благодарит пилотов. Юрик с ней немного флиртует, гад такой.

На джипе нас довозят до моей тачки.

Пересаживаю девушку в машину, вручаю бутылку воды, сам иду пожать руку приятелю.

– Твоя? Или так? – Юра неопределённо взмахивает рукой.

– Моя. Жена будущая, – отвечаю довольно холодно, чувствуя неожиданный всплеск злости.

– А Ангелина где? – с удивлением спрашивает он.

– Ангелина – это дело прошлого. И не говори о ней больше, – кошусь на Лесю, сидящую в тачке.

– Понял… Хорошенькая, – указывает подбородком на Лесю. – И совсем не похожа на твой тип женщин.

– Не похожа, – пожимаю плечами.

А то, что хорошенькая, я и сам вижу.

– Ладно, поедем мы, – пожимаю ему руку. – Спасибо, друг. Выручил!

– Обращайся.

Юрик салютует Лесе, а она машет ему в ответ. Ещё и улыбается так сладенько…

Сажусь за руль. Куда податься дальше, я не знаю. Вообще, что-то как-то не по плану всё идёт. Нам в ЗАГС через четыре дня, а Леся пока не подпускает к себе достаточно близко. Принимаю решение действовать через её родителей.

Паркуюсь возле гипермаркета.

– Как ты смотришь на то, что мы сейчас купим какой-нибудь вкусный торт и пойдём к тебе пить чай? – смотрю девушке в глаза.

Она теряется от моего предложения.

– Эмм… Даже не знаю… Может, завтра? Я хоть предупрежу родителей.

Снова хочется надавить, но…

– Окей, давай завтра, – уступаю. – А сегодня… – задумчиво барабаню пальцами по рулю. – Чем бы нам таким интересным заняться?

Леся касается моего плеча.

– Не надо больше ничего, Кирилл. Не хочу, чтобы ты тратил деньги на новые дорогущие развлечения. Ты… и так уже меня покорил.

Признаваясь в этом, она краснеет. Расфокусированный взгляд скользит по моему лицу: от губ к глазам и обратно.

Сжимаю её пылающие щёки ладонями.

– Юру ты очень хорошо поблагодарила за полёт, – вырывается у меня ревниво. – А где моя благодарность?

– Я… Я благодарна, – трепещут её ресницы. – Хочешь… поедем к тебе.

И так невинно это звучит… А ведь я хочу от неё совсем не невинные вещи.

– Хочу, – садится мой голос.

Ловлю её нижнюю губу, с шумом втягиваю в рот и замираю, задохнувшись от эмоций.

– Тебя хочу… Не смогу вести себя примерно… Тебе лучше отказаться от моего приглашения, – зачем-то отговариваю её.

Но Леся вдруг сама целует меня. Нежно и глубоко. Гладит подрагивающими пальчиками мои плечи. Это так приятно… Кажется, она действительно готова ко мне поехать…

Но уточнить всё-таки стоит.

– Это значит, что мы едем?

Утвердительно моргнув, Леся садится прямо.

Ух… Я уже воспламенился от этой скромной девочки.

По дороге к моей квартире заказываем доставку еды. Я же обещал ужин.

Курьер с заказом подъезжает как раз в тот момент, когда мы паркуемся возле подъезда. Расплачиваюсь, беру Лесю за руку и веду к себе.

Дом трёхэтажный, моя квартира на третьем. Лифта нет. Эту квартиру я получил по наследству от бабушки с дедушкой. Шикарная трёхкомнатная сталинка, в которой я совсем недавно закончил ремонт. Мы с Ангелиной собирались жить здесь первое время после свадьбы. Пока её папаша не закончит строительство новомодного коттеджа по соседству со своим особняком.

– Проходи, чувствуй себя как дома.

Леся снимает туфельки. Неуверенно проводит по полам жакета, но так и не решается его снять.

На ней слишком много одежды. Эти джинсы меня просто выбешивают. Мне бы хотелось рассмотреть её ножки.

Провожаю девушку в гостиную и несу пакет с едой на кухню. Перекладываю роллы из пластиковых контейнеров на большую тарелку, прихватываю с собой бутылку вина и бокалы и возвращаюсь в гостиную.

Меня вновь накрывает волной вожделения, когда вижу, что Леся всё-таки сняла жакет. На ней белая облегающая майка. В v-образном вырезе прекрасно видно манящую ложбинку между грудей.

Расстёгиваю пуговицы на своей рубашке и под застывшим взглядом Леси снимаю её, поигрывая мышцами груди. Девушка моментально отводит глаза. А мне так хочется, чтобы она смотрела на меня…