Дракон в мантии 5. Все твари Бездны

Лорд прекратил смеяться так резко, как обрезали.

– Отлично! Если я и проиграю, то это того стоит! Новые Знания взамен ваших тел и душ. Неплохо, неплохо.

– И ещё ты больше никогда не вмешаешься в дела Вейна, – добавил капитан.

– А я и не вмешиваюсь, если меня не призовут, – бросили ему. – А сделать так, чтобы меня не звали, я не могу. В мире всегда будут искатели Тайных Знаний.

Аджим быстро глянул на Гордина, и тот едва склонил голову. Эх, не фартануло, не прокатило. Ну и ладно, ну и пусть.

– Тогда по рукам. – Библиотекарь благосклонно подал ему ладонь с неестественно длинными и острыми для человека ногтями. Точнее, когтями. – Вы мне показываете то, чего я не знаю, и свободны, а я не посягаю ни на ваши тела, ни на души. И даже обязательства барона считаю исполненными, хи-хи.

Эльф протянул руку в ответ, и демон в неё вцепился.

– Только маленькое дополнение, – продолжил последний ухмыляясь. Капитан дёрнул руку, но тот лишь сильнее сжал его ладонь, оставляя на коже кровавые полосы от когтей. Я вскочила на ноги, а Инквизитор вооружился фиолетовым пламенем. – Сперва вам необходимо пройти Лабиринт… Ничего личного, обычная формальность, чтобы наша игра не была скучной…

Вдруг нас заволокло непроглядным туманом, серым и клубившимся, как дым, и поднялся такой ветер, что опрокинул меня навзничь, приложив затылком то ли о какой-то мерзкий булыжник, то ли почва здесь не отличалась от камня. Голова взорвалась огненной болью.

“Вот не везёт мне на это дело”, – мелькнула в сознании одинокая мысль, и я погрузилась в черноту.

Я открыла глаза и тут же зажмурилась. Открыла их снова, протёрла и ущипнула себя для верности. Видение не исчезло. Надо мной был деревянный потолок деревенского дома, а сама я лежала под одеялом на диване. Я аккуратно повернула голову. Окошко с вездесущей геранью и кисейная занавесочка тоже были в наличии.

– Что за?!.. – Я рывком села, затылок обожгло болью, которая тут же утихла. На мне были джинсы и носки, знакомые кроссовки стояли рядом на полу. А ещё на мне была свободная мужская рубашка, а под ней бинты поперёк груди. Левая рука тоже перебинтована и прижата к телу, хотя боли и дискомфорта в ней не было. Ощупала голову и наткнулась пальцами на ещё одну повязку, основательную, вроде шлема с кокетливым бантиком под подбородком, чтобы не слетела.

Странно, я прекрасно себя чувствую. Как физически, так и морально.

– Ань, ну вот зачем ты так?! – В дверях замерла Динка и озабоченно на меня смотрела, хмуря лоб. – Врач же велел тебе лежать!

– Врач? – холодея, переспросила я.

– Ага. – Она подошла ко мне и уселась рядом на краешек. – После обрушения сарая ты была в отключке. Приехала скорая, тебе что-то вкололи, осмотрели и приказали не беспокоить. Угрозы для жизни нет, но придётся поберечься. Как ты себя чувствуешь?

– Да нормально, – на автомате ляпнула я и ещё раз осмотрела нехитрое убранство комнаты: диван, на котором лежу, окошки с полуденным небом, старый круглый стол под вязанной крючком скатертью, два стула, полосатый половик. И снова ущипнула себя за бедро. Больно-о-о… Вроде не сплю.

Но… как же Аджим, Никсар, Гордин? Аркар? Неужели мне всё приснилось? И План Хаоса тоже? Быть того не может! Не существует таких реалистичных снов!

Проделки Библиотекаря? Похоже на то. Ну я ему…

Голова снова дала о себе знать, и я поморщилась. Как же меня приложило-то.

– И давно я тут? – Я старалась держаться прямо, как на коронации.

– Почти сутки. Хотя, наверное, ты просто спала, – поделилась информацией подруга. – Сейчас мы перекусим, переночуем, а утром я отвезу тебя в больницу.

– Ты говорила про какие-то завалы, – перевела я тему. Ночевать здесь меня не тянуло, но и куда-то ехать тоже.

– Ты что, не помнишь? – Динка жалеючи на меня глянула и затараторила: – Ты в сарай за машинкой полезла, а он возьми и обвались! Я перепугалась, папа выбежал, соседи. Мы тебя вытащили, потом скорая, суматоха. Тебя перенесли в дом, и папа поехал за мамой, они уже возвращаются. И ещё… – Она вдруг замялась.

– Что?

– Ты тогда вроде как бредила, – буркнула подруга и уставилась на что-то на полу. – О каких-то Аджиме, Никсаре и Аркаре. Какая-то книжка? Дашь почитать?

Я помолчала и тоже уставилась на пол. Выходит, пригрезилось?

– Ладно, ты отдыхай, – заторопилась она. – Я пойду сделаю чай и что-нибудь перекусить.

Я кивнула, почти не слушая. Было ощущение, что я схожу с ума, медленно и верно, хотя и твёрдо знала, что Вейн и все мои приключения, включая Библиотекаря, реальны, как и всё в этом мире. Однако не менее реальным было и ощущение, что после травмы я пребывала в какой-то детальной галлюцинации.

Нужен способ всё выяснить. Традиционно надавила пальцем на глазное яблоко, и обстановка с готовностью раздвоилась. Значит, настоящая.

– Кстати, Ань, совсем забыла. – Из-за двери высунулась Динкина голова. – У папиного знакомого есть фирма, и тот ищет дизайнера, как он сам выразился: “молодого и креативного”. Там крупный проект, но я не вникала. Штатный у них есть, но требуется кто-то на одной волне с их аудиторией. Работа не пыльная, зарплата хорошая. Папа тебя порекомендовал. В следующий понедельник, или когда там в себя придёшь, свяжешься с ним. – Она скрылась, а я откинулась на спинку дивана и закрыла лицо ладонями.

Повседневная и такая привычная и спокойная действительность сплеталась с видениями об Аркаре и Хаосе. С одной стороны, мне очень хотелось верить именно в такое, бытовое течение жизни. Потому что, когда всё просто и обыденно и никто не пытается тебя убить, жертвопринести или навалить геройских подвигов по самую маковку, это приятно. Стыдно сказать, но, наверное, именно это и было намного желаннее всего того, что со мной случилось.

Да, когда мы читаем фантастические книги, мы охотно представляем себя главными героями. Но я вас уверяю, стоит вам попасть в такую передрягу, вы побежите оттуда, роняя тапочки. Потому что это красиво и легко только на печатных страницах. Или в фильме.

Однако в глубине души я была свято убеждена, что не бывает таких объёмных галлюцинаций, не бывает, и всё тут! Хотя что я знаю о помрачении рассудка? Правильно – ничего.

Я обула кроссовки и предельно осторожно встала, памятуя о прошлых попытках подняться сразу после прилётов. Пол вёл себя законопослушно, море в шторм не изображал. Стояла я очень даже крепко. Только голова намекала: одно неверное движение и она заболит.

Я вышла на довольно большую кухню, половину которой занимала добротная русская печка с изразцами. Разбирать её Стародубовы не стали, и Динка как-то обмолвилась, что мама собирается освоить выпечку хлеба и здоровое питание, сопряжённое с фитнесом (а вы попробуйте, потаскайте эти чугунки с ухватом наперевес!), но руки всё никак не дойдут. Поэтому пока печка играет роль чисто декоративную. Об этом же говорила и маленькая двухконфорочная электрическая плита с затёртым пузатым чайником, почти вплотную притулившаяся к печному боку. Подруга суетилась у кухонного стола, накрытого старой клеёнкой, и сооружала бутерброды с колбасой, доставая ломтики батона прямо из пакета. Всё это так… уютно?

На потолке у печки висели метёлочки засушенных трав, ещё одно кулинарное увлечение Динкиной мамы, маленькие окошки были прикрыты такими же кисейными занавесочками, на подоконнике пристроилась красная чашечка в белый горошек.

– Зря пришла, полежала б, – проворчала Динка, не отрываясь от своего занятия. – Мы тогда так испугались за тебя.

Я вздохнула и присела на краешек широкой лавки у стола. Происходящее обладало какой-то завораживающе-успокаивающей магией, и воспоминания об Аркаре постепенно улетучивались из моей памяти.

Глава 5. Черные ходят первыми

– Я выйду подышать, – всё-таки решила я.

Динка кивнула и пояснила:

– Туалет пока на улице, в доме ещё не доделали. Только давай недолго, чайник уже почти кипит. На горячее дошик. И не куксись, папа привезёт из города продукты.

– Да ладно, я сама прогуляюсь и всё куплю. – Мне стало очень неловко. Перепугала людей, валяюсь тут, плюс ещё траты на меня и косые взгляды соседей. Не удивлюсь, если по деревне пойдут слухи, что Стародубовы те ещё криворукие убийцы. Я тряхнула головой, отгоняя странные и неуместные мысли!

– В таком виде? – хохотнула подруга. – Сиди уже, чудо, в местном магазине ничего толком и нет. Хлеб разве что, но как раз с этим у нас всё в порядке. Впрочем, чай готов. Будешь? – Она ловким движением налила кипяток в заварник, и на всю кухню разнёсся аромат имбиря и чего-то травяного.

– Нет, спасибо, я в туалет, – отказалась я. – Заодно и ноги разомну.

А это идея! Насчёт посещения одинокого домика. Даже не столько потому, что захотелось, а потому, что у меня возникла очень любопытная задумка, но озвучивать её при Динке, если это вообще она, а тем более показывать, я не собиралась.

На крыльце полной грудью вдохнула удивительно вкусный деревенский воздух. Солнце уже прошло зенит, и скоро должно было завечереть. Вовсю надрывались кузнечики и пахло сеном. Отдельной унылой грудой лежал давешний сарай. Я уважительно поцокала языком, обходя эту кучу. Как меня под ней на веки вечные не погребло – загадка века! По пути подобрала чурбачок и незаметно сунула его под рубашку. Пригодится. Хотя от всей души надеюсь, что нет.