Единение

Беккер стояла позади остальных: уверенность начальника оставила девушку в тени. Не нужно было читать мысли, чтобы отметить дискомфорт, который она испытывала. Отчасти Титов даже понимал Беккер: обмен любезностями мало занимал его.

И потому появилось желание поскорее его закончить, благо это было вполне под силу:

– Уточните нашу программу, – коротко обронил Константин, мигом обратив на себя внимание.

– Конечно, – быстро согласился политик, – согласитесь сперва на небольшую обзорную экскурсию? Официальная часть только вечером.

– Да, – Титов кивнул. Поняв его настрой, Королёв без лишних слов предложил пройти к парковке, где несколько автомобилей уже дожидались гостей.

Краем глаза генеральный директор обратил внимание, как Беккер, стараясь оставаться незаметной, оттащила в сторону Павлова и начала что- то спрашивать вполголоса.

Любопытство слегка разогнало скуку. Константин, не в силах расслышать переговоры, бегло пробежался по мыслям обоих сотрудников.

«Куда она собралась? Человеку дают шанс поработать с первыми лицами Организации, а она пытается сбежать», – негодовал старший сотрудник.

«Если он сейчас меня не отпустит, то как я буду звонить в ВАЧС? На глазах у Титова? Слышал ведь, что он мне лично отдал распоряжение. Что ж так не везет».

– Что- то не так? – негромко спросил Константин, повернув голову к дипломатам. Те, словно застигнутые за чем- то постыдным, быстро обернулись.

«Так, на умалчивании я уже попался. Лучше больше не рисковать», – тут же мелькнула мысль у старшего сотрудника.

– Сотрудник Беккер хочет отпроситься по рабочему вопросу, господин, – ответил он, чуть скривив губы, – невзирая на серьезность нашего визита.

– Полагаю, это связано с моим распоряжением? – одним уточняющим вопросом Титов загнал собеседника в неловкое положение. Тот постарался найти выход:

– Возможно. Полагаю, что для выполнения отдельных распоряжений стоит искать отдельное время.

– Я думаю, мы сможем справиться без вашей сотрудницы какое- то время, – рассудил директор, оборвав размышления Павлова.

В какофонии мыслей окружающих он с удовлетворением отметил благодарность Беккер, уже приготовившуюся то ли звонить кому- то, то ли ехать на встречу для получения информации о ВАЧС.

Детали были Константину не особенно интересны, да и обстановка не располагала к размышлениям: Королёв, не пытаясь что- то сказать или поторопить лидера ОПЗМ, одним лишь своим взглядом выражал нетерпение и желание поскорее продемонстрировать подготовку заглавного города Сектора к пришедшему празднику. Да и сама погода – совершенно типичное для Южной Африки палящее солнце при почти полном отсутствии ветра – постоянно подгоняла: костюм с кевларовой подкладкой не тяготил привыкшего к этому весу Константина, но и не пропускал воздух, отчего Титов чувствовал себя, словно запертым в духовке. Мысли генерального директора, так и не нашедшие покой, сейчас оказались в полной гармонии с внешним его состоянием.

Тем временем Королёв, наконец, пригласил гостей начать программу, и уже спустя считанные минуты Титов забыл про спешащую куда- то Беккер. От извинений Павлова, который в чем- то стыдился чересчур бойкой подчиненной, Титов и вовсе отмахнулся. Сейчас его внимание было направлено на цель визита. Желание поскорее покончить с мероприятием и перейти к следующему Константин в себе подавил: такие позывы ни к чему хорошему бы не привели.

А уж способность директора справляться не столько с кризисными, экстремальными ситуациями, сколько с монотонными и однообразными один из его друзей высокопарно называл вторым Даром.

Начальник Центрального управления не стал тянуть. Посадив всю делегацию в бронированные автомобили, спрятав их от жары снаружи. Королёв велел начинать движение.

Титов без особого интереса провожал взором городские кварталы, украшенные к празднику. Такие детали больше заинтересовали бы Павла, чем его. Генеральный директор работал иначе: мысленно он сканировал обстановку в головах ОПЗМовцев, вернее, ближайших из них. Огромный город был тысячеголосым организмом, к мыслям которого осторожно прикоснулся Константин. Положение его, впрочем, вполне удовлетворило: подавляющее большинство прохожих занимали та же самая подготовка к Дню Объединения, любопытство (что за кортеж сейчас рассекает проспект?) да в какой- то степени беспокойство о будущем.

Проведя короткий объезд Йоханнесбурга, начальник администрации взял курс на ресторан. В ходе «экскурсии» он сохранял молчание, лишь изредка кратко называя тот или иной объект, проплывавший за окном: Королёв был опытным политиком, и знал, что Титов не слишком любит полные энтузиазма речи и рассказы о положении дел, предпочитая на всё взглянуть собственными глазами.

Обед также прошел спокойно. Константина то и дело отвлекал внимательный взгляд Павлова: старший сотрудник в каждое мгновение ожидал реакции генерального директора на всё происходящее, чтобы тем или иным образом отреагировать. Да где- то в его мыслях притаилось негодование на Беккер, почти самовольно сбежавшую с мероприятия и, хуже того, поставившую своего начальника в неудобное положение. Конечно, подобная мелочность чем- то даже забавляла.

Ловить на себе взгляды подчиненных во время еды было далеко не самым интересным занятием, и когда Королёв, наконец, пригласил гостей на главную часть праздника, Титов выдохнул с облегчением.

– Если у кого- либо из присутствующих есть предложения по внесению корректив в Договор, – произнес Константин, окинув взглядом конференц- зал, – прошу внести их.

Повисло молчание. Королёв, сидящий ближе всех, даже не пошевелился, застыв, словно статуя. Остальные политики также предпочли сохранить тишину: даже их мысли не содержали ничего противоречащего укладу Организации.

– В таком случае, – подытожил Титов, – закрепим и упрочим наше совместное будущее, ратифицировав Договор еще раз. Прошу,

По последнему слову присутствующие поднялись со своих мест и по одному подошли подписать символический лист с Договором, лежащий на столе в центре зала.

Начальник Центрального управления замкнул цепь: оставив жирную подпись, он отошел в сторону, и уже генеральный директор, неспешно подошедший к столу, закрепил документ личным росчерком. После этого состоялся обмен рукопожатиями с политиками, запечатленный на десятки фотокамер, и, наконец, заседание завершилось.

Ночевка должна была состояться в Африке: каждому Сектору отводились сутки, а потому сам праздник обещал затянуться почти на неделю.

Разместившись в гостинице, Титов переключился на работу в привычном ему режиме: воспользовался предоставленным компьютером и принялся изучать донесения от заместителя. Изотов был одним из тех немногих людей, от кого Константин не требовал подробных отчетов, и донесения сводились больше к информационной сводке за день. Павел же продолжал работать, не ожидая корректур от генерального директора.

Когда с главными вопросами было покончено, на глаза неожиданно попался проект социального устройства для беженцев, о котором они говорили с заместителем вчера. С любопытством Константин изучил программу, предложенную Изотовым. Интеграция в ОПЗМовское общество вчерашних повстанцев? Интересно…

Увы, если говорить здраво, вряд ли такой исход будет возможен. Тут Титов не отказывался от слов, которые сказал брату.

Поздно вечером в размеренный гул мыслей обитателей гостиницы ворвался новый голос, торопливый и обеспокоенный. Это вернулась Беккер, успевшая за день провести шесть конференций с главами субъектов ВАЧС. Константин с усмешкой осознал, что даже рядовой дипломатический сотрудник успела сделать больше, чем он.

Он раскинул свой Дар, как паутину, на все этажи гостиницы, которая как раз и была одной из новых высоток, немного напрягшись, он постарался выделить, где примерно находится девушка и та оказалась, всего на пару этажей ниже.

Вопрос возможной разрозненности его земель крайне волновал Титова, к тому же сон не шел, кондиционеры едва справлялись с африканской жарой, а окна распахивать Титов не решился, несмотря на патрулирующую охрану.

Он встал с постели, надел рубашку, брюки и туфли, перед уходом посмотрел на пиджак, постоял несколько секунд, размышляя. Нет, пожалуй, можно обойтись.

Генеральный директор вышел из номера и проследовал к лифту, затем вновь обратился к мыслям девушки, доставая из них номер этажа и комнаты. Через несколько секунд он уже стоял перед дверью, осторожно постучал.

«Кто это может быть в такой час?» – донеслись беспокойные мысли. Директор не слышал шагов, однако дверь слегка дрогнула, когда человеческая фигура прижалась к ней с той стороны.

– Кто там? – напряженно спросила девушка.

– Генеральный директор.

«Вот черт! Что ему надо? Я же вообще не готова ни к чему. Зачем приходить ночью, он что, ненормальный?» – вихрем пронесся мысленный голос Беккер в голове Титова.

– Одну секунду! – крикнула она, отдаляясь от двери, послышалось, как девушка перебирает какие- то вещи.

Он стоял перед дверью, задумавшись о том, что не стоило самому идти, нужно было набрать номер заместителя и поручить утром ему как следует разобраться с этим, чтобы к приезду делегации все уже было готово. Почему этого было не сделать?

Константину показалось, что он сам хочет сделать все.

Дверь резко раскрылась.

Перед ним стояла невысокая девушка, каштановые волосы которой были слегка небрежно сложены в хвост. Она надела свой брючный костюм, который, тем не менее, был смят, и скрыть этого не удалось. В голубых глазах смешались все возможные негативные чувства, а тяжелое дыхание и учащенный пульс дополняли картину.

– Чем обязана вашему визиту, господин? – собрав все силы спокойно спросила девушка.

– Как продвигается вопрос с ВАЧС?

– Я сегодня связывалась с заместителями управителей областей, мы обсуждали вопросы по объединению субъектов.

– Вы? Обычный дипломатический сотрудник смогла поговорить с заместителем управителя области? – с неподдельным удивлением спросил Титов, – и что вы сказали, чтобы на вас обратили внимание?

«Очень грубо так говорить, – подумала Анна, – думает, ему все можно, но маленькие люди тоже люди».

– Не думал вас оскорбить, – неожиданно для нее ответил Титов, – просто удивлен профессионализмом. Так что вы сказали?

– Правду, – пожала плечами Анна, – что на этот вопрос обратит внимание лично генеральный директор, и я работаю по его поручению.

– Вот как, – он оперся на дверной проем, – может быть, я войду? Обсуждать такие вопросы на пороге не слишком удобно.

– А! Да! – смятение в глазах быстро сменилось легкой стесненностью, и она быстро отошла в сторону, дав пройти.

Номер Беккер едва отличался от его собственного, потому как в гостиницах, как и везде, все делалось по стандарту.

– Может, хотите кофе? – спросила Беккер.

– Да, – кивнул Титов, проходя к окну. Жара его убивала, он наверняка вспотел, – холодный. Настолько, насколько возможно.

Беккер стала суетиться на кухне, а Титов пока достал телефон и вернулся к сводкам о прошлом Сектора. И почему этот вопрос не упоминается ни в одном отчете? А сколько Дней объединения он провел лично, все проходило как всегда. Возник только сейчас? Об осложнении обстановки на фронте ему также не докладывали. Что- то не так.

– Ваш кофе, – вырвал его из мыслей тихий голос Беккер.

Он не глядя на нее взял из рук стакан, прохлада была приятной. Титов сделал глоток: резкая горечь ударила по вкусовым рецепторам, и директор поморщился.

«Я что- то сделала не так…» – испуганно подумала Беккер.

– Похоже, что кофе сейчас некстати, – он проглотил первую и единственную порцию и поставил стакан на стол, – вернемся к делам.

Он повернула к девушке, ожидая продолжения диалога, но та молчала, тупо глядя на него. Должно быть все еще переживала насчет кофе. Он был на голову выше нее и наверняка смотрелся относительно грозно.

– Продолжайте рассказывать, как прошел созвон, – почти что по слогам проговорил Титов.

– А! В общем- то, управители выразили искреннюю заинтересованность и обрадовались, что вы наконец- то решили обратить внимание на этот вопрос.

– Что? – поднял бровь Титов.

«Опять я что- то не то сказала! Как же мне подбирать слова правильно» – вновь пронеслись тревожные мысли в голове Беккер.

Если она не успокоится, от нее не будет никакого толка.

– Успокойтесь, – сказал Титов, применив Дар.

Девушка моментально перешла под его влияние, ему тут же открылись все ее мысли, словно книга. Всё сознание лежало перед ним как на ладони, ожидая вмешательства. Он видел картины детства и юности, но не слишком влезал в это, ему нужно было лишь прибавить ей самообладания.

Беккер стояла, стеклянными глазами смотря на Константина, он велел ей сесть на стул на кухне, затем выпустил из- под мысленного контроля. Однако девушка все еще оставалась в прострации.

– Эй! Дипломатический сотрудник Беккер! – Титов щелкнул пальцами перед ее глазами.

– Я, наверное, задумалась…, – отстраненным голосом проговорила девушка, – простите. Вы что- то спросили?

– Я попросил вас успокоиться. Продолжайте докладывать.

– Главы областей отметили, что неоднократно посылали запросы в вашу администрацию, но приходил ответ, что создается комиссия, прорабатываются вопросы, а теперь вы наконец- то лично занялись этим вопросом.

Запросы? Комиссия? Он ничего об этом не знает. Как такое возможно? Завтра нужно будет сделать звонок в свою администрацию, решить этот вопрос. Похоже или кто- то некомпетентен, или кто- то скрывает от него информацию намеренно.

– Северная и Южная Корея давно хотят стать единой областью, уже все подготовлено в вопросах экономики и, что более важно, военного обеспечения, ими налажены коридоры с Японией и Россией, а обстановка на границе с Востоком Армии Освобождения относительно напряженная, потому они давно действуют сообща. Необходимость Центральному Управлению Сектора отдавать отдельные распоряжения каждой области просто отпадает, – девушка говорила спокойно и даже увлеченно, – я просмотрела их показатели за последние два года, – она отошла, затем подала директору планшет, – многие отрасли завязаны на взаимную работу двух областей, что стало нормой, и это эффективно!

– Управитель может быть только один, – отметил Титов, – этот вопрос вы обговорили?

– Слегка коснулись, – стушевалась девушка, – управители сказали, что к вашему визиту представят кандидатуры, и уже по вашему решению будет назначен управитель Объединенной Кореи.

– Так. Дальше.

– Лаос, Вьетнам, Камбоджа и Тайланд также не видят смысла в такой административной нагрузке. Можно сказать, близкое несчастье здорово объединило жителей братских народов. Повторюсь, их очень удивляет, что до сегодня этот вопрос не был обработан.

– Меня тоже, Беккер. Меня тоже.

«Наверняка даже не помнит моего имени» – раздраженно подумала девушка.

– Вот что, Анна, хорошая работа, продолжайте в том же духе. Полный отчет по взаимным успехам регионов, также сделаете запрос в Генеральный штаб сектора для военной сводки. Мне завтра некогда будет этим заниматься, – он достал смартфон, – дайте мне свой телефон.

– Три,…

– Нет, устройство.

Девушка смущенно достала из внутреннего кармана пиджака смартфон и протянула его директору. Тот синхронизировал их устройства, отправил свой электронный код подтверждения.

– Вот, – он вернул ей смартфон, – когда будете делать запросы, появится моя электронная подпись, чтобы не быть голословной. С этого дня работаем вместе.

– Господин, я думаю, нужно сообщить это Павлову, его опыт…

– Не нужно! – прервал ее Титов. Он подумал, что обстоятельства требуют, чтобы как можно меньше людей знали об этом. Хотя Павлов и в курсе общей ситуации, – с этого дня вы подчиняетесь только мне, можете смело игнорировать все указания Павлова, если потребуется, я и его успокою. Все возможное время уделяйте этому вопросу.

– Как прикажете, – кивнула девушка.

– Вылет завтра в десять. Не опаздывайте. Полетите в моем отсеке.

Вернувшись в свой номер Константин едва мог уснуть, неожиданно вскрывшаяся проблема, масштаб которой был ему неизвестен сильно взволновала его и хотя время было позднее, директор решил, что действовать нужно сразу же и позвонил заместителю.

– Алло…, – ответил сонный голос Павла.

– Это срочно. Запоминай, а лучше – запиши!

– Ого, у тебя такой голос, – послышалось шуршание простыней, мужчина вставал с постели, – так, слушаю, готов.

– Еще раз через администрацию проверь все запросы со стороны ВАЧС, ищи упоминания о слиянии областей, смотри во всех ведомствах, лучше лично, привлекай только тех людей, которым доверяешь.

– Что случилось?

– По какой- то причине до меня не доходят запросы из чрезвычайного сектора, либо это какая- то бюрократическая ошибка, либо кто- то делает это намеренно, я не выношу, когда в моей державе от меня что- то скрывают, поэтому хочу разобраться, – Константин чувствовал, что вспотел сильнее и, похоже, дело не в жаре.

– Хм, может быть какой- то клерк решил, что такие мелочи тебя недостойны, – расслабленно ответил Павел.

– Объединение областей для взаимного укрепления военной мощи – далеко не мелочи…

– Ладно- ладно, осади. Я все сделаю. Еще что- то?

– Да, – Титов понизил голос, – тайно начни расследование в отношении старшего дипломатического сотрудника Павлова и его коллег: Борисенко, Смита, Варгера и…, – он сделал паузу. Стоит ли проверять Беккер? Ведь она сама обратила внимание на эту проблему. И в то же время это могла бы быть запутанная схема, быть может в сговоре пошло что- то не так, и она захотела избавиться от Павлова, чтобы занять его место.

Титов усмехнулся, у него здорово разыгралась паранойя. Мысленно отчитав себя он все же произнес:

– И Беккер. Полное досье мне. Проверить адреса, телефоны, почту, друзей, родных, квартиры, машины, но все тихо. Свяжись с главным комиссаром ВКН1, работайте во взаимодействии.

– Понял. Тогда и ты там осторожнее, раз все серьезно.

– Надеюсь, у меня просто паранойя.

– Если так, то мы наконец- то упрячем тебя в психбольницу, я сяду в кресло и больше проблем в государстве не будет.

Константин усмехнулся. Брат, как всегда, снял напряжение.

– Спасибо, – не теряя улыбки ответил Титов и повесил трубку.

Теперь заснуть ему было легче. Вернувшись в кровать, он вновь стал слушать мысли обитателей гостиницы, но то и дело среди привычного гула выделял мысли той девушки.

«Что делать? Я к такому не готова», – негромко думала она.

Очередной день начался спокойно, они вовремя сели в самолет и вылетели минута в минуту. Соответствие графика всегда успокаивало Константина. Беккер сразу же проследовала за его перегородку и устроилась в том самом кресле, которое до того пустовало. На этот раз ее костюм был хорошо отглажен, волосы аккуратно расчесаны и распущены, а на переносице устроились тонкие прямоугольные очки. Однако темные круги под глазами свидетельствовали о том, что девушка провела тяжелую ночь. Она долго не поднимала взгляда, активно работая с двумя планшетами и почти ничего не говорила.

Константин также работал за своим компьютером, изредка заглядывая в мысли дипломатического сотрудника. Анна была полностью поглощена заданием и не давала себе и тени возможности подумать о чем- то стороннем. И все же непроизвольно у нее проскакивали желания выпить воды и поесть, однако она не стремилась их озвучить.

– Вы чего- нибудь хотите? – спросил Константин больше из вежливости. И все же не хватало, чтобы она тут упала в обморок из- за бессонной ночи и обезвоживания. В целом Анна сейчас создавала впечатление слабого и болезненного человека. Очень хрупкого.

– Нет! – выпалила она, бегло подняв взгляд, затем тут же опустила его обратно в планшет.

«Я всю ночь провела, готовясь к этой поездке и наглаживая чертов костюм. Я хотела бы сейчас просто лечь в кровать и лежать в ней пять тысяч лет», – подумала девушка между тем.

Константин усмехнулся, чем снова привлек ее внимание.

– Я вас хорошо понимаю, – кивнул он мыслям Беккер, – сам бы сейчас не отказался день или два полежать дома.

– Как вы…

– Большой и долгий опыт работы с людьми, назовем это так. Давайте сделаем перерыв, от десяти минут ничего не развалится, тем более, я отдал соответствующие распоряжения, другие сотрудники тоже включились в работу, – он нажал кнопку на мониторе, и тот погас.

Анна нехотя отложила планшет на столик рядом с креслом.

Константин встал со своего места, девушка хотела было последовать за ним, но он попросил ее остаться, а сам прошел в салон, где находились остальные дипломаты. ОПЗМовцы тут же прервали беседу, сосредоточив взгляды на нем, но директор лишь махнул рукой, он проследовал в дальний конец салона, открыл маленький холодильник и достал две упаковки с обедом и две бутылки воды.

«Да что там у них делается?» – обеспокоенно подумал старший дипломатический сотрудник Павлов.

«Все ясно…», – пронеслись мысли другого старшего сотрудника.

– Вам заняться нечем, кроме как пялиться на начальство? – раздраженно спросил Титов, и присутствующие тут же похолодели. В дальнем конце салона вздрогнула стюардесса.

– Да мы…просто…

– Готовьтесь к встрече в Австралии, Павлов.

– Да, господин.

Мысли присутствующих тут же обрубились.

Константин вернулся в свою часть самолета и встретил точно такой же взгляд Анны, какой был сейчас у остальных дипломатов. Она чуть ли не перестала дышать.

Он поставил перед ней упаковку и бутылку воды, сел в кресло и разместил свою порцию. Открывая пластиковую коробку, Титов изредка посматривал на девушку, она не притрагивалась к пище. Директор разложил маленькую пластиковую вилку и наколол кусок картофеля, после чего полноценно приступил к трапезе. Только после этого Анна стала открывать свой обед.

– Приходилось бывать в Австралийском секторе? – спросил Константин, сворачивая крышку с бутылки воды.

– Да, пару раз, я как раз обеспечивала переговоры между главами областных филиалов ОПЗМ.

– Вот как. И каким образом?

– В основном общее сопровождение, консультации да мелкие поручения, – стушевалась девушка.

«Обеспечивала. Ну ты и сказала, он наверняка подумал, что что- то важное», – говорили мысли девушки.

– Работа ассистента довольно важна, Анна. Даже мне бывает нужна помощь в мелочах, ведь если я буду отвлекаться еще и на них – у меня не останется времени на основное дело.

– И все же вы не попросили принести еду, а сходили за ней сами, – отметила девушка.

– Верно, – кивнул Константин, – что- то я предпочитаю делать сам, если есть для этого возможность. Не стоит опускаться до пустого барства и заставлять людей делать за тебя все. Прошу вас во второй раз и, надеюсь, в последний, успокойтесь. Вы нужны мне собранной.

– Как скажете, – выдохнула она. И все же ни на мгновение не расслабилась.

Титов посмотрел на часы. Время есть. И очень много. Перелет в другой конец света даже на его самолете займет не меньше девяти часов. И все же не стоит долго сидеть без дела.

– Как давно вы в министерстве? – эту информацию Титов надеялся узнать из досье, которое ему пришлет Павел, но в случае чего устную и письменную информацию можно сравнить.

– Два года.

– А до того?

– Работала еще три в представительстве в Германии, устроилась по направлению после университета.

– То есть вы уже пять лет в деле и все еще не старший сотрудник? Как вы считаете, почему?

Анна чуть не подавилась водой.

– Я…я плохо общаюсь с людьми. Больше слушаю, а это не слишком хорошее качество для дипломата, – ответила она с тоской.