Белые искры снега

Алена что-то ответила ему, и они, наконец, расстались. Мужчина в очках-хамелеонах, ласковым, но уверенным жестом все того же заправского собственника коснулся волос Алены, заплетенных в объемные сложные французские косы с алыми лентами – под стать выглядывающей из-под куртки стильной блузке, которую мы когда-то вместе выбирали в этом же торговом центре. А после он пошел вновь в сторону выхода широким уверенным шагом, не оглядываясь назад, а девушка какое-то время оставалась на месте, глядя ему вслед. Я же смотрела на подругу почти с ужасом и со злостью – не к ней, а к мужчине. Она с ума сошла? С кем она связалась?

Подруга, не видя меня, пошла прочь мимо многочисленных отделов и магазинчиков, по направлению к центральной входной группе, где, по ее мнению, я ее ждала, а я, вскочив с лавки, поспешила за ней.

– Алена! – крикнула я, быстрым шагом спеша к ней. – Алена!

Из-за шума, царившего в «Венеции» постоянно, девушка не сразу услышала меня, но когда услышала и обернулась на мой голос, глаза у нее были большие и удивленные, даже немного дикие, как будто бы я поймала ее на чем-то запретном. Она даже губу закусила – верный признак того, что нервничает.

– Насть, привет! – подошла она ко мне. – Ты тут? А я думала, что ты около центрального входа.

– Нет, я тут была… На лавке сидела, читала. Около центрального все заняты были, – солгала я, не желая рассказывать сейчас про Ярослава – если бы я не увидела сейчас подругу с этим мужчиной, я бы, конечно, поведала обо всем, но сейчас мне хотелось выяснить, что связывает его и Аленку.

– Понятно, – протянула подруга, держа прямо перед собой небольшую прямоугольную сумочку из черной кожи. Мне показалось, она чуть крепче сжимает плотные ручки сумки, чем надо. Я перевела взгляд на ее лицо – в голубых больших глазах, которые казались еще больше обычного из-за макияжа, стоял вопрос. Алена явно хотела понять, видела ли я ее с этим мужчиной или нет. И я решила ее не мучить.

– Ты меня по всему центру искала? – спросила я осторожно. – Я забыла написать, что пересела, извини.

– Нет, я только зашла через другой вход, который к стоянке ближе. Меня подвезли, – улыбнулась подруга и добавила искренне: – Один очень хороший человек.

– Ты нашла себе парня и не сказала нам? – я шутливо ткнула ее в бок локтем. Алена улыбнулась.

– Ты что, глупая, – сказала она, хватая меня под руку, как она обожала это делать. – Какой парень? Я пока еще ни в кого не влюбилась, а без любви, – тут она так серьезно взглянула на меня, что я перестала улыбаться, – я не могу встречаться с человеком.

– Я знаю, – кивнула ей я, чувствуя, как все во мне напрягается в ответ на ее слова. Какая же глупая ситуация. И неприятная – для меня. – Так кто тебя подвез?

– Мой дядя, – вдруг улыбнулась Алена. – Подбросил меня из студии к тебе. Недавно из Канады прилетел, у него же там бизнес свой, – добавила она.

У Алены действительно был дядя, который жил в Канаде – как-то пару раз она говорила о нем.

– Кстати, дядя привез мне классный подарок – духи и кое-какие украшения. – Подруга вытянула вперед руку, на которой красовался тонкий изящный браслет из белого золота, украшенный жемчугом, похожий на прелестную веточку с белыми лепестками, обхватившую запястье.

– Красиво, наверное, дорогой? – искренне произнесла я, хотя в душе у меня что-то перевернулось. Я остановилась, подняла голову и внимательно посмотрела в смеющееся открытое лицо подруги, пытаясь понять, понимает ли она, что делает.

– Наверное, не знаю, – с любовью погладила украшение другой рукой Алена. – Мне безумно нравится. Ты же знаешь, как я люблю жемчуг и белое золото… М-м-м! Я так рада была этому подарку.

– У тебя классный дядя, – несколько отстраненным голосом произнесла я, понимая, что последнее слово я выговариваю с трудом. Меня опять просто-таки таращило от негативных эмоций. Да что за бред?!

– Да уж! Это точно! Очень хорошо зарабатывает в Америке. Зовет меня и брата к себе перебраться, представляешь? – она округлила глаза. – Но я не хочу. Мне и здесь нравится. Насть, что с тобой? – вдруг спросила она, чуть сощурившись – поняла, что со мной что-то не так.

– Мне кажется, я что-то не то съела, – произнесла я, прикоснувшись ладонью к животу. – Мне как-то нехорошо. Ален, я в туалет сгоняю, – сказала ей я. – Подождешь меня тут, хорошо?

– Конечно, – она с тревогой посмотрела на меня, немного склонив голову. – Тебе сильно плохо?

– Нет, почти нормально, но… В общем, подержи, – проговорила я, почти кинула свою сумку в руки удивленной Алены и быстро зашагала по направлению к туалетам. Мне действительно было нехорошо, но не физически, а душевно.

Алена сказала, что была со своим дядей. Но она солгала.

Это был не ее дядя. Это был мой дядя. Мой дядя из прежней, столь ненавистной жизни. Она сказала правду лишь о том, что ее настоящий дядя живет в Канаде – просто чтобы прикрыть свою ложь.

Я, добежав до туалета, подошла к раковине, включила воду, тщательно, с мылом, вымыла руки, а после стала плескать ледяную воду в лицо – этот способ всегда помогал мне успокоиться и хоть как-то привести нервы в порядок. Кое-как утершись бумажным полотенцем, я вытащила из кармана раскладушку. Чуть подумав, я вздохнула и стала набирать номер телефона единственного человека из прошлого, с которым общалась. И хоть созванивались мы крайне редко, он быстро ответил на мой звонок – не прошло и пары секунд.

– Настасья? – удивленно спросил мужской приятный тенор, и я поняла, что с облегчением вздохнула, уловив в нем нотки не только удивления, но и радости.

– Привет, Юра, – откликнулась я, видя в зеркале, как улыбаюсь.

– Привет, сестренка, – отозвался жизнерадостно Юра. – Давно я не слышал твой голос. Как жизнь?

– Хорошо. Надеюсь, твоя – тоже, – отозвалась я.

– Еще бы, – хмыкнул он. – У меня все окей. Чего ты мне звонишь ночью?

– У нас уже не ночь, а день, не забывай о разнице во времени, – наставительно произнесла я, даже и не подумав извиняться за столь поздний звонок. У Юры ночной образ жизни – даже сейчас на заднем плане играет громкая музыка и слышен веселый смех парней и девушек, он засыпает только под самое утро.

– А, точно. Все время забываю эту огромную разницу во времени! Настасья, что-то случилось? Ты просто так мне не звонишь, – спросил Юра у меня. Он, как и настоящий дядя Алены, жил в Западном полушарии, только не в Канаде, а в США, а еще точнее, в Лос-Анджелесе. Его мать думает, что Юрочка там усердно учится, а он отлично и со вкусом прожигает жизнь.

– Нет, мне просто нужно кое-что узнать, – сказала я.

– Узнай, – великодушно разрешил Юра.

– Где сейчас Тимофей? – я решила спросить прямо.

– Ого! Не ожидал, что ты будешь звонить мне посреди ночи – а, сорри, сорри, забыл, что у вас день! – с вопросом, где наш любимый дядя Тим, – захохотал двоюродный брат. Мне мигом вспомнилась картина из далекого детства, когда на большом совместном праздновании Нового года, в доме человека, называющего себя моим отцом, произошел курьезный случай, в ходе которого мелкий еще Юрка плюнул в тарелку ненавистному дяде Тимофею. Не просто так, а в наказание, ибо дядя выкинул его любимого робота, споткнувшись об него в холле. Правда, никто кроме меня и Юрки об этом до сих пор не знает, в том числе и наш дядюшка, так и не заподозривший неладное в своей тарелке с мясом, запеченным каким-то особым способом.

– Ага, любимый, – скривилась я, вспомнив дядюшку Тима, которого с детства не могла терпеть и боялась. Юрка тоже не пылал к нему особо яркими чувствами. Думаю, история с плевком в тарелку показательна. – Так где он?

– А я ему не нянька, чтобы знать, где он, – опять захохотал парень и вдруг завопил, как ужаленный, на ладном английском. – Синди, Синди, не смей меня щекотать! Ненавижу щекотку! – после он заржал, как сумасшедший, явно от кого-то отбиваясь. На заднем плане появился женский смешливый голос, который без остановки повторял: «Иди ко мне, иди ко мне, ну иди же ко мне!»

Я вздохнула, понимая, что после этого звонка буду разорена.

– Ты меня слышишь? – строго спросила я брата, продолжавшего ржать, и судя по тому, что его смех становился все менее и менее тихим, неведомая мне Синди оставила его в покое. Юра с детства боялся щекотки, как дурачок.

– Слышу. Блин, я чуть не умер!

– Перезвони мне прямо сейчас, – строго велела я Юрию и отключилась. Он послушался, и через несколько минут я вновь разговаривала с кузеном, который, кажется, прятался от назойливой Синди и еще какой-то девицы в ванной или в туалете.

– Ну, что ты хотела? – спросил меня он, – говори быстрее, они мне сейчас дверь выломают, озабоченные!

– Это ты там озабоченный. Опять дома тусовку устроил? – спросила я.

– Ага. Люблю веселье! Если у меня есть возможность пожить в Лос-Анджелесе и есть бабло, почему я должен быть грустным или угнетенным? Так что ты там хочешь узнать о Тимофеиче? – никогда особо уважительно не относился к дяде Юрка.

– Он в Америке?

– Не-а, он в Раше, уже несколько месяцев, в нашем родном замечательном городе, ведет кое-какие дела, – был в курсе семейных дел парень. Я же о них ничего не знала уже несколько лет. – А что?

– С мегерой разошелся? – задала я следующий вопрос, не отвечая брату.

– Боже, ты что, сошла с ума, Анастейша? Когда тебя это интересовало? – воскликнул удивленно Юра. Любит он коверкать мое имя.

– Ну, отвечай! – потребовала я.

– Нет, не развелся он с тетушкой Ирэн. Только, – тут он хмыкнул, – ты же знаешь, что ему постоянно нужны девочки. Свежая кровь. – Тут я не выдержала и хмыкнула, однако вспомнив Алену, моментально прикусила себе язык.

– Говорят, опять нашел какую-то, – продолжал Юра. – Модельной внешности. Это мне мать рассказывала. Ты же знаешь, она всегда мне все рассказывает, хотя мне глубоко по фиг. – Это было правдой. Моя тетка, мать Юрия, постоянно рассказывала ему все сплетни, связанные с нашей – нет, с их! – семьей. Звонила она ему часто, несколько раз в день и трепалась обо всем на свете, а Юрка не мог положить трубку или сказать, что занят – пока мамочка довольна им, он доволен своей жизнью в городе ангелов.

Услышав слова кузена, сердце у меня застучало с новой силой, глухо отдаваясь где-то в висках. Глупая Алена, с кем она связалась?

Нет, это конечно ее дело, с кем встречаться, и даже тот факт, что она лгала по поводу того, что в отношения вступит с тем, кого любит, меня не особо задевал, хотя да, было как-то неприятно осознавать, что это все просто вранье. Хотя я сама не святая. Но то, что из всех мужчин этого города подруга связалась именно с моим дядей, меня угнетало. Он, серьезно, не самый хороший человек, да и женат к тому же. А еще он вполне может узнать меня, а мне это совершенно ни к чему.

И как же теперь быть? Я ведь ничего не могу поделать, а бессилие я ненавижу!

– Зачем тебе это, систер? – поинтересовался Юра беспечно. – Собралась подставить дядюшку Тима перед тетей Ирой?

Тетя Ира – законная супруга дяди, первая и, наверное, последняя. По характеру своему она ничуть не лучше Тимофея, и я даже не знаю, если честно, как они живут вместе, терпя друг друга. Наверное, они никогда бы не сошлись, если бы не бизнес. Их брак произошел не по любви, а по самому расчетливому расчету, чтобы объединить две компании в большой холдинг. Тимофей постоянно ходил налево, и об этом все знали, включая его драгоценную супругу. Ходила ли налево она, я не знала и знать не хотела, однако мне казалось, что измены мужа Ирину бесят, потому что ее в принципе раздражает все на свете, хотя на первый взгляд она кажется милой и улыбчивой. Меня, если честно, тоже многое напрягает, но до Ирины и ее жуткого высокомерного нрава мне далеко, как до созвездия Ориона. Однако тетю Иру я хоть и недолюбливаю, но кое в чем ей очень благодарна.

– Он тебе как-то насолил? – допытывался Юра по мобильнику.

– Типа того, – не собиралась я ничего рассказывать про Алену. Но мысль рассказать обо всем жене Тимофея мне понравилась – Ладно, мне пора. Подруга ждет.

– Хорошенькая? – тут же обрадовался кузен. – Познакомь меня с ней.

– Спасибо за ответы, мне пора, – отозвалась я и, прежде чем он негодующие что-то завопил, я сбросила вызов.

Мрачно поглядев на себя в зеркало и запихав мобильник в карман джинсов, я двинулась по направлению к двери.

Я что-нибудь придумаю.

* * *

Алена проводила Настю чуть прищуренным взглядом голубых глаз и села на лавочку, как-то небрежно швырнув сумку Насти – обычную, не самую модную, слегка потертую, но вместительную – рядом с собой. Свою сумку – прямоугольную, аккуратную, с плоским дном и двойными ручками, недавно купленную в модном магазинчике, она положила куда более бережно. Поведение подруги ей не нравилось – это можно было понять, заглянув в красивое лицо с правильными мягкими чертами, а потому Алена была обеспокоена и еще почему-то очень зла. Достав из сумки овальное зеркальце и посмотревшись в него, убеждаясь, что с ее лицом и прической все в порядке, девушка вытащила из кармана кожаной куртки мобильник.

«Я уже скучаю по тебе, – печатала она, то и дело закусывая губу, – я так рада, что ты у меня появился, Тим. И спасибо за браслет – он чудесный…»

Отправив это сообщение, Алена, чуть подумав и вдруг усмехнувшись, стала набирать еще одно сообщение – только уже другому человеку.

«Привет, Женя! У меня к тебе есть просьба:)» – печатала она, все быстрее стуча ногтями по экрану. Если бы Настя знала, кому Алена отправляет сообщение, она бы удивилась.

Ответ от Женьки пришел быстро.

«Привет. Что случилось?» – лаконично гласило его послание.

«У меня полетел ноут:( Брат уехал и теперь некому починить его. Придешь ко мне завтра?» – почти с азартом написала девушка с французскими косами.

«Хорошо. Я свободен во второй половине дня».

«Часов в шесть пойдет?»

«Пойдет».

«Тогда жду тебя, Жень! Целую:*» – обрадовалась девушка.

Допечатав это сообщение, Алена улыбнулась и откинулась на деревянную спинку скамейки. Улыбка у нее была не самой доброй.

Ее мобильник опять завибрировал, и девушка, потянувшись, как кошка, схватила его. В это сообщение она вчитывалась куда более жадно, чем в предыдущие.

«Не пиши мне, когда я на работе», – гласило оно сухо и обидно. Отправителем значился некий Тимофей.

Прочитав эти слова, девушка тяжело втянула носом воздух. Она перевела взгляд на дорогой браслет из белого золота с жемчугом, коснулась его кончиками пальцев и только тогда выдохнула.

– Бесит, – прошептала она вдруг и обхватила себя руками.

Глава 13

Из туалета я вышла с чуть влажными от воды волосами на лбу, но более-менее успокоившаяся и решившая, что делать. К Алене я по поводу ее тайного романа с моим дядей приставать не буду – не думаю, что добьюсь успеха. К тому же раз она так тщательно скрывает их связь, вообще не вижу смысла указывать ей, что делать, или советовать, как быть. Она уже взрослая девушка и сама решает, как поступать. Я могу лишь только подтолкнуть ее в нужном направлении, не более, хотя, если честно, мне хочется схватить ее за плечи, трясти и орать, чтобы она одумалась и поняла, с каким человеком связывает свою жизнь. Но как бы мне ни хотелось, делать я этого не буду, ибо это совершенно бессмысленно. Вдруг она влюблена в Тимофея без памяти? А все влюбленные невозможны и просто-напросто не видят недостатков в своих вторых половинах. Тогда она меня не только слушать не будет, но и возненавидит. Откровенно с ней говорить о Тимофее тоже не стоит – она будет настаивать, что это ее дядя, а рассказать ей правду о том, что на самом деле это мой родственник, я не могу – сама очень сильно подставлюсь. Поэтому я поступлю по-другому, сжав все свои эмоции в кулак и включив на полную катушку логику и мысли.

Надо просто показать подруге, что она связалась не с тем человеком. А она уж пусть сама решает, как ей дальше поступать.

– Ну, как ты, Насть? – встретила меня Алена. Взгляд у нее был встревоженный.

– Все нормально, – улыбнулась ей я и забрала свою сумку, перекинув длинный ремешок через плечо. – Уже все нормально. Сильно после работы устала?

– Есть немного, – кивнула она. – С визажистом кошмар какой-то был. Она опоздала очень и в спешке всех нас красила, потому что студия была снята только на несколько часов. Но в результате все прошло нормально, мы задержались, но все успели, только я голодная и пить хочу очень!

Я молча достала ей свою недопитую бутылку с минералкой и протянула. Подруга улыбнулась, хотела было взять воду, но в это время завибрировал ее мобильник, и Алена была вынуждена ответить на звонок – кажется, звонили ей с работы.

Я, услышав ложь подруги, и бровью не повела. Сама достала свой телефон, не без удовольствия, смешанного с раздражением прочитала новое неожиданное сообщение от милашки Ярославны, которое царственно гласило: «Где ты, овечка? Развлекай же меня, мне скучно», и, проигнорировав его, стала писать друзьям, не хотят ли они сегодня собраться у нас с Даном, чтобы проводить меня, Алену и Алсу в последний школьный путь. То есть отправить завтра, в понедельник, на педагогическую практику в школу. Друзья хотели, и мы условились встретиться вечером.

Находившись с успокоившейся, кажется, Аленой по торгово-развлекательному комплексу до такой степени, что у нас слегка загудели ноги, мы поехали домой. Подруга вела себя как обычно, шутила, мило смеялась, с интересом рассматривала многочисленные витрины и носилась по магазинам в поисках нужных вещичек. Я тоже старалась вести себя непринужденно и свободно, хотя, нет-нет, мой внутренний голос все же задавался вопросом о том, зачем Алена лжет о том, что ни с кем не встречается? Какие на это у нее причины?

Вспомнив то, как она смотрела на дядю Тима, я содрогнулась. Нет, серьезно, не могла же подруга влюбиться в него? Он так запудрил ей голову? Или она считает, что раз он дарит ей такие подарки, значит, что-то чувствует к ней?

Домой мы приехали поздно. Во-первых, из-за внезапной пробки, растянувшейся, как резиновый дачный шланг, по главному городскому проспекту. А во-вторых, из-за долгого шопинга, в результате которого Алена обогатилась стильным пиджаком, парой кофточек и вязанным платьем, а я – целыми двумя футболками. Одна из них, свободная, длинная – почти до колен и оголяющая одно плечо мне безумно приглянулась с первого взгляда, как только я увидела ее на манекене. Белого цвета, с изображением симпатичного аниме-мальчика с сине-голубой гривой волос, она очень умиляла меня, и я схватила ее, даже не посмотрев на цену, хотя магазин, в котором она продавалась, был не самым дешевым.

Наверное, кому-то покажется странным, что я часто задумываюсь о деньгах и не хочу покупать дорогие вещи. И это не потому, что я – прижимистая скряга или злодейская жадина. Я всего лишь знаю цену деньгам. Для чего покупать ерунду или переплачивать непонятно за что? Деньги всегда можно потратить с куда большим умом. Однако с другой стороны, если дело касалось моих друзей или помощи нуждающимся, я могла отдать все, что у меня было.

Однако все оказалось не столь печально. Футболка, так понравившаяся мне, продавалась со скидкой, поэтому я приобрела ее с легкой душой. А придя домой, тут же переоделась в нее, почувствовав себя невероятно уютно.

– Как-то странно у вас, не находишь– повернулась ко мне Алена, как только мы зашли в квартиру.

Я находила. В доме действительно творилось что-то необычное. Во-первых, нигде не горел свет – исключением было лишь слабое мерцание то ли свечи, то ли фонаря в большой комнате, которая называлась у нас гостиной, хотя по сути была моей. Во-вторых, в воздухе витал терпкий, довольно тяжелый запах шалфея и чего-то еще незнакомого мне, но слегка дурманящего. А в-третьих, было подозрительно тихо, хотя я точно знала, что у нас гости – судя по многочисленной обуви в прихожей, которую осветило моментально включенное мною электричество.

– Чудеса какие-то, – проговорила я изумленно, разуваясь и снимая верхнюю одежду. – Они с ума сошли?

– Кто их знает, – пожала плечами Алена, стоя у зеркала и поправляя свои шикарные косы.

– О, девчонки, – вышел нам навстречу Дан, как-то подозрительно улыбаясь и щурясь от яркого света. В зале недовольно зашуршали. – Привет, красотки.

– Привет, красавец, – отвечала я другу. – Что тут происходит?

– О-о-о, тут целый дурдом на выезде в нашу квартиру прибыл с мигалками и медведями на мотоциклах, – живо отозвался Даниил и доверительным тоном сообщил мне и Алене: – Тут, знаете ли, Олег наш устраивает особое цирковое шоу.

– Какое еще шоу? – не поняла я.

– А вот такое. Проводит мастер-класс по вызову духов, – с откровенно ехидной улыбочкой произнес парень, подперев плечом косяк.

– Да? – удивилась Алена. – И как, успешно?

– Не очень. Нам, вернее, Темным Силам надоело вас ждать, опаздашки, и он только начал вызывать потусторонних сущностей. Вернее, стал готовиться. А тут и вы явились. А я уже думал, что к нам духи приперлись. – Даня хмыкнул. – Обрадовался. Едва слезу не пустил.

Алена тихо рассмеялась, я печально вздохнула. Темные Силы у нас парень веселый, азартный и совсем чуток помешанный на магии. Не удивлюсь, что когда-то он тоже ждал письмо из Хогвартса. Хотя никогда в этом не признается.

– Видели бы вы его, чернокнижник фигов. Если бы я был духом, я бы к нему за километр не подошел бы, – продолжал Дан.

– Темных Сил и живые люди часто избегают, – возразила я, и Алена согласно покивала, без слов поддерживая меня. Я мельком взглянула на нее, дав себе обещание сделать то, что я задумала.

Дядя Тим все еще стоял у меня перед глазами.

– Ну, долго вы там? – заорал из гостиной недовольный Олег. – Давайте быстрее, у нас тут спиритический сеанс! Выключайте ваш свет и идите сюда!

– Он не наш, – мигом заартачилась я, – он всенародный. И вообще мы сначала руки помоем и мороженое в морозилку запихаем.

– Начинается, – проворчал довольно громко Олег. – Быстрее давайте!

– А то что?

– А то он плакать будет, – весело закричал из глубины комнаты Женька, и через секунду появился в прихожей, радостно мне улыбаясь. Я тут же почувствовала себя чуть-чуть счастливее. Может быть, у нас с ним что-нибудь получится?

– Давай, Насть, присоединяйся к нам, – шепнул мне парень, поглаживая короткий темный ежик волос на голове и неотрывно глядя на меня. – Я никогда не был на спиритических сеансах. Кажется, это весело.

– И неизбежно, – отозвалась я, подумав, что, наверное, здорово бы было, чтобы Женька вот так погладил по волосам не себя, а меня.

– Неизбежно, – согласился Хирург. – Этого придурка только посланники Армагеддона остановят.

– Чего вы там телитесь? – заорал Темные Силы вновь. Если этот парень чего-то задумал, его уже не остановить. – Давайте-давайте, активнее шевелите колготками!

Сгоняв в ванную комнату и на кухню, а после переодевшись в обновку с изображением аниме-парня, я осторожно вошла в большую комнату, где уже собрались все мои друзья. Картина мне открылась, конечно, диковинная. В комнате было темно, и единственными источниками света служили шесть свечей, оранжево-красное пламя которых то и дело нервно мерцало, отбрасывая причудливые тени на лица ребят, сидевших, поджав ноги, в центре комнаты вокруг невысокого круглого журнального столика на колесиках. На его прозрачной поверхности лежал большой, почти полметра в ширину, плотный, порядком потрепанный лист бумаги, с нарисованным по центру здоровенным кругом, внутри которого красовался еще один круг, раза в три меньше. По периметру большого круга я не без удивления обнаружила написанные от руки алфавит и цифры от нуля до девяти. В маленький круг был заключен какой-то мудреный, чуть кривоватый символ – наверняка мистический.

Парни и девушки, сидящие вокруг стола со спиритическим, как я поняла, кругом, напоминали мне сейчас заправских сектантов во главе с непревзойденным магистром магии и дурости Олегом, который, кажется, чувствовал себя в своей стихии. Он сидел прямо напротив дверного прохода, в котором стояла я, поэтому я оценила всю прелесть его вовлеченности в мистический процесс. Сжатые в тонкую темную из-за игр света полосочку губы, сверкающие чем-то потусторонним глаза, похожие на темные впадины, зло, чуть высокомерно вздернутый подбородок. На голове капюшон застегнутой наглухо темной кофты с замком спереди. В одной его руке была седьмая свеча, в которой, как впрочем, и во всех других я опознала свои собственные декоративные свечи, подаренные кем-то на Новый год, а в другой – светло-зеленое фарфоровое блюдце. Его Темные Силы усиленно коптил, рисуя импровизированную стрелку-указатель, проигнорировав услуги валяющегося на полу черного маркера, которым, видимо, совсем недавно мистический круг для вызова духов и был нарисован.