ПЕРЕВОДЧИЦА. Книга 1

– Не рано ли тебе, деточка, так одеваться?

– Позвольте уже мне решать, как мне одеваться! – огрызнулась Дарья, сердито взирая на женщину.

– Ты не хорохорься. Твое время еще придет, а мое уже стремительно уходит, – с унылой грустью вздохнула бухгалтерша, переключая свой взор через окно на объект своего обожания.

Даша села за стол и разложив перед собой раскрытые папки, принялась карандашом делать пометки на чистом листе бумаги.

– Ладно, позже зайду.

– Лучше бы вообще тебя не видеть, – буркнула девушка, не глядя на бухгалтершу.

Любовь Васильевна замешкалась у двери, видимо желая что-то еще гадкое добавить, но передумав, вышла, оставляя в кабинете отвратительный запах своих цветочных духов.

Через некоторое время на пороге появился Андрей. Он был уже в небрежно застегнутой гимнастерке с закатанными по локоть рукавами. В руке он держал кожаный ремень. Волнистые волосы на его голове были смешно взъерошены, а на загорелых щеках проступил юношеский румянец.

Майор взял край вафельного полотенца, перекинутое через шею и грубо обтер им свое обветренное лицо.

– Ну, как у нас дела? – улыбнулся он. – Хм, зачем Любовь Васильевна приходила?

– Наверное, чтобы на вас полюбоваться, Андрей Павлович, – съязвила Даша, поджав губы и кивнув на открытую фрамугу, снова погрузилась в бумаги.

– Нет, надо ей подарить другой парфюм, а то меня уже скоро начнет от нее тошнить, – пробурчал майор, небрежно бросив на стол ремень.

Пряжка глухо ударилась о суконную поверхность.

Вытирая влажные волосы, Андрей остановился возле оконного откоса, и молча поглядев на построения солдат на площадке, в задумчивости произнес:

– Даш, если ты не хочешь со мной ужинать, может, согласишься пообедать?

Она в замешательстве подняла голову.

– Это тебя ничем не обязывает, – уже глядя на нее, продолжил майор.

– Андрей Павлович, право, неловко как-то, – смутилась она. – Будут еще что-нибудь про нас говорить…

– Даша, перестань. Мне на остальных наплевать, что будут о нас говорить. Сейчас главное для нас работа, я должен обеспечить своего подчиненного горячим обедом, а по возможности и ужином.

– Хорошо, до обеда еще полчаса, я подумаю, – в ответ улыбнулась девушка и снова уткнулась в записи.

…Майор довольный своей первой маленькой победой привел себя в порядок и под завистливые взгляды сослуживцев, проследовал по лестничному пролету управления в сопровождении юной красавицы.

Пообедав в местной столовой, они вернулись и допоздна просидели за работой. Андрей вызвался проводить девушку, но Даша вежливо отказалась от предложения.

Тогда он вызвал служебную машину и, усадив ее на заднее сидение, попрощался и пожелал приятных снов.

Глава 4

Наутро, справившись на проходной о местонахождении майора, Дарья прямиком направилась в его кабинет. Даже не постучав, она потянула на себя ручку с дверным полотном. Дверь поддалась и со звуком открылась. Было тихо и сумрачно в зашторенном кабинете. Послышался скрип кожаного дивана у стены.

– Даша, ты? Сколько время?

Андрей резко откинул от себя темно-синее покрывало. Увидев его мускулистый, покрытый темными волосами торс, она попятилась к двери.

– Андрей, простите… Я, наверно, не вовремя?

У нее волнующе забилось сердце.

– Ничего, заходи.

Он опустил босые ноги на дощатый пол и нижней частью ладоней протер сонные глаза.

– Ты проходи, не стесняйся. Открой окно, пожалуйста.

Взяв наручные часы со стула, с шумом выдохнул:

– Уф, проспал.

Даша послушно подошла к окну, отдернула тяжелую штору и распахнула створки рам. Душный кабинет наполнился утренней прохладой. Боясь увидеть что-то непристойное, она так простояла некоторое время в молчаливом ожидании.

Девушка спиной чувствовала, как он надевает галифе, затем натягивает на них начищенные сапоги…

– Можешь поворачиваться, – с усмешкой бросил ей майор. – Ничего неприличного здесь больше нет.

Даша обернулась на голос Андрея и прошла к своему рабочему столу.

Топая сапогами, он вышел, на ходу хватая полотенце и вскоре вернувшись с влажными волосами, быстро, словно отдавая распоряжения, произнес:

– Даша, постараюсь к обеду быть. Что делать ты знаешь. Не прощаюсь.

Застегнув ремень, и аккуратно распрямив под ним гимнастерку, он решительным шагом вышел из кабинета, оставляя девушку в гордом одиночестве…

Сосредоточившись на своей работе, она и не заметила, как наступило время обеденного перерыва. Майора все еще не было. В животе шумно заурчало.

«Вчера-то котлета с пюре была, – вспомнила она вчерашний горячий обед, и в желудке еще больше заныло от голода. – У меня же есть шоколад в сейфе!»

Даша вышла, заперев за собой дверь, и направилась в приемную. В длинном коридоре она неожиданно столкнулась с Андреем. Небрежно вскинув левое запястье, он взглянул на циферблат.

– Даша, прости, по делам ездил. Еще нагоняй получил, что опоздал, если бы не ты, не знаю, чем бы все закончилось. Знаю, знаю, ты голодная и я не успел даже позавтракать. Давай, быстро на обед и потом обратно… Мне опять нужно будет срочно уехать.

После обеденного перерыва Даша продолжила перевод документов, а майор снова ретировался, пообещав вскорости освободиться…

Устав от монотонной работы, она подошла к открытому окну. Слабый вечерний ветерок обдувал ее вьющиеся на висках пряди. Она подхватила на затылке косу и перекинула на грудь. Перебирая пальцами по плетению, девушка задумалась о молодом мужчине. Его образ стоял у нее перед глазами и никак не выходил из головы.

Дверь вдруг с шумом распахнулась, и вошел Андрей.

– Наконец-то, – выдохнул майор и плюхнулся на диван.

Словно не замечая Даши, он откинул голову на его мягкую спинку и закрыл от усталости глаза. Просидев так некоторое время, Андрей вздохнул.

– Даша, есть какие-нибудь результаты? – поднялся он с дивана и подошел к столу с документами.

– Да, почти готово.

Она тоже приблизилась к столу и из небольшой стопки документов выбрала нужную папку.

– Мне требуется немного времени перепроверить, но с большой долей вероятности это именно тот человек, кто вам нужен. Там записи моего перевода. Все как вы… ты говорил.

Взяв у нее из рук эту папку, Андрей повернулся к ней спиной и сосредоточенно стал читать ее содержимое.

Стоя за его широкими плотными плечами, Даша вдруг приняла от него будоражащую и, вместе с тем, пьянящую волну разгоряченного мужского тела со специфическим запахом кожаного ремня. Внизу живота приятно потянуло. Она инстинктивно протянула к нему руку и слегка коснулась пальцами его гимнастерки.

Майор развернулся к ней лицом и медленно положил на стол документ. Даша увидела в его глазах неестественно странный блеск. Она с испугом отступила назад и, наткнувшись на деревянную обшивку стены, в страхе прошептала:

– Нет… пожалуйста.

Он так мгновение постоял и, нахмурив брови, произнес:

– Даша, ты чего?

– Простите, – она опустила глаза. – Я просто подумала…

– Тебе пора домой, – резко перебил он ее. – Я сейчас вызову машину…

Утром Андрей заглянул в приемную. Даша закручивала бумагу с характерным треском в валик пишущей машинки.

– Андрей Павлович, здравствуйте! Я еще вам нужна? А то у меня своих дел накопилась уйма.

– Здравие желаю! – сделал он жест в воинском приветствии. – Нет, Даша, спасибо, ты мне очень помогла. Я с утра уже отчитался. Все подтвердилось. Вот тебе пока маленький презент.

Он протянул ей плитку шоколада.

– Наверное, не стоило беспокоиться, но все равно приятно, – вежливо улыбнулась она.

– Григорич у себя?

Даша кивнула и бегло застучала пальчиками по буквам на клавишах.

Спустя час офицеры вышли из кабинета.

– Ладно, Андрюха, я поехал.

Мужчины в прощании пожали друг другу руки. Повернув голову к Даше, начальник произнес:

– Меня сегодня ни для кого нет. Переведи все встречи на завтра.

Махнув рукой другу в прощании, он удалился.

– Я вчера забегался, что забыл отдать тебе это.

Андрей протянул девушке небольшой предмет, завернутый в бумажный пергамент.

– Заскочил вечером к Григоричу и, представляешь, у него в кабинете оставил.

– Ой, туфли, – радостно улыбнулась Дарья и, развернув бумагу, полюбовалась работой сапожного мастера.

Лаковые лодочки ее мамы все еще продолжали источать легкий запах обувного клея.

– Спасибо большое, Андрей, сколько я вам должна?

– Даша, ты о чем?

– Ну, как же, вы и так тратитесь на меня, обедами кормите. Туфли вот…

– Пустяки. Даша.

Он опустился на рядом стоящий стул.

– Ты еще сколько будешь держать между нами дистанцию?

Улыбаясь одними глазами, он пронзительно уставился на нее.

– О чем это вы, Андрей Павлович? – смутилась она, слегка краснея.

– Даша, ты знаешь, о чем я, – твердо сказал он. – Хватит уже, наверное. Мы же взрослые люди…

Она вдруг закрыла лицо руками.

– Я не знаю, что со мной происходит, – тихо произнесла она. – Лучше бы я вас никогда не видела.

Он немного помолчал, затем взял ее ладони и спросил:

– Даша, ты мне только честно ответь. Ты встречаешься с кем-нибудь?

Она отрицательно замотала головой.

– Ты что, меня боишься?

Девушка промолчала. «Что происходит? Это какая-то пытка. Не ровен час, я разревусь и признаюсь ему, что по-уши влюбилась в него. Господи! Итак, уже все понятно. Что же со мной происходит?»

– Даша, давай сделаем так. Я сейчас в исполком, насчет жилья. Сама видела, где я ночую, а вечером мы с тобой серьезно обо всем поговорим. Хорошо?

– У нас в коммуналке Зоя Иннокентьевна комнату сдает, – неожиданно вырвалось у нее.

Андрея даже подбросило.

– Ты серьезно?

Она улыбнулась и поморгала ресницами.

– Даша, ты даже себе не представляешь, как ты меня выручила, – обрадовался он этой новости. – Так поехали, чего сидим?

– А как же работа? – еще шире сделала глаза девушка.

– Я Григоричу позвоню, все ему объясню.

– Ну, хорошо. Только… чтобы мне не попало.

– Не волнуйся, давай собирайся.

– Зоя Иннокентьевна! – позвала Дарья, постучав по двери костяшками пальцев.

Послышалась возня. Даша и Андрей стояли в ожидании в темном коридоре. Дверь наконец-то приоткрылась, и в нос ударил удушливый запах папиросного дыма. Показалась морковно-рыжая голова женщины, усеянной мелкими газетными папильотками.

На ее бесцветном лице, алым пятном сияли губы, придавая женщине комичный вид.

– Дашенька, это ты? – глядя в упор на девушку, спросила женская голова.

– Зоя Иннокентьевна! Вам нужен постоялец? – продолжала Дарья, игнорируя неуместный вопрос.

– Конечно, конечно…

И увидев за девушкой статного офицера, преобразилась и растянула в улыбке накрашенный рот.

– Минуточку…

Женщина снова захлопнула дверь и, пробубнив с кем-то в своей комнате, вышла, на ходу запахивая потертый халат.

Бренча связкой ключей, она двинулась в конец коридора.

– Идемте, прошу вас.

Майор и девушка последовали за ней. Едва не ударившись головой о жестяную ванну на стене, Андрей тихо выругался.

– Осторожно! Коммуналка, – послышался веселый голос Зои Иннокентьевны.

Долго провозившись с замком, она наконец-то толкнула дверь внутрь. Они втроем вошли в давно непроветриваемое помещение.

– Довольно сносно, – проходя вглубь комнаты, произнес Андрей.

Он оценивающе оглядел ее убранство. В темном углу, возле самого окна, стояла широкая тахта, накрытая шерстяным в мелкую клетку пледом. Поверх него царствовала объемная подушка без наволочки. На потертом настенном ковре одиноко висела гитара.

Изящная этажерка, стоящая напротив, поддерживала довоенный патефон с большой медной трубой. На подоконнике, в потрепанных обложках, были аккуратно расставлены пластинки. Середину комнаты занимал тяжелый стол, с такими же стульями. Их резные ножки, казалось, вырастали из дубового паркета.

– Да, вы что? – суетилась возле будущего жильца Зоя Иннокентьевна. – Эта комната моего гражданского мужа. Жить-то на что-то надо, вот и приходиться сдавать. Вся мебель довоенная, добротная, – тараторила она, расхваливая чужую рухлядь. – Вот, до вас квартирант у нас проживал. Женился он, так и съехал к супружнице своей…

Женщина намеренно погрустнела.

– У нас здесь все очень даже чинно и спокойно. Напротив, комната супружеской пары. Они в разъездах вечно, в геологоразведке, ископаемые все свои копают, а в начале коридора Дашенька с мамой и моя комната. Так что…

– Хорошо, давайте обсудим квартплату и порядок проживания, – услышала она приятный мужской голос.

Андрей направился к окну и, раздвинув пыльные шторы, распахнул настежь окно. С улицы в душную комнату ворвался пряный вечерний воздух.

– Вот это мужчина! – воскликнула Зоя Иннокентьевна, – И сразу к делу.

Наклонившись к Даше, она тихо проговорила ей в самое ухо:

– Вам, милочка, очень повезло с кавалером.

– Почему вы решили, что он мой кавалер? – вспыхнула девушка розовым румянцем.

– Потому что, я очень хорошо знаю мужчин, уж поверьте мне. Он смотрит на вас, Дашенька, так как смотрят не просто знакомые. Он от вас без ума! – довольно констатировала Зоя Иннокентьевна. – А какая внешность, стать. М-м-м… С такой выправкой были офицеры только при Дворе Его Императорского Величества, – шепнула она на ухо Дарье. – Я-то в этом уж точно разбираюсь.

Андрей потянул вниз до щелчка шнурок стоящего рядом с ним торшера и покосился в их сторону.

Девушка заволновалась, переживая, что Андрей понял смысл их разговора.

– Лампочки уж сами купите. Бывший жилец повыкручивал… Все повыкручивал… Подумать только… интеллигентные люди, – высоким голосом пропела Зоя Иннокентьевна, внезапно переключаясь на будущего квартиранта. – Товарищ майор! А, позвольте поинтересоваться, вы женаты?

– А, это так важно? – насторожился Андрей, бегло бросая взгляд на Дашу.

– Извините, но так или иначе мне все равно станет известно, – не отставала Зоя Иннокентьевна.

– Официально – да! – глядя в упор на женщину, ответил майор. – Это что-то меняет?

Дашу кинуло в жар от этих слов.

– Я к чему спрашиваю? Если к вам приедет супруга, – украдкой покосилась соседка на девушку, – То вам придется больше платить за комнату.

– Товарищ майор! – демонстративно окликнула его Дарья. – Ну, вы тут обустраивайтесь… Приятного вам отдыха, – и резко развернувшись, исчезла в тусклом коридоре коммуналки.

– Даша! – кинулся он за девушкой.

– Я вас к ней препровожу, – остановила его Зоя Иннокентьевна у самых дверей. – Чуть позже, – кокетливо подмигнула она. – А пока, давайте закроем наш с вами вопрос…

Даша залетела в свою комнату, громко захлопнув за собой дверь, и упала на постель.

– Ненавижу, ненавижу, – плакала она, уткнувшись в подушку.

– Даш! Открой, пожалуйста! – вдруг услышала она за порогом голос Андрея.

Сейчас она все ему скажет. Все, что она думает о нем.

«Мерзавец, подлец. И как ее угораздило втюриться в этого женатого прохвоста?» – думала она, распахивая дверь своей комнаты.

– Даша! Позволь мне объясниться, – начал он, проходя вслед за девушкой.

– О чем это вы, товарищ майор? – развернула она заплаканное лицо к Андрею.

Он близко подошел он к ней, пальцем вытирая катившуюся по щеке слезу.

– Я когда-нибудь, все равно бы тебе сказал.

Мужчина взял девушку за плечи, заглядывая ей в глаза. В них прозрачными каплями дрожали слезы. На ее щеках выступил розовый румянец и губы… припухшие от прикусывания влажные губы просили прикосновения… С каждым глубоким вздохом у нее волнующе поднималась грудь.

– Вы, товарищ майор, слишком высокого мнения о себе, – произнесла она, демонстративно отстраняясь от него. – Покиньте комнату! – гневно выпалила Дарья, грозно сдвигая у переносицы брови.

– Даша, ты скажи, в чем я перед тобой виноват? – нахмурился Андрей.

«Нет, ты ни в чем не виноват, это я виновата, что без ума влюбилась в тебя!» – хотела она крикнуть, но только бросила ему в ответ:

– Не подходите ко мне… никогда.

Андрей нервно сглотнул подступивший ком. Сейчас как-никогда она была особенно красива в гневе и эти глаза, безумно красивые глаза ярко контрастировали друг с другом цветом радужки.

– Даш! – приблизился он к девушке, снова трогая ее за плечи.

– Ухо-дите, – грубо отстраняясь от него, потребовала Дарья.

Андрей, немного помедлив, с досадой в голосе произнес:

– Ну, хорошо. Как хочешь… Всего хорошего!

Коротким взмахом он приложил правую ладонь к фуражке и вышел прочь.

Даша в бессилии опустилась на стул и горько заплакала.

Глава 5

Она проснулась от яркого света. На потолке, отражаясь от маленького зеркала на столе, дрожал солнечный зайчик. В дальнем углу на кровати, после ночной смены спала мама. Дарья отвернулась к стенке, равнодушно рассматривая замысловатые узоры на ковре.

Тяжелое чувство стыда заполняло ее мозг.

«Как же так, что же я наделала? – думала девушка. – Надо извиниться перед Андреем. Я не имела никакого права так с ним разговаривать».

Быстренько собравшись и даже не позавтракав, Дарья потихоньку вышла, боясь разбудить маму. Пройдя через весь коридор, она остановилась у двери, откуда вчера выскочила как ошпаренная.

Послышался мужской кашель из комнаты Зои Иннокентьевны. Даша, немного постояв в нерешительности, так и не отважилась постучаться в комнату Андрея. В сомнениях, она отправилась на работу.

Весь рабочий день девушка провела в мучительном ожидании майора. Любой шум в коридоре заставлял вздрагивать ее и учащенно биться сердце. Стук клавиш пишущей машинки болью отзывались у нее в висках.

Жутко раскалывалась голова, и Дарья приняла обезболивающую таблетку. Какое-то странное предчувствие все больше начинало охватывать ее.

Было очень душно и противно липко от зноя. Головная боль все еще не проходила. Еле дождавшись конца рабочего дня, девушка вышла из здания управления.

Хмурое небо быстро заволакивало грозовыми тучами. Пахло озоном.

«Успеть бы до дождя», – подумала она, как вдруг заметила Андрея.

Он стоял чуть поодаль, мило воркуя с Любовь Васильевной. Та, то и дело, вскидывала голову в мелких кудряшках, громко смеясь ярко накрашенным ртом. Майор, бегло взглянул на Дашу, и обаятельно улыбаясь бухгалтерше, продолжил с той разговор.

Сердце защемило в груди.

«Подлец, а я еще хотела извиниться. Вот, дура. Ну и ладно, было бы о ком думать! Много чести», – с обидой подумала девушка и, отвернувшись, простучала мимо каблучками.

Внезапно налетел ветер. Сильно раскачивая деревья, он вихрем кружил дорожную пыль. С головы Дарьи сорвало берет, и понесло вдоль по улице. Придерживая раздувающие полы василькового платья, она бежала вслед за крутящимся блином.

Ярко сверкнула молния, следом последовали раскаты грома. Хлынул дождь. Натянув на мокрые волосы промокший головной убор, Даша забежала под крышу местной агитплощадки.

«Пережду немного, может дождь закончится», – думала она, выжимая воду с косы.

Мимо проезжали редкие автомобили, обрызгивая и без того мокрых от дождя, бегущих прохожих. Ливень расходился еще больше. Ударяясь с шумом о тротуар, высоко подлетали его брызги. По улице разливались лужи, стремительно превращаясь в бурлящие речные потоки. По ним плавали и лопались пузыри. Гром и молнии без устали соревнуясь друг с другом, низвергались на бренную землю.

Девушка, обхватив плечи обеими руками, дрожала от холода.

– Позволите? – услышала она со спины знакомый мужской голос.

Даша обернулась и увидела Андрея. Он стоял перед ней, сняв с головы промокшую фуражку, приглаживая мокрой ладонью волосы. От влаги они игриво закручивались в колечки. Одергивая промокшую в плечах гимнастерку, продолжил:

– Даша! Ты на меня еще сердишься?

– За что мне на вас сердиться, товарищ майор?

Она никак не могла справиться со стуком своих зубов.

Андрей мгновение постояв в нерешительности, приблизился к дрожащей девушке и притянул ее к себе.

– Иди ко мне, – с волнением выдохнул он.

Взяв ее лицо в свои ладони, он нежно поцеловал Дашу в губы. Волна наслаждения пронеслась по всему ее телу. Как долго она этого ждала! Она вдруг ощутила, как безмерно влюблена в этого человека и каким-то внутренним сознанием поняла, что это взаимно.

Первый поцелуй всегда вызывает бурю волнительных эмоций, но это было для нее особым ритуалом высоких чувств и ощущений, которые никогда не сотрутся из памяти.

– Даша! – выдохнул он. – Я с тобой как мальчишка… впервые в жизни не знаю как вести себя…

– Не надо, не говори ничего, – остановила она его.

Девушка запустила свои пальцы в его мокрую шевелюру и улыбнулась.

– Какие у тебя жесткие волосы и кудряшки смешные.

Он не мог оторвать взгляда от ее лица, от ее безумно красивых глаз.

– Тебе так идет, когда ты улыбаешься… Ты мне очень нравишься.

– А как же Любовь Васильевна?

– Нашла о чем беспокоиться, – хмыкнул майор, – Хотя… – сказал он протяжно. – Блондинки мне тоже нравятся.

Он убрал мокрый локон с ее лица и по-детски чмокнул в кончик носа.

– Отпусти меня, – рассердилась Дарья, пытаясь высвободиться из объятий мужчины.

– И не подумаю. Все, ты теперь моя, – улыбнулся он. – Не отталкивай меня… Даш, позволь быть рядом, – уже серьезно произнес Андрей и крепко прижал ее к себе.

Она больше и не думала сопротивляться. Ей было безумно приятно с Андреем. Даше казалось, что она знает этого человека уже целую вечность. Его запах, этот знакомый запах приводил девушку в странное волнение и непонятный трепет.

Дарья приподнялась на цыпочки, и слегка приоткрыв рот, прикоснулась к его мягким губам. Андрей страстно накрыл его горячим поцелуем. В один момент, он с такой силой сжал ее обеими руками, что Даша едва могла вздохнуть в его объятиях.

– Сладкая моя, девочка, – прошептал он ей в губы.

– Андрей, ты так меня раздавишь.

Он немного ослабил хватку.

– Прости, это правда, выше моих сил. Я хочу раствориться в тебе.

Даша промолчала и положила свою голову ему на грудь. Ее ухо уловило учащенное сердцебиение мужчины. Прижавшись к нему всем телом, она скрестила свои руки у него за спиной. Дарья не верила самой себе, в то, что происходит с ней сейчас.

Ласки этого мужчины будили в ней настоящую женщину, ещё не знающую страсть, отчего он становился еще ближе и желанней для нее. Андрей слегка отстранился от Даши, поднял ее голову за подбородок и стал осыпать все ее лицо поцелуями. Глаза… брови… нос… щеки… губы…

И вот он – самый сладостный вкус глубокого поцелуя…

Она с изумлением обнаружила его напористый язык возле своих зубов. Чуть приоткрыв свой рот, она встретилась с ним своим. Это было удивительное ощущение. Их языки на некоторое время сплелись в безумном змеином брачном танце. У девушки вдруг загорелись щеки.

Легкая приятная тянущая волна образовалась ниже живота. Одна рука Андрея оказалась на затылке девушки под ее влажными волосами, а другая медленно стала опускаться ниже поясницы и легла на упругую ягодицу Даши. Затем он настойчиво нажал на нее, делая движение навстречу своим бедром.

– Боже, что я делаю? – опустила стыдливо голову она.

– Тебе не понравилось? – спросил майор, облизывая свои губы.

Он снова поднял ее лицо и заглянул в ее глаза. В них была полная растерянность. Даша не знала, что ответить.