Лавка «Арканум»

— Думаю, не мне одной форум пошел на пользу. Ты так проникновенно рассказывал о своей большой мечте, создании острова счастливых людей, я уверена, что и ты план продаж на год вперед выполнил. А после историй исцеления во время твоего курса «Омоложение Души», я и сама записаться захотела.

— Раз тебе понравились мои тренинги, предлагаю сделать совместный. Я буду помогать омолодиться, а ты Таро их увлечешь и сама тренинг пройдешь. Посмотришь, что да как, если свой курс решишь запустить. Они, кстати, хорошие деньги приносят. Можно один раз курс записать, как некоторые мои ленивые «коллеги», а потом его онлайн кучу раз продавать, делая вид, что это новый поток. Чем тебе не деньги из воздуха?!

Лиля собиралась ответить, что не готова продавать душу и переходить на темную сторону, но тут вернулся официант. Пока он расставлял тарелки, Лиля успела обдумать предложение Луки и увидела в нем хоть и не самую этичную, но возможность. Возможность закрыть долг и сохранить в целости то, что ей было дорого. И тех, кто был его дорог.

— Благодарю! — Лука кивнул официанту, отпуская его, и пояснил для Лили: — Я голоден как зверь, а из еды во мне только три кружки кофе с коньяком. В самолете есть не стал, а перед выступлением не успел, так что прости меня, но я буду набивать брюхо.

Глядя, как вегетарианец запихивает в рот кусок мяса, Лиля задала вопрос, который напрашивался сам собой:

— А тренинги хоть кому-то помогают?

— Конечно! Мне. Я квартиру купил, машину, с Бали вот только вернулся.

— А людям?

— Людям?! Людям помогает слепая вера в то, что один лишь тренинг изменит их жизнь к лучшему. И ты знаешь, некоторым «волшебные курсы» и правда помогают. Обычно в группе человек из десяти один-два таких вот находятся, кто получил толчок и что-то поменял в жизни. Они обычно отзывы хвалебные и записывают. Правда всего они добились бы и без тренинга, но знать им об этом не обязательно.

— «Ах, обмануть меня не трудно! Я сам обманываться рад!» –процитировала Пушкина Лиля.

— Скорее «Лох не мамонт, он не вымрет», — Лука процитировал Мавроди. — Но это ты и без меня знаешь. Наши целевые аудитории пересекаются, поэтому я сделал предложение именно тебе. Ты, в отличие от всех этих с форума, не овечка ведомая, а волчица, но в овечьей шкурке. Очень милой шкурке, скажу я тебе. Пока девочки гадали, что же ты нагадаешь тому мужику, мужчины гадали, что же у тебя под мантией. Не догадываются, бараны, что там острые зубки.

— Это точно, — согласилась Лиля, которой все эти намеки были не очень приятны, как и сам Лука. Но возможность запустить совместный тренинг и благодаря ему закрыть долги, была заманчивой, потому она решила подыграть. — Чтобы я без них делала. Работала бы и дальше школьным психологом и получала гроши за кучу ответственности, которую на меня родители перекладывают.

— Вот именно! — воодушевленно подержал Лука. — Люди любят перекладывать на других ответственность. И вечно чего-то от кого-то ждут, вместо того, чтобы действовать самим. А если есть стадо баранов, то им нужны пастухи – мы с тобой. Я, как и ты, просто даю людям то, чего они хотят. Надежду, волшебную таблетку, подсказку от Вселенной или карт, целительный тренинг, который изменит жизнь. Причем даю за очень скромную сумму, в отличие от некоторых, которые за свои школы и тренинги дерут непомерно!

— Это ты сейчас про Блин… — хотела озвучить фамилию девушка, но Лука приложил палец к ее губам.

— Не будем о них вслух, — мужчина провел пальцем по нижней губе Лили, стирая пенку от капучино. — Об ушедших с поля битвы за деньги и умы людей либо хорошо, либо никак. Тем более она, как раз-таки, брала мизер, у нее самый дорогой тренинг десятку был, еще и нормальные вещи давала, из психологии. А вот те, кто пошли по ее стопам, хапают деньжат от души, подсаживая народ на рассрочки за обучение. Так что давай-ка мы с тобой не будем плохо говорить о той, кто все это создала, а возблагодарим ее за то, что подала нам пример. Ну, не с налогами, конечно. И пиром во время чумы.

Лука подозвал к себе официанта и попросил:

— Виски нам, бутылку. И лимончик.

Паренек принял заказ и спустя минуту вернулся с подносом.

— Ты же не пьешь! — в очередной раз удивилась Лиля.

— Это Лука не пьет, а Максим Викторович Лукин любит пропустить стаканчик-другой, — он пригубил виски и судя по его довольному лицу, напиток ему понравился. — Ты как, выпьешь со мной? Или предпочитаешь какую-нибудь зеленую матчу на альтернативном молоке с привкусом блевоты и высокомерной осознанности?

— Не дружу ни с тем, ни с другим, — отмахнулась Лиля. —Осознанная матча была хуже дешевого виски. Моя страсть кофе. А еще красивые цветы и красивые мужчины.

— Интересное сочетание… — задумался Лука. — Получается, твой идеал – красивый мужчина с букетом цветов и стаканчиком кофе? Ну, кофе и красивый мужчина уже есть. Осталось раздобыть цветы.

— Зачем?

—Ох, Лиля… — в глазах Луки зажегся озорной огонек. — Ладно, так даже интереснее, поиграть я люблю. Я вообще очень люблю игры, красивых женщин и хороший алкоголь, который ты сильно недооцениваешь. Полезная вещь, если знать, как пользоваться. Сегодня вот он мой спаситель, но о плохом в такой вечер не будем, лучше вернемся к тренингу. Так как ты насчет того, чтобы совместный тренинг сделать?

— Можно попробовать, — осторожно согласилась Лиля.

— Знал, что не откажешься. Оставь тогда мне свой номер и номер помощницы. Моя с ней свяжется, они все обсудят, воронки продаж свои подкрутят, трафика нагонят. А мы парочку бесплатных эфиров бахнем и с них на платный онлайн-курс народ поведем. В общем, все по классике. Предлагаю через пару дней созвониться и все детально обсудить. Ну и приглашаю на мой живой тренинг, в Анапе скоро пройдет. С меня оплаченный номер и классный курс, с тебя вечернее гадание, если захочешь. Захочешь?

— Возможно.

— Отлично. Тогда предлагаю беседу о делах закончить и прогуляться по-вашему чудесному городу. Ты же местная, да? С тебя вечерняя экскурсия для твоего нового партнера, — последнее слово Лука произнес с такой интонацией, что только тупой не понял бы, какое партнерство он имеет ввиду. Но Лиля, погруженная в мысли о том, что скоро разделается с долгами, этого не поняла. — А после предлагаю полюбоваться видами ночного города из моего номера.

— Ты даже не представляешь, как сильно я хочу, — Лиля закусила губу и старалась придумать достойную отговорку, чтобы не водить никого гулять, потому что устала, но жест получился двусмысленным, как и слова: — Принять твое предложение. Но через два часа у меня сеанс с женой начальника налоговой и его пропустить нельзя.

— Жену пропустить нельзя. Но если мы пропустим прогулку и полюбуемся городом из окна моего номера, то все успеем, — Лука не хотел отпускать Лилю, жесты которой считал неверно.

Она тоже неверно истолковала вполне понятные намеки Луки и, вместо того, чтобы поставить его на место, пояснила:

— Времени для того, чтобы насладиться видом нам может и хватит, но мне не хватит его на то, чтобы забрать гонорар, доехать до салона и перевоплотиться в мадам Ли.

— Ох уж эта мадам Ли и ее синяя мантия, — на лице быстро опьяневшего Луки расплылась улыбка. — А давай ты скинешь мне адрес салона, и часика через три я к тебе загляну. Помогу и мантию снять, и усталость.

Лиля наконец поняла, к чему ведет Лука, но «партнерство» с Лукой ее не интересовало, каким бы привлекательным мужчиной он не был, а отказать ему надо было так, что партнерство обычное между ними осталось.

На помощь пришла Марго, подошедшая к столу.

— Лиль, звонила жена сама знаешь кого. У нее планы поменялись, а сеанс она пропускать не хочет, поэтому ее водитель уже ждет тебя, — выпалила она.

— Прости, я вынуждена бежать, —извинилась Лиля, оставляя визитку. — Эта мадам ждать не любит. Я сейчас оставлю тебе за салат и…

— Лиль, ты за кого меня принимаешь? — оскорбился Лука. — Спокойно езжай к своей мадам, которая не любит ждать.

Поднявшись из-за стола, Лиля поспешила к выходу, а вслед ей донеслось:

— Я, кстати, тоже не люблю ждать. Но тебя точно дождусь.

Подруги вышли из кафе и Марго повела Лилю к машине Витали, где лежали все вещи и гонорар за выступление. Как только они оказались внутри, автомобиль сорвался с места.

— Как хорошо, что мы пошли за тобой следом и сидели в кафе рядом. Я хоть успела вовремя вмешаться. Послушав, что он тебе говорит, я обалдела. И этот урод еще называет себя посланником Бога на земле! — злобно прошипела Марго. — Пусть радуется, что я на него Виталю не спустила. Он бы ему не только на словах объяснил, что с приличными девушками так общаться нельзя.

— Ты права, — согласилась Лиля. — Звание «Посланник плотского греха» пойдет ему куда больше.

— Вы не поверите, но видео с таким названием уже есть. Одна из блогеров, та, что вечно разоблачает инфоцыган…

— Виталя! — перебила его Марго. — Подобное слово употреблять не стоит, оно оскорбительно.

— Почему? — удивился Виталя. — Его же все используют и уже который год. Не думаю, что это слово может чьи-то чувства оскорбить. Если только чувства этих самых продавцов воздуха.

— А оно оскорбляет. И не чьи-то чувства, а целый народ, который приплели к этим мошенникам. Так что давай без таких слов обойдемся. Даже в адрес Луки. Тебе бы вот не понравилось, если бы твое имя вдруг стало нарицательным для каких-нибудь маньяков.

— Пример у тебя, Марго, тот еще. Но суть я понял и признаю, что был не прав. Вот только как тогда называть тех, кто продает людям всякие курсы и тренинги, которые никакой ценности не несут?

— Ну… Ты же сам подобрал хорошее выражение «продавцы воздуха». Можно «инфомошенниками» их называть, «инцопроходимцами» или «продавцами успешного успеха». Язык у нас богатый, синонимы найдутся.

— Ну да. Можно еще «продавцы мыльных пузырей» их называть. У них же упаковка у курсов такая же красивая, как мыльный пузырь, что на солнце переливается, а внутри, как и у пузыря, пустота. Потом она еще и лопается, оставив тебя ни с чем. Ни радости, ни денег не остается. Все, как с курсами этих мошенников.

— Давайте новое слово для таких вот людей потом придумаем, чтобы продавцов тоже не оскорблять. А сейчас пусть Виталя расскажет наконец то, что хотел, —предложила Лиля.

— Давай, — быстро согласился Виталя. — Так вот, одна девушка, которая ведет расследования о таких вот инфомошенниках, пообщалась с девушками, проходившими живой тренинг Луки, — имя духовного наставника Виталя, считай, выплюнул. — Самые симпатичные рассказывали о том, что у них было индивидуальное оздоровление, и, как вы понимаете, совсем не души. А они все такие довольные, потому что благодаря «мастеру» раскачали первую чакру и на них хлынет поток изобилия.

— Поток на них явно хлынул, да только не изобилия, — прорычала Марго.

— Лука, видимо, рассчитывал на то, что со мной этот фокус тоже пройдет, — догадалась Лиля. — Но вы быстро среагировали, не то, что я. Я так размечталась, что долги быстро верну, что сразу и не поняла, на что он намекает и куда зовет.

— Я вот не пойму, зачем ты согласилась с ним поужинать? — недоумевал вслух Виталя. — Я же тебе утром рассказывал, какой он на самом деле. Ему, ясное дело, курс совместный нужен, чтобы клиентов мадам Ли к себе переманить. Но тебе-то он зачем?! Во-первых, он ублюдок. Во-вторых, обманщик. В-третьих, явно намеревается тебя в постель затащить. Так что пусть простит меня за то, что я под шумок снял на него компромат, который собираюсь отправить той блогерше.

— Вит, ты во многом прав, но я устала работать на долги. Я жить хочу нормально и завтракать не только за твой счет. Придержи, пожалуйста, свой компромат, дай мне стать свободной.

— Мне все это не нравится. — признался Виталя, закладывая вираж, чтобы пойти в поворот.

— А мне он сам не нравится! — поддакнула ему Марго, а после приказала подруге: — Не смей вестись на его морду симпатичную и речи сладкие! Ты у нас девчонка наивная, он таких в миг окручивает!

— Меня интересует не Лука, а его клиенты, которые могут стать и моими, — пояснила Лиля.

— Плохо все это закончится, — заявил Виталя. — Очень надеюсь, что завтра утром ты скажешь, что передумала.

— Утром не скажет. Утром она с тебя кофе затребует и сэндвич, — усмехнулась Марго. — Но будем верить, что она нас послушает.

— Хотелось бы, чтобы она нас послушала и не наделала глупостей. Лиль, не будешь глупости делать? — попросил Виталий.

— Постараюсь, — не очень искренне пообещала Лиля.

— Лиль, я правда не понимаю, не проще ли продать особняк, как и предлагал твой братец? — Марго наконец задала вопрос, что год крутился в ее голове. — Но не тем, кто за бесценок хотел урвать, а нормальным покупателям. У него цена миллионов триста. Тебе и долг закрыть хватит, и квартиры вам с братом новые купить, и цветочный открыть в другом месте, еще и на жизнь останется. Представь, какие шикарные перспективы. По мне, это куда лучше, чем с такими как Лука работать и пахать на то, чтобы браткам все отдавать. Тем более особняк ваш, он же не совсем …

Поняв, что Марго хочет сказать об особняке, который был вовсе не Голицыных, а Фомы Неверующего, Виталя ее перебил:

— Она так никогда не сделает, потому что особняк был построен предками ее дедушки, и она хранит его, как и весь ее род.

— Но он же… — Марго, не уловив намек парня, хотела рассказать о том, что мог прочесть любой, вбивший улицу и номер дома в поисковике. Тем более особняк входил в топ достопримечательностей Краснодара и любой мог узнать его историю.

— Но он же главная ценность семьи, главой которой сейчас является Лиля, так что это неприемлемо, — вместо Лили пояснил Виталя. — Оставшиеся двенадцать миллионов не такая огромная сумма, чтобы ради нее продавать особняк, да и жить им с братом есть где, а потом все образуется.

Виталя не придумывал ничего от себя, лишь пересказывал слова Лили, которой подобный вопрос задал куда раньше Марго. Он, как и Марго, тоже знал настоящую историю особняка. Но Лиля свято верила в свою, в которой особняк строила ее семья, в которую входил Фома Неверующий, потому парень ей подыгрывал. Виталя не понимал, каким образом особняк, построенный нотариусом Яловым, прозванным Фомой Неверующим, перекочевал в руки семьи Лили, ведь был продан Яловым сначала урологу Береговскому, а потом муниципализирован советами, но факт был налицо. И в документах, где черным по белому было написано, что единоличная владелица исторического особняка на улице Пушкина — Голицына Лилия Юрьевна.

— А еще я не имею права подвести вас, — добавила Лиля.

— Значит будем и дальше хранить особняк твоей семьи, — резюмировала Марго. — И один небольшой секрет.

Глава 5

Если бы кто-то сказал блондину, что расследование всей его жизни приведет в лавочку, где продавщица из цветочного магазина притворяется гадалкой, он бы рассмеялся. Все эти шарлатаны были не его проблемой и разбираться с ними следовало другим. Но он отдал службе пятнадцать лет и прекрасно понимал, что и такие странные зацепки нужно проверять. Никогда не угадаешь, что за ними скрывается.

Он не прогадал, потянув за казавшуюся лишней ниточку. Первая встреча прошла не так, как он планировал. Он хотел всего лишь осмотреться, а неожиданно вступил с девушкой в диалог. И она смогла его удивить, и не раз, поэтому он импровизировал, представившись ей Арканом Справедливости, даже небольшой фокус с картой провернул, чтобы не раскрыть себя. Но вот как поступить дальше, он не знал. Играть ли ему роль загадочного блондина, ведь девчонка так сильно верит в магию, что и парочки фокусов хватит для подтверждения статуса аркана? Или рассказать хотя бы часть правды?

Он так и не выбрал, как поступить, потому решил снова увидеться с девушкой, доверяя интуиции и чутью. И снова не ошибся. Она показала себя с нужной стороны. А вот он… Он повел себя как дурак. Купил чертовы ромашки, позволил болезненным воспоминаниям взять верх, разревелся, еще и разрешил себя обнять. Как же хорошо, что наставник не мог его видеть! Иначе от позора он бы никогда не отмылся.

А все этот странный запах, витающий, что в лавке, что в магазине. Именно он, каким-то удивительным образом, возвращал его в воспоминания. Вот и не верь после этого умникам, которые говорят, что запах – лучшая машина времени, позволяющая вернуться в прошлое. Но там ему делать нечего, все его прошлое мертво, и возвращаться туда не хочется. Куда больше его интересовало будущее – то самое, к которому он упорно шел третий год.

Целых три года мучений и лишений, которые он терпел из-за своего расследования. Но каждый раз, когда ему казалось, что он подобрался к разгадке тайны, что вот – только руку протяни и все, ответ исчезал, а он снова пускался в путь. В этот раз дорога привела его к Лиле – странной девушке, которая была для него такой же загадкой, как и он сам. Загадкой, которую стоило разгадать как можно скорее. И для этого следовало с ней сблизиться, как бы сложно это не было.

Если бы кто-то сказал Лиле, что однажды к ней заявится загадочный голубоглазый блондин, который сначала назовется Арканом Справедливости и испугает ее, затем купит у нее ромашки, из-за которых расплачется, а потом вызовет желание подружиться, она бы покрутила у виска. Но, когда он заявился к ней в третий раз, все получилось именно так.

Лиля собиралась закрывать магазин, когда в дверях появился высокий блондин.

— Привет! — поздоровался он. — Найдется время меня выслушать?

— Привет! Да, клиентка будет через час, так что минут сорок у меня найдется. Только давай сегодня без фокусов, даже если ты реальный Аркан Справедливости. У меня чертовски тяжелый день и делать его еще хуже просто некуда.

— Я с извинениями пришел, — парень вытянул из-за спины небольшой букетик с маленькими чайными розами.

Лиля, привыкшая цветы продавать, но никак не получать, с радостью взяла букет.

— Извинения приняты. Поможешь порядок навести?

Парень кивнул и выдохнул с облечением. Он переживал, что после первой неудачной встречи, шансов заполучить доверие Лили у него нет. А доверие ему было нужно, потому он помог Лиле и проследовал за ней в подсобное помещение, из которого был выход в узкий коридор.

— Добро пожаловать ко мне домой! — Лиля обвела рукой помещение, в котором уместилась лестница и небольшой белый шкаф всем известного шведского бренда.

— Домой? — парень ни за что бы не подумал, что зеленый коридор с двумя белыми дверьми можно назвать домом.

— Ну да. В этой части магазина мой дом. Хочешь экскурсию?

— А можно?

— Можно. Начнем с моей прекрасной прихожей, — Лиля указала на шкаф и обувницу, из которой достала комнатные тапочки.

Как только ее ноги утонули в пушистых розовых тапочках с заячьими ушками, лицо стало менее измученным, а настроение более приподнятым. Она подошла к первой двери, выходящей в коридор, и распахнула ее, показав крошечный санузел. В нем с трудом уместилась душевая, унитаз и тумба с раковиной.

— Вот она, моя царская ванная, – пошутила Лиля. — Пару лет назад, мы здесь душ по просьбе брата сделали, но он им ни разу не воспользовался, потому я ругалась. А сейчас вот пригодился. Как и стиралка, которую я впихнула под раковину, чтобы полотенца и фартуки домой не таскать.

— Ты большая молодец!

— О! Это ты еще не видел, как я соседнюю комнатку, в которой мы старье хранили, в кухню превратила. Но сейчас и ее покажу.

Лиля открыла соседнюю дверь, ведущую в кухню. Эта комната была не сильно больше первой, метра два на два, зато в ней было окошко, выходящее во двор. На маленькой кухне нашлось место для крошечного белого гарнитура, маленького белого столика на золотой ножке и двух прозрачных стульев.

Пока парень изучал эту комнату, Лиля достала из шкафчика вазу, налила в нее воды и поставила красивый букет на обеденный стол.

— У тебя очень уютная кухня!

— Поверь, моя кухня была куда уютнее. Но вместительный кухонный гарнитур и шикарный фартук из зеленой майолики остались в прошлой жизни, как огромный стол и посудомойка, — с грустью в голосе сказала Лиля. — Да и холодильник нельзя вплотную к варочной панели ставить. Но ты прав, все вполне уютно и куда лучше, чем могло бы быть при сложившихся обстоятельствах. Чаю или кофе хочешь?

— Нет, спасибо, — отказался парень. Ему не хотелось играть еще и в чаепитие.

— Ладно, тогда продолжим экскурсию, — Лиля вышла обратно в коридор и начала подниматься по лестнице на второй этаж, маня парня за собой.

Лестница привела к еще одной двери, за которой скрывалась небольшая, но светлая комната с белыми стенами. Напротив входа было два огромных окна в пол, которые прятались за синими шторами. Перед окнами стоял письменный стол, а справа и слева от него примостились две кровати. Та, что была аккурат напротив двери, была наспех заправлена синим пледом и явно принадлежала брату Лили. А та, что была идеально заправлена зеленым покрывалом и украшена розовыми подушками, точно была кроватью девушки. Рядом с нею поместился маленький изумрудный диванчик, а напротив нашлось место для комода, на котором пристроился телевизор. Ну а место рядом с дверью занял большой шкаф с зеркальными дверьми.

Комната была небольшой и утопала в зелени, потому показалась парню зимним садом, в котором кто-то решил обустроить спальню, о чем он и решил сказать:

— У тебя тут словно в саду каком-то.

— Ну да… Вон такой он, огромный пентхаус мадам Ли, обставленный изысканной дизайнерской мебелью и лучшими цветами, — сарказм, перемешанный с болью, сквозил в голосе Лили. — Но, спасибо, что на это хватило. Я эту комнату как мастерскую на будущее сделала пару лет назад, думала буду здесь мастер-классы проводить или арт-девичники. Вот и пригодилась. Не для мастерской, конечно, но как есть…

— Не знаю, что видишь ты, но догадываюсь, что это хуже того, что у тебя было раньше, потому ты расстраиваешься. Я же вижу уютный дом. И чувствуется, что создавали его с любовью.

На лице Лили, устроившейся на диване, расцвела искренняя улыбка, впервые за многие дни.

— Спасибо! Присаживайся. Поболтаем здесь, — она была тронута теплыми словами, поэтому разоткровенничалась: – Устала сегодня от магазина. Я заказ на свадьбу делала, полночи не спала, мастерила розовые букеты, как и хотела невеста. Но утром она решила, что розовые цветы – это намек на то, что она выходит замуж из-за беременности и ждет девочку, потому потребовала переделать букеты на лавандовые, иначе она отменит заказ. Слышал бы ты, что она нам с Викой — дизайнером ее свадьбы, которая за цветами ко мне заехала, успела наговорить до того, как ее мать выхватила телефон.

— Свинство какое!

— Свинство потом началось, когда невеста увидела цветы и декор. Она закатила истерику, материлась на Вику и отлупила ее свадебным букетом, а потом телефон Викин разбила, когда та показывала визуализацию и пыталась доказать, что она привезла именно то, что утвердила невеста. А родители этой безумной стояли в сторонке и делали вид, что все в порядке.

— И что дальше?

— Вика забрала помощников, декорации и уцелевшие цветы, которые привезла мне обратно. Потом поехала побои снимать, потому что ребята из отеля ей шепнули, что все было записано на камеры. В общем, веселая у кого-то свадебка была сегодня. Без украшений, без букета, без декора и, возможно, в обезьяннике. С побоями Вика может и пережестила, но с другой стороны, эта истеричка ее отлупила, еще и айфон разбила, за который семейка отказалась деньги отдавать, как и за декор с цветами, потому что они не такие, как хотела их доченька.

— Она все правильно сделала. Таких нахалок, решивших, что им все можно, только так и учат. Для нее как раз и статьи есть. Сто пятнадцать статья за умышленное причинение легкого вреда здоровью и сто шестьдесят седьмая за умышленное уничтожение или повреждение имущества.

Лиля отметила, что знакомых, знающих уголовный кодекс, у нее стало на одного больше и резюмировала:

— В общем, отвратительная заказчица и семейка не лучше. И Вику кинули, и меня. Хорошо, что мы часть суммы предоплатой всегда берем. Но цветы я под это мероприятие заказывала и пришлось попотеть, чтобы из свадебных композиций новые букеты составить. Но в таком количестве я никогда не распродам, так что в минус точно выйду большой. Ладно бы неделями двумя позже, там был бы шанс на день учителя все продать, хотя учителям и стали зажимать на цветы. Но нет, никаких праздников на этой неделе не предвидится. Зато повезло, что клиентка у мадам Ли сегодня поздняя, на восемь, так что есть немного времени на отдых.

— Я точно не помешаю? — парень так и стоял в дверях, не решаясь войти. — После такого дня я бы хотел побыть один, ну или мечтал бы найти эту психованную невесту и сам букетом отлупить.

Лиля похлопала по месту рядом с собой:

— Заходи уже, не помешаешь. И признаюсь, такие мысли были, когда посчитала убытки. Но попустило, так что сменим тему. О погоде поговорим или познакомимся нормально.