
Полная версия
Что скрывает сердце?

Когда закат начинал опускаться на город, ребята возвращались по домам, но день их не заканчивался. Они приводили себя в порядок и собирались в квадратах города. Это могли быть посиделки с кальяном у большого Воронежского водохранилища, гонки по городу, домашняя вечеринка или поход в клуб.
Так проходило лето дома, лето не в одиночестве, лето в юности. Время идет, а принятые решения не ждут своей очереди.
Утро было хмурым. Шел дождь. Натали, открыв глаза, поняла, что это то самое утро, когда, наконец, она уедет навстречу мечте. После упорной подготовки, после утверждений всех вокруг, что у нее не получится, Ната достигла цели. Стоя у зеркала, она разглядывала небольшие гематомы от грубых захватов Демьяна и еще не зажившую рану на предплечье, которая начинала оставлять шрамы на нежной коже. После Наталия взглянула себе в глаза, переполненные радостным недоверием к происходящему: «После стольких усилий и затрат я, наконец, уезжаю. Я смогла, хотя никто в это не верил.»
Размышления Натали перебил дверной звонок. Она поспешила открыть дверь, но мать юной леди оказалась быстрее. В коридоре Наталия увидела своего любимого. Герман приехал помочь с багажом и проводить до поезда.
Мать Натали, Людмила Владимировна, выглядела достаточно молодо. Она была мудра красива и готова на все ради своих детей.
Собравшись, они выдвинулись на вокзал. Герман забрал чемодан у Наталии, потому что никогда не позволил бы ей тащить что-то самой, даже если бы это было легким. Он увидел еще одну огромную сумку в руках матери и начал забирать тяжелый груз.
– Герман, что же ты?! Тяжело одному все это тащить. Мы с Натой вместе понесем.
– Нет-Нет, я не позволю вам обеим что-то нести. Все хорошо!
Наталия наблюдала за сильными руками Германа, любовалась мускулами, которые от нагрузки стали еще более внушительными. Она переглядывалась с мамой и ловила ее одобрительную улыбку. Как ни странно, но настроение Германа было нейтральным, где-то даже слегка веселым. Путь к поезду больше сопровождался молчанием.
Уложив багаж, Герман и Натали спустились на перрон. Кажется, в этот момент юноша начал осознавать, что происходит. Он крепко обнял любимую, закопавшись рукой в ее волосах, и положил голову Натали себе на грудь.
– Зачем ты затеяла это? Я же не смогу без тебя, – первый раз Герман сказал что-то против переезда.
– Как бы ни было тяжело, я не могу остаться. Я не могу раствориться в любви. Да, я люблю дом и буду по нему скучать. Я тебя люблю и буду с ума сходить от разлуки! Чувства чувствами, но нужно жить.
– Ох, не знаю, родная. Мне кажется это не совсем правильным. В любом случае, я дал тебе обещание быть рядом. Все в моих руках!
– Так оно и есть! А знаешь, – смеется Натали, – Совсем забыла тебе рассказать! Моя татуировка загноилась и вздулась, а мастер только и делал, что советовал свою мазь.
Герман перебил Наталию:
– Что?! Но Ната, это не шутки! Почему не сказала?
– Мы ссорились и я мало думала про руку. Не волнуйся! Когда я перестала мазать ее средством мастера и купила то, что посоветовала мама, она начала быстро заживать. Видимо в тату салоне был плохой аппарат. Но я не про это хотела сказать. На этом месте начали появляться шрамы. Понимаешь к чему я?
– То, что это очень плохо?
– Нет! К тому, что у меня теперь тоже есть шрамы, которые будут напоминать о тебе.
– Ты совсем ненормальная! – грозно ответил Герман.
Людмила Владимировна посмотрела на время и поспешила обнимать дочку:
– Так-так-так, вы совсем зачирикались, мои птички! Пора прощаться. Все будет хорошо, дорогая. Вперед! За успешным будущем!
– До встречи! —попрощалась Ната, крепко обняв родных.
Натали ощутила сильное давление на сердце, когда поезд сдвинулся с места, будто часть ее, если не вся она, осталась на несколько метров позади. Глядя на родные земли и вспоминая последние слова, адресованные Герману, перед ее глазами всплыла картина:
Совсем еще девчонка, наивная и мечтательная, Алёна, подруга Натали, направлялась в Петербург. Сколько радости и тревоги! Поводом для того была памятная дата и предстоящая встреча с любимым. Суженный был военным и служил по контракту в Питере, поэтому со встречами были большие проблемы. Алена прибыла. Долгожданная встреча состоялась, но обстоятельства поменялись и мир перевернулся. Тот, кто клялся не предавать, зарекался о любви, оказался в ту памятную дату с другой. И, не успев доехать до предателя, как девчонка уже возвращалась домой в полностью разбитом состоянии.
За другими примерами далеко ходить не нужно: бабушка Натали бросила престижную карьеру, служебную квартиру в другом городе и вернулась домой, потому что там был ее любимый. Любимый, который со временем не оправдал надежд, а бабушка упустила перспективу и осталась ни с чем.
Множество подобных примеров из окружения Натальи превратились в умозаключение, что не стоит строить только одну крепость вокруг любви. Ведь в любой момент она может рухнуть не по вине строителя. А он останется без всего среди руин. И тогда девушка пообещала себе, что построит ту крепость, целостность которой зависит лишь от нее – крепость успеха.
Урок, что вынесла Ната, был не единственный. Однако чтобы понять следующий, ей нужно было встретить Германа. Германа, который полюбил ее больше жизни, который залечил ее раны и не допускал ни единой мысли о предательстве. Для Натали то было необъяснимое чувство: «Как можно так слепо и безусловно верить человеку?». Она чувствовала его. Натали могла отпустить Германа, куда угодно, даже в бар, где скопление красавиц. Она верила Герману, знала, что он делает и всем рассказывает о своей возлюбленной. И Ната была абсолютно права, оттого и уезжала с доверием и со спокойствием.
Глава 4. Осколки грез
И глупой юностью я сделала свой выбор. В глазах с туманом, из родины сбежав долой. Теперь убийственный доносится минор, Из замка, оказавшимся избой.
Тот замок был сложен из грез,
В фантазии стоял красивый,
Наивностью пропитанный насквозь,
Он прочностью сиял фальшивой.
Теперь он в щепки разнесенный,
Мечта сбылась, но счастье не пришло. Реальность оказалась чуть жестокой,
Душу мою разграбив наголо.
Теперь прикована я к той избе,
Запястья мои стерты в кровь.
Если б знала, что скрывается в мечте, Не покинула б родных краёв.
Счастье! Вижу край родной, свою родню, друзей и кров.
Бросаюсь к ним я со всех ног
Вдоль сладких долгих тех дорог,
Сказать хотя бы пару слов.
Теперь я знаю как зовут мечту,
Я знаю, где счастье таится.
Мне без него теперь невмоготу.
Дайте же им насладиться.
Но сдернут меня цепи те
И вопьются в запястья мои.
Не успев добежать к мечте
Я роняю слезы свои.
Давят горечью слезы на глаза.
Я кажется уже ползу,
Но все больше теснят тормоза,
Возвращая меня в избу.
Возникает снова образ семьи,
Мимо закрытых очей.
Знакомый воздух, тепло родной скамьи-
Все о чем мечтаю теперь.
Загадав заветную мечту,
Я размыкаю глаза свои.
Безобразную вижу избу,
Что тянет за кисти мои.
Теперь я знаю, что нужно мечтать
Осторожно и беспристрастно,
Для того, чтоб потом не признать,
Что мечтать то было опасно.
Судорожно Наталия мнет маленькие пальчики. Сегодня первый день учебы. Она сидит в аудитории с незнакомыми ребятами. Многие абитуриенты также приехали из разных уголков страны. Они отличались друг от друга речью, поведением и внешностью. Натали подумать не могла, что отличия так яро будут бросаться в глаза. Ей было довольно интересно.
– Здравствуй! Как твое имя? – обратился к Нате рядом сидящий юноша.
– Мое имя Натали. А тебя как зовут?
– Меня зовут Николас. Приятно познакомиться! Откуда приехала?
– Так видно, что я приезжая?
– Немного. Ты волнуешься, всех внимательно осматриваешь и с речью у тебя что-то не то, как и у ребят сзади нас.
– Интересно… Я из Воронежа! – гордо ответила Наталия.
– Ого! Я слышал о нем. Даже мимо проезжал когда-то. Будешь скучать по нему?
– Я уже безумно скучаю. Моя мама говорит, что тоска скоро пройдет, но я так не считаю.
– Надо, чтобы прошла, иначе тяжело будет учиться.
– Я надеюсь, что со временем смирюсь, найду здесь то, что меня зацепит и не буду успевать скучать по дому, потому что часто собираюсь его навещать. Вообще, у меня есть личный пример, который меня мотивирует. Моя бабушка в молодости тоже покинула дом. Ее перевели в другой город на престижную работу. Однако пробыла она там не так долго. Бабушка начала скучать по дому, по любимым людям. Не выдержав боли, она вернулась.
– И что?
– Да то, что сейчас она могла иметь большее, а не считать каждую копейку. Послушав сердце, она забыла о суровой реальности.
– Может ей так действительно лучше.
– Едва ли! Хотя, знаешь, когда я спросила бабушку об этом, она совершенно искренне ответила, что счастлива и ничуть не жалеет. Но я-то вижу все. А сейчас извини, я удалюсь.
Ната пошла искать уборную. Идя по коридору, она осматривала картины с офицерами в парадной форме и думала:
«Ничего себе! Я действительно здесь. Я добилась того, чего хотела. Главная ведомственная академия страны!»
Вдруг навстречу ей вышел лейтенант.
– Здравствуйте! – тактично произнесла Натали, отойдя в сторону, чтобы пропустить его.
– Вы кто! Что вы здесь делаете?! – крикнул мужчина.
– Я абитуриент. Направлялась в туалет, – не понимая, почему на нее кричат, ответила Ната.
– Каждый год одно и то же! К стене прижимаемся и не дышим, когда идет офицер. Или вы хотите вылететь отсюда, не успев поступить?
– Извините.
– Туристы! – недовольно выразился лейтенант и скрылся в коридорах.
Натали быстрым шагом ушла в туалет, думая, что утро у этого персонажа явно не задалось.
– Вот это самомнение! – прошептала она.
Когда Ната возвращалась обратно, в коридоре встретила старшекурсников. Они шли в спортивной форме, где были видны большие татуировки на ногах и руках. Все бы ничего, но Натали было обидно, что от незнания она совершила большую ошибку и на ее руке теперь довольно не эстетичная картина.
Весь день поступившим ребятам рассказывали про здешние порядки. Им выдали форму и, наконец-то, отпустили по домам.
Ната несла в руке большую дорожную сумку с формой. Она поставила ее на землю и осмотрела свои покрасневшие пальцы. Повесив сумку на плечо, Наталия направилась к выходу с территории университета.
«Ох, так намного легче!»
На выходе ее остановили офицеры.
– Останавливаемся. Какой взвод? – возмущенным тоном проговорил один из них.
– Взвод 1050…
– Сюда вызываем вашего командира!
– Зачем?
– Вам разве не объясняли, что на плече сумки не носят?
– Нам сказали, что сумки на плече не носят в форме, но я же еще в гражданской одежде.
– С самого начала приучаться нужно! Ладно. Я тебя запомнил. Это последний раз.
«Видимо, сегодня у всех с настроением проблемы. Что ж, бывают неудачные дни. Все только начинается. Дальше будет лучше!» – успокаивала себя Ната.
Она закончила первый день с осадком на душе. Внутри были смешанные чувства, а в голове каша от количества новой информации. Ночь была бессонной. Ната снова сидела у холста. Пытаясь воспроизвести прекрасную звездную ночь с Германом, она выкинула кисть. Ничего не получалось. Тут же ее взгляд упал на мешки с выданной формой. Наталия так мечтала надеть ее. Кажется, настроение начало подниматься, когда она раскрыла мешки, чтобы примерить вещи. Конечно, большинство позиций были на великанов, но что сделаешь? Наталия кружилась перед зеркалом с улыбкой на лице. Ей действительно шел образ полицейского.
– Мне так идет! Что же, день был сложным, но это не конец! Впереди только лучшее!
Следующим днем взвод 1050 выстроили перед учебным зданием.
– Зачем нас тут построили? – доносились фразы ребят.
Вышел командир и прокричал:
– На корточки сесть!
Все сели. Наталья стояла и не понимала, что происходит.
– А тебя не касается команда? – скорченным лицом командир посмотрел на Нату.
Как только она села, прозвучала команда: «Встать!». После снова: «Сесть!».
– Будут еще разговоры, будете приседать, пока ноги не отвалятся!
К Нате вернулся вчерашний осадок уже с утра.
– Какое унижение! – сказала она рядом стоящей девушке, не услышав ничего в ответ.
Взвод 1050 вывели на плац и начали обучать строевой подготовке. Со стороны выглядело так, будто заключенных обучают командам или, того хуже, дрессируют псов. К концу дня ноги отваливались. Этим не закончилось. Ребятам дали команду убирать коридоры академии. Амбициозной Натали протянули швабры и щетки. Она зависла в пространстве, вспоминая свои глаза в зеркале перед отъездом из дома.
– Эй! Бери уже инвентарь и пошли мыть.
Новоиспеченные курсанты ставили парты друг на друга, терли пол щетками и чистящими средствами. После уборки взвод отпустили. У Наты безумно болели ноги. Сняв форменные ботинки, она ужаснулась. Кожа была сильно стерта, кровь прикрывала мясо. Эти берцовые ботинки включены в льготу сотрудников под названием «Бесплатное форменное обмундирование». Ната тут же открыла маркетплейс и за свои деньги заказала себе другие берцы.
Интерес к учебе потухал. По такому сценарию проходил каждый день. Все было под копирку. Ребята мучались на плацу, сидели на занятиях, а потом наводили большую уборку. Началась долгожданная учеба. Мечты сбываются!
Если не сосредотачиваться на плохом, то Натали иногда находила плюсы. Ей нравилось знакомиться с людьми, так на нее не похожими, узнавать их истории. Еще Ната внимательно слушала преподавателей на учебных занятиях. Большинство из них были интеллигентными людьми, с которыми можно было общаться часами. Правда, как-то раз, один из преподавателей, рассказывал лекцию и решил прерваться на личный диалог.
– Я не понимаю, что вы здесь делаете? Вы ненормальные? Ваши ровесники сейчас с девушкой в кино сидят, гуляют, вольничают. А вы что? Вы пришли сюда? Зачем? Нет-нет! Я действительно в замешательстве! Самое интересное, что эти ровесники потом придут после гражданского университета в ваш отдел и будут также работать, но за плечами у них будет юность, которую они пережили. Вы же свою юность просто выбросили. Для Наталии это была больная тема. Хотя она узнавала много новых вещей, наук и жизненных историй, но понимала, что на этом долго не продержаться.
К сожалению, общение и новые знания действительно не помогали. Исчезло то свечение от глаз Натали. Только второй месяц она находится на службе, но огонь уже погас. Холсты под слоем пыли стояли в углу нетронутыми. Сил на вдохновение не оставалось. Взвод 1050 все также топтал плац, а после драил коридоры академии и чистил картошку в столовой. Будущее полиции, которое, придя обучаться серьезным вещам, вместо этого получили швабры в руки и ошейник на шею. Ошейник, что убивал их личность, индивидуальность и превращал амбициозную молодежь в роботов, в очередных рабов, которые могут слушать лишь приказы, но никак не здравый смысл, мораль и внутренние ценности. Наталия поняла, что инициатива и собственное мнение в этих стенах наказуемо. Она ничего не имела против системы. Натали нравилась идея такого обучения, но она считала ее слишком устаревшей и требующей нововведений.
Днями и ночами Ната и Герман старались быть на связи. Натали думала, что общение с любимым должно облегчить ситуацию. Однако с началом учебы начались и личные проблемы. Ряд учебных задач, обустройство на новом месте мешали телефонным встречам влюбленных. Наталия возвращалась с учебы и все, что ей хотелось – привести себя в порядок и погрузиться в сон. В спешке она объясняла возлюбленному, что устала и поговорить не получится.
Очередные будни. Натали, ослабевшая, вернулась в квартиру, которую сняла на время учебы вместе с соседкой. Цены на жилье в Москве были не утешительными, особенно для студентов. Нате пришлось пожить у крестной с начала учебы, пока она не нашла с кем снимать квартиру. Соседка Ксения, также прибывшая из другого города на учебу, отличалась от Наты. У нее были иные взгляды, поведение и слова, навязанные малой родиной.
Соседка недавно съехала из общежития, которое предоставляла академия или, честнее сказать, ее выжили оттуда. Жить в таких условиях было невозможно: антисанитария, тараканы, нарушение личного пространства, еще больший дефицит свободного времени. Изначально Натали была готова жить в общаге, но даже такой чести она не удостоилась. Нате не дали койко-место. Ее поставили на очередь, поэтому пришлось выкручиваться. Учитывая обстоятельства, такой поворот событий был только к лучшему.
У девушек наконец освободилось время, чтобы приступить к генеральной уборке квартиры после прошлых жильцов, но звонок на телефон Натали прервал их.
– Слушаю, Демьян.
– Эй! Наталия, здравствуй! Герман расстраивается, что вы начали меньше общаться.
– Я понимаю, но что я могу сделать? Мне сейчас тяжело и нет времени на пустые разговоры. Почему вообще это говоришь ты?
– Даю тебе шанс сказать, что у тебя появился другой, прежде чем узнает Герман. А потом мы придумаем, как безболезненно сообщить ему об этом.
– Чушь! Мне некогда сейчас говорить. Я должна помогать соседке.
– Нет, нет! Расскажи, как вы отдыхаете в выходной, сколько у вас гостей сейчас?
Не успел Демьян договорить, как Ната оборвала звонок.
– Что и требовалось доказать, Герман. Она сейчас веселится и, скорее всего, не одна, – произнес Демьян, заполняя две рюмки новой порцией водки.
По завершении выходных, выполнив все необходимые задачи, Натали позвонила Герману.
– Родной, привет! Я так соскучилась! Мне очень тяжело тут одной. Хотела поделиться новостями. Такая непонятная ситуация была… – не услышав ничего в ответ, Ната замолчала.
– Я тоже соскучился, родная. Что делала на выходных?
– Делами занималась. Столько всего нужно было купить! Убирались в квартире несколько дней.
– Что-то недоговаривает, – шепнул Демьян Герману.
– Знаешь, мы тут с Демьяном размышляли. Можешь говорить правду. Мы поймем.
– Я тоже понимаю, о чем вы. Тебе не стыдно? Я хотела рассказать о своих проблемах, как мне здесь трудно. А ты, на поводу у Демьяна, подозреваешь и ревнуешь меня безосновательно.
Натали завершила разговор. Ей было обидно, что не удалось поговорить с любимым. Она хотела узнать, как поживает Герман, почувствовать его поддержку, ведь она была так одинока в чужих краях.
Несколько дней между парой не было связи. Это мучило их. Все же Герман решился позвонить.
– Натали, прости меня! Я погорячился. Все оттого, что мне тяжело без тебя.
– Хорошо, Герман. Я тоже не хочу ссориться. Давай забудем этот конфликт?
– Да. Забыли. Расскажи, родная, как поживаешь?
Влюбленные проговорили всю ночь. Все было хорошо. Натали пообещала уделять больше времени Герману. Он же пообещал покончить с ревностью.
Очередным осенним вечером Ната, придя домой, в скверном предвкушении изучения материала на завтрашний учебный день позвонила своей половинке.
Юноша обрадовался звонку и завел довольно неожиданную тему.
– Ната, по тебе вся твоя семья тоскует, мама плачет, у бабушки и вовсе с сердцем плохо и я без тебя устал. Я хочу всегда быть рядом. Как только ты дашь мне согласие, я перееду к тебе.
Натали настигнул шок, она не знала, что ответить, ведь это такой серьезный шаг. Насколько бы ни были сильны их чувства, обстоятельства сильнее. Как Герман собрался осуществить свой план, ведь он не работает и не имеет никаких сбережений? К тому же Ната только освоилась с соседкой и ото всюду ее терзали бытовые дела и учебные задачи. Нужно тщательно обдумать такую затею, прежде чем приступать к действиям.
– Как у тебя с работой сейчас?
– Я пока не работаю. Демьян говорит, что для нас достойной работы нет.
– А как ты здесь собирался справляться без денег, без плана? Я не знаю. Я пока не готова.
– Но, Натали! Я придумаю что-нибудь. Или тебе там и без меня отлично, как говорит Демьян?
На фоне Натали услышала неразборчивые слова Демьяна:
«Она не хочет быть с тобой. Ты всего лишь запасной вариант!»
– Слушайте, это ненормально! Я тут схожу с ума от тоски и усталости, а вы, вместо поддержки, давите на меня каждый день. Герман, ты обещал не слушать своего горе-друга, но в итоге мы снова ссоримся с его подачи. Все два месяца здесь я слышу от тебя упреки, подозрения и чувствую сильное давление. Я не хочу больше это терпеть! Герман, прощай!
Возбужденная от злости Натали решила покончить с такими сложными больными отношениями. Ей надоели частые ссоры. С переездом копились мелочи и выросли в большую проблему. В этот раз Натали выбрала себя, свое спокойствие. Хотя она и не верила, что расстается навсегда с Германом, но в ту секунду была в ярости и уверяла себя, что любовь должна давать силы, а не забирать их без остатка.
– Зачем ты лезешь, Демьян? Снова затуманил мой разум! – крикнул Герман и бросил телефон в стену.
– Вот поэтому! Ты не видишь, что она с тобой сделала? Кем ты был до нее? Одинокий сильный мужик, который никогда не распустит сопли! А теперь она занята. Интересно чем?
– Глупости! Она учится. У Наты много дел!
– Еще скажи, что поэтому она не хочет твоего переезда к ней.
Герман замолчал, поднял разбитый объект ярости и прошептал:
– Она только моя. Навсегда…
Стремительно сгорали недели. Натали все думала о случившемся, думала о том прекрасном времени, проведенном вместе с Германом, вспоминая его нежные прикосновения, его взгляд.
«Ах, этот взгляд! Никто никогда не смотрел на меня с такой любовью. Как только хмурое безразличное лицо повернется на меня, оно переполнится восхищением и лаской. А меня его энергия полностью поглотит, что я не смогу сдвинуться с места. Боже, я так скучаю!»
Сегодня у Натальи была присяга. Присяга сотрудника – это торжественная клятва, впервые поступающих на службу. Нарядные и счастливые курсанты, стояли в колоннах и один за одним подходили к столу, застеленному красной скатертью, для дачи клятвы служить Родине. Погода была чудесная. Светило солнышко. У Наты было прекрасное настроение. После церемонии ребята начали расходиться. Кто-то направлялся домой, кто-то праздновать поступление на службу. Вот только расходилось они не одни. Натали покидала территорию академии и, на каждом шагу, видела, как к курсантам подбегали родители, вторые половинки, друзья. Они были такими счастливыми, обнимались и вместе шли к метро, чтобы отправиться на празднование знаменательного события. Натали обходила их в одиночестве. Ей стало так больно, что она уже знала: по приезду на съемную одинокую квартиру, истерики не миновать.
Наталья села в вагон метро. Прокручивая в голове прошедшую неделю, она гладила свою шею. Острая боль не давала свободы голове Наты. Во время физической подготовки взвод 1050 изучал новые приемы борьбы. Натали столкнули с ног, демонстрируя новый бросок. Она чуть не оставила голову на мате, приземлившись на нее. После, еле сдерживая слезы от боли и обиды, Натали обратилась к своему начальнику. На просьбу дойти до врача, она получила отказ, ведь если в санчасти зарегистрируют травму на курсе, то спрашивать будут с начальства.
Рядом присел довольно подозрительный мужчина и отвлек Натали от размышлений. Подозрителен он был тем, что не отрывал взгляд с рук Наты. Смущенная девушка услышала пояснительные слова:
– Извините за нескромную просьбу. Дело в том, что я давно практикую чтение судьбы людей по их ладоням. Позвольте рассмотреть ваши? Они довольно интересные!
Мужчина хоть и выглядел небрежно, но по разговору был очень образованным человеком. Натали неловко протянула свои ладони.
– Так-так, очень интересно… А это что? Да вы упертая, очень упертая! Вас фактически невозможно переубедить, остановить. Вы добились того, о чем безумно мечтали. Еще я вижу большую любовь. Вы любите. Вас любят. Это чистые, настоящие чувства, но вы их отвергаете, почему-то не даете шанс, – обрывистыми фразами продолжал мужчина.
Для Натали происходящее было ново, занимательно, но больше всего ей запомнились слова о любви, о риске ее утраты. Конечно же, Наталья знала, что судьба прямо кричит ей о Германе, хоть он и так не уходил из мыслей. Также Нату убивали тоска, одиночество и мысли о правильности ее выбора. Осуществив свою мечту, она осталась совсем одна, вдали от дома, с постепенным разочаровании выбранного пути.
Уж снег первый выпал. Натали впервые встретила зиму вне дома. За полгода учебы она поняла, что попала в то место, которое без всякой выгоды и благодарности заберет ее молодость, душу, возможности и любовь к жизни. Впервые Ната почувствовала себя пустым местом. Здесь настолько умаляют личность, что она начала чувствовать себя неполноценной. Мечта превратилась в кабалу. Наталия оказалась в ничуть не справедливом месте, где человека ни во что не ставят, отчитывают за лишний вздох, дышат буквально над каждым шагом. Помимо всего, учеба стоит денег, которые, конечно, платит государство, но лишь с условием, что после выпуска курсантом будет отдано еще 5 лет службе.