Доктор. Любовь

- Ах...

Выгибая спину навстречу колющим ощущениям и сжимая бедра в экстазе, я абсолютно довольная завалилась на бочок все еще мягко поглаживая каменный пульсирующий центр.

- Ммм... – я тихо постанывала, когда в палату открылась дверь, и я ощутила спиной мягкую поступь, которую узнала бы из миллиона шагов. Ко мне вошел никто иной, а доктор Дэвис.

Я замерла, пытаясь унять бешено колотящееся сердце, будто он поймал меня за руку за чем-то постыдным, застукал с поличным в грязных мыслях о нем. Рядом со мной медленно опустился его силуэт.

«Только не заржи, Саша! Он вошел на самом интересном месте...»

- И что же ты задумала в своей маленькой головушке? - он произнес это очень тихо, сам себе, наивно полагая, что я сплю.

«Знал бы ты только, о чем я думала...» - ответила я ему ментально, а его ладонь невесомо легла на мое бедро. Я дернулась и распахнула глаза.

- Ты что делаешь?! - возмутилась я и попыталась лечь на спину, но цепкий хват твердо удерживал меня на месте. Травматолог надавил большим пальцем на острую тазовую кость, и меня согнуло пополам от легкой боли и чувства щекотки.

- Так и знал, что ты не спишь. Слишком быстро и шумно дышишь, как после пробежки, - дерзко выпалил он, а я повернула к нему максимально непринужденное лицо и, слабо улыбнувшись, промурлыкала.

- Добрый вечер, доктор Дэвис.

- Кристиан...

- Добрый вечер, Кристиан, - тепло выделила я его такое приятное сердцу имя, и он, наконец, убрал тяжелую ладонь.

- Добрый вечер, Саша. Как себя сегодня чувствует мой самый ценный пациент?

- Очень хорошо.

- Так чем ты тут занималась, что ты такая запыханная, и тебе очень хорошо? – стрельнул в меня врач своими изумрудами.

- Думала о тебе, - краснея, как очень переваренный рак, тихо призналась я, а Кристиан маняще скривил свой фирменный оскал.

- Мне очень льстит, что мысли обо мне заставляют тебя дышать быстрее. Головокружения прошли? Или они тоже были из-за меня?

- Не обольщайтесь слишком сильно, доктор. Прошли.

Вдруг его взгляд упал на подвядшую розу на тумбочке.

- Откуда? Это? - он стал очень серьезным и отчеканил каждое произнесенное слово.

- Приходил парень, который меня спас. Принес мне телефон. Ну и цветок. В знак извинения.

Его холодный взгляд проследовал на столик у окна, на котором лежал гаджет. Кристиан решительно встал с кровати, взял смартфон в руки, и его карман тут же ожил в вибрации и свечении.

- Что ты так смотришь на меня? У меня же должен быть номер няни моей младшей сестры.

«Утешайте себя, доктор Дэвис. Пока можете...» - ответила я ему насмешливым взглядом.

- Отдыхай. Утром сдашь анализы. Пайпер придет в семь.

Он направился на выход и уже в дверях бросил напоследок.

- До обеда пройдешь процедуры, и я тебя выпишу. Завтра твой первый рабочий день.

- Но моя нога! – попыталась возмутиться, но была сразу же пресечена ровным непоколебимым тоном.

- Я долечу ее уже в домашних условиях. Увидимся завтра, Саша.

И ушел, оставляя после себя приятный трепет, разрастающийся в груди, и все тот же колючий узел внизу живота.

Уже поздно вечером на мой телефон практически одновременно прилетело два сообщения.

Элай: «Приятных сновидений, красавица. Мечтаю, как можно скорее увидеть тебя.»

Кристиан: «Сладких снов, Саша Смит. Хотя бы во сне постарайся не думать обо мне.»

«Какие душки. Даже подозрительно» - но все же сообщение, которое всколыхнуло мои внутренности, было от моего лечащего врача.

Глава 5. Лили

Я сидела в коридоре, в ожидании результатов анализов, снимков и своей медицинской карты. Пайпер принесла мне сутра одежду, которую подобрал мне Кристиан. От таких приятностей приятно защекотало между ребер, и я закусила губу.

Я любила дорого, откровенно и ярко одеваться, что идеально сочеталось с моим непростым, мягко говоря, характером. Отличный вкус... как же он хорошо чувствует мой внутренний мир, ведь наряд, который выбрал доктор Дэвис, я могла бы носить в повседневной жизни. Шелковая блузка, мягкая к телу с незамысловатым принтом и темно-бордовые матовые кожаные штаны украсили мою точеную фигурку.

- Всего хорошего, Саша. И удачи, она тебе понадобится. Машина ждет тебя снаружи, - широко улыбнулся мне кудрявая женщина, протягивая медицинскую карту.

- Спасибо, Пайпер. А доктор Дэвис уже уехал? – также приветливо ответила я.

- Да, милая, он поехал в школу за малышкой. Он встретит тебя уже на месте. Будь осторожна, девочка.

«Удачи... будь осторожна... мне уже бояться?» - всю дорогу я мусолила в своей голове ее непонятную вскользь брошенную фразу, пока автомобиль не остановился у очень даже приличного двухэтажного дома из красного кирпича, который принадлежал по всей видимости весьма удачливому бизнесмену, но уж точно не травматологу.

На крыльце стоял какой-то парень в кожаной шипастой жилетке, драных джинсах, с сигаретой в зубах и в зеркальных солнечных очках. Увидя меня, он двинулся ко мне навстречу, выпуская дымовое облако.

- Привет, няня.

- Вы кто?

Незнакомец снял очки и смерил меня холодным взглядом и таким же тоном.

- Саш, ты серьезно?

«Ого-го-гошеньки!» - распахнулась моя онемевшая челюсть, и я даже рассмеялась от растерянности и, наверное, неловкости ситуации.

- Простите, доктор Дэвис, не узнала вас в чужом теле.

Сказать, что я удивилась... но нет, врядли он был пежоном в узких брюках. Кристиан ухмыльнулся и ехидно произнес.

- Историю давай и входи.

Прихрамывая, я вошла в просторный холл и протянула новому Кристиану папку с результатами последних исследований моего покалеченного тела. Пока он внимательно изучал ее, я стянула куртку.

Такие дома бывают только у самых влиятельных людей этого города. Мраморный пол заканчивался такими же лестницами на второй этаж, обтянутыми черными коврами явно из натуральной шерсти. Перила были выполнены из кованого загнутого в причудливые вензеля рисунка. Хрустальная огромная люстра поблескивала в солнечных лучах от высоких тонких окон и множества стеклянных дверей. Засмотревшись на изящество интерьера, я не заметила испытывающего взгляда.

- Нравится то, что ты видишь?

- Ты о доме? – лукаво уточнила я, получая колкое.

- Просто ответь на вопрос.

- Мне нравится все, что я вижу, - откровенно и тихо, но уверенно, произнесла я.

- И мне тоже, - коварно ухмыльнулся работодатель, - Я угадал с размером. И ты выглядишь просто... очень хорошо в этих тугих брюках.

Осматривая меня от кончиков пальцев ног, он дерзко пожирал меня изумрудными глазами, которые темнели все больше, пока они не дошли и не устремились на мои приоткрытые губы.

«Осторожно, Саша. Не он твоя цель.» - отдернула я себя от притягательного мужчины напротив и, запинаясь, спросила.

- Где... где малышка?

Я видела, как он подавил в себе смех.

- "Малышка" у себя в комнате. Поднимешься на второй этаж, вторая дверь по левую сторону.

- Ты меня не проводишь? – обалдела я от такого гостеприимства, но доктор был неумолим.

- Я очень спешу, горячая няня. Буду поздно вечером. Удачи, - он развернулся и было уже собрался покинуть меня в этом лабиринте Минотавра, то есть особняке, когда я решительно рявкнула на него, просто офигевая от его наглости.

- А ну быстро проводил меня!

- Только ради того, чтобы полюбоваться твоей круглой задницей - сущность Кристиана, наконец, начала проявляться и показывать первые зубки.

«Самодовольный идиот. Ну мы еще посмотрим, кто кого.»

- Между полетом кубарем вниз и демонстрацией своей аппетитной попки, я выберу второй вариант.

- Как скажете, мисс Смит. Вперед, - жестом руки мой провожатый пригласил меня к ступеням.

Я начала подниматься, превозмогая боль, не до конца опираясь на ногу. В какой то момент я оторвала руку от перил, а когда попыталась ее вернуть, то схватила лишь воздух, сгибаясь в складку. Я уперлась руками в ступеньки, а моя задница прямо в пах сзади идущего доктора в латексе.

- Ты вообще ходить умеешь? Что у тебя с координацией, - воскликнул негодяй, поймавший в ответ мое колкое.

- А с твоей что?

Его ладони легли на моих бедрах, видимо машинально. Он отпрянул от них, как от огня, и полетел вниз, не прощаясь, хлопнув дверью.

«Я победила.» - ликовала я, но тут же едва не разревелась, «Ох... еще столько ступенек...»

Медленно, морщась от боли, еле-еле добравшись на второй этаж, я встала как вкопанная у массивной дубовой двери бесконечного, помпезно оформленного широченного коридора. Я несколько раз постучала, но ответа не последовало.

- Замечательно.

Мое сердце забилось сильнее, и я решительно нажала на золотую металлическую ручку.

- Ты кто? - напротив дверей стояла мелкая девчонка в белом платье с огромным, сильно режущим глаза, желтым бантом на поясе и направляла на меня дуло пистолета.

«Ого-го...»

- Я... я... – забормотала я немой рыбкой, а маленькая хозяйка напирала все сильней.

- Пистолет травматический, поэтому настоятельно советую отвечать на мой вопрос.

Связки сковало, а язык онемел. И в тот момент я проклинала Кристиана, который даже не сказал мне, как зовут это опасное создание.

- Спишь с моим братом? – грозное грязное изречение заставило меня встрепенуться.

«Боже мой, Саша, скажи уже что-нибудь.»

Я смахнула оцепенение и, выпрямившись в струну, храбро максимально ласково ответила.

- Я - твоя няня.

Сероглазая девочка с темно-русыми слегка вьющимися волосами опустила пистолет и рассмеялась.

- Ты? Няня? Взгляни на себя, ты выглядишь на миллион долларов, детка! Ты не похожа на фригидную чухонку, которых я перещелкала с две сотни. – и снова егоза посерьезнела и угрожающе предупредила, - Так что говори правду, или мы НЕ ПОДРУЖИМСЯ, и ты вылетишь отсюда быстрее самого яростного поноса.

«Вот это ого-го-о-о-о, Саша... это что за заколдованная стерва в теле маленькой девочки?»

- Ла-адно... ты умеешь хранить секреты? – сдалась я от просто безысходности и от желания выговориться хоть кому-то… открыться впервые в жизни, пусть под дулом пистолета и под самым тяжелым взглядом, который я когда-либо видела в жизни.

- Еще как, милая... я хранитель всех самых страшных тайн этого распутного дома, - она плюхнулась на свою кровать и позвала меня присесть рядом зазывающим похлопыванием по нежно розовому покрывалу.

И я рассказала ей ВСЕ, излила душу перед маленькой девочкой со стальными яйцами и взрослой душой. Я вспомнила фильм "Интервью с вампиром", где взрослая женщина была заключена в теле нестареющего тела.

- Да-а-а... дела, подруга, - вздохнула железная кроха с максимально девичьей комнатой и внешностью.

- Меня зовут Саша.

- Лили. Ты мне нравишься, и я предлагаю тебе сделку, Саша.

- И какую же, Лили?

Ее глаза дьявольски заблестели, и она расплылась в чеширской ухмылке.

- Я буду паинькой весь месяц. Но ты должна пообещать исполнить мое одно желание.

- Какое? – ожидая подвоха спросила я с осторожкой.

- А вот это я еще не решила. Я скажу тебе об этом накануне его исполнения.

«Маленький манипулятор. Совсем, как братец. Ох, Саша, на что ты подписываешься, еще одна сделка с Дьяволом.» - подумала я и сразу же согласилась на эту авантюру… но тогда я даже и подумать не могла, куда приведет меня столь опрометчивое обещание.

- Идет.

- Отлично, а то я хотела прострелить тебе колено, чтобы ты согласилась. Но у тебя нет выбора.

А потом она снова стала серьезной и добавила.

- Но я не буду этим пользоваться.

Лили потянулась к небольшой кнопочке на кремово-нежной стене и нажала, хитро ослепительно улыбаясь. В комнату ворвалась горничная, афроамериканка с пышными формами в черной строгой униформе, украшенной ажурным белым фартуком.

- Ты звала меня, моя ласточка? – хриплым басом пропела грузная, но аккуратная женщина.

- Добрый день, - учтиво поклонилась я.

- Да, Сойка. Отведи мою новую няню в мамину комнату.

- Мамину? В смысле мамину или...? – моя новая знакомая начала заикаться от услышанного, и девчонка быстро направила ее мысли и действия в нужное русло.

- Сойка! У меня одна мама! Отведи ее туда! Тряпки в зубы и навели там порядок вдвоем.

Она повернулась ко мне.

- Саша, все, что ты там найдешь твое. Абсолютно. Я поеду сейчас на тренировку с водителем. Вечером зайду к тебе, и мы продолжим разговор. Сойка, покормишь ее.

- Есть, мой маленький генерал! – приняла шутливую стойку служанка, рассмешив меня и разрядив обстановку.

«Высокие отношения... теперь я понимаю, кто здесь главный, и кому принадлежит этот дом.»

- Пойдем, Саша.

- А как вас зовут на самом деле? – поинтересовалась я, следуя за дамой дальше по коридору к самой последней двери.

- Тинаш, но так меня зовут только хозяин и хозяйка. И ты не зови так. Зови меня Сойка. Это мама мисс Лили придумала, так и приклеилось.

- Очень мило звучит.

Мне показалось, что ее глаз коснулась легкая грусть, когда мы подошли к месту нашего назначения, и Тинаш открыла этот заветный ларечик, негромко произнося, заставляя меня приблизиться к ней и навострить свои ушки.

- Здесь комната матери Лили и Кристиана. Сейчас хозяева живут в восточном крыле. А здесь только Лили, и иногда еще ее брат.

«Как же ей, наверное, одиноко здесь...»

Дверь со скрипом распахнулась, и мне в нос ударило облако вздымаемой пыли.

- Смелее! За работу! – воззвала чернокожая женщина.

После часов четырех трудов, мы закончили. Я расправляла балдахин, а Сойка носила умопомрачительные наряды в шкаф, кряхтя и приговаривая.

- Долго же они ждали прогулки. Я заботилась о них, как о своих собственных. Жалко размер не мой. Я принесу тебе ужин, отдохни. И напоследок она с грустью добавила, едва сдерживая слезы.

- Эта девочка - самая сильная из всех, кого я когда-либо встречала. Она выбрала тебя, не подведи ее.

- Конечно...

Женщина смахнула слезу и удалилась, оставляя меня в покоях императрицы. Нежно голубые тона успокаивали, серебряный вензель украшал богатый интерьер и окутывал помещение тайной. Я застелила свежайшее постельное белье и рухнула на мягчайшую перину, словно проваливаясь до самого пола.

«Просто фантастика.»

Нога заныла, впрочем, как и плечо. И я решила принять горячий душ, расслабить уставшее тело и распаленный мозг.

«И нужно наконец уложить твои лохматые волосы, Саша. А то ты выглядишь, как лохудра.»

Я вошла в душевую и врубила максимальный напор.

- Блаженство...

Мое тело отзывалось каждой капле упругих струй горячего потока воды. Кабинку окутало паром, и я вспомнила об облаке сизого дыма, выдыхаемого из мягких губ дерзкого парня.

- Ммм...

Волна бесстыдного желания вновь охватила мои нервные окончания, и я подставила шею под ласки капельного водопада. Мой взгляд упал на душевую лейку с переключением режимов струи. Я закусила губу и сняла ее с крепления. Пощелкав рычагом, я выбрала самый узкий и самый сильный напор. Делая температуру немного теплее, я повела душ по всем своим чувствительным точкам, извиваясь и вздрагивая от сильнейшего давления воды... шея... грудь... живот... пах...

Я уперлась о холодный кафель копчиком, раскрывая бедра навстречу неистовому течению. Как только вода проникла в мое лоно, меня выгнуло так, что я ударилась затылком о твердую стену и вскрикнула.

- АХ!

Извиваясь словно кобра в диком брачном танце, я все сильнее прижимала головку лейки к самому горячему месту на чертовой Земле. И когда я подумала о влажном языке Кристиана меня пронзило молнией. Мои ноги подкосились, и я упала на плитку с громким плюхом, содрогаясь в конвульсиях и довольно хихикая. Получив идеальную разрядку, я закрутила краны, и, закутавшись в полотенце, вышла из ванной.

Вытирая волосы вторым полотенцем, мой взгляд упал на вышитые белые розы на нем.

«Элай... мой телефон остался внизу в куртке...»

И все равно не спеша я привела себя в порядок и распахнула почти белый платяной шкаф. Пробегаясь пальчиками по гардеробу, я выбрала белый шелковый комплект и полупрозрачный оформленный невесомым ажуром халат до самого пола.

«Мой стиль, мой размер, мои любимые бренды. Мама Лили - горячая штучка.»

Ругаясь на огромное препятствие в виде лестницы, я с горем пополам спустилась вниз. Рыская по карманам куртки, я нашла черный экран полностью разрядившегося гаджета. Вытащив из второго зарядку, я уже собиралась вернуться, как моего слуха коснулось приближающееся хихиканье. Во входную дверь вплыла накаченная черноволосая барби в оранжевом платье, которое едва прикрывало ее тощую задницу.

- Хи-хи-хи. Крис, ты такой смешной.

Криворотая силиконовая кукла выпучила свои узкие глазенки на меня и выгнула бровь.

- А тут у нас кто?

- Просто нянька, детка, проходи.

Вслед за "деткой" вошел доктор Дэвис и смерил меня безразличным взором. Он обнял за талию свою "ДЕТКУ" и увел в глубь дома, откуда до моих воспаленных ушей донеслось писклявое.

- Хи-хи-хи. Щекотно.

«У-у-у-у-у-у-у-у-ух!!!» - забывая о боли и травме, я взлетела по ступеням. Остервенело хлопнув дверью, я прижалась к ней спиной, ругая себя за излишнюю мечтательность.

- Какая же ты дура, Саша.

- Тебе нравится мой брат? – раздалось с моей временной кровати.

Глава 6. Извинения

В василькового цвета пижаме Лили сидела по-турецки на моей кровати держа свои стопы ладошками и зачаровано смотрела на меня своими серыми любопытными глазками.

- Ты... ты уже вернулась, малышка? – стараясь быть непринужденно пропела я с короткой запинкой, но маленький Шерлок не унимался.

- Да. И только не малышка и не крошка, как угодно... и ты не ответила.

«Ну что я ей скажу...» - я теребила уже влажный от моих взволнованных ладоней поясок просто не в силах произнести и слова.

- Знаешь, почему увольнялись все наши няньки? - вдруг выпалила девочка. Она стала очень, не по-детски серьезной и продолжила, не дожидаясь моего ответа.

- Потому что все до единой прошли через его постель. Ни одна не отказала, и ты тоже не сможешь.

«Даже так...» - я даже на стала ей возражать или спорить, ведь она была чертовски права. О мысли об этом зеленоглазом строптивце захватывало дух так, что склеивало горло.

- И много их было?

- Уж поверь мне, тебе лучше не знать, - ухмыльнулся бесенок и задумчиво добавила, - И все же ты отличаешься от всех женщин в этом доме... почти... но он не для тебя, Саша.

- Почему?

- Потому что ты будешь той, кто разобьет его сердце. Ты ведь все равно не сможешь быть с ним, ты же сама мне рассказала. Судьба твоя предрешена, и сейчас ты только оттягиваешь неизбежное.

Но вдруг ее хитренький взгляд потух, и она резко повернула разговор, а ее сверкающие глазки наполнились хрустальными льдинками.

- Тебе так идет мамина одежда... – голос маленькой дрогнул вместе с моими схлопывающимися легкими.

Я смахнула с себя все суетные мысли и села рядом с ней рядом. Аккуратно, боясь вспугнуть, несмотря на весь ее сложный характер и видимо уже богатый жизненный опыт, но все же маленькую ранимую девочку, я взяла ее за руку и погладила по шелковым волосам. Лили положила головушку мне на грудь и выдохнула с облегчением.

- Ласточка моя... - нежно прошептала я в ее крошечную макушку, и мое сердце наполнилось безграничной любовью к этому человечку, засыпающему на моей груди. Это была любовь с первого взгляда под дулом пистолета. В ту минуту я решила для себя, что во что бы то ни стало не расстанусь с этой малюткой. Я чувствовала, как нужна ей, как она по непонятной, просто необыкновенной магии тянется ко мне.

- Спи, малышка.

Я уложила ее рядом с собой, и, смотря за ее сопящим носиком, проваливалась в небытие с мыслью о том, как Кристиан сейчас развлекается с этой грудастой баунти.

«А ты... ты всего лишь нянька...»

Ночью я услышала ни то вой, ни то плач, и подскочила в постели.

- Лили...

Я осмотрелась и разглядела рядом малюсенький силуэт, услышала ровное тихое дыхание и успокоилась, вновь укладываясь на подушку. Вопль повторился.

«Что это? Волки? Драные коты?»

Я выплыла в коридор и пошла на звук, который раздавался из двери в противоположном конце. Чем ближе я подходила, тем четче распознавала яростные крики силиконовой подстилки.

«Ну это уже ни в какие рамки не лезет!»

Я вынесла здоровой ногой дверь, не замечая боли, и ворвалась в спальню, абсолютно не смущаясь происходящему. Стоя в дверном проеме на пороге полумрака, я грозно сжала кулаки, и прошипела.

- Ты че так орешь, шалава, будто тебя не трахают, а режут?! Переигрываешь!!! Ты не в курсе, что на этом этаже спит маленькая девочка?!

Доктор Дэвис скинул с себя надутую наездницу на пол и, прикрываясь простынью, двинулся ураганом в мою сторону, громко взревев.

- Охренела?!

- Котяк! Да шта эта нянька себе позволяет? - гнусавым голосом вставила свои три копейки встающая с пола коряга.

Кристиан развернулся к этой бледной драной кошке и злобно гаркнул так, что тетин подбородок уперся в надутые до треска шары.

- А ты, шаболда, ушла на хер отсюда!

- А?!

- Оделась и на хер из дома свалила! Оглохла?! – еще громче отрезал врач.

- Я?!

- Да бл@...

Блистая своим потрясающим задом, горе-любовник натянул боксеры и, схватив платье резиновой куклы, взял ее за шкварник и швыранул в коридор, заталкивая меня внутрь и запирая дверь.

- Че ты там сказала?

Грубый... не дерзкий мужчина, а самое настоящее хамло сейчас стояло и сверлило меня взглядом полным лютой ненависти. В душной спальне, освещенной лишь настольный тусклой лампой, находясь так близко к нему, я практически не дышала. Собрав всю волю в кулак, поглядывая на расправленную кровать, я решительно выпалила.

- Я сказала, что твоя любовница слишком громко себя ведет.

- Нет, после этого.

- Что Лили спит, - отчеканила я постепенно успокаивающемуся практически моему голому лечащему врачу.

- А между?

«Да что ему нужно? Идиота кусок.» - я сдвинула брови и с вызовом вздернула подбородок.

Кристиан театрально закатил глаза и резко впечатал меня в закрытую дверь, забывая о моем больном плече. Его злость в глазах сменилась похотью, и он уже по-хозяйски опустил ладони на мои бедра, вызывая мелкую дрожь по всему моему телу.

- Начнем с того, что эта шлюха - не моя любовница. Но речь не об этом, а о том, что ты сказала, что она переигрывает.

- Так тебя это волну...

Я не успела договорить, как доктор Дэвис ворвался в мой открытый рот глубоким пожирающим поцелуем, прижимаясь ко мне своим каменным стояком до боли, отодвигая и вбивая мой зад в деревянное полотно.

«Ого-го, Саша, надо что-то делать... или не надо...»

Мое тело среагировало быстрее моих мыслей. Мои пальцы впились в его шею, и я рванула его к себе ближе, ловя животный рык в свое нутро. Я неистово поглощала его губы, в ответ кусая их, толкая свой язык до его глотки до стука зубов.

Я томно застонала, когда Кристиан схватил мой зад и сжал огромными ладонями, доставая пальцами до моего лона. Царапая затылок, я закинула ногу ему на пояс, подхватываемая под бедро, на котором будут завтра красоваться характерные синяки. Его движения становились с каждым мгновением яростнее, жестче. Он добрался до моей груди и пропустил сосок сквозь пальцы через одежду.

Вторая его рука добралась до по-любому очень влажной ткани моего белья, единственной оставшейся преграды. Он грубо сжал мою киску в кулак и прохрипел мне в ключицу голосом, словно него был ларингит.