![Бессмертные](/covers_330/70324840.jpg)
Полная версия
Бессмертные
Глубоко вдохнув, я прикрыл глаза, погружаясь в искусственно созданную белую комнату в своем сознании. На этот раз медитативное состояние далось мне на удивление легко. Раньше я так сделать не мог, несмотря на то, что наставник нас учил строить эти мысленные комнаты несколько лет. Наставник был старым и немного двинутым на идеологии чакр и различных техник медитации, поэтому к его занятиям мы относились скептически, предпочитая эликсиры долгим сидениям на пятой точке. Только почему-то сейчас это оказалось настолько легко, словно я делал подобные упражнения чуть ли не каждый день на протяжении всей своей жизни. Ну раз так, то почему бы и не воспользоваться свалившимся на меня счастьем. К сожалению, долго так очищаться мне не дали. Будто сквозь туман до меня донесся голос кого-то из парней.
– Думаю, что он уже готов. Софья, приступай. Не жалей его, все равно он уже труп. Открой только контуры, чтобы княжичу было комфортнее существовать в этом мясном костюме.
Интересно, именно об этом говорил демон? Или я наткнулся на совершенно не связанную секту каких-то уродов, пытающихся повторить успех тех, за кем меня послали?
Разлепив глаза, я уже довольно осмысленным взглядом посмотрел на девицу, которая подошла ко мне и, установив зрительный контакт, приложила ладони к моей голове. Точки, в которых легли ее ладони прострелило болью, словно мне вогнали по два длинных штыря в голову с обеих сторон. Но медитативное состояние давало свой эффект, я вполне мог это терпеть и не терять ясность мыслей.
Зазвучали какие-то неразборчивые и незнакомые мне слова. Софочка произносила шепотом, пытаясь погрузить меня и себя в какой-то транс, но я, на удивление, легко рассеивал этот туман, что пытался заполнить мое сознание. Так, главное собраться и не пускать ее далеко. И не таких тварей выгонял из своей головы. А она даже не иная, просто какая-то мелкая магичка, что возомнила о себе слишком много.
– Он активно сопротивляется, я не могу пробиться, – прорычала она, еще сильнее надавив мне на голову.
– Позвать Киру?
– Кира слабее, пусть еще попотеет, не таких ломала, – философски донесся до меня незнакомый мужской голос.
Ладно, раз ты так хочешь, могу немного пропустить тебя. Почему-то я знал, что могу это сделать и буквально втащил ее в пелену, которую она сама и создавала. Как тебе комната с моими фантазиями, красотка?
Я прикрыл глаза, представляя, как в белой комнате появляется такой же белый стол, а следом за ним, буквально с потолка падает Софочка. Ее рыжие волосы растрепались и немного прикрыли лицо. Я подхожу к ней и убираю с лица локоны. Быстро перехватываю руку, которую она заносит для удара. Девчонка пытается вырваться, но я ее не отпускаю, смотря ей прямо в глаза.
– Сама же хотела пробиться в мое сознание, не так ли? – укоризненно покачал я головой. – Ну что же, мы поиграли по вашим правилам, теперь давай поиграем по моим.
Она беззвучно открывает рот, видимо, пытаясь что-то сказать, но, подчиняясь моей воле, она полностью онемела и не может произнести ни звука.
Я не был уверен, что у меня получится долго ее здесь держать. Для меня вообще все это было впервые, и знал я только теорию, да и то, не факт, что верную на сто процентов. Может быть всему виной эти самые контуры, или как их там называла наша сопротивляющаяся девица? Шиполап меня задери, ненавижу, когда столько неизвестно. Ладно, нужно вывести ее из равновесия, если она потеряет концентрацию, мне станет легче удерживать ее, вот в этом я точно уверен. Постепенн одна за другой пуговицы на ее белоснежной блузке начали отделяться, оголяя ее молодую, упругую грудь почти третьего размера.
– Ну я же говорил, что нужно сначала сиськи показывать. А потом уже связывать и творить, что захочешь. – Усмехнулся я, наблюдая, как ее лифчик распахивается вместе с блузкой.
Неожиданно свет в комнате начал мигать, а потолок прогибаться под напором чего-то тяжелого. Вода, хлынувшая на нас сверху, быстро заполнила все помещение и я, едва успев сделать глубокий вдох и задержать дыхание, рванул к потолку, предварительно оттолкнувшись от пола ногами. Никакой паники или страха не было, словно все так и должно было произойти. Странное ощущение умиротворенности портила захлебывающаяся девица, старающаяся схватить меня за ногу.
Она почему-то не могла выбраться из моей головы, собственно, как и я очнуться. Пришло понимание, что дыхание задерживать мне не нужно, я спокойно могу дышать под водой. Отцепив от себя девицу, я сделал рывок и оказался за пределами комнаты. Начав осматриваться, тут же увидел лестницу, которая была полностью скрыта под водой и уходила куда-то вниз. Поплыв вдоль нее, я неожиданно рухнул на совершенно сухой пол в какой-то полукруглой комнате.
Помещение больше было похоже на императорскую библиотеку. Каждый ярус с заполненными книгами стеллажами отходил от каждой ступени на расстояние больше человеческого роста. Освещена была только одна, самая нижняя, которая находилась в нескольких сантиметрах от пола. Ну что ж, теперь я, кажется, начинаю понимать, что такое ступени, и с чем их едят.
Надеюсь, что это даст мне хоть какие-то знания и возможности, а не мгновенную смерть от этих ублюдков, когда я очнусь. Помедлив пару секунд, я выдохнул и сделал шаг на освещенное место.
Глава 6
И ничего не произошло. Совсем ничего. Я, конечно, не думал, что по центру этого непонятного места пройдет полуголая девица, неся табличку с цифрой один, или при моем появлении раздастся взрыв фейерверков, но вот то, что ничего не произойдет было совершенно для меня неожиданно.
От ступени в обе стороны шли узкие, не шире метра, ответвления. По одну сторону располагались витые перила из какого-то серебристого металла, отграничивающие галерею от того круглого освещенного подиума, с другой же были стеллажи высотой в человеческий рост, полностью заставленные книгами с обложками, обитыми металлом. Сами стеллажи освещены не были, поэтому издалека разглядеть хоть что-то, кроме корешков книг не получалось.
Немного оглядевшись по сторонам, я сошел непосредственно со ступени и прошел к первому стеллажу. При моем приближении он сразу же осветился приятным желтоватым светом так, что я смог разглядеть ряд одинаковых книг. Что удивительно, все они были одинаковой толщины, в идентичном переплете и без какого-либо названия. Открыв одну из них, я ожидаемо увидел полное отсутствие содержания. Такие же белые, идеально чистые страницы были во всех остальных книгах, до которых я только смог дотянуться. Хм, довольно странно. Для чего тогда нужен был этот этаж, заставленный книгами, если в них ничего не было написано? Сойдя после осмотра стеллажа со ступени вниз, я тут же обнаружил стол со стулом, стоящих по другую сторону от меня. Так, то ли он появился только что, то ли мою наблюдательность и внимательность можно было сдавать в утиль, а меня отдавать на переподготовку, начиная с яслей.
На столе меня ожидала одинокая чернильница и писчее перо, судя по всему – гусиное. Вы сейчас это серьезно? Бред какой-то. Повертев то, что раньше принадлежало наверняка благородной и поистине вредной птице, я положил все на место как было и вернулся в центр этого атриума.
Пустые книги и чернильница, довольно забавное сочетание, которое не оставляет никакого выбора. Я сбегал наверх, взял первую попавшуюся мне книгу и сел за стол, беря в руку перо, аккуратно обмакивая его в черную жидкость. Открыв книгу на первой странице, я как мог старательно вывел свое имя, внутренне сомневаясь в своих действиях и умственных способностях. Надпись получилась хоть и ровная, но с ожидаемой кляксой по центру. Всё-таки каллиграфия пером не входила в мои таланты. Если честно, я вообще только в фильмах видел, что им можно писать.
Немного полюбовавшись на свое творение, я начал замечать, что она постепенно истончается и светлеет. Через десяток секунд она уже полностью испарилась, не оставив после себя никаких воспоминаний, даже клякса, что пропитала несколько листков исчезла без следа. Некоторое время посидев, разглядывая пустую страницу, я решил рискнуть и написать рецепт одного из эликсиров, который знал по памяти очень отчетливо. Конечно, это секретная информация, но я, вроде как, никому ее не разглашаю у себя в голове. Написав рецепт и полюбовавшись на все более становящийся аккуратным почерк, я так же стал свидетелем исчезающей надписи.
Похоже, это работает как-то не так. Видимо, эти книги для записи чего-то определенного. Заклинания? Медитативные мантры? Гадать пока бесполезно, нужно больше информации. Захлопнув книгу и вернув ее на место, я вновь сел за стол и глубоко задумался. Надо отсюда выбираться, и чем быстрее, тем лучше.
В голову ничего не приходило. От абсурдности мысли, что я вроде бы и так нахожусь в своей голове, я рассмеялся и тем самым, видимо, потерял концентрацию, потому как внезапно вновь оказался в белой комнате, которая была целая и невредимая. А вот девушки в ней уже не было. Надеюсь, она утонула, немного помучавшись перед смертью. Я же не варвар какой, чтобы желать долгих и болезненных мучений. Так, пятнадцать-двадцать минут и хватит с нее.
Расслабившись, я прикрыл глаза, а когда открыл, уже никакого потустороннего антуража больше не увидел. Я снова был в реальности. Однако декорации немного поменялись. Вместо комнаты, в которую надеялся попасть, передо мной находилось какое-то темное, плохо проветриваемое помещение с высоким потолком, откуда постоянно капала вода. Освещено все было достаточно тускло. Всего несколько факелов горели в углах комнаты, заставляя плясать на стенах замысловатые тени. Повертев головой, я с удовольствием отметил, что она больше не готова была разорваться болью от малейшего движения. Скорее всего, когда меня перенесли, то оставили в более удобном положении. Ну хоть в этом повезло. Ладно, пора бы и осмотреться.
Небольшая, хоть и высокая кирпичная комната, стены которой не были покрыты ничем лишним. Включая паутину и грязь. Видимо, незадолго до моего появления, кто-то основательно тут все вычистил. Факелы на стенах и небольшие свечи, расставленные по углам, замысловатой фигуры из пересекающихся между собой линий, а в центре всего этого стоял я, привязанный к какому-то столбу. Руки и ноги были крепко стянуты, но веревки были обычной природы без какой-либо примеси магии и наркоты, это я сразу почувствовал, когда смог пошевелить руками. В основании начерченного на земле рисунка стояла каменная чаша, наполненная какой-то жидкостью. Рядом расположился небольшой ножичек, с замысловато изогнутым лезвием и обильно инкрустированный драгоценными камнями. Скорее всего, это какая-та пародия на ритуальный кинжал. Ну или в этом мире ритуальные принадлежности отличаются от наших, и в данном случае все так и было задумано.
Они совсем дегенераты оставлять оружие рядом с пленником в комнате без охраны? Ведь, кроме меня тут никого больше не было. Хотя, может меня уже просто списали со счетов. Тогда это не очень хороший знак, и радоваться мне раньше времени не стоит.
Прислужившись, напрягая до предела слух, я смог услышать едва доносившиеся до меня голоса. Слов я разобрать не мог, но это однозначно были мужчины, и они приближались.
Веревки явно вязал дилетант, который наверняка надеялся, что слюнтяй из местных трущоб не сможет так быстро оклематься или в принципе прийти в себя, после своей бесславной кончины. Они были даже не то, что завязаны, а скорее просто обильно намотаны. Ну, если выживет, то будет ему уроком. Всегда должен учитываться эффект неожиданности. В конце концов, я мог просто дёргаться в бессознательном состоянии. Хорошо, что связывали меня, когда я был сознанием не в этом материальном теле, так бы было совсем не спортивно, даже учитывая хлюпенькое тельце. Но вот веревки он не пожалел, так что какое-то время мне всё-таки понадобилось. Как только я смог расслабить первый узел, то не слишком широкие кисти этого тела, позволили, наконец, освободить руки. Конечно, пришлось пожертвовать небольшим куском кожи на руках, но сейчас это было совершенно неважно. С ногами дело обстояло проще. Извернувшись в немыслимой позе, я дотянулся рукой до одной из свечей и, подтянув ее к себе, просто пережег веревку, стягивающую ноги. Ибо там узлы уже были затянуты очень сильно, и развязывать их было бы непозволительной тратой времени. Почему-то похитители из всей одежды оставили только трусы. Некомфортно или есть чему стесняться? Могли бы меня попросить помочь. Знаю я один рецепт, главное там было не переборщить, как один мой товарищ в молодости. Ибо эликсир обратного действия приносит эффект только через несколько лет. Так что, страдал тогда Серега два года без девок. Ладно, что-то меня опять заносит. Видимо, какие-то остатки дурмана еще витают в голове.
Наконец свободно сев на пол, я начал ногами аккуратно подтирать нарисованные мелом линии. Кроме того, я старался как можно быстрее размять затекшие конечности, потому что подозревал, что все только начинается.
Услышав через пару минут приближающиеся голоса, я быстро вскочил с пола, схватил нож за неудобную рукоять и прилип к стене так, чтобы открывшаяся дверь скрыла меня от входящих. Благо, что она открывалась внутрь комнаты. Возможно у меня будет несколько секунд форы.
– Князь прибудет с минуты на минуту, его сын уже находится здесь, нам нужно срочно его подготовить. Какого хрена тут… – Прервался на полуслове мужчина, который вошёл в комнату и увидел на столбе развязанные веревки. Не став откладывать атаку, я толкнул дверь ногой, приложив максимум усилий. За что тут же был вознагражден приятным звуком встретившегося дерева с его затылком. Дернул дверь обратно, быстрый шаг из-за двери, и ножичек втыкается любителю лакированных ботинок, который входил в комнату вслед за главарем.
Долго праздновать эту небольшую победу мне не удалось. Евгений, а это был именно он, влетев в комнату и чуть не сбив с ног начальника, что сейчас пытался прийти в себя, держась за разбитый затылок, вскинул руки, и меня резким порывом ветра, словно тараном, впечатало в противоположенную стену. Это было неожиданно и жутко больно. Мозг никак не хотел принимать то, что тут могут использовать такие финты не только твари из иных, но и вполне обычные на вид люди.
Пытаясь ровно и спокойно дышать, я поднялся с пола, глядя, как двое мужчин приближаются ко мне. Внезапно в комнату влетела Софочка и, удивленно вскинув брови, что-то шепнула главному, уже пришедшему в себя, после встречи с дверью и стоявшему поодаль. Он вытирал кровь, которая выступила с рассеченного затылка белоснежным платочком, гребанный эстет.
После удара о стену, голова с каждой секундой начинала болеть все больше и больше. Ярость и боль все усиливались до тех пор, пока перед глазами не начало все плыть, а я, опустившись на колени, зажал голову руками, едва сдерживаясь от крика.
Пара секунд, и все это время натягивающаяся пружина в груди словно порвалась, и в наступившей тишине раздался звук отдаленно похожий на взрыв. Глаза открылись сами собой, и я с удивлением смотрел, как ледяной вихрь, что появился в центре комнаты, постепенно увеличиваясь в размерах, поглощает все на своем пути. Смертоносный смерч с неотвратимостью рока приближался ко мне все ближе и ближе, а стена за спиной отрезала единственный путь к бегству. Закрыв глаза, я улыбнулся и поднял кинжал. Всегда мечтал умереть именно так, сражаясь до последней секунды и ни о чем не жалея.
Однако вопреки всем моим ожиданиям, едва он коснулся меня, то все пропало, и в комнате наступила полная тишина. Я открыл глаза, рассматривая тела двух мужиков, которых словно пропустили через мясорубку, а потом все части разложили кровавым месивом по своим местам.
– Что это было? – задал я тупой вопрос, глядя на Софочку, жмущуюся спиной к захлопнувшейся двери и с ужасом глядя на меня.
– Дура, ты же сказала, что он сдохнет размазанный собственной силой! – оставшийся только чудом в живых главарь, отвесил девчонке довольно звонкую пощечину и направился ко мне. – Князь со своим сыном прибыли, и я не допущу, чтобы наш орден опозорился из-за твоей оплошности.
– Не нужно отправлять на такое опасное дело дилетантов, хотя откуда тебе знать, ты же даже не маг, – все что я мог сделать – только вяло отбрехиваться, стараясь выглядеть не так убого, как я выглядел сейчас на самом деле. Я не мог даже пошевелиться, чувствуя слабость в каждой мышце моего тела. Такого опустошения я не испытывал даже тогда, когда нас гоняли на наших первых тренировках в легионе, когда начинали действовать первые эликсиры, да даже когда меня чудом вытащили из лап оками. Все, на что хватило моей десятилетиями тренированной воли – это держать нож, не позволяя ему позорно выпасть.
Главарь быстрым шагом подойдя ко мне, оценивал несколько секунд мое состояние, а затем молча и быстро ударил меня кулаком в живот, что заставило мое тело согнуться. После чего я почувствовал мощный удар в висок, которым он хотел отправить меня на землю. Мало того, что я был ослаблен, так эта девица умудрилась меня сдерживать каким-то заклинанием. Несмотря на боль, я смог увидеть Софочку, которая держала вытянутой руку перед собой и от напряжения сжала губы.
– Никакого ритуала не будет, иди к князю и скажи, что костюм испорчен, завтра мы обещаем подогнать ему свежий. – Проговорил главарь, снова и снова нанося мне удары в тщетной попытке заставить меня упасть.
Как только за девицей закрылась дверь и действие наложенных на меня чар ослабло, я через боль резко выпрямился и заблокировал очередной удар, благо, он наносил их в одно и тоже место. Буквально тут же от него последовал удар другой рукой, который я так же умудрился принять на согнутые руки. От удара ноги в бок я смог увернуться, хотя правильнее будет сказать, отшатнуться. Тело с трудом слушалось разума. Попытавшись ответить, я после очередного блока, решил провести ему двойку в голову, но мужчина легко блокировал оба удара, а после сам нанес мне в лицо удар такой силы, что я вновь отшатнулся, пытаясь удержать кружащийся мир на месте и не потерять сознание. Я пытался замахнуться, но противник перехватил руку, резко перебросил меня через себя, впечатав в стену спиной.
Я неловко упал на живот и как только перевернулся на спину, получил ощутимый удар ноги сверху по грудной клетке. Раздался влажный хруст, следом за которым в мое сознание хлынула боль от сломанных ребер. Сделав несколько судорожных выдохов, я, наконец, вдохнул, от чего грудь прострелило новой болевой волной. То, что главарь, который был старше, сильнее, опытнее и гораздо свежее своей жертвы его, по всей видимости, не смущало. Он не просто хотел меня убить, а выместись всю злость за тот позор, который я ему принес. Он пытался сломать меня. Удары сыпались, словно из отбойного молотка, раз за разом сбивая все мои попытки встать и сопротивляться. Но я лишь улыбался. Неимоверным усилием воли держал сознание, пытался встать и улыбался, чем забирал у него всякую надежду на исполнение его желаний. А через несколько минут, когда мое тело было уже избито так, что я практически не чувствовал боли, я смог подгадать и презрительно харкнуть ему в лицо.
Если бы не этот мой неконтролируемый ничем выброс, тогда бы мы поговорили с тобой по-другому. Руки мужчины плотно обхватили мою шею, не давая воздуху проходить к легким. Видимо, он понял, что я не сдамся и решил поставить точку в этом бесполезном споре. Схватившись за удерживающие меня руки, я больше рефлекторно пустил к рукам вновь накатывающую волну льда и холода, которая начала концентрироваться где-то в груди. Этой волны, пущенной пусть и неумело, хватило, чтобы он на мгновение разжал руки, уходя от прямого контакта.
Пока я пытался сфокусироваться, главарь схватил с пола ритуальный кинжал, который после серии ударов я все-таки выпустил из своих рук. Он присел и слегка замахнулся, целясь острием лезвия мне в глаз, одновременно удерживая мою правую руку, пытаясь предотвратить тем самым сопротивление. Вот только мне было неважно какой рукой работать. Я сумел перехватить свободной рукой руку с оружием буквально в сантиметре от лица и, прилагая все силы, сопротивлялся давлению, стараясь увести клинок в сторону.
Чувство давление усилилось, даже несмотря на новую уже более слабую волну холода, которую я снова бессознательно пропустил через руки. Скорее всего, он тоже почувствовал, что продавливает мое сопротивление и опьянённый успехом отпустил мою правую руку, чтобы надавить на кинжал уже двумя руками. Холод только входил в мои руки, появившись еще буквально на кончиках пальцев, но ждать я не мог, а потому, собрав в кулак всю силу воли, воткнул обледеневший палец ему в глаз.
Дернувшись от неожиданности и резкой боли, главарь слетел с моего тела и упал на руку, которая предательски подломилась под его весом. С трудом повернувшись, я коленом толкнул его в грудь, перехватывая его руку с кинжалом двумя своими. Пользуясь тем, что он не может встать, я с трудом приподнял свой корпус и уже силой двух рук,что и весом своего тела стал склонять кинжал к его шее, пока он медленно, с легким сопротивлением не вошел в нее. Резкий спазм, широко открытые глаза, последний вздох с булькающей изо рта кровью и мужчина, наконец, затих.
Я лежал и думал о том, что он не смог это предотвратить и хоть как-то нивелировать последствия не то что большого выброса, даже того минимального, который, собственно, и смог переломить ход этого странного поединка. Как оказалось, он был обычным чмошником, и никакого отношения ни к магии, ни к ступеням, ни ко всей этой аристократической дворянской хрени не имел. Они взялись за крупную рыбу, совершенно не понимая, как ее следует потрошить, а затем готовить.
Только с третьей попытки мне удалось подняться на ноги и, согнувшись от боли, усиливающейся с каждой секундой, буквально доползти до двери. Открыв ее, я нос к носу столкнулся с самим князем Романовым, который, видимо, решил прийти и лично спросить с главаря ячейки, что именно тут происходит.
Обведя взглядом коридор, я немного опешил. На меня были направлены с добрый десяток автоматов, а рыжая Софочка лежала на полу с завернутыми за спину руками, стянутыми переливающимися в тусклом свете наручниками. Скорее всего, они были антимагическими. Так не об этом следует думать.
– Ваше Сиятельство, у меня есть для вас деловое предложение, – прохрипел я. Ничего умнее в голову не пришло, ведь пазл в голове начал складываться в довольно знакомую картину.
Глава 7
– Это точно все, что вам известно? – нудный дознаватель из тайной канцелярии сидел напротив меня и буравил меня изучающим взглядом. Отвратительный желтый свет раздражал глаза, а тиканье специально громких часов могло запросто довести до нервного срыва менее стойкого человека. Не знаю, кто у них отвечал за интерьер при допросе, но дело он свое знал крепко. Мысли сбивались, и врать было бы невероятно сложно. Хорошо, что мне этого не требовалось.
– Совершенно точно. Позволите один вопрос? – я все никак не мог понять, что именно следователь хочет у меня выпытать. Уже полчаса мы ходили вокруг да около. Практически одни и те же вопросы и, разумеется, точно такие же ответы. Мужчина немного помолчал, видимо, размышляя, можно ли мне задавать на допросе свои вопросы. Или раз я не являюсь вроде бы подозреваемым, а замешан в случившимся не по своей воле, то стоит разрешить. Однако, в конце концов, логика победила, и я дождался утвердительного кивка. – Что это за секта или орден и почему им нужен был именно я? В том отстойнике для нищих было с десяток парней моего возраста, комплекции, цвета волос и глаз. Почему именно я?
– Я не в праве отвечать на этот вопрос. Все данные по этому делу… – Поморщился дознаватель, устало протирая очки белым платком.
– Засекречены, ага, так я и думал, – я устало откинулся на спинку неудобного стула и смотрел в стену напротив себя. Все, что я знал, включая описание той девчонки с сережками в ночлежке и, возможно, сестру Евгения, не забывая про описание фарша, который уже должны были отскрести от пола в подвале, все это я уже пересказал в подробностях. Причем, несколько раз, видимо, чтобы детали сошлись трижды. Старая методика допроса. Обычно после нее ничего хорошего допрашиваемым не грозило. – Что со мной будет? – я не стал миндальничать и прямо задал интересующий меня вопрос.
– Вас отпустят. Разумеется, живым. Можете не переживать. – Мужик улыбнулся и захлопнул папку, в которой что-то записывал быстрым и размашистым почерком. – Мы с вами закончили. Сейчас вас отведут в комнату к нашему целителю. Там вам сделают небольшую инъекцию, после чего вы заснете, ну а после пробуждения вы не будете помнить ничего. Не делайте такие глаза, речь идет только о последних двадцати четырёх часах.