![Ведьма по наследству](/covers_330/70313404.jpg)
Полная версия
Ведьма по наследству
И вот я снова стала собой. Никакой власти, разделения сознания на фею и ведьму и желания владеть миром. Остались лишь сильная усталость и холод.
Кстати, после бури кромка леса отодвинулась на несколько сотен метров. На старом месте осталась практически голая полянка. Белка ловко спикировала вниз, подхватила мою раскиданную по ней одежду и принесла мне.
– Оденься, а то еще заболеешь, – велела она.
– Спасибо.
Стуча зубами, я быстро натянула на себя свитер и куртку. Вообще сейчас не отказалась бы от теплого шарфа и шапки, но увы, не догадалась захватить с собой.
– И что думаешь делать дальше? – спросила Белка, слегка наклонив голову и хлопая огромными круглыми глазами.
– Как будто есть варианты, – хмыкнула я, разминая озябшие, пока еще плохо слушающиеся пальцы.
Легкий пасс, пара фраз и инквизитор медленно поднялся примерно на метр от земли. Только руки некрасиво свисали по бокам. Подойдя ближе, я аккуратно сложила их на груди.
– Ну чисто покойник, – заметила Белка.
– Цыц, – рыкнула я, стараясь сосредоточиться на заклинании левитации. Не хватало еще уронить Рида на холодную землю или в лужу.
Добирались до его дома медленно. Мало того, что заклинание левитации отнимало много сил и требовало хорошенько сконцентрироваться, так еще и буря навела беспорядок на окраине города: вырвала деревья с корнями, размолотила их в щепки и набросала кучу мусора, значительно усложнив тем самым наше продвижение.
Следующая заминка случилась у дома инквизитора.
– Прекрасно, тут еще и охранка, – проворчала я, останавливаясь у калитки и утирая пот со лба.
– Он ведь инквизитор, куда ему без охраны своих владений, – приземляясь на соседний забор, заметила Белка.
– Ты на удивление прозорлива, – рыкнула я, от досады едва не топнув ногой.
Силы заканчивались. Во-первых, выброс истинной силы занял много времени, а, во-вторых, тащить Рида было тем еще испытанием. Этот довольно тощий на вид мужчина оказался очень увесистым. Вот она обманчивая внешность.
– Вскроем?
– Это, между прочим, незаконно, – сообщила я, медленно опуская инквизитора на ближайшую деревянную лавку, выкрашенную в светло-голубой цвет.
И плевать, что она мокрая и короткая, зато хоть небольшое облегчение, хоть какая-то помощь. От перенапряжения у меня уже сводило пальцы.
– Слушай, ты сегодня столько начудила, что взлом дома инквизитора покажется детской проказой.
– Но-но! – возмутилась я, дрожащими пальцами разминая затекшую шею. – Я действовала в рамках закона.
– Да ну?
Белка недоверчиво склонила голову.
– Вообще-то я спасала город.
– А по разрушениям, которые ты после себя оставила, и не скажешь.
– Пущу на суп! – пригрозила я. Но разве этим проймешь фамильяра?
– Поймай сначала, – едко отозвалась наглая птица. Вот же зараза пернатая!
– Я тебя бабушке отдам! Станешь ее фамильяром.
Новая угроза заставила Белку нервно вздрогнуть и нахохлиться.
– А чего сразу бабушке? Уж и пошутить нельзя.
Закончив с препирательствами, я беспомощно огляделась по сторонам. Требовалось срочно что-то предпринимать. Только вот что? Конечно, можно было забрать Рида к нам, но… как погрузить его в машину? Потом попробуй еще довези. Неизвестно, свободны ли дороги после такой бури. На улице меж тем холодало, небо постепенно затягивалось тучами, начинал накрапывать противный мелкий дождик, а инквизитор оставался лишь в тонкой, насквозь промокшей рубашке. Точно ведь заболеет.
– Слетай к госпоже Томас! – наконец сориентировалась я.
– Зачем это?
– У нее должны быть запасные ключи от его дома. А где есть ключи, есть и разрешение войти. Она нас и проведет.
На этот раз Белка спорить не стала. Расправила свои большие белые крылья и быстро взлетела, направляясь к соседнему дому. А я присела рядом с лавкой и коснулась бледной щеки, которую покрывала легкая колючая щетина.
– Ну и что мне с тобой делать? – прошептала жалобно, стаскивая с себя куртку и тут же накрывая ей инквизитора.
Вряд ли сильно согреет, но хоть немного. Рид не пошевелился, и лишь едва слышное дыхание свидетельствовало о том, что он еще жив.
– И кто же тебя так проклял? – убирая со лба рваную светлую челку, тихо спросила я. – И главное, чем? Почему я не распознала проклятие? И как ты до сих пор жив? Эта зараза ведь специально настроена на тебя и пожирает твой солнечный дар. Вот откуда сущности и призраки в твоем доме. Они чуют смерть, потому и кружат поблизости. И как же при всем при этом ты до сих пор жив?
Инквизитор молчал, впрочем, я и не ждала ответа.
Поднявшись, заметила Белку, которая летела ко мне. За ней весьма прытко для своего возраста семенила госпожа Томас с ключами от дома в руках.
– Отлично. Первая проблема почти решена. Осталось всего ничего.
Очевидно, я погорячилась. Проблем впереди ждал воз и маленькая тележка. Начались они сразу, мы и шагу не успели ступить.
Сначала госпожа Томас, ахая и охая, пыталась дать нам разрешение пройти вместе с ней. Ее калитка пропустила, а нам с совой не разрешила, еще и противно заскрипела, будто засмеялась.
– Вот спасай после этого инквизиторов! – обиженно нахохлившись, пробухтела Белка.
– Кто бы говорил, – вполголоса отозвалась я.
– Ты что-то сказала, Кассандра? – встрепенулась госпожа Томас.
– Да. Вы должны дать нам разрешение войти.
– Но я ведь и так даю! – возмутилась старушка, нервно поправляя шарф.
Я бы тоже не отказалась от шарфа и от куртки. Свитер хоть и был достаточно теплым, но ветер пропускал.
– Правильно. – Я буквально по крупицам собирала остатки терпения, с трудом сдерживаясь, чтобы не повысить голос. – Вы все делаете правильно. Только надо по-другому. Не просто сказать проходите, а произнести свои имя и фамилию. Я, Брианна Томас, даю разрешение на проход Кассандры Холт и ее фамильяра Белки на территорию вверенного мне дома, который принадлежит инквизитору Гейлу Риду. Ответственность за содеянное осознаю и беру на себя.
– Какую ответственность? – растерялась госпожа Томас.
– О-о-о, это надолго, – закатила глаза Белка.
Вы когда-нибудь видели, как сова закатывает глаза? Феноменальное зрелище, скажу я вам. Просто душераздирающее.
– Никакую. Просто так принято говорить у инквизиторов, – поспешно заверила я, не переставая улыбаться.
В действительности же мне хотелось выругаться. Такими словами, которыми в жизни еще не ругалась. Я устала и замерзла. У меня болело все тело, особенно руки и спина, слезились глаза, да и носом я уже минуты две как шмыгала. А тут еще едва живой инквизитор, которого надо поднимать на ноги. Ну или как минимум не дать умереть до прихода святой инквизиции. Она ведь наверняка уже мчала сюда с мигалками.
Госпожа Томас все-таки произнесла нужные слова. Не с первого раза, конечно, но уж как получилось. Калитка вновь противно заскрипела, но пропустила нас во двор.
– А с домом как же? – открывая замок, спросила старушка.
«Достало!» – мысленно рявкнула я, а вслух вежливо попросила:
– Отойдите в сторону.
– Смотри, не взорви тут все, – посоветовала Белка, отлетая за ближайшее дерево.
– Не говори под руку! Я и так нервничаю!
Закрыв глаза, я едва слышно прошептала одно-единственное слово, и в ту же секунду с моих губ сорвалась тонкая струйка сизого дыма. Она медленно поползла в сторону двери, проникла в замочную скважину. Я ждала, что сейчас сработает охранка, начнет орать на весь район, включится светомузыка и тому подобное, однако ничего не произошло. Замок щелкнул и дверь медленно распахнулась, пропуская нас вперед.
– И все? – невольно вырвалось у меня.
– Давай уже заноси! – скомандовала Белка, первой влетая в дом.
Назад ее не выбросило, взрыв не случился.
«Прекрасно! Значит, можно заходить».
Я пропустила госпожу Томас, а за ней инквизитора, который медленно проплыл, слегка покачиваясь из стороны в сторону, при этом лишь чудом не врезался головой в дверной косяк. А что? Силы уже не те, так что ничего удивительного.
Заносить в спальню не стала, поскольку ее еще предстояло отыскать. Для лечения сгодился бы и диван в гостиной. Сбросив с него подушки, я позволила мужскому телу плавно опуститься на сидение и сама медленно осела на пол. Оперлась спиной о соседнее кресло, подтянула ноги к себе и откинула голову назад.
«Устала… как же сильно я устала».
Тело ощущалось неподъемным и как будто чужим.
– Холодный-то какой, – донесся до меня встревоженный голос госпожи Томас.
Пришлось заставить себя открыть глаза. Удалось сделать это лишь с третьего раза. Веки тоже казались невероятно тяжелыми.
Старушка склонилась над инквизитором, который продолжал лежать на диване под моей курткой. Выглядел он и вправду неважно.
Не найдя в себе сил встать, я на коленях подползла ближе. Сорвала куртку и коснулась пальцами шеи, нащупывая пульс. Он бился, но тихо и чересчур медленно. Похоже, дело было плохо и себя жалеть еще рано.
– Мне нужна моя сумка, – сообщила я, стаскивая с себя грязный и мокрый свитер.
– Ох, Кассандра, что с твоими руками? – вскрикнула госпожа Томас, прижав пальцы к губам.
Я опустила глаза.
Кожа на руках от локтей до запястий покраснела и от ожогов покрылась мелкими волдырями. Обычные люди не видели татуировок, которые создавались с помощью инквизиторской магии, но таких следов не заметить не могли. Честно признаться, выглядели они плохо.
– Небольшие последствия от спасения мира, – хмыкнула я, бросая свитер на пол. Оставшись в тонкой майке, принялась расстегивать рубашку инквизитора. – Пока я готовлю господина Рида к лечению, не могли бы вы достать из машины мою сумку? Там есть лекарства.
«Все-таки повсюду таскать с собой чемоданчик с минимальным набором зелий первой необходимости – очень полезная привычка», – подумала я.
– А ключи?
– Там открыто.
Старушка направилась к выходу, а я расстегнула пуговицы на рубашке и дернула в разные стороны полы, обнажая мужскую грудь. За что тут же получила короткий энергетический разряд в руку. Не больно, но ощутимо. Убивать меня не собирались, но предупреждали о необходимости действовать осторожно.
– Проклятье! – процедила я сквозь зубы, тряся онемевшими пальцами.
– Что случилось? – встревожилась застывшая у дверей госпожа Томас.
Белка тоже подлетела. Не слишком близко, расстояние для безопасного бегства она выдержала, но достаточно, чтобы выяснить, что произошло. Она даже шею вытянула.
Перестав трясти пальцами, я вновь посмотрела на инквизитора, точнее, на его грудь. У сердца обнаружилась татуировка, судя по цвету чернил, нанесенная совсем недавно. Она представляла собой длинную вертикальную линию из мелких непонятных символов.
– Интересно… – прошептала я, наклоняясь ниже.
– Может, не надо? – проворчала сова, слегка отступая назад.
– Защита. Какая интересная. Никогда такой не встречала. И символы незнакомые или… – Я наклонилась еще ниже. Взгляд зацепился за знакомую закорючку. – Это же ашарийская надпись.
– Это ведь мертвый язык, – заметила Белка, проявив чудеса эрудиции.
– Ага. Ашарийская магия считалась одной из самых сильных. Но она погибла вместе с великой империей много тысячелетий назад. Язык был потерян, в свободном доступе остались лишь слабые цепочки, от которых мало толку. Но это… кто-то знал, что делает. Теперь понятно…
– Что понятно? – выдохнула госпожа Томас, продолжая стоять в дверях.
Вздрогнув, я обернуласьи с недовольством уставилась на старушку. Ну ведь просила же…
– Время, госпожа Томас. Мне очень нужна моя сумка с зельями. Господину Риду сейчас так плохо, что дорога каждая секунда.
Она охнула и бросилась на выход, а я вновь повернулась к неподвижно лежащему инквизитору.
– Так что тебе понятно? – спросила Белка, подбираясь ближе.
– Почему он до сих пор жив. Не знаю, кто нанес ему татуировку в виде цепочки из ашарийских символов, но у него получилось замедлить проклятие. Невероятная работа, делал настоящий мастер. Хотела бы я познакомиться с этой ведьмой.
– С чего ты взяла, что это ведьма?
– Чую, – усмехнулась я. – Такое могла сотворить лишь ведьма. Очень сильная при том. Впрочем, об этом после. Пока госпожа Томас несет мою сумку, надо раздеть его до конца. Мне нужен доступ к телу.
– Себя подлечить не хочешь?
Я вновь покосилась на свои покрасневшие руки. Волдыри становились все больше.
– Не могу. Резерв и так пострадал после уничтожения ведьминой бури. Вот приведу инквизитора в порядок и займусь собой.
– Права твоя бабка, – вздохнула Белка. – Ну какая из тебя ведьма. Так, фея сердобольная. О себе надо думать, а ты все о других печешься.
Я лишь хмыкнула и принялась расстегивать ремень на его штанах.
Эх, видела бы меня сейчас бабуля…
Глава Шестая
К счастью, госпожа Томас вернулась, когда процесс раздевания подходил к концу и Рид лежал на диване в одних боксерах и носках, снимать которые мне не понадобилось.
– Ах, – восхитилась пожилая женщина, узрев столь пикантную картину.
Я бы, может, тоже с удовольствием полюбовалась на худощавое, но сильное и поджарое тело с литыми мышцами, да времени совсем не осталось.
– Принесли? – быстро спросила я, игнорируя ее ахи-вздохи и потрясенные взгляды.
А также свое собственное неожиданно участившееся сердцебиение.
Что я, мужчин без одежды не видела? Видела. Многих лично лечила. И уж точно никогда не засматривалась. Но этот Рид… было в нем что-то такое, из-за чего взгляд то и дело возвращался. Хотя, казалось бы, ничего особо притягательного там нет. Обычная ведь фигура, да, крепкая, с рельефами и мускулами, но я все равно ловила себя на том, что не в силах оторвать глаз. Наверняка виной всему усталость. Стоит отдохнуть, и перестану думать о всяких глупостях.
– Да. Вот, пожалуйста.
Сделав три шага вперед, госпожа Томас вручила мне мою большую холщовую сумку на молнии, доверху забитую всякими нужными и полезными штуками.
– Спасибо.
Я, продолжая сидеть на полу, открыла сумку и принялась перебирать мешочки, баночки, разные склянки, а еще мини-горелку, котелок и мензурки для изготовления зелий. Намного удобнее было носить их с собой, поскольку ингредиенты чаще всего встречались практически одни и те же, но в разных пропорциях и сочетаниях. И вместо того, чтобы таскать с собой всю лабораторию появлялась возможность брать самый минимум.
– С ним точно все будет в порядке?
– Несомненно, – не отрываясь от своих сокровищ, отозвалась я.
– А может, нам стоит подождать? – переминаясь с ноги на ногу, неуверенно произнесла госпожа Томас.
– Мы, вероятно, могли бы и подождать, а вот он – нет, так что придется действовать. Не переживайте, ничего лишнего и опасного я делать не планирую.
– А что ты планируешь? – поинтересовалась госпожа Томас, внимательно наблюдая за тем, как я ставлю горелку на журнальный столик и включаю ее, водрузив сверху мини-котелок.
– Попробую привести его в чувство.
«Так, это надо, – подумала я, изучая надписи на склянках. – Это тоже. А вот это не понадобится. Его в сторону, чтобы не мешалось».
Главное, чтобы татуировка не навредила. Она больше не била меня разрядами, но как будто слегка потемнела.
– Не буду я снимать проклятие, даже не гляну в его сторону и тебя не потревожу, – прошептала беззвучно, чтобы случайная свидетельница не услышала лишнего. – Надо просто помочь ему прийти в себя, и все. Его резерв почти на нуле. Плюс холод, усталость и все остальное. Не помогу – защищать тебе будет некого.
Не знаю, то ли слова мои помогли, то или еще что, но татуировка вдруг посветлела.
– А что с ним? – продолжала допытываться госпожа Томас.
– Хочешь, я ее выгоню? – злобно зыркнув на старушку, предложила Белка.
– Нет. Она мне не мешает.
– Уверена?
– Угу.
Повернувшись к госпоже Томас, пояснила:
– Сильное переутомление, обморожение и еще так, мелочи. Принесите мне, пожалуйста, воды. Одного стакана будет достаточно.
Высыпав в ступку три порошка, я тщательно их перемешала, добавила немного пыли из мешочка и снова начала мешать, старясь как можно тщательнее все перемолоть. Крохотные песчинки баргулиса действовали лишь после измельчения, когда выделялись крохотные капельки масла. К слову, обладавшего сильными целебными свойствами.
– Вот.
Старушка вручила мне стакан и тут же отступила, остановившись в сторонке и прижав руки к груди. Губы у нее шевелились. Видимо, решила прочитать молитву. Ну хоть какая-то помощь.
Налив в котелок немного воды, я дождалась, когда она закипит, высыпала смесь и перемешала. Три раза влево. Два раза вправо. После чего быстро сняла котелок с горелки и отставила в сторону. Пусть остывает. Сама тем временем повернулась к инквизитору. Настала пора приступать к следующей фазе. Не зря же раздевала пациента.
Взяв мешочек с черной пыльцой с крохотными красными искорками, я вытряхнула его содержимое прямо на мужскую грудь. Впервые за столько времени Рид дернулся и слабо застонал.
– Что с ним? Больно?
Целительская магия всегда вызывала у пациентов не слишком приятные ощущения, а уж когда дело касалось инквизиторов или ведьм – подавно. Это людей не беспокоило, кто их лечит, они не чувствовали разницы. А вот представители магического сообщества всегда были куда разборчивее. Из-за плохого контакта с чужой магией, особенно противоположной, ведьмы и инквизиторы старались лечить себя сами.
Исключения составляли разве что мару. Несмотря на то, что лечить умели все, лишь у них дар целительства словно бы был в крови. Мару могли излечить одним прикосновением. Правда, и убить тоже, ведь жизнь и смерть всегда ходят рука об руку. Из-за таких способностей мару считались очень редкими и опасными ведьмами.
Впрочем, такие, как я встречались еще реже. Мир просто не вынес бы большого количества таких… монстров.
– Все хорошо, – поспешила я заверить госпожу Томас.
А потом положила обе ладони на мужскую грудь, пачкая их в порошке. Произнесла слова заклинания и принялась быстро рисовать символы на голом торсе инквизитора, плечах, запястьях и ногах. Это были, конечно, не ашарийские письмена, а вполне обычные, но весьма действенные руны, помогавшие соединить разорванные энергетические связи.
Господин Рид явно себя не жалел, превратив собственное энергополе в решето. А если добавить к этому изувеченную проклятием инквизиторскую сущность, то я вообще сомневалась, что смогу вытянуть его по эту сторону бытия.
Стоило начертить последнюю руну, как они мягко засияли черным, заставив госпожу Томас шептать молитвы с еще большим воодушевлением. Чтобы не смущать старушку, последние слова заклинания я произнесла как можно тише. После чего повернулась к котелку, перелила в пустой стакан зелье и, приподняв голову инквизитора, поднесла к его губам варево.
– Давайте, господин Рид, будьте хорошим мальчиком и выпейте все до дна. Это для вашего же блага, – тихо проговорила я, осторожно вливая зелье в его рот.
Он почти выпил лекарство до дна, но тут внезапно раскашлялся. А едва приступ кашля миновал, он вздрогнул, выгнулся и распахнул глаза.
Вот только они оказались не голубыми, а черными. Полностью. Даже белок.
– Ты точно все делала правильно? – испуганно спросила Белка, шустро отлетая в другой угол комнаты.
– Да! – рявкнула я, лихорадочно прикидывая, как исправить ситуацию.
В моей практике это был первый случай, когда пациент так реагировал на лечение. Правда, проклятых инквизиторов мне еще не приходилось лечить. Стоило задуматься, что могло послужить причиной и есть ли в этом моя вина, Рид сел и медленно повернул ко мне голову. Наши взгляды встретились.
– Я знаю, кто ты, – не своим голосом припечатал он.
И тут же схлопотал легким проклятием в голову. Хотя это было не совсем проклятие, скорее, заклинание, не грозящее принести существенный вред. Разве что обеспечит головную боль. А если учесть, что у инквизитора в ближайшие пару дней и так все будет болеть, то ничего страшного. Наверное…
Да и вообще, я не чувствовала себя виноватой. Нельзя заявлять такое ведьме с секретами. Ни за что! Особенно, если она устала, зла и вообще не в настроении.
В общем, проклятие соскользнуло с пальцев до того, как я успела глазом моргнуть. Само собой. Правда-правда. И в ту же секунду инквизитор закатил свои черные глаза и завалился назад на диван. А вот с тенями, которые потянулись к нему из всех частей комнаты, оказалось сложнее. Они не исчезли, более того, продолжили ползать и противно шелестеть.
– Что случилось?! – воскликнула госпожа Томас.
– Слушай, я могу отвернуться, – предложила Белка. – А ты ее тоже упокоишь… ой, я хотела сказать успокоишь!
– Нет! Никого успокоить, а тем более упокоить мы не собираемся! – мысленно рявкнула я и, улыбнувшись бледной старушке: – Все хорошо. Это просто реакция на лечение. И все. Вы бы сели и отдохнули. Такой стресс губителен для организма. Особенно в вашем возрасте.
Госпожа Томас явно хотела поспорить по поводу своего возраста, но не решилась. Бросила взгляд на инквизитора, поежилась, поскольку теней не видела, но чувствовала, и послушно села на стульчик, положив руки на колени.
«Отлично! Одной проблемой меньше».
Встал вопрос с зельем, которое инквизитор так и не допил. Осталось, конечно, совсем немного. Пробовать влить или не стоит?
Я решила не рисковать. В конце концов, его и осталось-то на донышке. Вместо этого занялась изучением своих рун. Они восстанавливали энергетический баланс, но слишком медленно. Пришлось немного ускорить, добавив пару новых закорючек на руны и влив в это почти все свои силы.
Адреналин от произошедшего начал спадать, и я лицом к лицу столкнулась с последствиями своего поведения. Жутко заболела и защипала кожа на локтях. Аж слезы на глаза навернулись. К ней присоединилась боль в ногах, спине, в мышцах. Во всех мышцах сразу. Я даже и не представляла, что у меня их столько!
Следом застучало в голове и заломило в висках. Да так, что перед глазами все поплыло.
– Допрыгалась, – мрачно констатировала Белка, подбираясь ко мне.
По дороге она шипела и огрызалась на сущности, которые все не желали заползать обратно и вести себя прилично. Они словно наслаждались ситуацией, ползли, вытягивая свои жуткие морды, стремясь захватить все больше и больше, напитаться чужой болью и страданиями, усилить их.
– Кыш, – едва слышно прохрипела я.
Однако они ползли снова и снова. И теперь не только к Риду, но и ко мне. Вот только я не проклятый инквизитор, а ведьма. Пусть с печатями на руках, но все равно сильная ведьма.
Собрать остатки было сил не так сложно. Труднее оказалось сконцентрироваться, пропустить энергию через себя, закрутить, создать из нее то, что нужно мне. Заклинание я выбрала простое, но кто сказал, что сила заключена в сложности?
– Lux, – прошептала, приложив руку к губам и послав легкий воздушный поцелуй.
Но вместо него с моих губ сорвалась крохотная искорка, пролетела пару метров, а потом взорвалась яркой вспышкой. Просто свет. Ничего особенного, если не знать, насколько призраки и тени его ненавидят. К счастью, этого хватило, чтобы они с противным писком расползлись по дырам, словно крысы.
«М-да, этот дом еще чистить и чистить».
– Что произошло? – вскакивая, воскликнула госпожа Томас, для которой вспышка света стала полной неожиданностью.
Я уже открыла рот, чтобы ответить, но тут послышался вой сирен. А вот и помощь.
Забыв о своем вопросе, любопытная старушка рванула на улицу встречать гостей, ну а я…
Я решила, что с меня хватит. Побросала все свое имущество в сумку, благо на пузырьки и склянки догадалась нанести специальное противоударное заклинание, так что я не боялась, что они разобьются. Потом отползла к соседнему креслу, оперлась на него спиной, вытянула ноги и закрыла глаза, позволяя себе расслабиться и наконец выдохнуть. Белка тут же оказалась рядом. Забралась ко мне на руки и попробовала хоть немного поделиться силой.
– Все хорошо, правда. Не надо, – ободряюще улыбнулась я.
– Ага, как же, не надо ей. Бери, пока даю.
Но я упрямо мотнула головой, не найдя в себе сил объяснить, что сейчас мне даже подпитки не хочется. Вообще ничего не хочется.
Дальше события закрутились, словно в калейдоскопе. В ушах звенело от гула голосов, криков, шума, грохота и воя сирен. Но даже это не так раздражало, как собственная беспомощность и усталость.