![На острие мезальянса](/covers_330/70231171.jpg)
Полная версия
На острие мезальянса
![](/img/70231171/cover.jpg)
Каталина Вельямет
На острие мезальянса
Книга написана под вдохновением от творчества великолепной Шарлотты Бронте и её романа "Джейн Эйр". Посвящается моей дорогой матушке, которая с детства знакомила меня с замечательными книгами. Мне очень хотелось создать нечто в направлении английского романтизма, поэтому вычурное и неспешное повествование стало основой для данной работы.
Глава 1 «Дорожная пыль»
Приоткрыв плотную тёмно-коричневую занавесь, Анна Лейн выглянула на улицу. За окном проносился сказочный пейзаж, словно все существующие в мире краски были сосредоточены в одном месте. Охнув на очередной кочке, девушка схватилась за платок, с целью поскорее вдохнуть аромат успокаивающей настойки, которую ей насильно всучила Леди Эрвингтон.
В очередной раз, мысленно поблагодарив директрису, Анна едва сдержала рвотный позыв, так как на объездной дороге трясло просто с невероятной силой. Да и сама карета оставляла желать лучшего, деревянная будка в которой и ноги вытянуть было тем ещё испытанием, и это не считая попутчиков. За всё время в пути это был первый день, когда ей удалось остаться в одиночестве и не делить пространство с посторонними людьми.
Спрятав платок в тонкую кожаную сумочку, девушка поправила складки на коричневой юбке и тяжело вздохнула. Коричневый цвет стал её приговором на всю жизнь, ведь платья воспитанниц пансиона Эрвингтон одинаковы как для пятилеток, так и для выпускниц. Раньше этот отвратительный цвет казался приятным, но за годы проведённые в пансионе, стал раздражать. Шерсть и хлопок, всё чего достойны бедные сиротки, а цвет только подтверждал их положение и даже кремовое кружево у ворота, никак не спасало.
Чёрная пелерина лежала на сидении рядом и если бы была такая возможность, Анна уже давно переоделась бы в нечто более практичное. За какие-то пару недель, весна от промозглой серости перешла к буйному цветению. Словно бы стремясь наверстать упущенное, солнце своими золотистыми лучами так нагревало землю, что в середине дня было нечем дышать.
Неожиданно карета остановилась, а спустя мгновение дверцу открыла тучная женщина, кое-как забравшись на деревянное сиденье, она с силой постучала по стенке.
«Вот и закончилось моё одиночество», – с долей горечи подумала Анна, переведя взгляд к окну.
И вот снова мимо проносится восхитительный пейзаж, состоящий из лесистых холмов и зелёных лужаек. Пусть два княжества и находились рядом, но в родном Илуре не было и в половину так красиво как в Эльравиле, где ей предстояло провести как минимум несколько лет жизни.
Тут же вспомнились слова Леди Эрвингтон:
«У молодой женщины, оставшейся без средств к существованию, не так уж и много возможностей. Выйти замуж или найти место, соответствующее её положению. Не думаю что ты со своим образованием и тягой к знаниям, будешь рада коротать свой век в качестве покорной жены, не слишком выдающегося человека. А остаться в пансионе ты не можешь».
Отчасти, это был выбор без выбора, но в чём-то директриса была права – замуж Анна не очень то и стремилась. Для этого и пропускала смотрины, которые устраивали всего два раза в год.
В течение десятины парни посещали понравившихся девушек и находили себе невест. Для Анны это всегда было испытанием, их оценивающие, сальные взгляды прилипали не хуже жира со дна котелка. Всего десятина на то, что бы познакомиться и официально попросить руки, этого же так мало что бы принять решение. Как и все воспитанницы, Анна и сама мечтала выйти замуж, но не впопыхах за первого кто предложит, а по зову сердца.
Всё бы ничего, но ситуация осложнялось отсутствием приданного. Главной ценностью воспитанниц пансиона были знания, поэтому они могли стать хорошими жёнами для малограмотных мужчин, но при этом и не каждый мог подойти. Своих девочек, Леди Эрвингтон отдавала только за хорошо обеспеченных, но при этом не слишком знатных кандидатов. Чаще всего к стенам пансиона на смотрины приходили ремесленники и торговцы, хотя иногда девушки выходили замуж за кого-то из обнищавшей аристократии. Седьмой сын барона не такая уж и плохая партия, особенно если учитывать положение воспитанниц.
И пусть родные края остались далеко позади, а за окном мелькали лесистые холмы Эльравила, на душе было всё так же неспокойно, как и перед отъездом.
***
Последняя зимняя ярмарка поражала своим многообразием, купцы, будучи навеселе могли отдать свой товар за полцены, если хорошо поторговаться. Но учитывая, что у девочек из пансиона с деньгами всегда было туго, никто не обращал на них внимания. К некоторым прилавкам они, можно сказать прилипали, и никакими увещеваниями их нельзя было отогнать. Пусть купить понравившуюся ленту или гребень не на что, но смотреть не запрещено.
То тут, то там можно было увидеть стайки молодых девушек в одинаковых, коричневых плащах. Леди Эрвингтон разрешала иногда покидать пансион, видя в этом возможность для поиска жениха, но Анне просто нравилось гулять по улицам, наблюдать за людьми и изучать их. Поэтому когда чья-то рука потянулась к кошельку на её поясе, первой эмоцией было удивление.
Мальчишка что срезал кошель, сразу же ринулся в самую гущу толпы. Кто-то назвал бы потерю в два десятка медяков незначительной, но для воспитанницы Эрвингтона это было настоящее сокровище. Поэтому Анна тут же бросилась за вором. Расталкивая случайных прохожих, она боялась упустить мальчишку и сама того не заметила как оказалась за пределами ярмарочного городка.
– Отродье Искушающего! – выругалась она, заметив как мальчик скрылся в одной из крытых повозок кочевого народа. На это указывали резные украшения и жёлто-красные ленты, развивающиеся на ветру.
Подходить ближе было боязно, но жажда справедливости оказалась намного сильнее здравого смысла. Подойдя ближе, Анна принялась что было сил стучать по двери и спустя мгновение, услышала шум.
– Кого там Искушающий принёс? – раздался скрипучий старческий голос, после чего дверь открыла достаточно молодая на вид женщина, – Чего надо?
Столь большое различие между внешностью и голосом поразило девушку. Но напомнив себе о том что отступать уже поздно, она распрямила плечи и бросив взгляд на воришку, произнесла:
– Этот мальчик украл мой кошель. Я требую его вернуть!
– Лани, ты разве что-то брал у этой добропорядочной горожанки? – выгнув бровь, спросила женщина всё таким же голосом, который ну просто не мог принадлежать такой молодой даме.
– Никак нет, тётушка. Да век мне хлеба не есть, если соврал!
– Вот видишь, не он это был.
– Я по-хорошему прошу, верните кошелёк, там и денег то не много, но это всё что у меня есть, – попыталась надавить на жалость Анна и заметив нотки сочувствия во взгляде, продолжила, – Всего несколько медяков, но эти деньги мне достались тяжёлым трудом.
– Наверное, молодая здравомыслящая леди, вроде вас, не верит в предсказания и судьбу? – неожиданно спросила женщина, выйдя на улицу.
– Как? – пролепетала Анна, – Какой странный вопрос! Я прошу просто вернуть мне мою вещь.
– Позвольте вашу руку?
Девушка заколебалась, подозрительно глядя на незнакомку. Чёрные как уголь волосы, выбивались из-под яркого платка, такие густые, они лежали на плечах крупными кольцами. Под стать платку был и наряд, такой же яркий, в тёплых оранжево-красных тонах. Широкие медные серьги выгодно подчёркивали смуглую кожу. Всё в её образе навевало мысли о солнце, вот только глаза сильно выбивались из общей гармонии. Они были ярко-голубые, при дневном свете почти прозрачные, что навевало жути. Это определённо была представительница народа Садхи, одного из немногих оставшихся кочевых племён.
«Прилично ли мне выполнить такую просьбу?» – подумала Анна, не зная, что и делать. Эта невозмутимость сбила её с первоначального настроя.
– Я только хочу заглянуть в ваше будущее, – с улыбкой произнесла женщина, – То что вы проделали такой путь, должно быть в этом есть знак судьбы.
– Но я в это не верю.
– Тогда ничего и не теряете, – она наклонилась вперёд и быстрым движением сама взяла девушку за руку.
– Вы подошли к решающему моменту в своей жизни, я бы даже сказала к переломному, – произнесла она немного нахмурившись. Склонив голову набок, она держала ладонь Анны раскрытой и едва касаясь, разглядывала причудливый узор, – Вас ждёт большое путешествие, совсем скоро вы окунётесь в совершенно другой, отличный от всего того, что вам было известно раньше, мир. Этот мир сначала покажется вам чуждым и холодным, но потом вы узрите прекрасные цветы под ледяным одеялом. Как пробуждается природа, так и ваши чувства пробудятся от сна. Но вы должны быть осторожны, очень осторожны.
– Вы видите, что я путешествую? Какая чушь! – скептично фыркнула Анна, ощутив прилив облегчения.
Про Солнечный народ ходило множество слухов и что могут болезнь навести взглядом и что пророчества у них всегда сбываются и что детей крадут, подменяя их на лошадиный навоз. Но то что прозвучало сейчас, больше всего походило на сказку, коими зарабатывают на жизнь кукольники, что каждую десятину выходят на площадь дабы развлечь народ.
– Вижу что вы настроены серьёзно, но совсем скоро вы убедитесь в правдивости моих слов.
– Талла никогда не ошибается, – подал голос тот самый мальчик, выглянув из-за двери.
– А что вы скажете, если я поеду к родственникам?
– Не стоит лгать, вы сирота и о своих родителях, ничего не знаете. Дом, в котором вы живёте не принадлежит вам, а люди, которых вы знаете, не станут вам семьёй. Но не волнуйтесь, скоро всё тайное станет явным.
– Допустим так оно и есть. Но на моё положение могло указать платье. Однако с чего вы взяли, что меня ждёт большое путешествие?
– Я вижу, что вас ждет новая жизнь. Ошибки здесь нет. Совсем скоро вы отправитесь в очень старый, наполненный тайнами дом, дом, где живут призраки прошлого. По этому дому надо ходить с опаской.
Гадалка на мгновение умолкла, но поскольку Анна предпочла сохранить молчание, продолжила:
– Всю свою жизнь вы чувствовали, что достойны большего, стремились обрести уважение, и совсем скоро вы узрите плоды собственных усилий. Вы вынуждены зарабатывать на жизнь, и я вижу на вашей руке развилку. Частью вашей жизни станет мужчина и ребёнок, но их окутывают тени. За вашей спиной очертания смерти.
Что-то мрачно-зловещее прозвучало в её голосе, и это испугало Анну больше, чем сами слова. Она выхватила руку.
– Какой бред! Мужчина, ребёнок, дорога, тени, новая жизнь? Вы бы хоть складную легенду придумали. Неужели ради двух десятков медяков вы готовы запугивать людей? – задыхаясь от возмущения, выпалила девушка.
– Вам надо смотреть за ребёнком, очень внимательно. Детям всегда нужна забота и уход, но вам понадобится проявить намного больше усердия.
Анна почувствовала, как по спине пробежал холодок, и подумала, что, наверно, выражение «мороз по коже» означает именно такое состояние.
От такого предсказания она ощутила раздражение, а потом и гнев. Щёки налились краской, а сердце забилось быстрее. Бросив взгляд на мальчишку, она развернулась на пятках и быстро зашагала обратно к ярмарочному городку, пока никто не хватился.
***
«Ну хотя бы в одной части своего предсказания, гадалка оказалась права», – подумала Анна, проклиная долгую дорогу.
Место что ей приготовила леди Эрвингтон, было не просто лакомым кусочком, а буквально мечтой для каждой, оставшейся без мужа воспитанницы.
«Стать гувернанткой это не такая уж и плохая судьба», – подумала Анна, наблюдая за извилистой речкой, что пролегала недалеко от дороги, на которую они только что выехали.
Чем ближе они подъезжали к землям барона Хэлтор, тем сильнее девушку охватывало волнение. Это была другая страна, совсем другие обычаи, мода и конечно же нравы. Масла в огонь подливала неизвестность. Поместье Ваден-Холд могло оказаться как великолепным дворцом, так и остатками былой роскоши, что уже изрядно подточило время.
«Твои комнаты будут там, где живет прислуга!» – мысленно повторила себе Анна, пытаясь всеми силами отогнать сомнения.
Семья, которой ей предстояло служить, принадлежала достаточно древнему роду. Почему такому человеку как лорд Хэлтор вдруг понадобилась гувернантка из соседнего, более мелкого княжества, оставалось только гадать. Но когда тебе предлагают полное содержание и десять золотых в год, спрашивать о мотивах, как-то не очень хочется. Для воспитанницы пансиона, что едва могла наскрести десяток медяков, десять золотых были сравнимы с сокровищем, которое посчастливилось найти на дороге. Вот только в отличие от находки, ей предстояло отработать каждый медяк, но благодаря этой работе, Анна планировала исполнить свою маленькую мечту.
Купить домик в родном городе и набирать группы для детей ремесленников, что бы тем не приходилось ходить к монастырю через весь город. Эта мечта была глупой, возможно даже наивной, но именно она помогала Анне холодными вечерами в стенах пансиона.
Дорога по которой она ехала, была эльравильской, а у эльравильцев как известно своё наречие.
«Быть может моё имя – Анна Лейн – покажется им странным?» – думала девушка, стараясь вспомнить всё что слышала о великом княжестве.
Полным её именем было Аннет, но за годы проведённые в пансионе, она окончательно свыклась с упрощённой формой своего имени. Анна – это имя казалось странным и ей самой. Правда, жрица Аделаида обращалась к ней именно так, отчасти это и послужило началом привычки. Но во всех документах Анна, превращалась в Аннет.
Но разве могло иметь такое большое значение имя, если теперь к ней будут обращаться не иначе как мисс Лейн. Было грустно и немного страшно, потому что она чувствовала, что надолго расстаётся с любимым именем Анна. Эта девушка останется за чертой разделяющей два княжества, а на новом месте, всё будет по-новому.
О небольшой проблеме Адама Хэлтора, леди Эрвингтон сообщила подруга, что оказалась так удачно, приближённой ко двору князя. Из-за недавней смерти жены, барону нужна была подходящая особа, которая могла бы решить его проблемы. Почему местные гувернантки не рассматривались как подходящие, оставалось только гадать.
Из предоставленных характеристик, это должна была быть достаточно терпеливая особа, ведь ребёнку требуется внимание и забота, при этом она должны быть достаточно жёсткой, что бы поддерживать дисциплину. Образованной, что бы учить, и достаточно благовоспитанной, что бы ребёнок не получил неподобающий, для юной леди, пример от общения с лицом не своего круга. Другими словами, Адаму Хэлтору нужна была гувернантка из обедневшей дворянской семьи, но Леди Эрвингтон из личной симпатии решила предложить это место Анне.
– Деточка, у вас не будет нюхательной соли? – писклявым голосом спросила попутчица, о которой Анна всё это время старалась не думать.
Аромат её духов стоял душным облаком, из-за чего каждый вдох делался через силу. Переведя взгляд на ароматную даму, Анна с улыбкой протянула небольшой флакончик, что держала всё это время при себе. Успокаивающая настойка была куда приятней, но соль, оставалась незаменимым элементом дамской сумочки.
Самым ярким во всём образе этой женщины была красная шляпка причудливой формы с единственным зелёным пером. Она была повязана так, что края ленты скрывались в складках двойного подбородка, а широкий бант торчал будто из ниоткуда. Такие шляпки очень идут женственным особам, тем более, что такое сочетание цветов, судя по всему было весьма популярно в Эльравиле, но в данном случае, шляпка выглядела довольно нелепо. Лицо этой женщины было круглым как обжаренная в масле лепёшка, с яркими пятнами румян на щеках, а густые волосы с бронзовым отливом уложены в два тяжелых узла, торчащих из-под шляпки.
«Интересно, тут все так ходят?» – подумала Анна, поглядывая на женщину.
– Спасибо, – протягивая металлический флакон произнесла женщина, – Меня зовут Пегги Рейфорд.
– Очень приятно, а моё имя Анна Лейн.
– Какое необычное. Откуда вы родом?
– Сложно сказать точно, я сирота. Всю свою жизнь провела в небольшом городке Сеймсвуд, что в княжестве Илур.
– Эко вас занесло, – хмыкнула Пегги, окинув Анну придирчивым взглядом, – А я всё смотрела на вас, да никак понять не могла, откуда такая скромная и благочестивая девушка.
– Простите, мой внешний вид и правда не очень подходит для создания приятного впечатления, – немного ощетинилась она, продолжая сохранять доброжелательный тон.
– О нет, ничего страшного. Я просто удивилась. У нас тут девушки вроде вас предпочитают более яркие цвета, да и платье у вас слишком скромное.
– Боюсь, что это платье единственное, что у меня есть.
– Тогда поделитесь тайной, куда путь держите?
– Это никакая не тайна. Я еду в поместье Ваден-Холд, быть может слышали о таком?
Попутчица посмотрела на Анну своими тёмными глазами, и от такого пристального взгляда, девушке сразу стало не по себе.
«Рассказывать незнакомцам о своём маршруте не самое разумное занятие. Хотя возможно она интересуется мной только потому, что ей скучно, тут же больше никого нет!» – подумала она и тут же вспомнила слова своей соседки по койке, Фелисии: «Дорогая моя, у тебя есть одно очень удивительное свойство, отпугивать людей, проявляющих к тебе интерес. При этом считая себя недостаточно умной или привлекательной. Запомни, люди видят в тебе то, что ты сама в себе видишь».
– Далековато. Я тоже примерно туда держу путь. Только выйду в городке Лейстиг, – наконец ответила Пегги, так и не отведя взгляда.
– Если мне память не изменяет, то от него рукой подать до поместья. Но я могу и ошибаться.
– О нет, вы абсолютно правы. Так вы приехали в такую глушь ради работы? Разве вы не будете скучать по развлечениям большого города?
– Я всегда жила скромной жизнью, поэтому для меня совсем не сложно оказаться вдали от города.
– Понятно, – на выдохе произнесла Пегги и наконец отведя взгляд, принялась обмахиваться веером, – Но знаете, на вашем месте я бы нашла другую семью. Поговаривают что барон человек странный, да и жена его не просто так скончалась.
– Сплетни меня не интересуют, – достаточно грубо осадила её Анна.
– И всё же. Барон хоть и занимает достаточно высокое положение, но его место главного книжника, что-то сделало с разумом. Поговаривают, он даже магией балуется. С пустого места такой слух не сочинишь, так что будьте осторожны.
– Спасибо за предупреждение. Но я еду к лорду Хэлтору не с частным визитом, а в качестве гувернантки для его дочери.
– И всё равно. Не теряйте бдительности. Кто знает что на уме у благородных господ, особенно когда рядом такая хорошенькая девушка.
– Это вы сейчас на что намекаете?
– Ни на что. Просто добрый совет и не более того. Поживёте немного, обвыкнетесь, нарядов красивых купите, а там и парни начнут засматриваться. Но дело молодое – не значит дурное. Главное головы не терять!
– Спасибо за совет. Я обязательно это учту на будущее, – процедила Анна, стараясь не выдавать раздражения.
Пегги уже собиралась разразиться тирадой, но прямо на вдохе её прервал голос возничего:
– Почти прибыли в Лейстиг!
– Кажется ваша остановка, – сухо обронила Анна, снова повернувшись к окну.
– Да-да, я слышала.
Больше Пегги уже не собиралась вступать в диспут и совсем скоро карета остановилась. Оставшись в одиночестве, девушка наконец смогла выдохнуть. Оставалось совсем немного, при таком темпе, к поместью они должны были прибыть уже к вечеру, так и произошло.
– Ваден-Холд! – снова ворвался в благословенную тишину, грубый мужской голос.
Для того что бы он сделал такой крюк, пришлось доплатить, но зато карету остановили прямо возле ворот поместья. Выходить было немного страшно, но другого пути не было. В вечерних сумерках Ваден-Холд напоминал сломленного временем великана. Высокие башни разрезали поддёрнутое пелериной тёмно-серых облаков небо. Эти башни были такими тёмными, что возникали мысли о том, что это абсолютно нежилое пространство.
– Я помогу вам с чемоданами! – спрыгнув на землю, произнёс мужчина.
– А это точно Ваден-Холд? – с сомнением в голосе спросила Анна.
– Это единственное поместье близ города, поэтому никаких сомнений быть не может. Вы можете подождать, а я схожу и попрошу кого-то проводить вас. Они же знают что вы должны приехать?
– Да, конечно.
Когда два небольших сундука и сумка были сгружены за землю, возничий направился прямо к строению, что бы через некоторое время вернуться с двумя крепкими мужчинами.
– Мисс Лейн! От лица всех служащих Ваден-Холда, приветствую вас. Мы вас ждали чуть позже, но ваша комната уже готова, – остановившись рядом, произнёс суховатый мужчина с длинной чёрной бородой. В руке у него был небольшой застеклённый фонарь, что сразу удивило Анну. В Илуре по-прежнему отдавали предпочтение факелам, но видимо здесь, совершенно иные порядки.
Переведя взгляд на второго мужчину, Анна увидела человека маленького роста со смуглой морщинистой кожей и тёмными глазами. На нём была кожаная куртка и приплюснутая шляпа, сбитая на затылок. Брови и усы того же рыжеватого оттенка, что и торчащие из-под шапки волосы.
– Полагаю, это все ваши вещи? – спросил он, проведя взглядом по скромным пожиткам девушки.
– Да, это всё.
– Отлично. Меня зовут Брайн, я служу при конюшне, – произнёс тот что был в шляпе, и указав на первого, добавил, – А это Вайш, первый помощник нашей экономки…
– Думаю у нас ещё будет время познакомиться и пообщаться с мисс Лейн, – прервал рыжего, Вайш.
– Простите за такой нескромный вопрос, но почему поместье выглядит таким пустым? – не удержалась Анна, испытывая странное ощущение какой-то жуткой ошибки. Судя по рассказам Леди Эрвингтон, барон не должен испытывать финансовых трудностей.
– Ваден-Холд это не просто поместье. Это бывшая крепость, что во времена Золотого века, вместе с Ален-Холдом защищали проход к нашему маленькому морю. Ваден-Холд построен на вершине скалы, а с верхней башни открывается отличный вид на пристань и Афинорру.
– И оба поместья принадлежат барону?
– Совсем нет. У этого места своя история, но наш хозяин получил Ваден-Холд в наследство, а его предок, в дар от самого Князя за заслуги перед страной. Это был великий человек. Ален-Холдом владеет семья Лэнгвертон. Ваден-Холд и Ален-Холд – они как близнецы. Поговаривают, что от верхних башен когда-то был протянут верёвочный мостик, но как мне кажется, это не более чем красивая легенда.
– Так выходит что Лэнгвертоны это ближайшие соседи?
– Можно и так сказать. Лэнгвертоны – из Ален-Холда являются истинными владельцами этих земель. Их предки правили здесь ещё в те времена, когда Эльравил был раздроблен на три княжества, а кочевые племена представляли опасность. От их воли зависело, пойдут ли торговые суда на юг, или нет. Если бы не финансовые проблемы, то они ни за что не отказались бы от Ваден-Холда.
– Какая богатая история у этого места, – произнесла Анна, не скрывая восхищения в голосе, – А в доме много слуг?
– Мне сложно об этом судить. Всего две сотни работников и небольшой гарнизон, но с ними вы будете сталкиваться меньше всего. Из тех, с кем вам придётся видеться каждый день, это экономка Мелис, я и наши дочки, Бартра и Элена. Мы живем в крыле для слуг. С пройдохой Брайаном вам тоже предстоит часто встречаться, как и с его женой Флаей.
– Мисс Лейн, не стоит беспокоиться. Со временем вы всех нас запомните и ещё успеете устать от нашего общества, – с улыбкой вмешался в разговор Брайн.
– Флайя! У вашей жены очень необычное имя, – заметила Анна, улыбнувшись мужчине в ответ. То, с каким простодушием он вмешался в разговор, просто не могло не тронуть.
– Ну да. Флайя, с галфрийского переводится как – мудрая луна. Хотя между нами, уж чего-чего, а мудрости моей любимой порой не достаёт.
– Опять про меня гадости говоришь? – высоким голосом поинтересовалась женщина, что мгновением ранее показалась в проёме небольшой дверцы замковых ворот.
Именно сейчас, Анна и убедилась в древнем прошлом поместья. Ведь его окружала огромная каменная стена минимум в три человеческих роста, такая же стена окружала и её родной Сеймсвуд.
– Как ты могла так обо мне подумать? Разве я похож на гнилозычника! – возмутился Брайн.
– Мисс Лейн, простите моего мужа, что взять с убогого, язык как помело!
Флайя держала в руке более увесистый фонарь, из-за чего, Анна наконец смогла рассмотреть жителей Ваден-Холда более тщательно. Оказалось, что лицо Вайша изобилует огромным количеством мелких шрамов, а оттенок волос Брайна более яркий, чем показался прежде. Сама же Флайя, предстала достаточно юной девушкой, не многим старше Анны, с огромными глазами, острыми чертами лица и такой тонкой талией, какую Анна не видела даже у затянутых в жёсткие корсеты аристократок.