Текст книги

Руфат Мустафа-заде
Однажды во Вселенной

Однажды во Вселенной
Руфат Мустафа-заде

Солнце – звезда, которая озабочена поиском смысла жизни. Проходят миллиарды лет, а он так и остаётся для неё загадкой. Но однажды Солнце получает от Земли сигнал с просьбой о помощи. Земля жалуется Солнцу на людей – «несносных паразитов», умоляя избавить её от них. Солнце соглашается, только взамен просит Землю рассказать ему «человеческую историю» о «бесконечном пространстве и смысле»…

Однажды во Вселенной

Руфат Мустафа-заде

Иллюстратор Алёна Кузнецова (Eleance)

Дизайнер обложки Алёна Кузнецова

© Руфат Мустафа-заде, 2018

© Алёна Кузнецова (Eleance), иллюстрации, 2018

© Алёна Кузнецова, дизайн обложки, 2018

ISBN 978-5-4493-9614-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

«Однажды во Вселенной» — не совсем обычная книга. Она посвящена вопросам космологии, и написана в комбинированном стиле, в котором тесно переплетены научные гипотезы и художественный вымысел.…

Вселенная, параллельные миры, пространство и время на протяжении почти всего повествования перекликаются в ней с «человеческой» полудетективной, полуфантастической историей. Через захватывающий сюжет читатель узнаёт о теориях и гипотезах, находящихся в распоряжении современной науки для ответа на основные вопросы мироздания…

Автор «Однажды во Вселенной» — не учёный-физик и не писатель-фантаст. Отчасти этим обусловлен выбор им самого жанра произведения, который лучше всего может быть охарактеризован как «научно-фантастический роман-сказка». Да, несмотря на то, что в «Однажды во Вселенной» обыгрывается разнообразная информация, касающаяся астрономии, физики, генетики, по сути книга представляет собой сказку, и факты лишь создают фон, на котором она может раскрыться во всей своей полной красе.

«Сказочность» роману придаёт, прежде всего, то, что повествование ведётся от лица Солнца — рядовой звезды рядовой галактики, Галактики Млечный Путь. Поначалу, в первых главах книги Солнце рассказывает о самом себе, об окружающем его космическом пространстве, затем же, «осознав собственную незначительность в масштабах Вселенной», «снисходит» до планет своей системы, одной из которых является планета Земля…

Через планету Земля Солнце «выходит» на её обитателей — людей. И, таким образом, со второй части романа «астрономическая сказка» начинает сосуществовать с выдуманной человеческой историей.

Точкой отсчёта здесь является 2098-ой год, местом действия — находящаяся в вымышленном государстве Атрон таинственная «Школа клонов». Довольно неожиданно предстают перед читателем главные герои «человеческой части» романа: «будоражащий силой своего интеллекта магнитное поле Земли», шестнадцатилетний ученик «Школы клонов» под кодовым именем М-1023 (Ми), его старший приятель — подсобный рабочий той же школы, физически одарённый атлет — С-9704 (Си) и «всесильный» начальник бюро «науки и безопасности» государства Атрон — Галактион.

Необычайные приключения, в которые попадают М-1023 и С-9704, так же, как и их диалоги, призваны заставить читателя задуматься над миром вокруг нас. Но вместе с тем по ходу развития сюжета «наука» органично переплетается с «загадкой М-1023» — юноша далеко не сразу после своего рождения оказался в «Школе клонов».

В чём смысл жизни, которую мы себе представляем, и в чём смысл существования Вселенной — опять же той, которая доступна нашему пониманию? Возможно ли существование других вселенных? Познаваем ли мир нашими органами чувств, или мы находимся в плену бесконечных иллюзий?

Конечно, в рамках нашего обычного пространства эти вопросы обречены остаться без чёткого, однозначного ответа. Однако жанр сказки раскрывает горизонты воображения…

Часть I.

Астрономическая сказка

Глава 1. Я – Солнце

Я не помню момента своего рождения. Но знаю, что жизнь мне дала умершая звезда, а возможно, умершие звёзды, поэтому меня и называют звездой второго-третьего поколения. Знаю также, что сформировалось я, как и все звёзды, из туманности — пылающего водородного царства[1 - Считается, что звёзды образуются при сжатии облаков газа, заполняющих межзвездное пространство. Согласно многим теориям, в течение первых ста тысяч лет после сжатия газового облака Солнце было протозвездой, то есть представляло собой объект, находящийся на стадии эволюции от родительского межзвездного облака до зародыша звезды, обладающего сформировавшимся ядром.].

Именно там прошло моё детство и оттуда мои первые яркие воспоминания…

В частности, явственно помню свой дикий страх, когда под воздействием неведомых для меня сил я вдруг начало сжиматься со страшной силой в собственном космическом заточении.

«Это — болезнь. Мне с ней не справиться. В конце концов, произойдёт взрыв — меня разнесёт на мелкие кусочки», — думало я, за 100 000 лет сжавшись в 100 000 и став плотнее в миллионы миллиардов раз.

Однако, к счастью, я заблуждалось. Сжатие не убило меня, а лишь привело к повышению температуры и давления в моём ядре. В результате оно воспламенилось, запустился ядерный синтез, и началась моя настоящая жизнь…

Радости моей не было предела, когда я смогло, наконец, покинуть звёздную колыбель. Космическое пространство завораживало меня, мне оно казалось невероятно прекрасным.

Хотя, выпущенное на свободу, я очутилось во власти хаоса. Вокруг меня на бешеной скорости проносились небесные тела, а мне было невдомёк, кто я, куда я мчусь и по чьей, собственно, воле…

Опять же к счастью другие – старшие звёзды с помощью радиосигналов втолковали мне, что на самом деле сила гравитации управляет мной, благодаря ей я совершу полный оборот вокруг центра Галактики Млечный Путь и это не займёт у меня слишком много времени — за всю свою жизнь я успею совершить несколько десятков таких оборотов.

— Что же мне предстоит увидеть на своём пути? — вопрошало я соседние звёзды.

— Мы не можем тебе этого сказать, — невозмутимо отвечали они. — У каждого светила – своя орбита. То, что увидишь ты, возможно, мы не увидим никогда.

Как показало будущее, старшие звёзды не обманули насчёт гравитации и циклов. За приблизительно 250 миллионов земных лет[2 - Галактический год составляет по разным оценкам от 225 до 250 миллионов земных лет. Величина этого промежутка времени зависит от скорости движения Солнца и расстояния до центра Галактики. Среднее расстояние до галактического центра составляет около 26 000—27 000 световых лет.] я совершило свой первый оборот вокруг центра такой огромной для меня, но такой ничтожной по сравнению с бескрайней Вселенной, Галактики Млечный Путь.

Рисунок: «Солнце и Галактика Млечный путь»

Находясь ближе к краю Галактики, чем к её центру, мне тем не менее посчастливилось оказаться свидетелем удивительных событий — рождения и смерти звёзд, их взрыва и таинственного исчезновения. Наблюдая за жизнью вокруг, я быстро прощалось со своими детскими иллюзиями и мечтами о супермассе. Звёзды-гиганты сжигали себя за какие-то 40—50 миллионов лет — сущий пустяк по нашим звёздным меркам[3 - Чем массивнее звезда, тем более интенсивно ей приходится сжигать водород, и тем, соответственно, короче продолжительность её жизни.].

Конечно, космические масштабы не могли оставить меня, молодое светило равнодушным. И во всём проглядывалась система, какой-то порядок. Но откуда всё взялось, в чём первопричина? Звёзды, галактики, необъятная, во всяком случае для меня, Вселенная…

«Надо же, моё путешествие закончилось практически там же, где оно и начиналось. В чём же тогда состоял его смысл, если всё вернулось на круги своя?» – завершив свой первый оборот вокруг загадочного центра Галактики Млечный Путь, я испытало некоторое разочарование.

«Кто знает, а может, второй, третий и т. д. обороты прояснят что-нибудь?» — я попыталось было с ним бороться и вдохновить себя на дальнейшие поиски сути мироздания. Но мысль о будущих оборотах лишь вызвала во мне тоску! Цикличность как бы подтверждала мою собственную незначительность в масштабах космического пространства.

Ведь мои 250 млн. лет безусловно меркли по сравнению с витком совершаемым Галактикой Млечный Путь вокруг чего-то недоступного мне…

Глава 2. Непрожитая жизнь

Совершив свои второй и третий обороты вокруг центра Млечного Пути, я сделало ещё несколько очень важных для себя открытий. В частности, я выяснило, что сам центр нашей Галактики постоянно смещается, и поэтому в строгом смысле я не кружусь вокруг него по одной и той же орбите! Непостоянство моего орбитального пути, помноженное на непостоянство моей скорости[4 - Средняя орбитальная скорость Солнца по разным подсчётам составляет от 200 до 240 км/c.], позволило мне понять, почему продолжительность моего галактического года варьирует в достаточно широком диапазоне[5 - См.2].

С каждым витком вокруг галактического центра я обрастало знакомствами с новыми и новыми звёздами. Естественным образом пришло понимание того, что звёзд только в нашей Галактике несметное множество[6 - Около 400 млрд.]. Но, в отличие от меня — звезды в одиночку рассекающей космическое пространство, более половины из них оказались не сами по себе, а вовлечены в звёздные системы: либо двойные, либо даже тройные, как мой сосед Альфа-Центавра[7 - Альфа Центавра — ближайшая к Солнцу звездная система, её возраст оценивается в 6 млрд. лет, то есть она старше Солнца на 1,5 млрд. лет. Состоит из Проксима Центавра (находящейся ближе всех к Солнцу), Альфа Центавра А и Альфа Центавра Б.].

Да, я было одиноко, хотя порой мне казалось, что некоторые звёзды подлетают ко мне очень близко, и что вот-вот мы с ними образуем единое звёздное целое. Но стоило мне только всерьёз задуматься об этом, как они тут же стремительно удалялись по весьма замысловатой причудливой траектории[8 - Обыгрываются «звёздные рейды» в Солнечную систему (подробнее Часть 7. Глава 3) и звезда Барнарда, находящаяся в данный момент на расстоянии почти 6 световых лет от Солнца. Звезду Барнарда называют летящей звездой, в 11 800 году она достигнет минимального расстояния до Солнца — 3.8 светового года.]. Видимо, их движение тоже было подчинено неизбежным циклам.

Окружённому миллиардами звёзд мне было не уйти от поиска смысла нашего существования. «Хорошо, — продолжало свои рассуждения я, — если всё рано или поздно закончится, то тогда в чём суть?» Непостижимость смысла приводила меня в уныние…

Рисунок: «Солнце и его соседи»

Не скрою, случались дни, когда меня посещало дикое желание вырваться из своей орбиты. В принципе, увеличив выработку гелия из водорода, я теоретически могло набрать ту скорость, которая бы позволила мне выйти за пределы Галактики Млечный Путь. Но чем бы это обернулось в дальнейшем? В лучшем случае я бы могло примкнуть к одной из соседних галактик, например Туманности Андромеды. В худшем же — моим уделом стало бы ещё более бессмысленное скитание по бескрайним просторам космического пространства. К тому же от повышения интенсивности сжигания водорода меня предостерегал и инстинкт самосохранения. «К собственному топливу нужно относиться бережно, иначе его не хватит на отпущенные тебе миллиарды лет», — отрезвляло я себя.

Время шло… Познавая мир вокруг, я постепенно осознало неполноценность своих первичных представлений о верховенстве «его величества скорости» во Вселенной. Оказалось, что орбитальная скорость большинства звёзд Галактики Млечный Путь почти не отличается от моей собственной.

— Как же такое может быть? — удивлялось я. — Ведь у нас у всех разные массы и разное местоположение относительно галактического центра. Как может звезда, будучи одинаковой со мной массы, но находясь при этом намного ближе к центру Галактики, двигаться с той же орбитальной скоростью, что и я? Как же она тогда умудряется удерживаться на своей орбите?