Демоны на Пути Перемен

– С чего бы мне верить потомкам преступника? Разве ваше слово что-то теперь значит? – Идан вдруг хитро взглянул на отца. – Правитель Рейнард, разве могут мятежники и убийцы присутствовать на таком важном турнире, среди простых людей и знатных господ, которым доставили они в прошлом немало хлопот?

– Прошу прощения, молодой господин, – вновь извинился ворон неторопливо.

– Ты хотел сказать: «Принц Идан Асцелла», – поправил ворона Дорс.

– Прошу прощения, принц Идан Асцелла, но мы не в ответе за деяния предков. Мы всего лишь желаем почтить своим присутствием значимый праздник, – утверждал сумрачный юноша, смело скользнув взглядом в сторону его величества.

– Ты вновь смеешь перечить мне? Да и еще на глазах у всех? – Идан замахнулся рукой. Еще мгновение, и он ударил бы вновь ворона, но женский голос остановил его. Глаза принца тут же наполнились неистовым гневом, а рука так и зависла в воздухе.

Ворон заметно напрягся и пристально уставился на того, кто оборвал действия принца Идана.

Голоса присутствующих, что до этого взвивались к ясному небу, утонули в напряжении. На арене воцарилась тишина.

– Идан. – Ралфина встала, и громкий голос ее стал пронзать тишину. – За восемнадцать лет ни один сумрачный ворон не доставил ни нам, ни другим хлопот, поэтому не стоит вести себя грубо по отношению к ним. К тому же именно для поддержания гармонии и единства Правитель Рейнард решил провести праздник. Он также положительно ответил на просьбу вождя воронов и позволил им три дня присутствовать в городе. Неужели слова и указы Правителя для тебя ничего не значат?

Эти весомые слова наносили удар по гордости Идана. Он настолько крепко сжал кулаки, что пальцы судорожно сплелись и кисти рук побелели. Мгновение он держал в напряжении, но вдруг улыбнулся и громко возразил:

– Твоя правда, принцесса Ралфина, разве могу я опровергать слова и действия Правителя Шести Королевств?

Ралфина нервно прикусила губу, ожидая очередной выходки старшего брата.

– Что же, если воронам разрешено остаться, то им придется почитать праздник. – Идан повернулся спиной к воронам, не сдерживая наглой ухмылки на лице, и медленно стал спускаться по ступеням. – Кто из вас будет участвовать в турнире?

Арена вновь погрузилась в громкие волнения и перешептывания. Да, Идан славился беспокойным нравом и возмутительным языком. Но никто не ожидал, что он позволит ворону участвовать в королевском турнире.

Полнейший вздор!

Это решение было не только унизительным к гостям, но и безжалостным по отношению к воронам, – если на шеи магов надели немесфемы, то сумрачным воронам запретили носить прилюдно оружие. И как же участвовать в турнире юноше без оружия, если первым состязанием являлся бой на мечах?

– Вы не посмеете отказаться, потому что один из вас только что произнес – вы почитаете праздник, – продолжал Идан, руками указывая на песчаное поле. Он на миг обернулся, и его карие глаза встретились с черными глазами: молнии между принцем и вороном яростно вспыхнули. – Докажи мне, что твои слова что-то значат, ворон. И, возможно, в следующую встречу я отнесусь к вам более благосклонно.

Легким наклоном головы влево ворон молчаливо согласился. В толпе его собратьев кто-то резко протянул к нему руку, видимо желая, остановить (как и в тот раз на площади). Но он уже поспешил спуститься за Иданом на поле арены. Юноша скользил в толпе уверенно, несмотря на угрозы и колкости со стороны окружающих в его сторону. Он затянул потуже платок на затылке, покрывающий голову, поправил пояс на талии и, ловко перепрыгнув барьер, встал вдали от участников, отличаясь прямой осанкой, уверенным взглядом и достаточно высоким ростом.

Ралфина, наблюдая за полнейшей бессмыслицей, все же тревожно подняла руки в стороны: раздался громкий шлепок ладони о ладонь – она открыла королевский турнир.

Толпа мгновение держала в напряжении, но вскоре послышались восторженные голоса, вскрики и аплодисменты. Ведущий турнира вновь стал произносить пылкую речь, а музыка зазвучала громче прежнего. На арену вошли гвардейцы, указывая участникам место первого состязания.

Идан тем временем оживленно взлетел по ступеням к отцу и сестре.

– Не плохое я устроил представление? – Голос его звучал легко. Он явно не осознавал, какой поступок совершил. С довольным выражением на лице, принц сел рядом с отцом, поправляя одежду: на белом долгополом кафтане заискрились золотые нити. – Отец, ты вновь молчалив, неужели и здесь тебе нечего сказать?

– А тебе, видимо, есть, что сказать, Идан. Как посмел ты в присутствии малого совета, высокородных господ и простых людей изводить сумрачных воронов? Высказываться в присутствии Правителя? – Ралфина дернулась к брату. На счастье Идана, он сел по другую сторону Правителя, и она не посмела схватить его, хоть и очень хотела. – Мало было тебе ударить ворона на площади, так ты еще и на арене решил это сделать?

– Глупая, однако, же ты, девчонка, Ралфина. Защищаешь тех, чьи руки по плечи в крови. Если я не покажу им власть и не укажу их место, то они могут натворить немало бед. Да и к тому же откуда мне знать, кто или что устроило взрыв на площади? Первыми под подозрение попадают именно они. А потом уже твой женишок Эйрвен.

– Что? – Задетая грязными словами, Ралфина сжала в гневе ладони, впиваясь ноготками в кожу.

– А что, я не прав? Уж извини, но я сильно сомневаюсь, что Эйрвен или же ворон придерживаются вежливой учтивости и правильной мысли. Ворон – дикая кочевая тварь, а Эйрвен – редкая и высокородная тварь!

– Что ты такое говоришь? – Ралфина громко поразилась словам брата: эмоции взяли верх над разумом. – Ты ведь ничего не знаешь об их учтивости и мыслях. И ничего не зная, как можешь ты так грубо выражаться?

– А ты знаешь? Что ты знаешь о них? – огрызнулся тут же Идан, вцепившись ядовито в недовольный взгляд младшей сестры.

– Идан, прекрати, будь сдержаннее. На вас смотрят люди, – сделал замечание серьезным голосом главнокомандующий Варсис. Он стоял, словно твердое дерево, около семьи Асцелла в присутствии гвардейцев. – Да и советники следят за твоими высказываниями.

– Ты будущий Правитель. – Не унималась Ралфина. – Хочешь, чтобы после праздника разнеслась молва о взбалмошном и жестоком наследнике? Мы представители Дома Асцелла, наш предок…

– Знаю, знаю, опять будешь вспоминать первого царя? – недовольно вскинул руки вверх Идан, закатив при этом глаза. – Он жил две эпохи назад. Тогда люди, земли и Боги были другими.

– Идан, тебе следует следить за своим языком, – неожиданно грубо прозвучал укор Правителя, останавливая тут же шумный спор детей, но взгляд его внимательно следил за первым состязанием на арене. – А еще тебе действительно стоит задуматься о своем положении, ты – будущий Правитель, а Правитель не дерзит и не машет кулаками, он разумно ведет борьбу высоким разумом.

– Ох, отец, что значит не стоит дерзить? Я лишь указал воронам место, разве это дерзость?

– Им и без тебя указали место, – утвердительно подытожила Ралфина. – В отличие от тебя они его знают. А вот ты – нет.

Но Идан, как бы ни желал разжигать спор, вдруг замолчал, дернулся вперед, тело его напряглось, а глаза широко распахнулись – сумрачный юноша на поле, без меча, прошел первое состязание и уверенно следовал ко второму.

Заметив первую победу ворона, уголки губ Ралфины невольно потянулись вверх, а глаза внимательно стали следить за его изящными, но в то же время резкими движениями: юноша ловко проходил испытание за испытанием, будто к этому он готовился всю свою жизнь. Его умение преподнести себя и преодолевать трудности испытаний привлекли каждого зрителя и ненавистные взгляды, перешептывания и осуждения стали постепенно и с настороженностью теплеть.

Удивил присутствующих и Эйрвен Деворанс. Как и подобает главнокомандующему орденом Стылых и наследному принцу Шинтая, он мастерки проходил состязание за состязанием.

Спустя долгие часы упорного прохождения турнира, обыграв почти всех участников, ворону осталось пройти пятое и последнее состязание. И соперником его на пути к победе оказался – Эйрвен.

В истину неслыханное и захватывающее зрелище.

И еще, можно сказать, что и знаменательное: на поле арены одновременно стояли представитель королевства Шинтая и представитель сумрачных воронов.

Некогда бывшие враги оказались на одном поле.

– Вот это да. Не ожидал, что увижу мага и ворона в такой ситуации, – воскликнул Идан, хлопая в ладони и широко улыбаясь. – Я же говорил, что зрелище устроил потрясающее!

Но Рейнарду и Ралфине не показалось это столь уж потрясающим зрелищем: они взволновано переглянулись, услышав вскрики для поддержания той или иной стороны.

Варсис, уловив давление и заметив кивок Правителя, поспешил к полю, чтобы находится ближе к участникам. Ведь юноши в лучшем случае могли задеть друг друга словами, а в худшем начать между собой бой, который затронет и остальных.

Но так казалось лишь тем, кто наблюдал со стороны. Тем, кто желал зрелищ.

На самом же деле, Ралфина стала замечать, как сумрачный ворон и наследный принц Шинтая держатся на поле, словно прошлое их не волновало, словно их предки не поубивали друг друга, сменив направление истории и закончив эпоху роковыми событиями. Они не задевали друг друга словами, колкостями или жестами. Это подсказало ей, что они высоко воспитаны. Сдержаны. И что они решили прибегнуть к судьбоносному событию с особым самообладанием и холодностью, хоть и крики окружающих горячо подстегивали их разум и гордость.

– А теперь отважные юнцы и уважаемые зрители, впереди вас ожидает самое вдохновляющее состязание – стрельба из лука на перехват!

Пятое состязание было захватывающим и интересным не только потому, что оно выявляло победителя королевского турнира, а сам приз интересовал присутствующих – им являлся поцелуй принцессы Шести Королевств (кубок в виде дерева из чистого золота размером с мужскую ладонь был не в счет).

Ралфина никогда не скрывала свои навыки и способности. Она часто демонстрировала стрельбу из лука, поэтому и проявила желание участвовать в последнем состязании турнира. И получив одобрение Правителя, принцесса, придерживая руками подол платья, медленно прошла на песчаное поле под звуки аплодисментов и барабанной дроби. Два гвардейца вручили ей деревянный расписной лук и стрелы, одев поверх платья легкую кольчугу, а на голову шлем. Он оставлял открытым лицо. Встав около деревянного столба и положив красное яблочко на шлем, Ралфина застыла, ожидая первого участника.

Первым на поле вышел Эйрвен. Трибуны молчаливо нависли над полем, ожидая и внимательно наблюдая. Ралфина, мягко улыбнувшись ему, медленно натянула тетиву и, сделав глубокий вдох, ровно пустила стрелу. Стрела проскочила, задев ухо принца, и влетела в песок – Эйрвен не смог вовремя повернуться и поймать.

Он широко раскрыл глаза, удивляясь искусству стрельбы. И хлопнул пару раз в ладони, восхищаясь.

Ралфина же побледнела, но щек коснулся румянец – она была уверенна, что Эйрвен поймает ее стрелу и станет победителем. Его победа значила для нее слишком много.

Но, кажется, судьба решила сыграть злую шутку. И сыграть не только с ней, но и со всеми присутствующими: ворон должен был проиграть еще в первом состязании, да он вообще не должен был здесь находиться, но, увы, он превосходно справился и ожидал своей очереди.

Если он поймает стрелу, то станет победителем турнира.

Сумрачный ворон – предатель и убийца – победитель королевского турнира.

Не слыхано.

– Очень жаль, Эйрвен Деворанс, но вы выбываете из турнира, – осторожно, не теряя ободряющего настроя, продолжал ведущий. Его взгляд коснулся Правителя и, получив одобрительный кивок на дальнейшее мероприятие, он продолжил: – А теперь выходит на поле сумрачный ворон, который показал нам превосходство и умение на протяжении всех состязаний. Покажи храбрость и ловкость в последнем.

Эйрвен уважительно поклонился публике, поклонился ворону – и получил поклон в ответ.

Принцесса, проводив скромным взглядом Эйрвена, на мгновение взволнованно взглянула на юношу в черных одеждах. Его лицо было наполовину закрыто шелковой тканью, но глубокие глаза его были нескромно устремлены на принцессу. Этот таинственный сумрачный ворон сделал поклон и повернулся к ней спиной. Ралфина достала стрелу из колчана и медленно натянула ее.

Публика затаила дыхание.

Ралфина затаила дыхание.

С тревогой в сердце она глубоко вдохнула свежий воздух и вновь выпустила чисто стрелу. Сумрачный ворон прокрутился левой ногой в левую сторону, схватил стрелу и резко выпустил ее из своего лука, попав прямо в яблочко. Яблочко упало со стрелой на песок. А Ралфина, часто моргая, облокотилась растерянно спиной о деревянный столб.

Толпа была не менее ошеломлена. И первым нарушил напряжение Правитель – он хлопнул в ладони. И вскоре послышались неравнодушные голоса и хлопки в ладони. Зазвучала торжественная музыка и барабанная дробь. Посыпались яркие ленты на песок.

– Вот это выстрел. Браво. В истину эпохальное представление. – Ведущий турнира не мог не похвалить мастерство ворона. Он два раза хлопнул в ладони, поднимаясь по ступеням арены все выше и выше. – Что же, как победителю королевского турнира, вам предоставляется приз: золотая копия мирового дерева Вархара и поцелуй принцессы Шести Королевств Ралфины Асцелла.

Ралфина все еще прижималась к столбу: ее тело было скованным, напряженным, а глаза воровато блуждали по песку, боясь взглянуть на отца, брата, на Эйрвена, или того хуже – увидеть глаза ворона.

Но ворон решил приблизиться к ней.

Подняв все же на него глаза, Ралфине вдруг показалось, что приближается к ней не опасный юноша, не убийца и не предатель, а центр всего мироздания… И он медленно плывет к ней, закрывая своей широкой спиной любопытные взгляды гостей, озлобленный оскал Идана, взволнованный взгляд Эйрвена, а также удивительно мягкое лицо отца. Тело Ралфины от нахлынувшего жара прижалось еще сильнее к столбу, а ноготки вцепились в дерево до боли. Приближение ворона оказалось для нее волнующим, и в то же время пугающим. Ее тонкие пальцы оторвались от дерева и невольно вцепились в ткань платья, но правую руку она протянула для поцелуя. Но ворон не взял ее ладони: он приближался все ближе, нарушая все дозволенные границы. Ралфина смущенно увела взгляд в сторону, больше не желая смотреть в его глаза: взгляд был неукротимым, волнующим, диким… таким, который она не встречала на себе никогда.

Неожиданно ворон коснулся левой рукой ее подбородка.

– С этого момента не отводи от меня взгляда, – прошептал он низким голосом, смело направляя лицо принцессы ближе к себе. Спустя, казалось бы, вечность, он нежно коснулся губами ее губ через шелковую черную ткань.

Ралфина застыла, заморгала, чувствуя на губах и во всем теле пылкий жар и одновременно колкий холод. Ее коснулся трепетный аромат трав, опьяняющий дым.

Публика, ошеломленная неожиданным поворотом событий, замолкла, привстала и заохала. Музыка остановилась, и сдавливающий гул заполнил арену. Шумный ведущий не смог найти слов на этот раз, он остановился, вытер пот со лба платочком и стыдливо посмотрел на Правителя Рейнарда, расправляя руки в разные стороны сконфужено.

Правитель тем временем встал. Сдерживая эмоции и волнение, он резко схватил сына за рукав: Идан решил поспешить на поле – теперь-то ему явно можно ударить сумрачного ворона, а возможно и вовсе повесить их всех на площади. Но Правитель не позволил принцу насладиться низостью. Он резко вскинул руку вверх, давая понять жестом гвардейцам, что хватать за этот поступок ворона не стоит: призом являлся поцелуй, и победитель его получил. Правитель стал громко произносить речь о том, что еще многое предстоит успеть за предстоящую ночь, и призвал всех желающих на пир и танцы на центральной площади. Гости обратили внимание на него и, повинуясь, медленно стали покидать арену, но украдкой поглядывали на принцессу и на ворона.

Юноша, отстранившись от поцелуя, сделал шаг назад. Он не отводил от Ралфины взгляда. Это мгновение могло бы выглядеть грязно, робко, странно – очень странно – если бы не в его глазах Ралфина стала замечать едва воскресшее мерцание, словно звезда сверкнула, напоминая о себе в темную ночь.

Не смея больше погружаться в эту пугающую глубину, принцесса схватила подол платья и скорее поспешила покинуть поле. Так и не узнав имя того, кто украл ее поцелуй…

Глава 6. Праздник цветения дерева Вархара. День третий. Великий совет.

«Первый Великий Совет был собран мной среди дикой зелени и валунов в присутствии величественных Небесных Богов и первых королей на вершине горы, имя которой – Аламак. Что означает «Первый свидетель». Мы собрались здесь, дабы установить вечное противостояние между добром и злом, процветанием и угасанием, между борьбой прошлого и будущего, между совершенством и несовершенством, между гармонией и справедливостью».

Запись взята из третьего дневника первого Правителя Шести Королевств Альфарда Асцелла.

Эйрвен не находил себе места, ведь сегодня на закате он собирался отправиться домой. Но никакого таинственного незнакомца с таинственным ящиком он не повстречал. Более того, Правитель Рейнард, поймав его после окончания королевского турнира, пригласил на Великий Совет. Он не особо желал провести оставшееся время в городе с властными (ходили слухи, что эксцентричными) особами.

Великий Совет по укоренившимся обычаям проводил Правитель каждый год, собирая королей и королев в роскошной зале, где когда-то впервые собрал первых владык Альфард Перворожденный. Но его отец, Зоран, вот уже восемнадцать лет игнорировал это важное мероприятие. И Эйрвену, как бы сильно не хотелось, но ничего не оставалось делать, как принять приглашение Правителя и в назначенное время пуститься в мир туманных раздумий, горячих сплетен и фривольных фразочек относительно магии и сумрачных воронов.

Но пока наступало раннее утро, довольно обыденное и прохладное. И Эйрвен решил познакомиться с рукописями его любимого мудреца Аларика. А где же находятся знаменитые рукописи? Конечно же, в знаменитой библиотеке Шести Королевств.

Все в Суири казалось Эйрвену диковинным, удивительным и манящим, начиная от расположения города у горы и заканчивая самым дивным построением – замком Поднебесные Врата. Но Эйрвен предполагал, что библиотека не удивит, ведь и в его родном городе располагалось многоэтажное построение в недрах потухшего вулкана с огромным количеством знаний.

Разве что-то иное может сравниться со спящей силой?

Но он ошибался – может.

Библиотека Шести Королевств – одно из самых древних, достойных и удивительных построений – располагалась в восточной части города прямо в глубине подножия горы Аламак. Громоздкие двухстворчатые двери, охраняемые гвардейцами, невозможно было не заметить. Золотые узоры переплетались на дереве и сверкали под солнечными лучами. Ее обрамляла арка, украшенная плетистой белой розой. Извилистая дорожка от библиотеки вела прямо к центральной площади и была сделана из камня, по краям которой стояли маленькие фонарики. Но внутри помещение выглядело простоватым. Стояла легкая прохлада, чувствовались нотки влажности, пергамента и… травяного отвара? От каменного пола до каменного низкого потолка тянулись каменные, встроенные в стены, полки. Комнатки, коридоры и лестницы путали искателя знаний, и не было ни одного места, где бы не лежали или не стояли книги, рукописи, эскизы, картины, горшки и статуэтки.

Эйрвен, поприветствовав гвардейцев и показав разрешение на посещение, сделал шаг вперед и сразу же скользнул длинными пальцами по корешкам кожаных переплетов и по сверткам, отчего уголки его губ потянулись с наслаждением вверх. Он вильнул в темный коридор и рассмотрел внимательно то, ради чего сюда пришел (рукописи мудреца Аларика являлись исключением) – медленно двигались в воздухе книги и рукописи…

Библиотека была благословенна Небесной Богиней Стихий. Это одно из немногих мест и предметов на континенте, где магия действовала естественным образом: книги здесь двигались и порой сами раскрывали нужные страницы.

Эйрвен шел медленно, с явной надеждой дойти до самого дна знаний, хоть и знал, что никто так и не добрался. Он вдыхал прохладный воздух, рассматривая при слабом искусственном свете старинные книги, и пытался поскорее найти «Сказание о Небесных Богах». Как вдруг поскользнулся и вломился в узкое, но достаточно высокое помещение. В углу стояло бархатное зеленое кресло, у резных ножек примостился ажурный фонарь и фарфоровая чашка с отваром – так вот откуда аромат! Светлые глаза Эйрвена взглянули на девушку: она невольно оторвала взгляд от рукописи, с пола подняла ажурный фонарь и с удивлением воскликнула:

– Не может быть, вы вновь потерялись, Эйрвен?

– Принцесса Ралфина, доброе утро. Прошу прощения, в это трудно поверить, но я действительно потерялся, – скромно и в тоже время легко ответил он, стряхивая пыль с голубой рубахи. – Перед Великим Советом решил заглянуть в библиотеку, но случайно упал в ваши потайные покои.

– Вы довольно проницательны. О! Так вы будете присутствовать на Великом Совете? Это такая честь. Расскажете мне потом, о чем говорят великие короли и королевы? – Ралфина говорила тихо, оставив в воздухе рукопись: та сначала задержалась в воздухе, затем свернулась в трубочку и тут же поплыла на самую верхнюю полку.

– С удовольствием. – Улыбнулся Эйрвен в ответ, не отрывая взгляда от принцессы. – Как ваше самочувствие? На королевском турнире вы были бодры.

Ралфина, вспоминая королевский турнир и неожиданный поцелуй, мгновенно побледнела, опустила глаза, но все же ответила:

– Каждое утро, для снятия воспаления, мне необходимо пить отвар, кажется, там присутствует мята, фенхель и мелисса.

– Вполне действенный сбор, – согласился Эйрвен, качая головой.

– Откуда вам хорошо известны секреты траволечения?

Эйрвен вдруг как-то с тоской взглянул в глаза Ралфины: и она тут же поняла, что это касается его матери… Конечно, как же она могла забыть известную на все королевства госпожу Морозной долины. Ее силу, ее удивительную магию, ее судьбу и такую же известную смерть.

– Прошу прощения, Эйрвен, – Ралфина, не отводя взгляда, тяжело вздохнула и сменила тему разговора: – Что вы желаете прочитать?

Она поднялась с кресла, поправляя шелковое платье с длинным шлейфом – в это мгновение в глазах Эйрвена она выглядела легкой, не такой величественной и смелой, как выглядела на королевском турнире – и медленно приблизилась к нему, все еще держа в руке фонарь.

Эйрвен смущенно скользнул взглядом на фарфоровую чашку с ароматным отваром:

– Недавно мой друг смог достать часть копии рукописи мудреца Аларика, а я хотел бы прочитать всю. Она называется «Сказание о Небесных Богах».

– Неужели в Шинтая нет копии? Это самая известная рукопись во всех королевствах, известнее, чем дневники Альфарда Великого, – парировала Ралфина, огибая Эйрвена и рассматривая его одежду небесных оттенков и морозный узор на спине, а остановив взгляд на волосах, напоминающих ей древесный пепел, продолжила: – Почему вы хотите ее прочитать, Эйрвен?

– Я думал, мы с вами нашли общие темы для разговоров, но сейчас я чувствую себя на допросе, – заметил Эйрвен, приподняв брови и убирая руки за спину: на пальце сверкнул серебром перстень. – Я открыт перед вами и честно отвечу: мой отец не позволяет мне много знать, потому что желает видеть меня неблагоразумным. Он считает, что знание – это сила.

Услышав признание, Ралфина удивленно взглянула на принца: ее отец делает все, чтобы она была умной и любознательной, не отказывая в изучении рукописей. Но что же не так с королем Зораном? Почему он считает знания важными, но не силу и магию? Почему он не желает видеть своего сына достойным королевского трона? Да и к тому же Эйрвен единственный наследник, ему просто необходимо знать нужные и правильные вещи…

– А вы считаете, что знание и есть сила? – спустя мгновение, поинтересовалась Ралфина.

– Считаю. Именно поэтому я сейчас в самой богатой на знания библиотеке. – Мягкая улыбка окрасила бледное лицо Эйрвена. – И даже если вы мне скажете, что здесь трудов Аларика нет, то я отыщу способ найти их в другом месте.

В глазах принцессы сверкнуло изумление. Она улыбнулась в ответ и, приподнимая указательный палец вверх, торжествующе проговорила:

– Ну что же, Эйрвен, вам улыбнулась сама удача, потому что вы попали в мою личную библиотеку, и трудов великого мудреца Аларика здесь полным-полно.

Она без стеснения призвала Эйрвена примоститься в мягкое кресло и достала с полки еще одну чашку и маленький керамический горшочек с травяным отваром.

Эйрвен стал скромно рассматривать принцессу, удивляясь какой многоликой может быть она. В лесу Ралфина плакала и боялась, на турнире смело остановила своего брата Идана и защитила сумрачных воронов, а в библиотеке легко и романтично размышляла.