![О несчастном ректоре замолвите слово. Ректор обыкновенный, подвид бесправный](/covers_330/70100464.jpg)
Полная версия
О несчастном ректоре замолвите слово. Ректор обыкновенный, подвид бесправный
Как только нежелательные элементы покинули новое хозяйство Марины, она обратила все внимание на двух расслабленных мужчин, один из которых замер в ее кресле, а второй направился к ней. Когда они заступились за нее, это не могло не порадовать, однако возник вопрос: почему?
– Спасибо, – проговорила она.
– Не стоит, – отозвался Найтмер, – это не ради вас.
– Все равно я благодарна.
Какие бы ни были мотивы, результаты были теми, какие нужны. Вряд ли бы она смогла противостоять противной парочке в одиночестве. Да что там – вряд ли, совершенно точно не смогла бы. И все же любопытно…
– Тогда можно спросить: в чем причина вашей помощи?
На нее посмотрели немного удивленно, будто она глупость сморозила.
– Мы здесь для того, чтобы предотвращать убийства, а не способствовать им. Или вы не поняли, что Селиванов имел в виду?
– Нет, нет, я поняла. Просто… не думала, что вы… не поддержите его.
Марина смутилась: когда загоняют в ловушку, ничего хорошего не ждешь. И уж точно не думаешь, что у пушечного мяса есть права, а не только обязанности.
Между тем Кайдэс остановившись рядом, попросил:
– Дайте вашу руку.
– Снова резать будете? – осторожно спросила она, тем не менее протягивая.
Мужчина чуть улыбнулся:
– Нет, всего лишь небольшой подарок.
После чего легко надел на руку браслет: очень простой, тонкий, без излишних узоров, из золотистого, матового дерева. Непрезентабельное украшение мягко охватило запястье, сев как влитое.
– Это артефакт, так что не снимайте, даже когда будете заниматься гигиеническими процедурами. С ним ничего не случится, а вам он в случае нападения на минуту сохранит жизнь и даст нам возможность прийти на помощь.
Вот теперь Марина оказалась не просто удивлена, а поражена в самое сердце, хотя если вспомнить слова Кайдэса в начале знакомства… он так и сказал: мертвой она не нужна. Но тот же Джек… Она почувствовала, что запуталась, в голове воцарился сумбур. Троица мужчин, расследующая дело об убийствах ректоров, откровенно пугала, вызывая практически первобытный страх. И вот сейчас, когда заступились, помогли, открылись совершенно с другой стороны, показавшей их совсем не бездушными личностями. Какие же должности они занимали в Наблюдательном Совете, что имели право поступать, как считали нужным и, мягко говоря, послать самоуверенного Селиванова? Да так, что тот растерялся и испугался до полной потери контроля над собой. Марина передернула плечами, осознавая, как много ей еще предстояло узнать об этом мире и его обитателях.
– Хотелось бы конечно дать вам более сильный и надежный артефактом, но это опасно, – пояснил Кайдэс, отступив. – Дело в вашем договоре с Академией – нельзя переборщить с защитой, иначе она сочтет это за нарушение, препятствием. Вас спасает то, что вы человек и исключительно слабы, поэтому кое-что для вашей защиты мы сделать можем. Завтра…
– Завтра, – перебил его Найтмер, наконец-то озвучив цель своего визита, – я заберу Марину Даниловну на внешнюю территорию Нави, поэтому ничего не планируй.
Кайдэс вопросительно посмотрел на коллегу, ожидая конкретики.
– Отвезу ее к Любушу и Масуну, – непонятно для Марины, но понятно для него ответил навий.
– Хорошая идея, – тут же одобрил идею Фианах. – Насчет ядов не думал?
– Яды задействуем в крайнем случае, пока без надобности и опасно. Все-таки Академия – капризная сущность, может и взбрыкнуть.
– Подождите! – Марина переводила взгляд с одного на второго. – О чем вы сейчас говорите?
– Любуш Керс – специалист по вредоносным заклятиям и проклятиям, Масун – сильнейший в Навьем Королевстве телепат. Они поставят вам блоки от вмешательства в разум и защиту от некоторых проклятий. Иначе вас слишком легко подчинить и прочитать. Очень небезопасно и уменьшает вероятность вашего выживания в нашем мире.
– Как эти мастера узнают, до какого предела нужно ставить защиту, чтобы не нарушить договор с Академией? – подозрительно спросила она, обдумывая новые факты о собственной зависимости от трудового договора.
– Вы правильно сказали: они мастера своего дела, поэтому поймут и точно определят пределы доступные вам.
Марина кивнула – скорее своим мыслям, чем словам. Надежду она задавила на корню, стоило той поднять голову. Рано. Она еще ничего не знала, кроме сведений, которые ей говорили другие. Однако действия Кайдэса и Найтмера пока давали возможность считать, что ее труп им все-таки не нужен. По крайней мере этим двоим, и по крайней мере пока. Идея с наложением на нее защиты тоже понравилась – среди сверхъестественного и выживать по сверхъестественному нужно. Лишь бы мастера не добавили никаких неприятных сюрпризов во время процедуры, но это, увы, она проверить не могла. Поэтому не стала беспокоиться лишний раз.
– Будьте готовы к третьему часу Юдоли, – сообщил ей Найтмер.
– Хорошо. Можно вопрос? – спросила Марина, когда мужчины собрались уходить.
– Слушаем.
– Селиванов. Какую должность он занимает в Академии?
– Тоже собираетесь его уволить? – подколол Кайдэс. – Он возглавляет отдел юристов.
– В Академии есть юристы? – поразилась Хромова, проигнорировав первый вопрос.
– Есть, без них Академия не могла бы функционировать на должном уровне.
– Ясно.
На этом разговор закончился и мужчины оставили ее в компании саламандры, кинув прощальные задумчивые взгляды сначала по кабинету, а потом остановившись на ней. Поежившись, Марина возобновила уборку, выкинув из головы и лишние мысли, и неприятный инцидент, который оставил неоднозначное впечатление. По-хорошему лучше было бы сейчас засесть изучать всю имеющуюся у нее на руках информацию, но в свинарнике и правда не хотелось находиться. Вся эта пыль, грязь уже буквально пропитала ее насквозь и даже постоянно меняющаяся вода, приносимая Топычем, не способствовали их уменьшению. Помог бы только долгий и тщательный душ, но в ближайшие часы о нем можно было и не мечтать. Еще возникали беспокойства насчет местного времени суток – бодрствование у навий длилось дольше и нужно было привыкать к новому распорядку дня. Вот только Марина опасалась, что не выдержит сегодня и бессовестно уснет в самый неподходящий момент.
Но буквально через десять мину девушке пришлось подкорректировать собственные планы. Так как двери не осталось, постучались в дверной косяк. На пороге застыли двое незнакомых мужчин в серо-фиолетовой форме в компании лохматых созданий, напоминающих темную и жуткую версию мишек Гамми из детства.
– Здравствуйте, госпожа ректор, – проговорил один из них, – нас прислал проректор к вам на помощь. Что нужно делать?
Марина бросила мокрую тряпку обратно в ведро и приветливо улыбнулась. Неожиданно стало очень приятно от того, что о ней все-таки подумали и заметили, что помощь необходима. Когда мужчины уходили, она даже не подумала попросить их, в голову не пришло, а тут сами, не отмахнулись.
– Здравствуйте! Проходите. Работы предстоит много, нужно сделать вот что…
Раздавая команды и объясняя дальнейшие планы по уборке, Марины радовалась, что привести в порядок свой кабинет теперь будет попроще. Двое сильных мужчин и два жутких создания, рядом с ними, подстегнут скорость происходящего и смогут не только перетаскать то, что она сама поднять была не в состоянии, но и сделать многое другое. Неплохо было здесь все еще покрасить, как и обои хотя бы сменить, но, если станет чисто – уже половина победы. А еще она решила для себя как можно скорее засесть за нужную литературу и прочесть о правилах и порядках в Навьей Академии. Завтра, если будут силы и возможность, планировала познакомиться с преподавательским составом и наконец-то выяснить, какие должности занимает тройка загадочных и непонятных мужчин, с которыми столкнула ее жизнь.
Быть может, только быть может, Навья Академия все-таки не станет для нее чем-то уж совсем плохим.
ГЛАВА 6
Марина проснулась в десятом часу Пагубы, то есть за три часа до местного рассвета и за шесть часов до назначенного Найтмером времени. Иными словами, все-таки не дотянула до нужного, но и не провалилась совсем уж в ярые двоечницы. Вчера она досиживала последние часы, стараясь не уснуть, исключительно благодаря силе воли. Но все равно отключилась где-то в восьмом часу Требы – неимоверно устала за прошедший день, полный ужаса, преодолений себя, моральных и физических нагрузок. Зато сейчас, потягиваясь и расслабленно слушая тиканье часов на стене, чувствовала себя достаточно отдохнувшей и не такой разбитой, как предполагала. Темно-стальные с пятнами-разводами шторы плотно закрывали широкое окно комнаты, которая отныне считалась ее спальней, и не пропускали тусклый, но надоедливый для сна ржавый свет. Вот он минус отсутствия смен дня и ночи, но не смертельно, привыкнет. Некоторое время Марина наслаждалась переливами бархатистой ткани в полумраке, но слишком долго лежать не захотела и включила прикроватный светильник.
Вчерашняя генеральная уборка кабинета, начавшаяся так сложно и муторно, неожиданно закончилась для нее достаточно быстро. В какой-то момент двое серьезных помощников с мишками Гамми из кошмаров, оказавшимися проводниками-домовыми, перехватили у нее инициативу, оттеснили в ректорское кресло и за считанные пару часов привели кабинет в очень приличный вид. И как-то они это сделали, что никакая покраска и новые обои не потребовались, даже дверь новую поставили. Получилось неплохо, учитывая, в каком состояние находилось помещение ранее. Немалую роль сыграли домовые в деле чистки. Их круглые, лохмато-пушистые тела сноровисто носились вокруг, заставляя пыль, хлам и мебель буквально летать, самоуничтожаться и заменяться чем-то новым. Марина с каким-то небывалым восторгом смотрела на проявление их магии и не могла оторваться. И хорошо, что большее внимание уходило именно на это. Жутковатые провалы глазниц лохматых проводников, в глубине которых горели фитильки зеленоватых огоньков, буквально заставляли стыть кровь в жилах, стоило им глянуть на нее.
Страшные создания. Без преувеличения и детских воспоминаний о забавном и таком добром домовенке Кузе. Домовых Навьей Академии добрыми назвать бы не рискнул даже самый оптимистично настроенный оптимист. Да что там! Попади один такой чудик в роулингский Хоггвартс и тамошним магам вмиг организовали школьный переворот, революцию и апокалипсис по-домовому за раз. Волан-де-Морт отдыхал бы в сторонке, нервно покуривая и завидуя. Марина осторожно гладила пристроившегося рядом Топыча и настороженно следила за миниатюрными кошмарами, носящимися мимо нее, вокруг нее и творящими совсем не сказочные чары. Не к месту вспоминались земные байки о том, что домовые вполне могли задушить своих хозяев, садясь спящим на грудь, напакостить или сотворить еще что-то непоправимое. Ставило в тупик еще и то, что парочка домовят иногда старалась к ней приблизиться на достаточное расстояние, чтобы коснуться. Но здесь спасал верный огненный ящер, отпугивая их внушительными клыками в добродушном оскале и не позволяя вольностей.
В остальном все было прекрасно. Добровольцы-помощники даже обеспечили Марину головастыми и болтливыми чучелами, которые заинтересовали ее после посещения кабинета Кайдэса. Хромова специально интересовалась у них, есть ли еще такие, но только бесхозные, и в чем их полезность. Оказалось, что полезность имелась и немалая. Головы-чучела соединялись единым разумом друг с другом по всей Академии и могли наблюдать, следить, общаться и слать сообщения друг другу (и не только) в пределах всей Навьей Академии. Если они заключали с кем-то контракт, то служили единственному хозяину, информируя его и, грубо говоря, шпионя за неспокойной действительностью здешних территорий. Марина тут же попросила притащить ей пятерых голосвастиков, желая иметь надежных подчиненных под боком. А когда получила, сразу же заключила с пятью этими говорливыми созданиями договор и в очередной раз устроила сеанс кровопускания. Радости это не принесло, но того стоило. Лишние глаза, уши и что там у них было никак не могли помешать ректору в новой работе.
Разобравшись с одним из главных вопросов – уборкой, Марина попросила Топыча отвести ее в квартиру, или где там она отныне жить будет. Ведь должен же он был знать о такой простой вещи? Или это нужно было согласовывать с кем-то из тройки? Но саламандра знал и совсем не удивился просьбе. Пока Марина грузила его пакетами с документами и книгами, собиралась попросить присланных помощников донести ей чемоданы с сумками до квартиры, но не потребовалось. Широким шагом внутрь вошел Найтмер и, окинув помещение оценивающим взглядом, их отпустил. Сам же невозмутимо поднял багаж и повел ее на верхние этажи. На этот раз путь наверх оказался не настолько экстремален и привел их к лифтам Академии. Некоторое время пришлось ждать, когда они подъедут, а после терпеть, когда доедут до жилого этажа. Хоть Марина и не дергалась из-за этого, но все равно подумала, что настоящая морока столько времени тратить на одни только переходы по замку. Как только студенты и преподаватели успевали перебираться с пары на пару, оставалось загадкой!
– Найтмер, а есть ли другой, более быстрый способ передвижения по этажам Академии? Только не такой экстремальный, как прыжки сквозь реальности и стены.
– Неизвестно, как в давние времена передвигались по этажам, но сейчас только такие способы и доступны, – ответил он. – На сегодняшний момент пары у студентов и преподавателей выстраивают таким образом, чтобы никто не срывал учебу и не опаздывал. А через пять-шесть дней Академия на вас настроится и станут доступны лестницы для более быстрой возможности куда-то попасть, перестанут хулиганить.
– Каким образом настроится? – удивилась Марина.
– Обычно, Академия настраивается на каждого ректора индивидуально. Это не особо затратная процедура и от вас ничего глобального не потребуется, но сама Академия станет менее хаотичной и неспокойной.
Более подробно пораспрашивать не удалось, они приехали. Жилой этаж отличался от рабочего, он был более уютным. Хотя бархатистая «обертка» из бордовых оттенков создавала ошеломительное впечатление в первые мгновения. Здесь было много интересных цветов в больших горшках, удобных, мягких диванов, на которые хотелось присесть, а то и полежать, и ворсистых ковров под ногами, которые тоже хотелось опробовать по назначению – побегать босиком. Марине понравилось. Особенно когда мимо пронеслась разъяренная черноволосая фурия – в переносном смысле слова, конечно, на самом деле очень красивая женщина – в одном шелковом халате и с саблей наголо. Гналась она за таким же полуодетым мужчиной, который уговаривал «солнышко» и «милую» не злиться, не дурить и вообще лучше приятно провести время вместе. Почему-то такие уговоры не действовали и «милая, солнышко» все так же порывалась его не то сразу убить, не то сначала кастрировать. Да, оказалось совсем не скучно, Марина оценила. И Найтмер тоже; ректор успела заметить его легкую улыбку, тронувшую жесткие губы.
– Проходите, – вскоре распахнул он девушке дверь в ее новые апартаменты.
Квартира оказалась очень просторной, этакие трехкомнатные царские покои, к которым дополнительно шли кабинет, кухня и ванная с туалетом. В отличие от кабинета здесь оказалось очень чисто, приятно и сказочно пахло – таким обычно бывает горный воздух в зимний период времени. В первые мгновения Марина растерялась, не зная зачем ей столько свободного места и что с ним делать, а потом пришла в восторг. Если уж быть смертницей, то хотя бы успеть пожить в роскоши, как какая-нибудь кинозвезда или аристократка. Она разулась на пороге и с удовольствием разглядывала новый дом в серебристо-голубых и серовато-зеленых оттенках. Здесь имелось все, что требовалось для жизни и, даже, сверх того. Найтмер, следовавший за ней, сказал, что в квартире тоже навели порядок, пока она находилась внизу, но чисто поверхностный – убрали пыль, проветрили, пропылесосили и что там еще нужно. После этого он поставил все сумки в углу и, оставив Марину в компании саламандры, ушел.
Некоторое время девушка пребывала в жгучей эйфории от шикарности квартиры, но потом вспомнила, что до нее здесь жили все умершие предшественники и градус восторгов снизился до здорового скептицизма и похолодания. Обходя комнату за комнатой, она сначала решила не слишком обживаться, но потом передумала. Не начать обживаться – значило бы признать свою скорую смерть, смириться с выбором, сделанным за нее, а Марина точно умирать не собиралась, и планировала сделать все возможное и невозможное для выживания. Поэтому оставшись в одиночестве, первое, что она сделала: стянула носки с ног и разбросала их по углам, потом сделала то же самое с диванными подушками, переставила несколько статуэток с места на место и, скрывшись в спальне, упала на кровать в позе звезды. Ошарашенный взгляд Топыча, следовавшего за ней, сказал многое о том, что он думал о своей хозяйке в эти мгновения. Но девушка только рассмеялась. Пусть так, зато это лучше, чем трястись в рыданиях и ждать смерти.
Но и разлеживалась она недолго, здоровый расслабон прервал неожиданный звонок во входную дверь. Звонивший оказался слишком настойчив и Марине прошлось идти открывать. На пороге она замерла, ошарашенно разглядывая Джека Фроста. Он широко ухмылялся, в одной руке держал упаковку с шестью банками пива, в другой громадную пиццу и еще какие-то пакеты с чем-то.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.