4 дня

Эта фраза повисла в воздухе.

КЛЭР

Такой вопрос может задать только мать.

МЭНДИ

Отец ничего не говорил.

КЛЭР

Правда?

МЭНДИ

Я слышала только его дыхание.

А потом шум машины.

Клэр представила, как этот человек ведёт машину, не останавливаясь. Три часа дороги. Ни одного ответа.

КЛЭР

Хорошо, что рядом с тобой будут близкие.

Мэнди опустила глаза.

МЭНДИ

Они должны были приехать на день рождения Эмили в следующем месяце. Не так. Я всё время думаю, что через пять минут она войдёт в эту дверь. С грязными ботинками. И я скажу ей снять их.

Клэр взяла её за руку.

МЭНДИ

Она была здесь.

КЛЭР

Я знаю.

Мэнди посмотрела в сторону окна. За стеклом лес превратился в тёмную массу.

МЭНДИ

Я не понимаю, как человек может исчезнуть.

КЛЭР

Я тоже.

Тем более вот так.

Мэнди продолжала смотреть на лес.

МЭНДИ

Как человек может быть здесь...

А потом его больше нет?

КЛЭР

Не знаю.

Но человек не перестаёт существовать.

Он должен быть где-то.

В саду снова затрещала полицейская рация. Обе невольно прислушались. Потом снова наступила тишина.

КЛЭР

Что думает полиция?

МЭНДИ

Не знаю.

КЛЭР

Они что-нибудь сказали?

Мэнди провела рукой по лицу.

МЭНДИ

Немного.

КЛЭР

Например?

МЭНДИ

Что она упала.

Клэр замерла.

МЭНДИ

Они нашли кровь.

Возле камня.

Говорят, скорее всего, она ударилась головой.

КЛЭР

Скорее всего?

МЭНДИ

Они пока не знают.

Нужно дождаться результатов анализов.

Клэр посмотрела на стол.

КЛЭР

Значит, она поранилась.

МЭНДИ

Да.

КЛЭР

Насколько сильно?

МЭНДИ

Они не знают.

Клэр кивнула. Потом что-то перестало складываться.

КЛЭР

Подожди.

Если бы она потеряла сознание...

Мэнди посмотрела на неё.

КЛЭР

Она всё ещё была бы там.

Тишина.

КЛЭР

Если бы она умерла...

Её голос стал тише.

КЛЭР

Она всё ещё была бы там.

Мэнди ничего не ответила.

КЛЭР

Значит, кто-то её забрал.

МЭНДИ

Не знаю.

КЛЭР

Нет.

Кто-то её забрал.

Мэнди повернулась к окну.

КЛЭР

Они ведь всё обыскали?

МЭНДИ

Да.

КЛЭР

Лес.

Дорогу.

Дом.

А море?

МЭНДИ

Тоже.

Клэр замолчала. Она пыталась найти объяснение. Любое объяснение.

КЛЭР

Тогда как это произошло?

МЭНДИ

Не знаю.

КЛЭР

Машина?

МЭНДИ

Никаких следов не нашли.

КЛЭР

Кто-то пришёл пешком?

МЭНДИ

Есть следы.

Они доходят до одного места.

А дальше кажется, будто... будто они просто начали лететь.

Я не знаю, что думать.

КЛЭР

А полиция?

Что она говорит об этом?

МЭНДИ

Говорит, что всему найдётся объяснение.

КЛЭР

А ты?

МЭНДИ

Я не могу его найти.

КЛЭР

В этом нет никакого смысла.

МЭНДИ

Я знаю.

КЛЭР

Если она упала...

И кто-то её забрал...

Зачем?

Мэнди опустила глаза. Именно этого вопроса она избегала уже несколько часов.

КЛЭР

Почему именно она?

Она помедлила.

Когда заговорила снова, её голос изменился.

КЛЭР

Как ты думаешь... кто-то мог причинить ей боль?

Мэнди посмотрела на неё с непониманием. Словно эта фраза была сказана на чужом языке.

МЭНДИ

Нет.

Ответ прозвучал сразу. Инстинктивно. Клэр кивнула, но не выглядела убеждённой.

КЛЭР

Я имею в виду...

Какой-нибудь незнакомец.

Больной человек.

Психопат.

Это слово повисло в воздухе. Мэнди покачала головой. На этот раз сильнее.

МЭНДИ

Нет.

Голос дрогнул. Мэнди закрыла рот рукой.

МЭНДИ

Я не понимаю.

Клэр крепче сжала её руку. У неё не было ответа. Его не было у полиции. Его не было ни у кого. За окном лес оставался неподвижным. Тёмным. Чужим.

ГЛАВА 10. После тишины

Свет в гостиной так и остался включённым. В коридоре тоже.

Кухню заливал холодный, слишком яркий свет, совсем не похожий на освещение в остальной части дома. Некоторые комнаты оставались в полной темноте. Мэнди сидела на диване, не двигаясь. Телефон лежал рядом. Экран время от времени загорался от новых уведомлений, но она их больше даже не читала. Она продолжала смотреть перед собой, не задерживая взгляд ни на чём. Время перестало течь привычным образом ещё несколько часов назад. Наконец она поднялась.

Почти бесшумно прошла по коридору. Остановилась перед комнатой Эмили. Дверь всё ещё была открыта. Её вдруг охватило нелепое чувство, что стоит войти, и всё окажется на своих местах. Эмили спит в кровати. Ботинки разбросаны по полу. И всему найдётся простое объяснение. Кровать была аккуратно застелена. Игрушки лежали на своих местах. Рисунки Эмили висели на стенах. Никаких следов того, что она уходила.

Никаких следов её отсутствия. Комната не казалась пустой.

Она казалась комнатой, которая просто ждала, когда ею снова будут пользоваться. Мэнди вошла. Села на край кровати. Она ничего не трогала. Долго сидела неподвижно. Потом медленно опустила взгляд.

«Эмили...»

Это слово прозвучало почти беззвучно. Наступившая тишина не показалась даже отрицательным ответом. Она была чем-то хуже. Дом больше не умел возвращать звуки. Она просидела ещё несколько секунд. Потом поднялась. Вышла из комнаты и закрыла дверь. На кухне холодный свет лампы делал всё вокруг ещё холоднее. Стол всё ещё был накрыт на двоих. Маленький стакан рядом с тарелкой, к которой никто не притронулся. Она смотрела на стол, не подходя сразу. Потом положила обе руки на край стола. Через несколько секунд тело перестало её держать. Она медленно села. Холодильник тихо и ровно гудел.

Больше не было никаких звуков.

«Этого не может быть...»

Она произнесла это почти неосознанно. Фраза так и осталась незаконченной. Повисла в воздухе, потому что следующая мысль так и не появилась. Дом вокруг неё продолжал жить своей обычной жизнью. Горел свет. Все вещи были на своих местах. Стулья. Тарелки. Рисунки на холодильнике. Не хватало только Эмили. И именно поэтому её отсутствие казалось невозможным понять. Спустя время, которое она уже не могла измерить, Мэнди снова поднялась. Вернулась в гостиную. Села точно на то же место. В той же позе. Снова крепко сжав руки.

Но теперь она уже ничего не ждала. Она просто оставалась там.

И сама того не заметив, именно в этот момент начался настоящий разлом. Не разлом времени. Разлом между миром, который она знала, и тем, который должен был прийти после.

С этого момента всё продолжало существовать. Но больше не подчинялось прежней логике.

ГЛАВА 11. Структура

За ночь место происшествия было оцеплено. Между деревьями натянули сигнальную ленту, расставили стойки, в влажную землю воткнули пронумерованные маркеры. Эксперты-криминалисты работали без малейшей видимой спешки. Только методично. Они переходили от одного отмеченного участка к другому, фотографировали следы, измеряли расстояния, собирали образцы в стерильные контейнеры, которые сразу же запечатывали и маркировали.

Каждое движение выглядело частью процедуры, повторённой уже сотни раз. Варнс приехал немного позже. Он остановился перед сигнальной лентой, не переступая через неё. Осмотрел место. Его не интересовали отдельные детали сами по себе.

Он искал связи. Последовательность. Логику. К нему подошёл один из криминалистов с планшетом в руках и папкой под мышкой.

«Мы закончили первичный осмотр.»

Варнс едва заметно кивнул.

«Биологические образцы собраны в трёх разных точках. Кровь... и один волос. Тёмный. Средней длины.»

Инспектор продолжал смотреть на землю, внимательно слушая.

«Когда будут результаты?»

Эксперт опустил взгляд на экран.

«Если лаборатория даст этому делу приоритет, первые результаты будут через двадцать четыре — сорок восемь часов. Полный анализ займёт больше времени.»

Ветер прошёл между деревьями лёгким, непрерывным шелестом. Казалось, в лесу ничего по-настоящему не менялось.

Варнс подошёл к одному из отмеченных участков и опустился на колено возле пронумерованных маркеров.

Он смотрел на землю, не прикасаясь к ней. Примятые листья.

Вскопанная земля. Бурые пятна, уже успевшие высохнуть.

«Значит, пока мы даже не знаем, принадлежит ли всё это одному человеку.»

Эксперт помедлил, прежде чем ответить.

«Пока нет. Мы можем сказать только, что образцы подтверждают недавнее присутствие человека. И... более одной фазы контакта.»

Варнс несколько секунд молчал. Эта фраза изменила расположение фактов в его сознании. Он поднялся.

Полицейская лента слегка колыхалась между деревьями.

Варнс посмотрел в сторону места падения. Расстояние до ограды. Уклон земли. Расположение следов. Ничто не складывалось в устойчивую последовательность.

«Пока мы знаем только одно.»

Он сделал паузу. Эксперты продолжали работать, не отвлекаясь.

«Девочка исчезла в месте, которое не даёт связной картины произошедшего.»

Никто не ответил. В лесу остались только размеренный шум работы криминалистов и ветер среди деревьев. Варнс продолжал смотреть перед собой. Он пока не искал ответов.

Он искал структуру.

ГЛАВА 12. Слишком много порядка

Вторая ночь почти ничем не отличалась от первой. Время внутри этих стен больше не текло как прежде. Дом по-прежнему был освещён неровно. Свет горел в разных комнатах без всякой видимой логики. Мэнди сидела на том же месте в гостиной.

За последние часы она вставала только для автоматических действий. Попить воды. Посмотреть на телефон. Открыть дверь без всякой причины. Она почти перестала плакать. Боль уже прошла ту стадию, когда её можно было увидеть. Она превратилась в оцепенение. Наконец Мэнди поднялась и пошла по коридору. Остановилась перед дверью комнаты Эмили. Рука замерла возле ручки, так и не коснувшись её. Потом она вошла.

Комната была такой же, как прошлой ночью. Аккуратно застеленная кровать. Игрушки на своих местах. Рисунки на стенах. И всё же что-то ощущалось неправильным. Слишком много порядка. Слишком много неподвижности. Комната перестала принадлежать живой девочке. Она медленно превращалась в искусственно воссозданное присутствие.

Мэнди подошла к кровати. Кончиками пальцев коснулась подушки. И сразу же отдёрнула руку. Едва заметное движение.

Почти непроизвольное. Она тихо села на край кровати.

Эта комната казалась плотнее, чем весь остальной дом.

«Не так...»

Слова едва сорвались с губ. Она не закончила мысль. Потому что не существовало фразы, способной по-настоящему положить конец этому страху. Она ещё немного посидела.

Потом поднялась и вышла из комнаты. Медленно закрыла дверь. С почти хирургической осторожностью. Её не покидало чувство, что за этой дверью всё ещё остаётся что-то, чего нельзя тревожить.

ГЛАВА 13. Аномалия

Пространство не было освещено. Казалось, его удерживало в равновесии нечто более точное, чем свет, словно сама темнота была выверена, откалибрована, приведена к устойчивому состоянию. Эмили находилась внутри камеры, похожей на саркофаг. Она не лежала и не была обездвижена, как пациент.

Её тело покоилось в неестественном положении, словно подвешенное без всякой видимой опоры, как будто гравитация перестала считать её необходимой. Вокруг не существовало ни единого звука. Долгое время ничего не происходило. Это не было бессознательным состоянием. Это было чем-то другим.

Состоянием, в котором телу больше не нужно было ни реагировать, ни защищаться. Ему нужно было только существовать. Потом что-то изменилось. Едва заметное изменение прошло сквозь пространство. Это не был ни свет, ни звук. Скорее невозможное ощущение того, что реальность, сбившаяся со своей оси, снова возвращается в правильную форму. Энтропийная камера, в которой находилась Эмили, открылась, словно дверь. Эмили открыла глаза. Она не проснулась резко. Не сделала судорожного вдоха. Она просто смотрела. Её взгляд медленно скользил по пространству, не находя ничего знакомого. Она не узнавала это место. Потом опустила взгляд на своё тело. Оно было целым. Ни крови.

Ни переломов. Никаких следов падения. Она ещё немного оставалась неподвижной. Потом слегка повернула голову.