Магия пробуждается

Елена Лившина

Магия пробуждается

Лиза, студентка третьего курса, ехала в электричке и перечитывала конспект: из распухшей тетрадки торчали листочки и пометки на полях, пестревшие разноцветными ручками. Утренние подъёмы выматывали. Она часто что-то учила по дороге. К ней вдруг подсел мужчина средних лет с многочисленными плетёными браслетами и необычной татуировкой на руке.

— Можете не читать.

— Что вы сказали? — переспросила в недоумении Лиза.

— Можете не читать, «отлично» поставят.

— С чего вдруг? — Лиза захлебнулась в нервном смехе.

— Поставят. Вы про себя не знаете ничего. Вот, например, у вас «ведьмовские» уши. Видите, какая у вас форма мочки? Мочка у вас плотно прилегает. Это особенное строение, и уши немного вытянуты вверх.

— Вы о чём? Вам делать нечего, мои уши рассматривать? — её раздражение нарастало.

В девяностые годы не принято было говорить о ведьмах и прочих сущностях. Самым большим ведьмаком был Кашпировский, а чуть меньшим — Чумак.

— Ерунду какую-то говорите, — она начинала злиться.

— Нет, не ерунду. Вся ваша жизнь тому подтверждение. Вы и людей чувствуете, и события. Вам просто надо больше этому уделять внимания. И расспросите родню, много узнаете. А с вами мы ещё встретимся. Как говорится, гора с горой сходится, и человек с человеком сойдётся. Удачи вам сегодня, и не волнуйтесь, вы уже сдали этот экзамен.

Он встал и, не поворачиваясь, исчез в тамбуре электрички, напевая что-то себе под нос.

«Сумасшедший какой-то», — подумала Лиза и поёжилась. В электричке, даже если сидеть на самом лучшем месте у окна и на печке, всегда как-то зябко. Лавки были деревянные, а окна даже зимой закрывались не плотно.

Лиза задумчиво закрыла тетрадь. Она прокрутила в голове события своей жизни, которые всегда считала совпадениями или случайностями. Очень часто у неё было предчувствие. Это относилось ко всему: к людям, к событиям, к ситуациям. Она знала, чего не стоило делать, но никогда не связывала это с какой-то магией. Просто знала. Если её обижали, или если она была как-то сильно раздражена или злилась, то всё, что она говорила или думала, часто сбывалось.

Электричка подъехала к станции. В плотном коконе мыслей Лиза шла по перрону. Она решила начать проверять свою интуицию незамедлительно.

«Трамвай без меня не уедет», — подумала она. Медленно сойдя с платформы, она пошла на остановку. Обычно она бежала, чтобы успеть. По непонятной причине вредный трамвай норовил уехать раньше, чем пассажиры электрички успевали до него добраться.

Трамвай стоял, как вкопанный. Все пассажиры успели добежать и дойти, расселись и оплатили проезд. Трамвай стоял. Лиза вошла в вагон и спокойно нашла свободное место.

— Странно. Почему стоим? — негодовала старушка с большой сумкой.

— Следующая остановка… — дальше, как обычно, было ничего не понятно, что там пробурчал вагоновожатый. Трамвай тронулся и поехал.

Благополучно доехав до института, Лиза, продолжая кутаться в своих мыслях, пришла в аудиторию.

Одногруппники суетились и нервничали, экзамен предстоял сложный. Послаблений профессор не делал никому и никогда. Бывший военный, невероятно умный и в чем-то загадочный, он всегда вызывал в своих студентах уважение с примесью страха. Поговаривали, что он работал когда-то в государственных органах и знал несколько языков, что позволило ему в военное время сильно отличиться. Лизу он всегда выделял: она сидела на первой парте и аккуратно записывала все его лекции, занятия она не пропускала. Каждый раз перед лекцией профессор привычным жестом брал её тетрадь со словами:

— Так, на чем я остановился в прошлый раз?

Пробегал глазами Лизины записи и продолжал лекцию. В тетрадях всё всегда было аккуратно записано и выделено разноцветными ручками.

Профессор вошел в аудиторию. Группа мгновенно замолкла в ожидании.

— Надеюсь, все подготовились. Экзамен будет сложным, и сдадут его только те, кто ходил на мои лекции. Прошу всех выйти из аудитории. Первая пятёрка может остаться, — он указал на выбранных им студентов.

Остальные студенты, шурша пакетами, двинулись к выходу их аудитории.

— Елизавета, останьтесь, будете помогать мне и вести ведомость. Давайте зачётку сразу, вы сдали на «отлично». Вы были на всех лекциях, и я не сомневаюсь, что вы готовы.

Лиза ошарашенно протянула свою зачётку и села рядом с профессором вести ведомость. Прошло часа два.

— Всё, моя дорогая. Благодарю вас за проделанную работу и уважение к предмету. Можете идти, пришлите мне кого-нибудь вас сменить.

— Я могу остаться ещё, — запротестовала Лиза.

— Не надо. Идите.

Лиза вышла. У дверей её ждала студенческая подруга Оксана.

— Ну как, сдала? — спросила она. — Сложно?

— Иди, садись к профессору вместо меня, — сказала Лиза и, ничего не объясняя, втолкнула подругу в аудиторию.

Ощущения были приятными. Всё произошло именно так, как сказал странный мужчина из электрички.

Через пару часов Оксана прибежала в институтское кафе счастливая и довольная с пятёркой.

— Слушай, ну это нам, конечно, с тобой повезло, — тараторила она. — Я думала, вообще не сдадим. У меня и времени вчера учить не было, я вообще не надеялась. Ну, ты же знаешь, как он валит. При мне троих завалил на пустяках. Все на пересдачу.

— Я не думаю, что это везение, — сказала Лиза. — Тут что-то другое. У меня сегодня странная история была в электричке. Совпадение наверно, но..

Она рассказала о своей встрече с незнакомцем.

— Ну, всё может быть, — сказала Оксана. — Может быть, и мы с тобой дружим не случайно.

— Вот и я не знаю, — сказала Лиза и задумчиво посмотрела в окно.

Разговор между подругами пошёл в другом русле, и эту тему они больше не поднимали.

Со временем Лиза стала замечать странные совпадения. Она всегда знала номер билета, успеет ли на транспорт, могла просто посмотреть в спину незнакомцу или незнакомке, и тот мгновенно поворачивался. То, что она хотела и выбирала, всегда ей доставалось с лёгкостью. Таких мелочей было много, но она ко всем им относилась как к совпадениям или случайностям.

Так было до того, как у неё появился фамильяр. Он её выбрал.

Лиза возвращалась с курсов французского языка, и вдруг ей под ноги бросился рыжий котёнок. Крошечный, лохматый комок. Нельзя сказать, что она любила животных, но это маленькое, грязное и страшное, орущеё нечто вдруг вцепилось ей в брючину и никак не хотело отпускать. Она принесла его домой. Кот был тщательно отмыт и обработан от блох. Это был первый кот в её жизни. Мама, вернувшись с работы, обнаружила нового жильца.

— Это что? — в ужасе спросила она.

— Не знаю. Не смогла его оставить на улице. Теперь уже наш друг.

Друг размером с её ладонь стоял посреди комнаты и таращился на маму. Мама попробовала взять его на руки, но комок злобно зашипел.

— Видимо, тебя выбрал в хозяйки, — засмеялась мама и ушла на кухню.

Лиза посмотрела на грозного зверя и легла на диван, тот мгновенно оказался рядом. На все её попытки убрать его с кровати неистово орал и цеплялся когтями, однозначно давая понять, что ему надо лежать рядом с ней. После этого они уже никогда не расставались.

Был тёплый майский вечер, окно на кухне было приоткрыто, и слышалось пение птиц. Мама только что вынула пирог из духовки, и кухню заполнил дурманящий аромат яблок и корицы.

— Мам, а у нас в роду были колдуны или ведьмы? — Лиза решила расспросить о своей родословной и о родственниках прямо и безотлагательно.

— С чего вдруг такие вопросы? — мама без особого удивления посмотрела на Лизу и сделала большой глоток чая.

— Просто интересно. Вон по телевизору воду заряжают, может, и я могу, — улыбнулась Лиза.

— Ну что ж, раз спрашиваешь, расскажу. Точно знаю, что моя прабабушка колдовала. Когда умирала, все книги отдала бабушке, а та была верующая, всё отнесла в церковь.

— Ты серьёзно? — Лиза с нетерпением заёрзала на стуле. Макс запрыгнул к ней на колени и как будто всё понимал, о чём они говорят. — Она мне прапрабабушка получается?

— Серьезно, — мама была очень спокойна. — Получается, что так.

— А фотографии или записи какие-нибудь, может быть, остались? — Лиза старалась вывести разговор на интересующую её тему.

— У меня нет. У тетушки надо твоей спросить, она бабушкин архив забирала, когда мы дом в деревне продавали, — мама, не обращая внимания на суть разговора, продолжала свои дела.

На выходных Лиза поехала к своей тетке, маминой родной сестре. Та жила в ста километрах, и чтобы к ней съездить, требовалось время.

Тетя Таня была ближе всех к родне по материнской линии и лучше знала родословную. Лизу она очень любила и всегда рада была её приездам.

— Давай скорее, мой руки, — хлопотала тетушка. — Иди к столу.

По профессии она была поваром, а по должности — директором ресторана.

Лизе не терпелось узнать историю, передачи книг и родовых тайн.

— Тётя Тань, ты всё знаешь про родственников и там, про всякие другие дела, — мялась Лиза. — Мне мама сказала, что у нас в роду ведьмы были?

Тетушка была верующая и даже в это смутное время ходила в храм и усердно молилась дома.

— Ну что ты, Лизочка. Ерунда это всё.

Тетушка явно не хотела обсуждать этот вопрос.

— А фотографии? У тебя же есть, мама сказала, что ты всё себе забрала, — продолжала аккуратно Лиза.

— Есть, искать долго надо, на антресоли лезть. Я давно их не пересматривала, — тётушка явно не хотела ни показывать, ни рассказывать.

— Давай посмотрим, я же совсем ничего не знаю, мне очень интересно. Пожалуйста, — Лиза нежно обнимала тётушку, умоляюще глядя в глаза. Она и тут смогла быстро получить желаемое.

Через минут десять поисков на антресолях перед Лизой оказалась целая стопка черно-белых фотографий и аккуратно сделанный кем-то очень старый альбом. На неё со снимков смотрели её прапрабабушки и прапрадедушки и другие родственники. Все были хорошо одеты в платья по тогдашней моде, статные и крепкие. Вдруг её внимание привлек один снимок. С него на Лизу смотрела она сама.

На нем была изображена девушка, приблизительно её лет, в красивом длинном платье.

— А это кто? — она протянула фотографию тетушке.

— Это прабабушка моя. Ой! — тетушка аж подпрыгнула. — Ты же с ней одно лицо просто. Я даже не думала, что вы так с ней похожи. Сто лет эти фотографии не смотрела, как забрала их тогда из деревни, так и убрала на антресоли. Дочка моя никогда не интересовалась родственниками, да мне что на них смотреть. Посмотрела раз, да убрала.

— Расскажи мне о ней, — спросила Лиза.

— Да, что рассказывать, я сама уже мало что помню. — Знаю, что жила в деревне, людей лечила, травы собирала, на хвори всякие заговаривала, делала обереги. Какие-то к ней перед важными делами часто люди приходили, бабушка рассказывала, что и важные богатеи заглядывали. Кольцо ей однажды подарил один богатый заезжий мужик: то ли она его отвела от чего-то, то ли наоборот, посоветовала — не помню. А потом революция и т.д., сама знаешь историю. Всех таких, как прабабушка, в ведьмы записали. Она слегла. Перед смертью книги свои бабушке отдала и силу свою, а та со страху их в церковь, не читая и не открывая. Очень набожная была. Вот всё, что знаю. Мне, правда, рассказывала ещё моя бабушка, но вот не знаю, сказка или быль. Дед, брат её, много что мог делать, только он по пути добра не пошел. Колдовал он. Без креста был похоронен. Вот у него, она говорила, сила была огромная. Вот и весь рассказ, — вздохнула тетушка и начала собирать фотографии.