Дело Бейкера

Дилаис Райз

Дело Бейкера

Глава 1. Накаливание

«Война — это ведь не просто кто кого перестреляет. Война — это кто кого передумает».

Борис Васильев

Война с Бейном не могла предвещать ничего хорошего. А картель начинал путать карты и заметно мухлевать.

Шакалы снова заработали на износ. Круглосуточные наблюдения, смены караула, почти ежедневные отчёты — привычная гонка начинала давить на виски, как будто упущенная секунда могла сыграть огромную роль в балансе Вселенной. Но их Вселенная уже находилась на грани.

Заходящее солнце висело в небе слишком низко, его лучи кистями заядлого художника писали тёплые пушистые мазки. Вдалеке пели птицы, лёгкий ветерок ласкал кожу, и сам город пребывал в гармонии и умиротворении. Всё вокруг жило и верило в следующий день.

Всё. Да не все.

Лиам смотрел вдаль и не мог думать ни о чём, кроме проблем, схвативших его в тиски: с одной стороны ультиматум Бейна, грозящий им новыми потерями, с другой — ведущий свою игру Моретти. Работа вновь забурлила, Рид и Хилл постоянно пропадали на встречах со своими отрядами. Они раздавали указания своим лейтенантам, и дальше всё шло по цепочке вплоть до самых низких солдат и помощников. Все морально готовились к худшему.

Прохладный воздух помогал остужать кипящую голову, а отдалённые негромкие голоса напоминали Лиаму, что он не один. Сил это не придавало нисколько, однако иллюзия помогала держаться на плаву. Отчаяние и усталость сильно истощали молодого главу, а постоянная тревога лишь сильнее пожирала его, не позволяя организму расслабиться.

Июль набирал бешеные обороты. Каждый день превосходил предыдущий и становился ещё насыщенней. В его возрасте молодёжь находила приключения в приятных поездках и разговорах до пяти утра. Для него это были сюжеты кинематографа и книг, в которые он не верил, что сможет когда-нибудь окунуться.

Впрочем, ему и задумываться о подобном было некогда.

Райз встречал рассветы за столом кабинета, с головой погружённый в работу. Засыпал на диване, читая сводки новостей и готовые отчёты капитанов. Никому не нужный алкоголь на барной полке всё усерднее притеснялся кофе и энергетиками: Лиам притаскивал сюда всё, что было способно взбодрить хотя бы на ещё два–три часа.

Умышленное затишье и визуальная потеря бдительности со стороны Шакалов вселила в итальянцев больше уверенности. Они готовились к чему-то стоящему, но что именно они собирались делать, Лиам и Малкольм разгадать так и не смогли. Выдвигался лишь один вариант: власть. Они собирались отнимать у Шакалов власть. И La Nostra Terra начинала метко расставлять свои границы на их территории.

— А что по порту? — Райз повернул голову к Риду, который смотрел на разложенную на столе карту с отмеченными местами наибольшего скопления людей Моретти.

— Работают строго по плану, — нахмурился Малкольм, — но точно что-то в крысу делают.

— Кто контролирует отправку? — Филлип упёрся руками в стол и поднял на босса голову.

— Сам Санто или приближённый к нему, — ответил Лиам и ткнул пальцем в карту, ведя от той точки линию, по которой происходил путь судна, — всё чётко и гладко. А вот проблемы кишат в другом месте.

— Отвлекают от основного дела, — Коинс повернул голову к капитану.

— Я приказал парням проследить за ними.

— Без знания языка они всё равно что немое кино смотрят, — покачал головой Райз на его слова и выпрямился, — я найму для двух групп по переводчику. Могу для трёх, но больше не стоит. Слишком много людей.

— И кого ты найдёшь? — Хилл, который всё это время стоял чуть поодаль, скрестил руки и крайне недоверчиво прошёлся по другу взглядом.

Лиам покачал головой в молчании. Не знал. Он не знал, кому можно доверять. Любой переводчик в любое время мог переметнуться на сторону врага и врать его людям в лицо. Это был риск, на который их вынуждали идти.

— Кавани, — вздохнув, выдавил из себя Айзек.

Эта фамилия явно вызывала в нём не самые приятные эмоции. Все повернулись к парню, который скрестил руки на груди и попытался изобразить безмятежность, поочерёдно пробежавшись взглядом по собеседникам.

— Что? — Лиам озвучил за всех.

— Кавани, — повторил он и пожал плечами, — они знают итальянский. Так, может, лучше попросить их об этом, чем играть с огнём, ещё и деньги бешеные отдавать за такую работу?

— Они? — Рид вскинул бровь.

— Они близнецы, да неважно, — отмахнулся Хилл и снова взглянул в сторону Райза. — Ну? Ли, что думаешь?

Лиам нахмурился, прикидывая, во сколько ему обойдётся подобная просьба. Уж точно не за бесплатно по доброте душевной люди Говарда полезут в нарастающее пекло. Он слышал, что у них самих начинались странные стычки на фоне их сделки с русской мафией и началом их тесного сотрудничества. Американским и мексиканским бандам в Висконсине, которых подобное выдавливало всё ближе к границам, это не нравилось.

— Вопрос в цене, Айзек. Но ты прав — сейчас никому нельзя верить, каждый может оказаться предателем. Если они согласятся, то ты и Малкольм возьмёте себе их в качестве переводчиков и поставите к своим группам. Тогда к третьей подключусь я.

— Тебе не стоит лезть в пекло, Лиам, — вставил Филлип, на что тот испытующе посмотрел на советника. — Не забывай, что ты глава, а не солдат.

— Я такой же, как и вы. У тебя есть ещё человек, знающий чужой язык? У меня вот, кроме Доминики, никого, но её я не подпущу и на милю к этому. Оплачивать вам курсы итальянского у нас времени нет, — сострил под конец Райз.

Коинс согласно отступил и скрестил руки на груди, что не могло не порадовать. У них не было времени на подобные разборки. Они снова сконцентрировались на плане. Бейн чётко показал свою позицию, Моретти — двойную игру. Каждый из них понимал, что бить будут, когда Шакалы больше всего расслабятся. А значит, им нужно показать врагам самую слабую точку. Ту, в которой уже им самим будет удобно контратаковать.

Райз свернул карту и бросил её в стол, хлопнув полкой. Взгляд перевёлся на фотографии с камер видеонаблюдения, открытых на моноблоке. Итальянцы удачно подобрали места так, что снимков с важных точек просто не было — техника не работала, сбоила или ремонтировалась.

— Значит, за работу, — скомандовал Лиам, вновь обращая внимание к команде, — Айзек, Малкольм, продолжайте следить и докладывайте Филу о каждом их шаге. Фил, с тебя полная отчётность и связь со Стервятниками. Кавани нужны нам к концу этой недели, — он ткнул пальцем в стол, жестом указывая важность срока, — у тебя четыре дня.

С уходом парней, кабинет резко опустел. От открывшейся двери в помещении засквозило — из окна потянулся прохладный августовский ветер. Лиам отвернулся к нему, обхватывая себя руками, и посмотрел на пробивающееся сквозь тучи солнце. Погода успела сменить своё настроение уже два раза — сначала ужасный холод, а после вновь потеплело, как и подобало летней поре даже в конце сезона.

Дверь вновь тихо щёлкнула, впуская вместе с лёгким ветром нового гостя. Райз обернулся. На пороге показалась Доминика с кружкой в руке.

— Ты снова не вылезаешь из кабинета, — она подошла ближе и, поставив чай на стол, обвила мужа руками.

— Много дел, — вздохнул он и уткнулся в её макушку, прикрывая глаза. — Прости, я снова бросаю тебя одну.

Лиам снова тонул в работе, почти не добираясь до того, чтобы просто пожелать супруге доброй ночи. Они стали видеться меньше — его не было ни в своей кровати, ни в её. Он проваливался в сон ещё до того, как думал о подушке, прямо за столом на кипе бумаг.

Супруга подняла голову и взглянула ему в глаза. Взяла за подбородок, повертела его голову, рассматривая синяки под глазами и не уходящую меж бровей морщинку — постоянно напряжение проявлялось у него на лице и делало взрослее. Лиам неотрывно смотрел лишь на неё, но одно ласковое прикосновение к щеке — и смежил веки, выдыхая груз, поселившийся в груди. Когда вновь открыл глаза, заметил, что девушка улыбалась.

— Такие синяки… Тебе бы отдохнуть.

Он мягко взял её руку и опустил, убрав от лица.

— Некогда мне отдыхать, Ники. Некогда.

— Люди отца?

Обволакивающий взгляд карих глаз потихоньку топил лёд, сковавший парня внутри ещё два года назад. Но сейчас ему было не время давать трещину. Время не подходящее.

Он качнул головой и отвернулся обратно к окну. Прикосновение пальцев от спины к плечам ощутилось покалывающим нежностью жаром. Лиам вновь обернулся к Доминике и с просьбой посмотрел в глаза.

Голова медленно закачалась из стороны в сторону, словно пыталась плавными движениями не позволить мыслям застыть на месте. Она накрыла щёки мужа ладонями, вынудив остановиться, и сократила разделяющее их расстояние. Мягкие губы, полностью завладев его, на время подчинили ей молодого человека. Он обвил руками её талию, притянул к себе, провёл пальцами по ткани её платья на спине, дотянулся одной пятернёй до мягких волос и запутался в них, под лёгким давлением опускаясь в кресло. Девушка нагнулась следом и опустила колено на край между его ног, устраиваясь поудобней. Сладость от её губ ощутилась на языке лёгким цитрусовым флёром.

Стук в дверь заставил его остановиться и убрать руку от застёжки, её — от пуговиц. Пара отстранилась друг от друга, обернулась к двери и посмотрела на Филлипа. Взгляд советника с самого порога сказал им о пришедших новостях. Доминика, ощутив напряжение Лиама, ласково провела пальцем по тыльной стороне его ладони, сев рядом с ним на край стола.

— Говори.

— Риккардо хочет со мной поговорить от лица Санто в Пинг Том.

— Мемориальный парк? — нахмурился Райз, — отсутствие лишних ушей.

Фил кивнул и скрестил руки. Присутствие Доминики его не радовало, но девушка стойко выдержала это пристальное внимание и отвернулась к супругу.

— Выслушай его.

Коинс по-солдатски склонил голову и, бросив взгляд на жену босса, скрылся в коридоре. Доминика смотрела на закрытую дверь почти минуту.

— Ник?

— Я ему не нравлюсь.

— Это Фил. Он ко всем относится с подозрением, не суди его. У него своя история.

Райз вскинула голову. Нахмуренные брови создали между собой небольшую морщинку.

— И что, теперь вообще никому не доверять?

Лиам вздохнул и потянул её к себе. Доминика опустилась на колено и обхватила его за шею.

— Его предали свои же люди. Уверен, сейчас он бы мог стоять рядом с Белым домом и думать только о безопасности президента, но собственный командир объявил его дезертиром вместе с напарником. Как думаешь, легко ли поверить в людей после такого?

— Что? — она резко вернула внимание к Лиаму, отрывая внимание от папки на столе.

— Люди продаются, Ника, — Райз пожал плечом. — Люди готовы быть козлами за простое шуршание зелёных купюр в количестве, окупающим их никчёмную, как они думают, жизнь. Таков мир, и мы его не исправим. Нам остаётся верить лишь в то, что среди них мы сможем найти тех, кому можем вложить в ладонь нож не для удара в спину, а для спасения.

Мемориальный парк Пинг Том располагался в китайском квартале города. Его создали по традиционным канонам азиатского сада, а расположение рядом с железной дорогой могло на время перекрыть вход и выход протяжённой грузовой линией. С одной стороны река с шумом промышленных барж и моторных лодок с видом на давно заброшенное здание с выбитыми окнами, с другой — скрипящие конструкции эстакады «L». Проносящиеся по ней составы создавали идеальный шумовой занавес и на некоторое время перекрывали вход и выход из парка.

Филлип шёл между бамбуковых рощ, убрав руки в карманы тактических брюк хаки. Хотелось сбросить с себя верхнюю куртку, однако обманывающая погода в городе отвечала на его желание резким порывом холодного ветра, доносящегося со стороны Южного рукава реки Чикаго. Ботинки постукивали по мощёной плите, ведущей к центральному павильону. Среди оранжевых колонн, под высокой красной крышей, чьи карнизы изогнуто взмывали вверх, ожидал Риккардо. В это время в парке больше никого не было. Обменявшись деловым приветствием, они прошли немного ближе к реке и посмотрели на пустые чёрные стулья.

— Мистер Моретти обеспокоен положением своих людей, мистер Коинс.

Фил ничем не выдал своих эмоций, продолжая с военной выдержкой молча смотреть на своего собеседника. Леоне продолжил.

— Ваши конкуренты перешли в агрессивное наступление и стали притеснять наших людей вглубь ваших границ. Есть раненые.

— Вы хотите сказать, что Вороны захватывают территорию?

— Вероятно, это так, мистер Коинс, однако Дон указывает на то, что страдают его люди.

Гул лодки и отдалённые гудки раздражённых водителей прервали тихий шёпот ветра. Мужчины покосились в сторону воды. Когда скромная компания из трёх человек вновь оставила их одних, разговор продолжился.

— Санто просит мистера Райза принять меры. Иначе ему придётся действовать самому.

Коинс читал подтекст между букв, а не строк, зная чуть больше, чем итальянцы хотели им давать, Фил слышал скрытые для них угрозы: или они защищают своих лжесоюзников, или же эти самые лжесоюзники станут действовать в своих интересах открыто. И тогда уже всем чикагцам станет туго. Шакалы подсчитывали количество итальянцев, которое скрыто от официальных данных. Санто и Лиам договаривались о совершенно иных цифрах.

— Я передам мистеру Райзу Ваши слова.

— Приятно, что мы понимаем друг друга, — почтенно кивнул адвокат и расправил плечи.

Его взгляд устремился на бюст Пинг Тома, которому и был посвящён этот парк. Фил подумал о том, что пора уходить — быть запертым в китайском парке с итальянцем из-за огромного состава ему не хотелось.

— Хотите ли Вы передать мистеру Райзу что-то ещё, — попробовал Коинс, периферийным зрением изучая реакцию Леоне.

Риккардо спокойно повернул голову. Он тоже знал, как себя вести, чтобы не выдавать свою ложь невербальными жестами. Фил видел в нём равного себе соперника. Итальянец ничего не произнёс, и именно в этот момент с северо-запада послышался приближающийся грохот — поезд, идущий по эстакаде. Звук нарастал с каждой секундой, заглушая шум реки и барж.

Противный визг металла о металл ударил по ушам. Мужчины не дрогнули, удерживая себя от какой-либо реакции на высокочастотный шум. Коинс сдержал раздражение, но внутри себя проклял расписание поездов.

Не дожидаясь, когда состав вернёт парку прежний покой, Леоне направился к выходу из павильона, убрав руки за спину. Состав продолжал нестись мимо, и, когда Коинс всё же решил оповестить своего собеседника о перекрытом пути, Рикардо уже скрылся в бамбуковой роще.

Глава 2. Доверие

— Ни-че-го, — по слогам произнёс Лиам и недовольно выдохнул, постукивая ручкой по столу. — Значит, Санто всё ещё оставляет руки чистыми. Где Риккардо?

Филлип поставил на половину опустевшую бутылку воды на столик перед собой и откинулся на спинку дивана. Дуновения кондиционера приятно обволакивали помещение прохладой. Погода в Чикаго снова разгулялась, и температура скакнула к восьмидесяти шести градусам по Фаренгейту1. Ветер стоял на месте, из-за чего духота начинала плавить чикагцам голову.

— Только вот, где он действует, до сих пор непонятно. Мы ничего не видим, Лиам. Бриджпорт кишит его людьми, но в остальном мы слепы.

— Под чистую… — пробормотал глава вновь и лишь тогда посмотрел на советника, — что думаешь?

— Что здесь думать, — разочарованно ответил Фил и скрестил руки, — нам придётся выступать против Бейна. Если хотим играть в глупцов…

— Придётся и в бой глупо соваться? — неутешительно закончил Райз и встретился с ним взглядом, — почему бы нам с Бейном их не подавить?

— Сейчас? Уничтожат.

Коротко и достаточно ясно. Фил отвернулся и вытянул одну ногу — вновь провалился в свои мысли. Ярость картеля Лиам вполне мог себе представить, вспоминая, как сам укрывался от своих же людей и союзников в восемнадцать. Обнажить клинки хотят все, особенно оголодавшие и озлобленные. Те, кто слишком долго держал себя в суровых рамках реальной жизни, — типы особенно безбашенные. Война делает бессердечными всех, кто в неё наступает хотя бы одной ногой.

— М-да… И Кавани, как назло, нет в Милуоки, — устало шепнул Лиам, — ну какого чёрта именно сейчас они оба в Калифорнии.

— Говард сказал, что по окончании дела они сразу отправятся к нам первым рейсом.

— Ясно.

Взгляд зацепился за морщины на лице Коинса. Линии жизни, которые с каждым днём становились всё ярче, показывая его постоянный вклад в группировку и накопленную усталость. Если бы не преступность, он бы точно сидел на пенсии и спокойно доживал свою жизнь где-нибудь у леса. Райз поднялся с кресла и облокотился на стол, поворачиваясь к нему спиной. За окном покачивались пушистые ветви деревьев, а солнце давило на пригород своим настойчивым вниманием.

— Вам нужен Сэм для подавления? — Лиам вернулся к предыдущей теме разговора и чуть поморщился, когда один из лучей устремился ему прямо в глаза.

— Его каратели не помешают.

Он кивнул. Повернул голову к столу и поднял телефон. Но, набирая номер друга, встретился лишь с протяжными гудками. Райз не понял, почему вдруг напрягся, но дождался, когда звонок сбросится сам, и посмотрел на экран.

— Он же в лаборатории?

Фил на вопрос ответил не сразу. Оборачиваться Лиам не стал.

— Я за ним не слежу, ты знаешь.

Райз молча кивнул и убрал гаджет в карман. Заставлял нервы отступить, и включиться логике.

— Пойду схожу к нему. Наверняка вновь пропадает у своих мышей.

С этими словами парень вышел за дверь, но в голове зашелестела непривычная ему тишина. Похожа на затишье, но причины ещё не до конца были ему ясны. Путь до здания лаборатории оказался довольно коротким — даже не заметил, как вышел через кухню и вошёл в стерильное помещение, где постоянно пахло озоном и хлоркой. Белый коридор пустовал и сопровождал босса эхом постукивающей обуви. Кроссовки иногда издавали противный скрип, а затем вновь затихали до тихих стуков.

Потянув за ручку кабинета Сэма, Лиам убедился, что она закрыта, и направился к другой двери. Писк мышей говорил о том, что внутри находится лаборатория с подопытными, однако и она оказалась заперта. Райз немного постоял, прислушиваясь к каждому звуку, а затем направился на второй этаж, перепрыгивая через одну ступень. Толкнул дверь пролёта и оказался в ещё одном белоснежном коридоре с висящем на стене блоком для огнетушителя. Двигаясь вдоль дверей, Райз свернул в холл и остановился у одной из них с висящей табличкой Реджины. Вошёл внутрь без стука.

Женщина в халате и перчатках удивлённо подняла на начальство голову. Медовые глаза были закрыты прозрачными защитными очками. Стол заставлен разным стеклом: от пробирок и стакана с точными делениями до колб Эрленмейера с остатками мутных растворов. По центру, под ярким освещением, стояла зажжённая горелка. Реджи стояла над круглодонной колбой, зажатой в лапке штатива, и с пипеткой Пастера в руке — готовилась ввести каплю катализатора в горловину колбы. В соседнем штативе стояла колба с веществом зеленоватого оттенка.

В гудящем вытяжном шкафе сбоку от химика стояла уже другая — с веществом, испускающим буро-фиолетовый пар. Он оказался заперт в стеклянном пространстве и уходил в вентиляционное отверстие. Видимо, он застал её в момент довольно тонкого процесса.

— Мистер Райз.

— Работай, — парень вскинул руку, намекая ей на то, что отвлекаться не нужно. — Я лишь хочу узнать, где Сэм.

Вновь переведя внимание на получающееся вещество, Реджина кивнула, взяла в пипетку вещество из пробирки и направилась к духовому шкафу. Открыв уже чистое от дыма пространство, капнула в сосуд. Тот в миг стал нагреваться, и химик инстинктивно отдёрнула руку, ощутив резкую смену температуры раскалившегося толстого стекла. Учёный быстро, но аккуратно закрыла дверцу.

Капли оказалось достаточно, чтобы жидкость мгновенно помутнела и изменила цвет на кирпично-красный, а затем интенсивно забурлила. Пробормотав что-то себе под нос, женщина отвернулась к блокноту с записями и сделала новые пометки.

— Сегодня я не пересекалась с ним. Что-то случилось? — оторвалась Реджи от дела, но не обернулась, увлечённая продолжением своего занятия.

— Нет, — взгляд пробежался по вещам на стоячей вешалке и обуви. — Спасибо, Реджина.

Лиам покинул лабораторию и направился вниз, чтобы попытать удачу ещё раз. Открыт кабинет не был, зато друг показался в коридоре с сумкой-почтальонкой, переброшенной через плечо. Когда Райз уже направлялся к выходу. Сэм замедлил быстрый шаг, идя ему навстречу, и после — остановился.

— Привет.

— Привет, — Лиам зацепился за его взгляд и подметил в нём абсолютное спокойствие. — Куда ходил?

— К Лестеру, — Сэм подошёл к кабинету, звеня ключами. Лиам обернулся за другом. — У него появились запасы. Видимо, Бейн не уследил за новыми поставками. Я ждать не стал.

Реймон прошёл к концу коридора и вынул из кармана связку. Райз следил за спиной друга, пока тот проворачивал замок и толкал дверь. Войдя следом, осмотрелся и опустился на стул напротив стола. Пока Сэм возился с сумкой, послышался щелчок и следом — бурление закипающего чайника. В кабинете всё было разложено по своим местам с чёткой последовательностью. Химик не прекращал удивлять дотошностью перфекционизма, которая ни разу не покидала его привычки.

— Зелёный, чёрный?

— Не отказался бы от кофе, — сказал Лиам, но понял, что такого варианта здесь нет, — зелёный.

Коробка с пакетиками оказалась на столе. Парень посмотрел на названия, почитал вкусы. Выбрал самый простой из всех и, вскрыв, кинул пирамидку в предоставленную ему под руку кружку.

— Ты хлещешь кофе и с энергосами их смешиваешь. Я бы тебе вообще только чёрный бы налил да успокоительного дал, может, отоспался бы хоть час-другой.

Он подошёл и налил горячей воды в две кружки, потом поставил обратно электрический чайник на подставку. Горячая керамика стала согревать ладони. До носа дотянулся слабый аромат мятного ароматизатора. Друг отодвинул скрипнувшее колёсиками кресло и опустился в него, положив руки на подлокотники.

— Ты же знаешь, что у меня нет времени на расслабление. Бейн открыто заявил мне о войне в случае продолжения союза с Моретти.

— Мы доверяем ему не больше, — Реймон подтянул к себе кружку, чуть посеревшую от времени, и сделал глоток.

— Сэм, этот факт нам не то чтобы помогает, понимаешь?

На некоторое время в кабинете стало молчаливо: Сэм пил чёрный чай, не вытаскивая пакетик из кружки, а Лиам водил пальцами по горячим стенкам керамической посуды.

— Мы будем подавлять Воронов.

Голос прозвучал рубящим голову топором. Причём она как будто покатилась по столу и остановилась между ним и Сэмом, добавляя тишине ту самую давящую неловкую паузу, когда слова застревают где-то в горле. Райз поднял на друга голову, но эмоции на его лице нормально распознать не смог.

— То есть ты идёшь на поводу у тех, кто точно опасен. Так?

— Я выбираю меньшее из двух зол, Сэм. Ресурсов подавить Бейна нам хватит, а вот вмешиваться в бойню с итальянцами — нет. Против Воронов у нас будет поддержка. Моретти не допустит, чтобы его люди сидели в стороне. Он обдумает возможности и передаст мне своё решение. Возможно, выделит для этого группу.

Лиам на миг замолчал. Мысли громко скрипнули закрутившимися шестерёнками.

Он ощущал тяжёлый взгляд друга, который прилип к его профилю. Но взор Лиама упёрся в сторону, куда-то на пустую поверхность шкафа, где под определённым углом можно было рассмотреть лишь разводы с последней уборки и блики от ламп. В стенке стояла документация, а на нижней полке в самом углу прятался сосуд из тёмного стекла. Сэм редко оставлял бутыльки для образцов у себя в кабинете, но нехватка времени и спешка иногда всё же вынуждали заядлого перфекциониста оставлять вещи не на своих местах.

— Может, так и Санто успокоится. Он уже не раз напоминает мне о своих тревогах. Очередная его просьба позаботиться о вопросе безопасности его людей через консильери для меня уже граничит с оскорблением. Говорит, как с чёртовым ребёнком, который не понимает, что солдатики в его руках не игрушки.

— Мы и есть дети, — вздохнул Сэм, — Моретти нам годится в отцы, Ли. Бейн тоже. У нас верхушка состоит из молодняка. Айзеку к тридцатке-то только подходит дело, Малкольму только тридцатник стукнул, считай. Мы — дети в их глазах. И мы: я и ты, мы оба понимаем причины.

Лиам откинулся на спинку стула и повернулся к химику, оставляя кружку на столе.

— Прости, но ведь это факт, — добавил Реймон.

— Факт, — с холодом в голосе согласился Райз и кивнул, — только молодняк, хоть и с трудом, но всё ещё на плаву. А это значит, что мы уже способны давать им отпор и действовать. Возраст сейчас ни хрена не значит.